Земля отчаянной надежды

Свет с золотистого сменился алым всполохом сигнала тревоги, и Эрик тут же сел в постели, тихо выругался. — Я же сказал вам уходить, — прошептал сам себе Магнето, чувствуя, что придется серьезно поработать над дисциплиной в рядах его братства. В коридоре послышались торопливые шаги солдат, и Эрик усмехнулся, зная протокол, который был у всех служащих базы на случай нападения. Он и сам рассматривал его как один из вариантов для побега, но не рассчитывал, что его придется использовать так рано. Хорошо, что он уже успел отойти от последней дозы сыворотки и теперь, поднявшись на ноги знал, что сможет справиться с парой солдат. Одно нажатие и резкая боль в руке, Эрик едва заметно поморщился, зато браслет наручника легко соскользнул со сломанной ладони. — Ни с места! Лицом к стене! — крикнул один из солдат еще до того, как открыть дверь. Эрик двигался медленно, выполняя приказ, и пытаясь представить, кто из его последователей оказался достаточно глупым, чтобы проникнуть на эту базу. Скорее всего, Мистик, только у нее были способности для того, чтобы проникнуть осторожно, но этого недостаточно для датчиков Траска. Они здесь были повсюду, ее бы засекли еще на подходе к базе. Да и не была она столь глупа, чтобы кидаться в стан врага, зная о шансах на победу. Эрик провел немало времени с сестрой Чарльза, чтобы научить ее действовать с умом, не поддаваясь эмоциям. А остальные капитаны? Хавок? Эрик сомневался, что они бы ослушались его. — Ни с места. Стой смирно, урод. Он слышал, как сзади к нему подошло несколько солдат и, пусть даже не мог контролировать металл в их оружии, Эрик все еще чувствовал его и, стоило только военному подойти достаточно близко, направив дуло пистолета на некогда опасного мутанта, Леншерр медленно выдохнул. Он не был в этом так же хорош, как Мистик. Он не был быстрее обычного человека. Не был сильнее. Слишком долгое время полагался только на свои способности. Но так было не всегда. Здоровой рукой он успел выбить из рук военного оружие, когда тот потянулся к его наручникам, а дальше все словно замедлилось, а рефлексы обострились. И на короткий миг Эрик был почти уверен, что не просто успел подхватить оружие, а притянул его к себе при помощи своих сил. Выстрелы эхом разнеслись по небольшой камере. Эрик неровно дышал и чувствовал, как подрагивает сломанная рука. Он бросил на застреленных людей всего лишь короткий взгляд, прежде чем забрать пропуск одного из охранников и оружие второго. Он всегда умел обращаться с оружием. Но на удивление не привык так часто держать его в руках. Он выбежал в коридор, ступая босыми ногами по холодному металлическому полу и слышал гул чужих торопливых шагов, приготовился стрелять и едва не нажал на спусковой курок, только заметив силуэт, выскочивший из-за угла, но что-то его остановило от этой смертельной ошибки. Это что-то сжало его сердце в тиски и заставило руки онеметь, инстинкты притихнуть. Секундная паника и он уже думал, что это действие сыворотки или очередной зомбированный мутант из этих казематов использует на нем свои способностями, и потом осознал, что перед ним вовсе не солдат человеческой базы, а Чарльз. Сирены выли, переливаясь алым мерцанием. Сердце стучало в боевом ритме, но единственная мысль, которая появилась в сознании Эрика после этого заточения, сейчас была ни о боли и гневе и даже ни о жажде свободы. «Он чертовски горяч в военной форме» — подумал Эрик, снова ощутив себя моложе, и чувствовал себя так, будто оказался в ледяной воде вместе со своим Чарльзом. — Прости, — по привычке извинился Леншерр не за пистолет, а