Christmas spirit

Все когда-нибудь замечали такую замечательную закономерность: чем сильнее ты чего-то ждёшь, тем медленнее тянется время? А если вы в придачу ко всему ещё и сидите на последнем уроке в пятницу в последнюю учебную неделю, то эта закономерность обостряется раз в сто, если не больше. И если вам не повезло больше всех, то вы – Кэролайн Форбс. И сейчас вы сидите на наискучнейшем уроке в вашей жизни с тремя процентами зарядки на телефоне, забытыми дома наушниками, и из последних сил стараетесь не моргать. Потому что вы ужасно не выспались и если закроете глаза хоть на мгновение, то рискуете их больше не открыть. А невероятно нудный голос преподавателя, который словно специально растягивает слова на манеру колыбельной, только усугубляет ваше состояние. А, возможно, вы Кэтрин Пирс и в данный момент пытаетесь аккуратно подкрасить оставшийся без лака участок ногтя. И класть вы хотели, что в данный момент находитесь на уроке и вообще-то занимаетесь не совсем школьными делами. Впрочем, не только мисс Пирс мягко говоря не заботят предпосылки Второй мировой войны. Вот, например, на последней парте в конвульсиях, сильно смахивающих на эпилептический припадок, извивается Кол Майклсон, громкость музыки в наушниках которого должна была уже давно разорвать барабанные перепонки этого любителя рока. Но его, судя по всему, ничего не смущает, и парень продолжает самозабвенно дёргаться и не забывать махать двумя карандашами в такт, представляя себя всемирно известным рокером как минимум. Да, наглость воистину отличительная черта 11-Б класса средней школы Мистик-Фоллс. Для того, чтобы это понять, достаточно взглянуть на первую парту, за которой, не замечая уже, кажется, седьмое замечание учителя продолжали что-то обсуждать и громко, не побоюсь этого слова, ржать Елена Гилберт и Ребекка Майклсон. Когда эти две девушки успели сдружиться, не понял до сих пор никто. Уверена, если спросить самих подружек, они тоже не дадут ответа. Возможно, они просто понимают друг друга. Ведь быть брошенным одним и тем же парнем – это вам не одинаковые платья на вечеринку надеть, это уже роднит. По правде говоря, никто не мог подумать, что Метт Донован окажется такой шлюхой, коей его окрестила вышеупомянутая мисс Пирс, в попытках успокоить топящую дом в слезах сестру. К слову о самом Доноване. Это без преувеличения единственный человек, кто действительно слушает слегка чудаковатого историка, по третьему кругу начинающему втирать, каким Гитлер был козлом. Вы не пугайтесь, парень не болен ничем смертельным, его мозг не едят черви и психическими заболеваниями он так же не страдает. Просто полтора месяца назад на физкультуре ему «случайно» прилетело волейбольным мячом в голову от Ребекки, и с тех пор он резко так задумался о своей успеваемости. Похвально, конечно, но не поздновато ли исправлять отметки в конце полугодия в выпускном классе? Хоть полугодие и первое, но попытаться подтянуть все предметы хотя бы на «хорошо» это то же самое, что учить верблюда кататься на лыжах. И вот до конца мучений осталось четыре минуты, но зебра судьбы повернулась к ученикам в лучшем случае жопой, как подумала в тот момент Кэролайн. А виной всему грузная женщина, напоминающая больше кисель на ножках, нежили человека, и, по совместительству, классный руководитель. - Мой глубоко любимый 11-Бе-е-е, - гаденько протянула эта киселеобразная масса, - как вы все знаете, сегодня, так сказать, заканчивается первое учебное полугодие. И вот нам поступило предложение отметить это чудное событие совместным времяпрепровождением в, так сказать, неформальной обстановке. На этом месте «существо» замолчало, ни то выдерживая драматическую паузу, ни то ожидая реакции. Но никакой реакции не последовало по одной простой причине: всем было глубоко и надолго на это заявление. «Ебись оно всё единорогом» - сказал бы Кол Майклсон, если бы слышал хоть слово. Но он не придал значения как появлению женщины, так и её словам. А жаль. - О чём это я? Ах, точно. В общем, на ближайшие три недели мы с вами отправляемся в, так сказать, поход в горы, - после этого заявления из кабинета