Слепое счастье

Она шла, повинуясь материнскому инстинкту. Он вел её по галереям подземелья, петляя, то вверх, то вниз. Казалось, Вайет нарочно это сделал, чтоб она заблудилась в его владениях. Руки дрожали, норовя выронить поднос с и так не богатым угощением. Мысли то и дело крутились около Кристофера, она боялась что просто-напросто Вайет играет с нею, а сам следит и смеется над ее жалкими попытками что-то предпринять и исправить. Она уже почти отчаялась, как увидела входную дверь. Именно к ней тянуло больше всего. Бьянка была уверена, что Дэни там, она даже слышала его детский голос, его смех… Она дернула за ручку. Заперто! Перенестись внутрь не удавалось. Бьянка отчетливо слышала голос сына — он что–то кому–то рассказывал. Так хотелось обнять его, расцеловать, сказать, как сильно она соскучилась… — Дэниэл, это мама, — проговорила она в щелочку. — Ты можешь открыть дверь? Волнение зашкалило, когда голос сына затих. Дверь распахнулась сама собой, являя небольшое помещение, в конце которого была еще одна дверь. Перед которой, в уютном кресле, укрытый пледом сидел Вайет. Поднос с едой переместился в его руки. — Молодец, Бьянка, — похвалил он ее, вновь что-то съедая с подноса. — Ты так старалась… И ты почти нашла его. Вас разделяет всего одна дверь, — только Вайет, кажется, и не собирался отпирать ее, продолжая ковыряться в тарелке рукой, отправляя небольшие кусочки в рот. — Но, как ты уже поняла, я передумал. Я не хочу, чтобы ты виделась с ним. Ты плохо влияешь на Дэниэла, его психика ломается, а мне нужен здоровый наследник. Сердце ухнуло куда–то в пятки, к горлу подкатил ком. Как же сложно держать себя в руках в такой ситуации. Руки дрожали от желания что–нибудь сделать, но Бьянка не стала, убрав их за спину. Она боялась. Да и за себя тоже, но больше за Криса. Ведь если Вайет её накажет, то она не сможет помочь пленнику. — Но ты… Вы же обещали, — выдавила она из себя. — Дэни спит, я не хочу тревожить его покой, — соврал ведьмак, чувствуя скуку от их разговора. — И да, спасибо за пудинг, он получился великолепным, — Избранный запустил в чашу свои пальцы, зачерпнул немного сладости и слизал, расплываясь в улыбке, как чеширский кот. — Ты можешь быть свободна, пока, — отпустил он ее, но девушка не сдвинулась с места, оставшись стоять так же неподвижно, пряча руки за спиной. — Что-то еще? — вальяжно спросил он, поднимая на нее свой взгляд. — Я подожду, пока он проснётся, — ответила она, демонстративно усаживаясь на пол. Бьянка понимала, что этим навлечет на себя гнев Избранного, но ничего с собой поделать не могла. Вайет окинул ее взглядом, поднимая брови. — Боюсь, долго ждать придется. Ты не увидишь его, — отрезал маг, не собираясь церемониться с глупой женщиной. — И встань с пола, простудишься, а я хочу от тебя еще наследников, — сказал он тоном не терпящим возражений. Бьянкa нe сдвинулась с местa, делая вид, что не слышала слов Избранного. Она понимала, что рискует, но отчего–то ей казалось, что судьба того несчастного пленника, прикованного к стене, ей не грозит. Вайет может придумать что–то похлеще. — Ну сиди, сиди, — усмехнулся Избранный и, щелкнув пальцами, исчез. Теперь Бьянкa оказалась в джакузи с ванильной пеной. Она даже как-то не сразу поняла, что произошло. А когда поняла — не смогла сдержать слез. Вайет вновь не сдержал своего слова, и она и впрямь не увидит своего сына еще неделю. Как же больно и мерзко на душе! Она стукнула кулаком по воде, создав брызги, разбрызгивая по полу пену. Подтянув ноги к себе, закрыв руками глаза, она заплакала, понимая в каком все же положении оказалась. Она словно марионетка в руках Вайета Холливела, именно он решает, что ей делать и как дальше жить. Как же в таком случае ей все исправить? Как помочь Крису? Как жить своей жизнью, когда он не отпускает? И нe желает отпускать. И некому пожаловаться, да и просто выговориться. Она одна. Сама за себя. Теплые водяные пузыри ласкали тело, но феникс словно и не замечала этого. Не время расслабляться. Она пыталась что-нибудь придумать, ведь даже план с тем, что ей поможет младший Холливел — провалился. Теперь ему самому нужна помощь. Конечно, Вайет вряд ли захочет его смерти, поэтому не станет морить его голодом, но тем не менее, чем дольше Крис находится в плену, тем призрачнее шанс хоть что-то исправить. Вайет же может с легкостью его сломать и тогда Крис уже не решится ему противостоять, и тогда Бьянка не сможет вернуть себе сына. Она закрыла глаза, обдумывая дальнейшие действия, и не заметила, что в комнате находится кто-то еще. Избранный сначалa просто любовался этой картиной: обнаженныe участки телa ведьмы, которыe видны меж островками пены, влажные волосы… Это сводило с ума, будоражило фантазию. Маг избавился от одежды, бросив её в угол комнаты, и забрался в джакузи, уютно устроившись напротив Бьянки. Девушка так закопалась в своих мыслях, что появление кого-то еще в ванной, заметила не сразу, а спустя несколько секунд. Она открыла глаза и тут же вжалась в стену, попытавшись спрятать все обнаженные места руками и желательно под водой. Ее всю аж колотило и от гнева, и от страха, и от ненависти к