за неуместные мысли, забыв о том, что Чарльз сейчас физически не может уютно устроиться в его сознании. — Эрик! — Ксавьер ринулся к нему, бросая обеспокоенный взгляд на пистолет в здоровой руке друга, вопрос застыл в его синих глазах, но так и не сорвался с губ. — Как ты… ? Черт, нужно уходить. Быстро! — скомандовал Эрик и потянул Чарльза вглубь центра изучения мимо запертых дверей, но Чарльз схватил его за руку. — Куда ты собрался? Там чертов тупик. — А ты предлагаешь выходить через парадный вход? — поинтересовался Леншерр. — Черт, — новые шаги и на этот раз не было сомнений в том, что к ним добрались военные, и Эрик просто схватил пропуск Чарльза, утягивая его в ближайшую клетку не смотря на непонятные протесты Ксавьера. Чарльз вжался в стену, а Эрик непонимающе уставился на него, но не успел спросить в чем дело. Дыхание перехватило от поднявшейся в теле силы. Она обрушилась на него подобно цунами, затопляя сознание, вскрывшись из каждой клеточки тела таким сильным и беспощадным потоком, что от боли заслезились глаза, а Чарльз почему-то медленно начал оседать на пол и кивнул куда-то за спину Эрику. Тот медленно обернулся и увидел забившегося в угол худощавого парнишку, который смотрел на них с животным ужасом. Сегодня ему сказочно везет. — Ни с места! — Огонь на поражение! — голоса звучали откуда-то совсем далеко, за приливами силы Эрик едва мог их различить и даже не слышал испуганный крик Чарльза. Только гул металла, который разносился со всех сторон. Он звенел в самом воздухе, в пространстве вокруг, бурлил в крови, в каждой частичке мироздания. Все вокруг сейчас было привязано к нему невидимыми нитями, и никогда прежде он не ощущал свою силу в такой мере. Эрик растворялся в ней. Стал ядром неудержимой хищной энергии, а мир вокруг него проваливался в черноту. Он ощутил движение пуль в дулах автоматов. Заставил их остановиться, так и не вырвавшись из оружия. Все это было таким ничтожно маленьким. Пули. Люди. Стены. Преграды. Сила переполняла его, и сейчас он должен был совладать с ней. Направить для того, чтобы остановить людей… Взмах руки. Он ощущал, как сила потекла из него потоком, набухла под кожей и с ревом вырвалась в указанном направлении. Волной ударила в живые человеческие тела и переплелась с эхом металла, что было скрыто в их крови. Переплелась, заставляя его взорваться. А затем сила исчезла, оставив после себя только гул в голове. — Ох… — Эрик покачнулся, но устоял на месте, непонимающе оглянулся и уставился на кровавое месиво с ошметками военной формы и потоками металла, оставшихся после расплавленных автоматов, которые образовались у входа. — Что… что произошло? — удивленно спросил он, чувствуя, как к сердцу подступает паника. — Бог мой, Эрик! Ты убил их! — рявкнул на него Чарльз и Леншерр обернулся, готовый вступить в спор, но увидел как Чарльз возиться с капельницами на инвалидном кресле мальчишки, который сейчас бесчувственно осел на месте, а голова его свисала как у тряпичной куклы из которой выдернули костяк. Ему потребовалось несколько секунд, чтобы осознать произошедшее. И первое, что его пронзило до костей было осознание того, что это видел Чарльз. Его взгляд. Его голос. Его ужас. Его осуждение. Все это впитывалось в кожу Эрика и ему хотелось кричать, что он не виноват, он не такой, он не собирался это делать, ведь какая-то часть его больше всего на свете боялась именно осуждения Ксавьера, что однажды оно перейдет все возможные грани, после чего ему уже никогда не вернуть себе друга. — Я не хотел, — только и смог вымолвить Эрик и схватил Чарльза за руку до боли крепко, не