словно испарились все звуки разом. Дети даже дышать, кажется, перестали. А женщина, коварно усмехнулась, добившись, наконец, той реакции, которую и хотела получить. Да, классный руководитель «любит» свой класс так же сильно, как и они её. Есть такое выражение: «Я так сильно тебя люблю, что готов задушить». Или нет такого выражения? В любом случае, оно идеально характеризует отношения в классе. - Какой ещё поход? В конце декабря? Если вы хотите нас убить, придумайте что-то погуманнее, чем заморозить заживо, - первой из ступора вышла Кэтрин и сразу же наехала на женщину с вполне резонным, в принципе, вопросом, пусть и преподнесенном в весьма грубой форме. - Пирс, если бы ты дослушала, то узнала бы, что мы едем в место, похожее на лагерь, так сказать, - отмахнулась женщина, но по ничего не понимающим взглядам уставившихся на неё учеников решила разжевать, мысленно назвав их всех «малолетними имбицилами» и « мусором общества». – Вы будете жить не в палатках, а в домиках. В каждом домике будут жить, так сказать, по четыре девочки, и, следовательно, четыре мальчика. Но лагерь всё равно находится в лесу, так что единство с природой, так сказать, сохранится. О, и с вами едут два учителя: я и миссис Харрис. А так же два ваших родителя, а в нашем случае брата: Клаус Майклсон и Деймон Сальваторе. Передадите им особую благодарность. Это, так сказать, всё, что я хотела сказать. И это не обсуждается. Вашим родителям я уже сообщила. Они все, так сказать, согласны. В воскресенье в десять утра на школьном дворе. Как раз с последним словом женщины прозвенел последний в этом году звонок, и слегка приохуевшие ученики хотели было ломануться домой, но голос историка, провозгласивший ненавистное: «Куда вы пошли? Запишите домашнее задание на каникулы» заставил и без того морально убитых детей приклеиться обратно к партам. Ещё одна замечательная закономерность: как только учебный год подходит к концу домашнего задания становится больше. Складывается ощущение, что у учителей существует какое-то соревнование. Мол, задай больше домашки, чем тот утырок из соседнего кабинета и получи премию. *** - Нет, вы представляете? Что, интересно они курили, когда придумали этот бред? – возмущалась Кэролайн, выражая всеобщее негодование. А чего, собственно, ожидал инициатор сего безумия? «Эй, дети, как на счёт проторчать все каникулы в компании ебучих одноклассников в ебучем лесу?» «О Господи! Это просто гениальная идея. Мы восхищаемся вашим талантом придумывать всякую хуйню. Мы станем поклоняться вам за эту идею» - А меня куда больше волнует, какого чёрта мой брат согласился на этот девятый круг ада, - буркнул себе под нос проходящий мимо Кол. Решив не нагружаться лишними размышлениями по сему поводу, через секунду парень уже вслушивался в гудки, ожидая, когда же Клаус возьмёт трубку. - Какого хера ты меня подставляешь, братец? – гневно прошипел Кол, находящийся в не меньшем «восторге» чем все остальные. - Так надо, брат, - философски изрёк Клаус, чем ещё больше разозлил брата. Колу всё-таки хотелось конкретики, коей он и потребовал, не забыв назвать брата «тупым цукатом». - Ладно, ладно, не заводись. В общем, все дело тут в Новом годе. Уже через две недели наступит 2015 год, а я так и не затащил в постель дражайшую мисс Форбс. - Ты серьёзно? – заорал Кол так громко, что на него обернулось пол коридора. – Хочешь сказать, что я буду терпеть дополнительные три недели ада из-за твоего сраного списка? Сказать, что Майклсон зол, не сказать ничего. Он был в ярости. Дыхание сбилось, свободная рука сжалась в кулак так, что побелели костяшки, а голос приобрёл истеричные нотки. Для полноты картины ему не хватало только огня изо рта и пара из ноздрей. Младший брат, конечно, был далек от примерного парня и высокого моралиста, но искренне не понимал, как можно идти на такие жертвы ради какой-то галочки в списке. - Ну да, - совершенно спокойно ответил Клаус. - Милейший братец, - начал Кол приторно-сладким голосом, - советую тебе собирать манатки и бежать из страны куда-нибудь в Гондурас в целях твоей же сохранности. Ибо я клятвенно обещаю, что когда я