Пластик

— Тут ошибка. — Грозный Глаз ткнул коротким ногтем в пергамент. — Сложно нацарапать как следует, а? — Никакой ошибки нет! — холодно отозвалась ведьма. Узкие брови скользнули вверх и тут же нырнули вниз. — С чего вы взяли? — Я не Бартемиус Крауч! — каркнул Грюм. — Если я прошу подготовить досье, оно мне нужно. И не для того, чтобы прибить на стену и глазеть! И что я вижу? Нимфадора Тонкс. Двадцать лет. Полукровка. Выпускница школы «Хогвартс». Факультет: Пуффендуй! Женщина быстро кивнула и сощурилась, но спустя секунду расслабила веки. — Может, прочитать ещё раз? — Сколько вам угодно, — протянула ведьма. Тонкие бледные пальцы сунули перо в резную бронзовую чернильницу. Волшебный глаз по привычке скользнул следом. Пусто. — Говорю же: ошибки нет. — То есть «Н. Тонкс» — двадцатилетняя девчонка с Пуффендуя? Её я пришёл тестировать? — Именно так. Данные для досье я запросила у мадам Боунс. Смею заверить, оно в порядке. — Тогда лучше бы вы забыли его подготовить, — проворчал Грюм, запихивая пергамент в карман. — Это вы, кажется, отлично умеете. Сладко-лиловые панели на стенах сменились разноцветными фотографиями, а трость весело застучала по каменному полу. — Грозный Глаз! — Долиш вывалился из личного закутка и протянул чуть дрожащую руку. — Как жизнь? — Со скуки дохну, — ухмыльнулся Грюм. — У вас, гляжу, нынче повеселее. — Ещё бы! Чемпионат мира вот-вот начнётся! Небось пришёл выпросить билетик? — подмигнул Долиш. — Куда веселей, чем обычно, но пока справляемся, — пробасил Кингсли, подходя следом. — Зачем пожаловал, Аластор? По делам или просто так? — Через час узнаю. А пока поторчу здесь. Грюм плюхнулся на низкий диван для посетителей, покрытый толстой бугристой кожей тролля, замечая, как громоздятся за фальшивым окном мраморные облака. Волшебный глаз протиснулся сквозь стену к хмурому лицу Скримджера, доросшего наконец до отдельного кабинета. Там ни одной фотографии не было — лишь голые стены из сплошного полированного камня и уйма пузатых свечей. Старый лев здороваться не спешил. Одно дело — пригласить провести экзамен по старой памяти, другое — поприветствовать лично самого знаменитого мракоборца Англии и главного конкурента на пост главы центра. Бывшего, конечно, и то в голове Руфуса. Не хватало ещё заправлять кретинами вроде Долиша на старости лет! Лучше уж учить защите детишек в Хогвартсе: там хоть кормят достойно. А здесь чашку чая горячего не предложат, а если удосужатся — обязательно траванут и будут следить, выпил или нет. Проклятая репутация! Вытянув уставшую ногу и швырнув трость на каменный пол, Грюм хлебнул тыквенного сока из любимой фляжки и вернулся к досье загадочной Тонкс. Выпускные экзамены девчонка сдала неплохо. Зельеварение: выше ожидаемого; заклинания: превосходно; трансфигурация: выше ожидаемого; защита от тёмных искусств: превосходно. В школу мракоборцев пришла сразу после Хогвартса, легко проскочив испытания. Прекрасно летает на метле… выдающиеся успехи… проявляет интерес и