желая отпускать от себя, боясь потерять его. — Как ты… это просто... — Чарльз был в ужасе и словно не слышал больше сигнала тревоги, забыл о том, где они и что происходит вокруг, а Эрик пытался найти способ все исправить и нашел. Он был прямо перед ними. В коляске едва живой с пустым взглядом. — Это случилось, когда я коснулся его. Это его способность, — Эрик встряхнул Чарльза за плечи и решительно посмотрел ему в глаза не в силах еще раз произнести «прости меня», и Чарльз замер, глядя на него, медленно, но все же успокаиваясь и взял себя в руки. — Позже. Сначала надо выбраться отсюда, — сказал Ксавьер и встряхнул головой, а Эрик помог ему подняться на ноги, но колени Чарльза дрожали, и он с трудом стоял. — В чем дело? — спросил Эрик, придерживая Чарльза, но тот качнул головой. — Ты был прав. Это его способности, — кивнул Чарльз на паренька. — Он подействовал не только на тебя. — Что? Хочешь сказать, он нейтрализовал действие твоей сыворотки? — напрягся Эрик, понимая, что вывести инвалида с непостоянной телепатией будет уже сложнее, тем более, когда он сам еще не полностью восстановил свои силы. — Не полностью. Я то слышу их голоса, то они пропадают, это просто.... аах, — Чарльз потряс головой. — Сможешь идти? — спросил Эрик, но сам уже подхватил Чарльза под руку и поволок его к двери, сумел примагнитить к себе пистолет одного из охранников, хоть едва не выронил его, когда тот начал падать на полпути в воздухе. — Нет, Эрик мы не можем, — возмутился Чарльз и Эрик уже хотел пояснить, что без способностей им понадобиться как минимум оружие, но не огнестрел волновал Ксавьера. Он кивнул на паренька. — Чарльз, я не смогу вывести вас обоих тем более, если и у тебя откажут ноги! — возмутился Леншерр, который из этих двух вариантов уже выбрал для себя Чарльза и готов был бросить в этой тюрьме кого угодно, чтобы иметь шанс вывести Ксавьера. — Я смогу идти, — прошипел Чарльз и оттолкнул от себя Эрика, демонстративно вставая на ноги и даже вполне уверенно стоя на них. — Мы его тут не оставим. Эрик стиснул зубы и хотел сказать, что рисковать всем из-за парня который, судя по всему, на грани комы он не собирается, но это было легко сказать себе или своим последователям, но не Чарльзу, когда тот стоит прямо рядом с ним. Эрик подхватил каталку и кивнул на дверь. — Возьми оружие, — предупредил он Чарльза. — Что? Эрик, я не... — Возьми, черт тебя дери оружие, Чарльз! — приказал Эрик и — о, чудо! — Чарльз его послушал, хоть и подобрал пистолет с отвращением и неохотой. — Стреляй по ногам, — посоветовал Эрик, видя как его друг едва ли не физически отвергает оружие. — Давай я его повезу, — вдруг предложил Чарльз и забрал каталку у Эрика и тут же вложил пистолет в его руку, стараясь не смотреть Леншерру в глаза, — если ты с ним пойдешь впереди, то поставишь его под удар. Мы будем позади тебя, — сказал Чарльз и Эрик не стал спорить, пошел в коридор первым. Свет все еще противно мигал, но он помнил, куда идти. Чувствовал пусть и не ясно с перебоями металлическую структуру этого места и всех ее коридоров. Охрана приближалась, и они несколько раз наткнулись на самых невезучих из них, но эта промывка мозгов от странного мутанта сделала все проще. Металлические пули, двери, не с первой попытки, не сразу и не так плавно и точно как обычно, но он мог блокировать двери, ломать оружие и сбивать изображение камер, даже если все это отдавалось резкой головной болью. Но он не мог обойти всех и, когда на их пути встречались солдаты, он чувствовал страх и волнение Ксавьера, даже не оборачиваясь, хотя сам был на удивление спокоен. Он был в