Christmas spirit

- Да какого же чёрта нас будить-то в такую рань?! Именно этот вопрос возглавлял ТОП самых часто-произносимых фраз от двадцать седьмого декабря две тысячи четырнадцатого года. И вполне заслужено, ведь, в самом деле, что ещё может волновать подростков, разбуженных в полшестого утра? И даже цель столь раннего подъёма не беспокоила детей. И, как всегда, зря. Ведь чертоги разума учителей литературы непостижимы простым смертным, и ожидать можно чего угодно. - Чего бы они ни хотели - я не пойду, - простонала Кэролайн Форбс, свернувшись калачиком под двумя одеялами. - Кэр, милая у тебя нет выбора, - мягко возразила Елена и попыталась растормошить подругу, на что получила в ответ ещё один измученный стон. - Да отстань ты от неё. Не видишь - человеку плохо? – раздраженно буркнула Кэтрин, стараясь расчесать спутанные в морской узел волосы. - Я, правда, не очень хорошо себя чувствую. Передадите стерве Брукс, что мне плохо, - тихо отозвался ворох одеял. *** - Вставай давай. Тишина. - Я сказал – вставай. Ни единого звука. - Ты там умер что ли? Полнейшее молчание. - Клаус, твою мать! - Она и твоя мать тоже, придурок. - Так ты всё-таки говорящий, - усмехнулся Кол. – Отдирай свои ляжки от кровати – нас ждут великие дела! - Отлично, замечательно, только без меня, - мычит Никлаус и переворачивается лицом к стене, демонстрируя полное нежелание продолжать диалог. - И что прикажешь сказать этой ведьме Брукс? - Что у меня геморрой. Что я поперхнулся воздухом и скончался. Что я увидел тебя без трусов и умер от смеха. Придумай что-нибудь, - лениво протянул блондин. - Придурок, - буркнул Кол, натягивая куртку, а после неестественно громко хлопнул дверью, выражая крайнюю степень негодования. *** - Двадцать девять, тридцать… - задумчиво мычала себе под нос классный руководитель, тыкая пальцем в каждого ученика по очереди. – Почему всего тридцать? Где ещё двое? - Кэролайн плохо, - тихо ответила Пирс. - А у Клауса геморрой, - максимально громко, в отличие от девушки, сказал Кол. Ответом ему послужило сдавленное хихиканье, истеричный смех Ребекки и закатанные глаза миссис Брукс. - Ладно, сделаем вид, что я поверила. На ближайшие три дня у нас запланирован… - Очередной пиздец, - буркнул кто-то. -… поход в горы. Мы планировали оставить это на последние дни… - Так давайте так и сделаем. - … но погода, так сказать, всё решила за нас. И если ни у кого больше не проснулись, так сказать, несуществующие болезни, то мы можем выдвигаться. Палатки со спальниками все взяли? – дождавшись вялых кивков, женщина подхватила свой рюкзак и засеменила в неизвестном направлении. - Кто-нибудь пристрелите меня, - возведя руки к небу, простонал Деймон Сальваторе. - Как этой женщине вообще в голову пришел это бред? Что она употребляет? Пускай поделится, я тоже хочу. - Пирс, боюсь, твой мозг этого просто не выдержит, - хохотнул Кол. – К употреблению подобных веществ приспособлены только космонавты, военные и учителя литературы. Стоит сказать, что за последние три дня праведный гнев Майклсона младшего успел поутихнуть, и общение с Пирс стало более свободным, чем было до инцидента с душем. В самом деле, общаться с человеком, к которому не испытываешь никаких душащих романтических чувств намного прощу, согласитесь. Во всяком случае Кол полностью пересмотрел свои взгляды и решил, что стоит плюнуть на прошлое и жить настоящим. В данном случае: забыть, какая Пирс стерва и попытаться разглядеть в ней что-то хорошее. И если с первым пунктом парень справился на ура, то с хорошими качествами брюнетки дела обстоят хуже, в виду того, что их просто нет. Этих хороших качеств. А может и есть. Просто зарыты они глубоко внутри. Очень глубоко. Что касается самого Кола, то этих качеств у него на целое китайское поселение наберётся, как успела выяснить Кэтрин. И не то, что бы Майклсон был, в самом деле, весь такой положительный. Просто Пирс так казалось. Они словно поменялись местами. Гордая королева школы украдкой поглядывала на такого идеального Майклсона, а всю жизнь влюблённый в недоступную красотку парнишка теперь отвечал