История одной девочки

Трава щекочет мне ступни, глаза слезятся от солнца. Что ещё нужно для счастья? Конечно же верный друг. Нина хохотала, наводя на меня огромный шланг. Я смеялась ещё громче. В огромном саду её дома цветут сотни цветов. В этом месте можно провести целый день, просто отдыхая на солнышке, но двум неугомонным девчонкам шестнадцати лет не хочется пролёживать целый день на шезлонгах. Нам нужно обойти весь хутор, сбегать на пляж, пробежаться по парку. Иногда, мы ездим в другие уголки Дистрикта, но у нас лучше всего. Посёлок для отдыхающих со светлым названием и жизнерадостными жителями – самый замечательный и красочный, старый президент вложил огромные деньги на его постройку. «Жители Панема должны отдыхать и веселиться», - говорил он, когда строился наш хуторок. Но три года назад он умер, на его место встал президент Фрол. Он посчитал, что наш уголок убогим, но капитолийцы оспорили его слова. Поэтому до сих пор именно мы являемся капитолийским курортом, а все остальные районы занимаются рыбной ловлей, плетением сетей и многим, очень многим другим. -Куда отправимся в первую очередь? – болтая ногами, спросила Нина, севшая на лавочку. -Сначала на пляж, - начала командовать я, - потом обязательно зайдём к Рону и съедим пару хот-догов. После можно прокатиться на фистексе, если, конечно, его у тебя ещё не отобрали. -Может на пляж и к Рону тоже поедем на нём? - спросила Нина, - просто по такой жаре, лучше всего рассекать дороги на скоростном транспорте, а не на своих двоих, - улыбнулась она. Нина родилась блондинкой с голубыми глазами. В нашем Дистрикте таких много, Нина коренная жительница Четвёртого. Худенькая, заводная и весёлая она всегда составит мне компанию в моих похождениях. В чётвертом классе нам посадили за одну парту. С тех пор мы неразлучны. Когда её сваливает болезнь, то я всегда часами просиживаю у её кровати. Вместо того, чтобы дать ей поваляться в кровати, я тащу к ней горы настольных игр. Мы забираемся к ней на кровать и «лечим» её болезни смехом. Сначала её родители нас ругали, а потом поняли, что дочь действительно выздоравливает с удвоенно скоростью, если с ней сижу я. Правда, потом с температурой и насморком сваливаюсь я, но это не так важно. Важно то, что мы неразлучны. И в болезни и здравии. Спрыгнув со спинки скамейки, мы наперегонки несёмся к фистексу. Это длинная «гусеница» на шести колёсах. Самая новая модель, которую нам подарили на окончание девятого класса. Точнее, подарили её Нине, но катаемся мы всегда вместе. Я добежала до фистекса первая, поэтому право вести его досталось мне. Надев очки, я нажала педаль газа и мы помчались навстречу приключениям. -Мэгги, чего ты плетёшься словно черепаха? – начала ворчать на меня Нина. -Хочу насладиться ветром, - перекрикивая шум ветра и мотора, ответила я. Шоссе виляло из стороны в сторону, кто-либо другой мог попасть в аварию на этой части дороги, но мы чувствовали себя как рыбы в воде. Это дорогу мы знаем, как свои пять пальцев и можем ехать по ней даже с закрытыми глазами. Подъехав к пляжу, мы сорвали с себя сарафаны и засунули их в багажник. Тряхнув золотистой шевелюрой, я сняла и очки. Оставшись в одном купальнике и сандалях, мы побежали к морю. Золотистый песок был настолько горяч, что обжигал кожу. Смеясь от счастья, мы зашли в воду, которая была похожа на парное молоко. Сделав глубокий вдох, я ушла под воду, оставив длинный вьющийся след на водной глади. Вынырнула я уже у буйков. Они стоят здесь исключительно для туристов, ведь все жители Четвёртого просто великолепно плавают. Ухватившись, за один из них, я уселась на верёвку, соединяющую ряд поплавков. Кинув взгляд на горизонт, я увидела серебристых дельфинов, играющих в догонялки где-то в далеке. Нина плавает немного хуже меня, поэтому ей потребовалось больше времени, чтобы достичь буйков. Уместившись на соседней верёвке, Нина начала рассказывать мне всё, что произошло с ней за вчерашний вечер. О том, как она разбила вазу, непредусмотрительно поставленную в гостиной. О том, как её мама вопила во всё горло, когда ночью к ней на подушку забрался маленький жучок. О том, как отец Нины добился в мэрии нового места, для постройки «Солнечного кафе». Потом пришла моя очередь и я вывалила на Нинку всю информацию о моём вечере вчерашнего дня. После получасового обмена информацией, мы поныряли у маяка. Когда нам наконец надоело это дело – направились к фистексу, одиноко стоящему у дороги. «Трын-трын-трын» - загудел мотор. Капитолийцы любят всё шумное, поэтому изобретения, выходящие в свет, выглядят как поющие новогодние ёлки. Нинин фистекс светился разноцветными огоньками, шумел, а ещё пел песни. Про встроенный телевизор я рассказывать не буду. -К Рону? Или поедем в Крюк? – спросила я Нину. -Давай в Крюк, там есть что-то типа общей столовой. Вик говорила, что там делают классные кулебяки, - морща маленький носик, ответила девушка. Ветер мчится нам навстречу, свистит в ушах. Фистекс один за одним преодолевает повороты, но дорога становится всё хуже и хуже. Нас трясёт, мы едем по каким-то непонятным кочкам. -На следующем повороте я торможу и меняемся местами, не могу вести эту махину, - закричала я, стараясь переорать шум мотора и свист ветра. -Хорошо, давай скорее, - закричала мне в ответ подруга. Свист. Треск. Крик. Лязганье. Визг. Удар. Поворот оказался неожиданно крутым, но я справилась с управлением. После крика: «Во как я смогла!» - раздались все те звуки, которые я назвала ранее. Фистекс перевернулся, но благодаря подушкам, мы оказались в безопасности. Я ударилась головой. Дотронувшись до места удара я поняла, что по лицу бежит тоненькая струйка горячей крови. -Нина? НИНА! Ты где?! – закричала я, оглядывая огромные подушки, раскинувшиеся вокруг фистекса. -Да тут я, всё нормально, - совершенно спокойно вылезая из-под белой простыни ответила она, - я так ударилась коленкой…Что с тобой! Кровь?! Сильно!? Срочно вызываю медиков! -Не нужно, успокойся, всё нормально, - заверила я подругу, - только… Только, что это было? -По-моему на нас выскочило животное… - начала размышлять подруга. Её прервал дикий вопль, раздавшийся из-под передней части фистекса.