своей стихии на своем поле боя и неважно, что не в лучшей из своих форм. Эрик был собран и сосредоточен как никогда и то, что позади его был Чарльз, только заставляло его действовать увереннее и точнее, но убить на глазах у Ксавьера... Он стиснул зубы и пули пробивали форму, плоть и кости, но ни одного смертельного выстрела. Ни единого трупа позади до самого выхода, а там... — Стрелять на поражение! Эрик слышал эту команду и ощутил шквал выстрелов еще до того, как пули сорвались с места. — Черт, — Эрик замер у одной из двери и прислушался к металлу снаружи. Много. Их слишком много и он не был уверен, что здесь удастся пройти спокойно. — Как много? — спросил Чарльз, дрогнувшим голосом и взволнованно посмотрел на Эрика. — Человек тридцать. Вооружены и сгруппированы. Обойти не сможем. Придется прорываться, — он посмотрел на Чарльза, безбожно спрашивая его разрешения, и никогда он еще не ощущал себя таким скованным, как под взглядом этих глаз. Он знал, что мог выйти туда и не сразу, не быстро, но уничтожить всех их, эти люди не были готовы к его способностям, по крайней мере, не все. Да, кто-то наверняка вооружен соответственно, но он сможет справиться, но у него не будет возможности стрелять по ногам и следить за каждым солдатом. И Чарльз это понимал, и все его существо боролось с этим решением. — Нет, — сказал он, решившись. — Что? — растерянно спросил Эрик, — ты что, сдаться предлагаешь? — Нет, — Ксавьер мотнул головой и обошел инвалидное кресло, подошел к спасенному ими мутанту, пока Эрик пытался выстроить баррикаду вокруг них из обломков здания и выломанных дверей, сражаясь с металлом, который сопротивлялся его способностям, недостаточно восстановившимся после той отравы, которую ему кололи люди. — Эй, — тихо позвал Чарльз паренька в каталке, — слушай, ты же можешь восстанавливать способности, верно? Ты смог вернуть их моему другу и мне не на долго и сейчас все очень плохо. Но, если ты сможешь вернуть мне мои силы, то я обещаю: я выведу всех нас отсюда, и никто не пострадает. Только прошу, сделай это для меня. Чарльз говорил так нежно и заботливо, словно этот паренек не был для него незнакомцем, а едва ли не родным сыном и от этого тона у Эрика до боли сжалось сердце, а и без того дикое желание выбраться стало еще сильнее. Словно он позволит этим людишкам схватить их обоих. Нет, его одного, хорошо. Он готов сидеть в клетке, быть подопытной крысой, стерпеть что угодно, но не Чарльз. Его они не должны тронуть и пальцем. Его Чарльз должен быть свободен. Должен быть так далеко от войны, как только возможно. А он сдержит ее так же, как сейчас сдерживает оружие и машины снаружи. — Чарльз, я не уверен, что в таком состоянии удержу их всех, так что, если ты что-то задумал... — предупредил Эрик, чувствуя, как вырывается металл, как пули долетают до их укрытия. А люди снаружи стали громче, он слышал, как кто-то из них приказывал нести сыворотки и пластиковое оружие. Им пока повезло, что люди были напуганы способностями «великого Магнето» и не заметили, что он с трудом удерживает их сейчас. — Прошу, — выдохнул Чарльз и взял паренька за руку и тот взволнованно вздохнул и посмотрел Чарльзу в глаза, а затем... Зрачки Чарльза расширились, полностью заполняя его глаза чернотой, а вокруг стало тихо, все застыло, затаив дыхание и Эрик ощутил, что сознание Ксавьера касается его разума, проникает глубоко и держит крепко, не пошевелиться. — Чарльз! — прикрикнул на него Эрик, стараясь не бояться силы своего друга, но ничего не мог с собой поделать. Ему казалось, что он целую вечность так простоял, парализованный волей