усердие… Кажется, без подобных фраз досье ему и не попадались. Глаз зацепился за другое. По скрытности и маскировке на выпускном экзамене стоит «превосходно», а за тайное проникновение и выслеживание — жиденькое «удовлетворительно». Боевая магия будет решающей. Интересно, может пуффендуйка нападать так же хорошо, как прятаться? — Кого я вижу! — протянул откуда-то сверху вежливый голос Скримджера. — Аластор Грюм! Я был уверен, что ты придёшь. Не упустишь случая поиграть с малышами. Может, чаю или кофе? — Ни за что! — гаркнул Грюм стараясь улыбнуться пошире. Руфус коснулся взглядом рваного рта и чуть заметно поморщился. — Не поболтаешь со старым коллегой? Мне давно хотелось спросить у тебя совета. — Нет уж. — отозвался Грозный Глаз. — Забыл, что я в отставке, а? И совет вам я уже дал лет тринадцать назад. Тот тебя не устроил, а другого у меня нет. — Но в сложившихся обстоятельствах… Считаешь, ничего не изменилось? — мигом разозлился Руфус. — Мне не верится, что Грозный Глаз Грюм не следит за новостями. Или за десяток лет ты начал сочувствовать негодяям? Тогда, может, и слухи, что ты тронулся умом — чистая правда? — Может, и тронулся, — рыкнул с ухмылкой Грюм, — но не так сильно, как тебе хотелось бы! Я охочусь только за Пожирателями Смерти. Знакомые мне соберутся в Хогвартсе в грядущем году. — Снегг и Каркаров на нашей стороне! — холодно возразил Руфус. — Я в курсе, — кивнул Грозный Глаз, — как и Люциус Малфой, что чуть не убил девчонку Уизли два года назад. Может, лучше помочь вам найти его? Скримджер замолк и устало зажмурился. — Аластор, ты должен был догадаться, что я пригласил тебя не просто так. Блэк сбежал из самого Азкабана, и вероятность поймать его без твоей помощи… — Если он и убийца, то такой же, как мы с тобой. В его дружбе с Волан-де-Мортом ни кната правды, и метки у него нет. Когда найдёшь доказательства, что он Пожиратель, напиши. Сбегающие из дома богатенькие детишки — не моя забота. — Когда мы отыщем доказательства, будет поздно! — вспыхнул Скримджер. — Сколько людей пострадало, пока мы их искали! Сам Волан-де-Морт ни разу не пойман на месте преступления! — Волан-де-Морт потерял силу и скрывается, — Грюм почувствовал неожиданное веселье. — Слыхал про это? И Блэк ему не помощник. Что он, по-твоему, может сделать? Сейчас нужно защищать Хогвартс. Турнир Трёх Волшебников — не чёртов квиддич, он славится напрасными смертями. — А если Волан-де-Морт перестанет скрываться? Если вы слышали последние новости из Албании… Аластор, я прошу вас!.. — Всё дружишь со стариной Барти? — оскалился Грюм. — Припоминаю: у вас кой-какие общие интересы. Передавай привет. Скажи: волноваться не о чем, если не считать Пожирателей, которых он вытащил из Азкабана после того, как я их поймал. Руфус Скримджер кое-как совладал с лицом, круто развернулся и, прихрамывая, скрылся в кабинете. Убедившись, что он заперся и зашуршал пергаментами, Грюм вернулся к досье. Что-то в этом окаменевшем месте и впрямь начало меняться.