милой улыбкой на все взгляды Пирс. Но так ли правы в классификации своих чувств были эти двое? *** - Всё. Я больше не могу. Бросьте меня здесь и идите с миром, - опираясь спиной о ствол дерева, выдохнул Майклсон младший и тихонечко сполз на землю. - Поднимай свой зад с холодной земли, - сурово гаркнула Ребекка, - мне не нужны два больных брата. - Я не могу, - Кол театрально приложил тыльную сторону ладони ко лбу. – Ноги меня не слушаются, лоб горячий и руки ломит. Дайте мне умереть спокойно. - Ну, раз тебе приспичило умереть сидя на муравейнике – флаг в руки, - закатив глаза, небрежно бросила Бекка, продолжая свой путь под адский вопль брата. «Господи, мы идём, наверное, уже часов пять», - мысленно прохныкал Кол, усиленно отряхивая штаны от трупиков красный муравьёв. - Смотри, сова, - заворожено прошептала Елена, указывая пальцем на бедное животное, спокойно сидящее на ветке, - ты знала, что совы обитают практически на всех площади земного шара? - Елена? – позвала Пирс сестру. - Да? - Заткнись. - Ладно. Эй, смотри… - Что бы это ни было – мне всё равно, - раздраженно шикнула Кэтрин, всё внимание которой было приковано к прелестной пятой точке Кола Майклсона. «Как много нового я успела увидеть за те десять минут, что мы идём», - восхищённо подумала Елена, продолжая рассказывать сама себе о Волчьих ягодах, тысячелистнике, той забавной зверюшке, которую она не может вспомнить, как зовут, и прочих, только ей одной интересных, вещах. - Как думаешь, какова вероятность, что у меня что-то получится с твоим братом? – задумчиво спросила Кэтрин, заправляя мешающую прядь за ухо. - Примерно сто процентов, - хмыкнув, ответила Ребекка. - Правда? Целых сто? - Ну да, только в отрицательной степени, - хохотнула блондинка. «За тот час, что бы идём, Кол ни разу на меня не посмотрел», - опечалено подумала Пирс. *** - Дети, привал, - наконец огласила миссис Брукс после полного перечисления Еленой всей растительности, характерной для данной местности, обещания Ребекки зашить Пирс рот, если она ещё хоть раз упомянет её брата, и одного куста крапивы, в который умудрился упасть Кол, споткнувшийся о свою же ногу. У учительницы было на удивление хорошее настроение. Она была чертовски рада, что они успели дойти до запланированного места ровно за отведённые для этого полтора часа. Это значило, что они успеют исполнить все задумки женщины. Но ведь у этой компании никогда ничего не бывает гладко. - Наконец-то, Господи, земля! – проорал тот самый любитель крапивы, уж очень сожалеющий, что не "заболел" геморроем вместе с братом. - Мы же не в открытом море были, - закатила глаза Ребекка. - Не наезжай на человека, - в диалог встрял Деймон. – Тебе явно легче. Ты-то об свои ноги не спотыкаешься. - Пошел ты, - буркнул шатен, и чётко в голову Сальваторе прилетело какой-то корягой. - Мистер Майклсон, мистер Сальваторе, рас уж вам, так сказать, нечем заняться – будьте добры поставить палатки. А за хворостом тем временем сходят… - Мне нужно в туалет, - оповестила всех Кэтрин, и удалилась в неизвестном направлении, усиленно переступая комья грязи и обходя кусты крапивы. - … сходят Динкли и Хьберт, - закончила женщина, даже и не подумав напомнить брюнетке о том, что в лесу может быт опасно. И зря. Ведь через двадцать минут, когда палатки были поставлены, а щёку Кола украшала смачная царапина от спицы, девушка так и не появилась. Как и через сорок, когда все уже начали волноваться, не случилось ли с ней чего плохого. Как и через час, когда брюнетку уже вовсю искали пары подростков, шарящие по лесу и выкрикивающие её имя. - Знаешь, это похоже на начало фильма ужасов, - сказал Кол сестре, задумчиво почёсывая сыпь от крапивы на шее. - И чем же? – закатила глаза Бекка. - В каждом ужастике есть такой человек, который уходит отлить и пропадает, а потом его хладный труп находят где-нибудь в реке. - А ещё в каждом ужастике есть сисястая блондинка, которая вечно ноет и всех бесит, - раздраженно выпалила Майклсон. – Вот у нас за неё ты. Кол уже хотел возразить, но его прервал истошный женский вопль, вдруг пронзивший лес.