доберусь до дома, то онально покараю тебя чем-нибудь резиновым, широким и продолговатым с такой силой, что тебе потом останется только идти работать пассивным жигало. - Да ладно тебе, не заводись. Поставь себя на моё место… - Никак не могу, уж прости. Я ж ведь не завожу списков с именами девушке, которых я должен трахнуть. А знаешь почему? Потому что я не долбаёб! – проорал в трубку Кол и сбросил вызов, с трудом сдержав порыв швырнуть гаджет в ближайшую стену. На том конце провода Никлаус только снисходительно улыбнулся, вспомнив себя в свои семнадцать, и решил, что к возвращению домой парень остынет. *** Если вы спросите у Кэролайн Форбс сколько раз за всю свою жизнь она просыпалась свежей, жизнерадостной и полностью выспавшейся, девушка, скорее всего, рассмеётся вам прямо в лицо, покрутит пальцем у виска и со снисходительной улыбкой вызовет скорую помощь, утверждая, что у вас поехала крыша, и вы несёт полнейший бред. Да, просыпаться в семь утра не любит никто. Особенно в воскресенье. И мисс Форбс не исключение. Вот уже пятнадцать минут она пытается открыть хоть какой-то глаз, но, видимо, все время забывает какой, проваливаясь в сон. Издав жалобный стон, блондинка мысленно отметила, что на сложенном с вечера чемодане сэкономила себе ещё минут сорок и, удовлетворившись эти фактом, отдалась в объятья слуг Морфея. А вот наши близняшки не могли позволить себе подобной роскоши. Если, проходя мимо их дома, прислушаться, то отчётливо можно услышать топот, грохот и сдавленные маты. - Двадцать семь секунд. Лучший круг, - с издёвкой произнесла Кэтрин, уже давно сложившая свои вещи и теперь молча наблюдающая за истеричными метаниями сестры, которая носилась из спальни в ванную и обратно с такой скорость, словно за ней гонится рой пчёл людоедов. - Помогла бы лучше, - недовольно бубнит Елена и в очередной раз подбегает к шкафу, и начинает судорожно запихивать какие-то вещи в чемодан. - Вот уж нет, - хмыкает Пирс. – Если что, я на кухне. Ещё минута наблюдений за твоим забегом и меня стошнит. О, и я бы на твоём месте сменила траекторию. Сомневаюсь, что родителям придётся по вкусу зияющая дыра в полу, протоптанная твоими ножищами. Что касается утра в особняке Майклсонов, там всё было на удивление спокойно. Всё дело в том, что младший представитель семейства мастерски игнорирует своего брата с того момента, как переступил порог дома в пятницу. А нет ссор между Колом и Клаусом – нет ссор вообще. И вот уже третий день все обитатели старинного поместья затаив дыхания удивляются внезапному спокойствию и ставят ставки, через сколько же у одного из братьев сдадут нервы и он прикончит другого. И утром воскресенья это напряжение достигло такой степени, что его можно было зачерпнуть половником, разложить по тарелкам и подать вместо завтрака. И вот произошел толчок. Кол, проходивший мимо комнаты брата, услышал, как тот, упаковывая пачку презервативов в сумку, поклялся сам себе, что к концу поездки он израсходует их все на так желанную им Кэролайн Форбс. Для импульсивного и неуравновешенного Кола это было сродни красной тряпки для быка или чирканья спичкой в помещении, наполненном газом. И парень взорвался. Мигом подлетев к брату, Кол со всей дури въехал ему по скуле кулаком. От неожиданности Клаус даже пошатнулся на месте. - Ты совсем больной? - полным ярости взглядом смотря на брата, прошипел Ник. - Больной здесь вовсе не я. Знаешь, братец, почему ты до сих пор не трахнул Форбс? Потому что она не такая. Ты поставил её в разряд с местными шлюшками и прогадал. У тебя ничего не получится. А если и получится… Я искренне желаю тебе влюбиться в неё и страдать потом от своего долбоебизма, - буквально выплюнул эти слова брату в лицо Кол. Вяло дожевывая банан, служивший ей завтраком, и запивая его кофе, всё ещё закутанная в одеяло Кэролайн проклинала свою жизнь, вселенную и всех известных ей богов. Как так вышло, что рождественские каникулы она проведёт в каком-то сомнительном лесу с не менее сомнительной компанией? Тяжело выдохнув, блондинка поплелась в ванную расчёсывать спутанные в морские узлы волосы и замазывать тональником огромные