****

Действительно — девчонка, совсем молодая. Короткие волосы — жёлтые, как цыплячий пух, тонкие пальчики и хрупкая волшебная палочка, полосатая, будто кошачий хвост. Грозный Глаз по привычке нырнул глубже, под одежду и рёбра. Пульс ровный. Как в библиотеку зашла. Приветливая улыбка. Ну, что же… — Силенцио! — пинком открыв дверь, он влетел в бывший зал заседаний. Лишить голоса не вышло. Тонкс легко увернулась, ныряя за старое кресло и растягивая перед собой мутный сложный щит. Закончить не успела, конечно — с лёгким хлопком Грюм возник сзади и полоснул заклинанием хлыста. — Протего! — со злостью прошипела Тонкс, морща белое от боли лицо. Грюм широко улыбнулся. — Локомотор мортис! Заклинание угодило куда-то в колени, но на деревянную ногу оно не действовало. Грюм с улыбкой оперся на трость и наградил девчонку ещё парой ударов. Помнится, Мальсибер любил играть так: болезненно, но почти не травматично. Будь Грюм в настоящей схватке, Тонкс уже валялась бы в углу, запелёнутая в верёвки, как младенец мандрагоры, но экзамен предполагал дуэль на равных. На равных с ней? — Эварте Статум! Пол и потолок дважды поменялись местами, и Грюм тяжело рухнул на пол. От удара об стену в глазах слегка потемнело. — Вариари виргис! Вариари виргис! — радостно взвизгнула Тонкс, размахивая палочкой и открываясь нараспашку, как подросток. Хлысты прошлись по лицу и груди, сбивая с толку и вызывая глухое бешенство. — Экспеллиармус! Девчонка отлетела к стене напротив, забавно раскинув руки. Жёлтые волосы сверкнули солнцем на фоне щербатой стены. Грюм поймал её волшебную палочку двумя пальцами и поднёс почти к самому носу. Очень гибкая и тонкая, средней длины. Внутри сердечная жила дракона, снаружи — кажется, вишнёвое дерево. Неплохо, вполне неплохо. Сняв обезноживающее заклинание, он поднялся и подковылял к Тонкс. Волосы потемнели или ему показалось? Рывком подняв девчонку на ноги и прислонив к стене, он отступил на пару шагов. Тонкс медленно разлепила глаза, приходя в себя, и тут же подобралась. — Мистер Грюм, я… — Заткнись. — рыкнул Грозный Глаз. — Империо! По правой руке к голове потянулся сладкий поток магии. Тонкс мигом вытянулась в струнку и расправила плечи. На лице застыла услужливая улыбка, прямо как у Розмерты в безлюдный день. Грюму стало не по себе. — Залезай вон на тот стол и танцуй, — буркнул он, опуская обычный глаз в пол. Волшебный скользнул за дверь. Пусто. — И красиво танцуй! Живо! — А-а-а-а… — протянула Тонкс и тряхнула головой. — Я-а-а-а… — Оглохла?! Сделав пару шагов к безликому казённому столу, она неуклюже споткнулась и растянулась на полу. — Встать! — рявкнул Грюм. Тонкс подтянула колени к груди и перевернулась, но не сделала больше ни движения. — Не хочешь танцевать? Держишься? На измученном лице девчонки проступили капельки пота. Она медленно моргнула, пытаясь ответить. — Отлично! — кивнул Грюм. — Тогда лежи. Круцио! Рубиновый луч угодил в плечо. Через пару секунд пришлось пожалеть, что с кабинета снята вся защита. Если мракоборцы-мальчишки обходились хрипами или стонами, Тонкс завизжала, как банши. Гибкое тренированное тело выгнулось удивительно ровной дугой, а короткие разноцветные ногти заскребли по холодному камню. Досчитав до двенадцати, Грозный Глаз отвёл палочку. — Жива? — Д-да!.. — При нападении тёмных сил на мирных жителей защита кого важнее — магов или магглов? — Не имеет значения, — шепнула Тонкс бестелесным голосом, вытирая со лба пот. — Мы не делаем выбора. — Верно. Круцио! Беспричинное тренированное бешенство внутри вызывало радость и тошноту. Тонкс скрутило в клубок, и на этот раз она каталась по полу почти беззвучно. В коридоре пока пусто. Девять, десять, одиннадцать… — Как