этому человеку. Маг улыбнулся, но его улыбка сейчас напоминала ведьме оскал хищного зверя. Он взял ногу Бьянки, такую изящную и напряженную. Массировал её пальцы, ступню, желая увидеть, что матери его ребенка хорошо и приятно, но лицо девушки выражало другие эмоции. Это бесило, выводило из себя. — Что ты делаешь? Убирайся отсюда! — она вырвала свою ногу из его рук, а взглядом стала искать то, чем можно было бы запустить в Его Избранное Величество. — Какое право ты имеешь так со мной поступать?! Ты обещал, что я увижу Дэниэла! Да какой же ты мужчина, если не держишь своего слова?! — Ты хочешь узнать какой я мужчина? Сейчас узнаешь, — ухмыльнулся маг и навалился на ведьму, прижимая её к бортикам джакузи. Одной рукой он стягивал с неё трусики, другая сжимала запястья девушки. Его губы потянулись к шее девушки, желая покрыть ее нежную кожу горячими поцелуями, но Бьянка стала вырываться, всячески препятствуя этому. Но Вайет превосходил ее по силе, поэтому получалось лишь с трудом уворачиваться, разбрызгивая пену по кафельному полу. — Оставь меня, не трогай! Не смей! — выкрикивала феникс, пытаясь вытащить руки из крепкого захвата. — Не надо, прошу тебя! Не хочу! Не надо! — она попыталась переместиться, но Избранный ловко блокировал ее перенос, и вместо пощечины, больно впился в ее губы, кусая их чуть ли не до крови. Сопротивление еще больше распаляло мага. Он жадно впился в её губы, словно пытался засосать их в себя. Бьянка дергалась, выгибалась, пытаясь освободиться. Тот кошмар снова повторяется. Опять. Как и тогда, он берет её силой, не считаясь с её мнением и желанием. Все еще пытаясь кричать и вырываться, феникс не нашла ничего умнее, чем укусить избранного за губу, прокусив ее насквозь, до крови. Ведьмак резко отстранился, вытерев тыльной стороной ладони капающую кровь и с размаху врезал непослушной ведьме пощечину, так, что ее голова метнулась в сторону, а после он схватил ее за волосы, заставив посмотреть на себя. Повелитель был разгневан, в его зрачках играли бесенята, а сам он готов был чуть ли не разорвать девушку, испепелить на месте. И точно сделал бы так, если бы не испытывал к ней определенных чувств. — Мерзавка! — выплюнул он, больно стягивая волосы на затылке так, что девушка даже слегка взвизгнула, а ее тело чуть приподнялось над поверхностью воды, что стал виден оголенный бюст девушки. Взгляд упал на ее соски и Избранный ухмыльнулся. — Сучка ты, но какая ж красивая… — он провел ладонью по члену, убеждаясь в том, что тот обрел форму и готов к соитию, и прижал девушку к бортику ванной, коленом раздвигая ей ноги. — Не сопротивляйся, — прошипел он ей в ухо, тут же укусив за мочку. Он вошел в нее. Грубо, резко, заставив ведьму закричать от боли. Его толчкообразные движения не стремились доставить удовольствие, скорее наказать. — Я всегда был добр к тебе, — прошипел он девушке, покусывая ее грудь, — но тебе это не нравилось… Несмотря на то, что сейчас происходило, феникс не прекращала попытки выбраться из-под тела того, кого она всем сердцем ненавидела. Она пыталась кусаться, драться, но в ответ получала лишь болезненные щипки и большую активность парня, который словно вдалбливался в нее, причиняя неудобство и боль. Слезы уже сами текли из глаз, запястья болели от того, что Вайет сильно сжимал ей руки, а губ она уже просто не чувствовала. Казалось, это нe закончится никогдa. Она уже ненавидела и себя. У неё ведь была возможность просто уйти, а она на что–то надеялась, словно плохо знала Вайета Холливелла. Могла, но не ушла. Наконец маг выдохся, но продолжал удерживать свою пленницу. Феникс громко всхлипнула, больше не проронив и слова в его адрес. В том, что это за человек, она уже не сомневалась. Все тело болело, хуже чем после самых сложных заданий, из глаз текли слезы, а по губам кровь — уже не понятно чья: его или же теперь ее собственная. — Больше не смей мне перечить, — прорычал ведьмак в самое ухо девушки, — накажу! Он резко отпустил ее руки и вышел из джакузи, не удосужившись даже вытереться или накинуть на бедра полотенце, покинул комнату, оставив Бьянку одну. Девушкa разрыдалась в голос, не боясь, что кто–то увидит её в таком состоянии. Да и кто её здесь увидит? В груди клокотала бессильная ненависть к этому гаду. Она ничего не может сделать, чтобы отомстить за свои унижения. Пока не может. Внезапно она ощутила укол совести. Она жалеет себя. Да, ей больно. Физически. А от моральной, так и вообще хочется провалиться сквозь землю, исчезнуть. Но ведь Крису гораздо хуже чем ей. Если он вообще еще жив. От этих мыслей о запавшем в душу парне, слезы высохли, а свои проблемы отошли нa второй план. Она быстро вытерла слезы, собираясь, приходя в себя. Некогда себя жалеть. Бьянка перенеслась домой, нужно было найти отмычку и приготовить несколько зелий: для защиты, регенерации, просто взрывоопасных, на всякий случай. Гримвор нашелся быстро, в отличии от некоторых ингредиентов. Благо, остались еще нужные связи кое-где до коих не добралась власть Избранного. Еще не добралась. Она надеялась, что Крис еще жив и она успеет помочь ему. Девушка привела себя в порядок и принялась за дело.