мешки под глазами. Когда с утренними процедурами было покончено, и внешний вид был приближен к нормальному, раздался звонок в дверь. В очередной раз послав всё нахуй, Форбс побрела открывать дверь зашедшим за ней подругам. Распахнув дверь, девушка поморщилась от холодного ветра и поспешила впустить сестёр в дом, чтобы не замёрзнуть окончательно. «И как только они собираются всё это переть?» - промелькнуло в голове у блондинки, стоило ей увидеть размеры чемоданов подруг и их количество. - О Господи, - наигранно испугалась Кэролайн, - как же ваши родители будут жить в таком доме? - В каком «таком»? – переспросила ничего не понявшая Елена. - В абсолютно пустом. Вы же явно вынесли оттуда всё. - Раз, два, три… Семь! – ужаснулась Форбс. – Семь чемоданов. Даже и не думайте, что я позволю вам тащить всё это с собой. В праведном гневе блондинка была более чем страшна, поэтому никто не решился с ней спорить, а только молча наблюдал, как она открывает один из чемоданов и скептически оглядывает его содержимое. - Это что такое? – тыча пальцем в огромный сундук, спрашивает Кэролайн. - Набор плоек, - пожав плечами, ответила Кэтрин. - О, ясн… Стоп. Что? - А что тебя смущает? - Ну не знаю, может бигуди, лежащие рядом? – взвыла девушка. – Зачем тебе вообще в лесу бигуди? В чём ты их греть собралась? В этой кастрюле, что ли? – продолжала орать Кэролайн, но вдруг резко замерла. - Кастрюля?! - Ну да. Для бигудей, как ты и сказала, - спокойно ответила Пирс, глядя на покрасневшую от злости подругу. - Ну, уж нет. Мы выбрасываем нафиг и кастрюлю, и бигуди, и, уж конечно, набор плоек, - безапелляционно огласила блондинка и переложила лишние вещи на диван. Затем протянула руку к следующему чемодану. - Платье, Елена? Серьёзно? Хлопковое платье без бретелек? - А что такого? – наивно хлопая глазами, спросила Гилберт. - Совершенно ничего. Вот только на улице декабрь. И едем мы в поход. В лес, - с расстановкой ответила блондинка. – Я это выброшу. И шорты тоже. И эту майку. И эту. И эту странную фигню, чем бы она ни была, тоже. *** Время неумолимо близилось к десяти утра и школьный двор начал заполняться сонными, обозлёнными и желающими ни то убить кого-то, ни то умереть самим, учениками. Среди учащихся явно выделялись две группы людей. «Чем они выделялись?» - спросите вы. Миловидная блондинка переминалась с ноги на ногу от холода и то и дело дула на свои голые ладони, пальцев на которых уже не чувствовала. Рядом с ней стоял высокий парень, одетый совершенно не по погоде и обнимающий себя руками. В этот момент в голове Майклсона младшего не было не единой мысли, кроме одной. Он дебил. Дебил, который из-за ссоры с братом выбежал из дома в одной толстовке, успев захватить только сумку с вещами. И вот уже сорок минут мёрзнул на улице, где температура воздуха упала до непривычных, для Мистик-Фоллс, минус семи градусов. Замыкающим в этой странной компании был слишком счастливый для данного события блондин, одетый в модное пальто, тёплый шарф и с огромным синяком на скуле, постоянно крутящий головой, в поисках одной своенравной блондинки. И, наконец, его взгляд упёрся во вторую не менее странную тройку. Девушки молча стояли около стены и думали каждая о своём. Елена надеялась, что за это время она сможет подружиться с классом и хорошенько отдохнуть. Кэтрин всё ещё негодовала по поводу так несправедливо отобранного у неё набора плоек. Ну, а Кэролайн просто пыталась понять, что она вообще здесь делает. Наконец подъехал огромный автобус, и ученики побрели занимать места, мысленно покрывая вселенную отборным трёхэтажным матом. Уже подходя к транспорту, Форбс почувствовала тёплое дыхание на своей шее и непроизвольно вздрогнула от контраста температур. - Привет, Кэролайн, - полушепотом протянул мелодичный, хрипловатый голос. - Выпускаем на сцену великого пикапера. Не гладить и с рук не кормить, - усмехнулся Кол, со стороны наблюдая за попытками брата завоевать хоть каплю внимания блондинки. Когда автобус тронулся с места, у всех были совершенно разные мысли, но все ученики точно знали одно: за эти три недели произойдёт что-то незабываемое.