проводится эвакуация из опасных зон? — Нужно найти безопасный способ… — Тонкс запнулась и хлебнула воздуха. — Предпочтительней портал с сопровождением мракоборца. Камин. Волшебный транспорт. Мётлы. Первыми идут женщины и дети. После — остальные. — Неверно, — Грюм несильно стукнул тростью по полу. — Женщины, дети и старики. Сосредоточиться! Кру… — Стойте! — взвизгнула Тонкс. — Вы ошиблись! Я сегодня же смотрела в учебнике, и там написано чётко: женщины и дети. Не старики! — Прочитаешь учебник детишкам стариков, что сдохнут в схватке? — гаркнул Грюм. — Башка нужна тебе, чтобы думать! Круцио! После четвёртого непростительного девчонка была на грани. Она сжалась так, что заскрипели зубы. По щекам покатились слёзы. Палочку Грюм не отводил, но Круциатус закончился сам собой. Долгие всхлипы заплясали по старому залу эхом. Сколько раз он мечтал запытать тут кого-нибудь до безумия, как это сделали с Алисой и Фрэнком проклятые Лестрейнджи! Мечтал, да так и не решился. Второе непростительное было мерзким — куда хуже первого. От него внутри всегда оставалась жуткая злость. Отголосок боли для равновесия, кажется. Официально в министерстве изучать Круциатус, Аваду Кедавру и Империус запрещено даже мракоборцам. Наверное, это к лучшему. Тонкс расслабилась и открыла глаза. Зрачки расширены, пульс на пределе, мышцы расплавились в кисель. — Когда проводится оказание помощи выведенным из строя? — Грозный Глаз нахмурился, протягивая руку. Девчонка поднялась на ноги и пошатнулась. — Да держись ты! Тонкие пальцы судорожно сомкнулись на плече совсем рядом с шеей. Щеки коснулось дыхание: быстрое-быстрое, как после бега или кой-чего погорячее. У Тонкс дрожали руки и стучали зубы. — Во время битвы, — устало выдохнула она. — Иначе… — Неправильно! — тряхнул седой гривой Грюм. — После битвы. Иначе умрёшь! — Вы сами сказали думать головой! — фыркнула Тонкс. — А я думаю, что во время битвы можно спасти больше людей, если… — Во время битвы нужно драться, а не спасать! — гаркнул Грозный Глаз. — Не придумывать на ходу! Он подвёл девчонку к зловещему креслу для подсудимых и усадил лицом к себе. Получив обратно палочку, Тонкс нервно согнула её. Блестящее дерево упруго свистнуло, возвращая форму. — Кто учил тебя боевой магии? — Курсы мракоборцев. И я сама, — гордо улыбнулась девчонка. — Много читала и ещё больше слышала. — А выносливость откуда? — гаркнул Грозный Глаз. — Квиддич, — отмахнулась она. — Что, так заметно? У меня получилось? Мистер Грюм, меня возьмут? — А непростительные тренировал кто? Тонкс побелела на глазах, а волосы заполыхали рыжим. Грюм опешил. — Никто, — она энергично помотала головой. — С чего вы взяли? — Думаешь, я дурак? — улыбнулся Грюм. — Без тренировки никто не может их выдержать. Уж поверь, я это знаю. Об экзамене тебе ляпнул кто-то из наших, и недавно, но они не стали бы помогать. Подружки отпадают, лихие бойфренды тоже — духу хватило бы на пару раз, а ты продержалась полминуты. Остаются Пожиратели, ненормальные или близкие. Так кто? — Я не могу сказать! — разозлилась Тонкс. — Думаете, я шпион? Сдала кучу ЖАБА и училась три года просто так? Вам не должно быть дела, как я тренировалась. Это просто нечестно! — Азкабана боишься? — голос съехал в шёпот. — Я тоже боюсь. Мои непростительные не законней любых других, так что будем квитами. А помощников тебе придётся назвать. Власти у меня всё же побольше, а? — Мама, — буркнула Тонкс. — Что — мама? — Меня тренировала мама. Все три года. Отец помогал. — голос Тонкс дрогнул, но лицо походило на застывшую маску. — Вот как… — задумался Грюм. — Сиди здесь. Помощь сейчас пришлю. До Мунго мне тебя не дотащить. А рот держи на замке!