Ксавьера, но на деле прошло не больше минуты полной тишины, а затем Чарльз рухнул на землю, тяжело дыша и Эрика больше ничего не сдерживало. Он бросился к Чарльзу и приподнял его, испуганно посмотрел в его лицо, помня, как его самого совсем недавно трясло от усиленных способностей, которые дал ему этот парень. — Чарльз! — Эрик обхватил его лицо руками и испугался всего на мгновение, пока Ксавьер не открыл глаза с уже обычными зрачками. — Уф, ты в порядке, — улыбнулся Эрик, но Чарльз смотрел на него без радости и даже настороженно. — Ты справился с ними? — торопливо спросил Эрик, чувствуя, как страх расползается по его душе. Этот взгляд... Чарльз был в его голове достаточно долго, чтобы увидеть то, что он так хотел от него спрятать. То, что мог уже ему не простить... — Они нас не тронут, — коротко сказал Ксавьер и отвел взгляд, — помоги ему сначала. А я... я... — он потер висок и Эрик понял, что действие сыворотки выветрилось окончательно. Чтобы не делал этот мутант, он вернул силы Чарльзу и снова сделал его инвалидом. — Конечно, — кивнул Эрик и бережно помог Чарльзу добраться до стены, чтобы тому не пришлось просто лежать на грязном полу, усаживая его, а сам убрал металлический заслон, который он сделал у двери. — Они не очнутся пока что. Будут так часов десять, а потом... Потом мне придется много часов провести в Церебро, чтобы исправить тот ужас, который вы все здесь устроили, — строго почти жестоко сказал Чарльз, и Эрик только кивнул и, направившись за ближайшей машиной, чувствовал себя так, словно рухнул в пропасть. Все кончено. Он видел это. То, как было создано это место. Как много крови было пролито на этой земле. И в этих вопросах Чарльз не хотел слушать оправданий и его холодный тон это только подтверждал. И как всё исправить, Эрик уже не знал. Он как в тумане завез проклятого мутанта с его чертовой силой на заднее сидение машины, проходя мимо лежащих на земле людей, смотрящих в небо пустыми глазами, и один только Чарльз мог понять, что сейчас творилось в их головах. И, видя их, Эрик в очередной раз убедился, что его добрый и нежный друг — опаснейшее создание в мире. И он только что разозлил его. — Чарльз. Ты же знаешь, зачем я все это сделал, — сказал Эрик, вернувшись к Ксавьеру и стоя над ним. Чарльз смотрел на него с болью и ничего не ответил и это было хуже всего, что с Эриком успели на этом острове сделать люди. И только то, что Ксавьер не стал сопротивляться, когда Леншерр взял его на руки, немного успокаивало. Эрик старался нести Ксавьера как можно бережнее и неспешнее, чтобы еще немного продлить это чувство, пока он еще может держать его в своих руках, с каждым шагом понимая, что может лишиться этого навсегда. — Поговорим, когда вернемся, — сказал Чарльз, без телепатии видя, что на уме у Леншерра, но сам избегал сейчас даже поверхностно касаться его сознания. — Как скажешь, — согласился Эрик и усадил Чарльза на переднее сидение машины, помогая пристегнуться. — Ты всегда знаешь, что мой разум открыт для тебя и ты можешь... — начал было Эрик, но Чарльз поморщился. — Ты правда думаешь, что я снова хочу это увидеть? — спросил он с отвращением глядя на Леншерра, и в глазах Чарльза засияли сдерживаемые слезы гнева и боли. — Я столько лет защищал тебя, оправдывал перед всеми, перед кем мог. Убеждал себя, и... — Ты прав. Поговорим, когда вернемся, — перебил его Эрик, стыдливо понимая, что этого разговора с Чарльзом он боится куда больше чем сражения с целой армией людей. — Когда вернемся, — согласился Чарльз. И всю дорогу до базы мутантов он даже не взглянул в сторону Эрика, пока тот вел машину.