Земля отчаянной надежды

There was light before the rain began (Перед дождём ещё оставался свет,) And there was hope behind the suffering joke (И оставалась надежда, за маской вымученной шутки,) Lies come, lies they go, even the sun is tired (Несут ложь и живут во лжи, даже солнце устало,) Under the surfaces (Но под внешним обликом,) There is a benevolent drone (Ещё остался отзвук великодушия.)*

Это напоминало прежние дни. Такие далекие и неуловимые, что казалось, они изначально были лишь дымкой воспоминаний. Но вот все повторяется. Уютный обеденный стол и запах свежего чая, который Чарльз умел заваривать как никто другой. Свежая выпечка, накрытый стол. И в воздухе, наполненном легкими солоноватыми нотками, которые приносил ветер с моря, не ощущалось ни капли напряженности. По крайней мере, между Эриком и Чарльзом. А вот от Мистик Леншерр то и дело чувствовал укоризненый взгляд, но девушке хватило терпения притвориться для Ксавьера, что все в порядке, и, помогая ему накрыть на стол, она ничем себя не выдала. - Давно ты здесь? – спросил Чарльз, глядя на нее с любовью. - Достаточно давно. - Неужели? Что ж, рад, что вы с Эриком нашли общий язык. - Не сказал бы, что мы его теряли. Было лишь время легких разногласий, но нам удалось их преодолеть. Верно, Мистик? – любезно спросил Эрик и слегка отодвинул стул, приглашая Чарльза сесть за стол. Хоть, благодаря сыворотке, он и казался совсем здоровым, Эрика не покидало легкое беспокойство за состояние своего друга, и он старался окружить его хотя бы незаметной заботой, прекрасно зная, как Чарльз не любит казаться беспомощным. Он привык помогать другим, но ужасно не любил принимать помощь от кого-то, тем более, если это касалось его физического состояния. - Пока что да, - согласилась девушка. – Но я не ожидала, что ты, Чарльз, прибудешь на остров. - Я не смог отказаться от приглашения Эрика. Тем более после его столь долгого отсутствия… Было приятно узнать, чем он был занят. Непривычно было не видеть его в новостях. И ни слова в газетах. И что в итоге? Основать поселение для мутантов… - Я взял эту идею у тебя, - усмехнулся Леншерр и сел рядом с Чарльзом, пока профессор разливал чай. Взгляд Эрика на мгновение остановился на барном шкафчике, но предлагать выпить что-нибудь покрепче он не стал, хотя, не отказался бы от виски, пусть и сомневался, что оно сможет снять легкую головную боль и привести мысли в порядок. – Безопасное место для всего нашего рода. Но больше, чем в масштабах одной школы. - Ты говорил, что здесь была база по изучению мутантов? – спокойно спросил Ксавьер, но смотрел он слишком серьезно и внимательно, чтобы Эрик понял, насколько важен для него этот вопрос. - Да. Одна из последних, насколько нам известно. Крупнейшая. - Ты ведь в курсе, что у нас на материке изучение мутантов против их воли запрещено на законодательном уровне, а борьба за права мутантов идет весьма продуктивно. После Вашингтона нам удалось многих привлечь на свою сторону, так что я считаю, что таких как мы не обязательно обособлять от человечества, которое, как мне известно, все еще составляет доминирующее большинство населения планеты. - Борьба за права? Чарльз, я всегда поражался твоей искренней вере и наивности во многих вопросах. На публике всегда все кажется куда лучше, чем обстоит на самом деле, и то, что в Нью-Йорке к мутантам порой относятся терпимо, не значит, что так оно и есть. - Я знаю это, Эрик, - серьезно, словно разговаривая с наглым учеником, произнес профессор и разломил свою булочку пополам, посмотрел на Рейвен в поисках поддержки, но она держалась в стороне от разговора и казалась погруженной в собственные мысли, но порой косилась на Эрика и явно не собиралась поддержать своего названого брата в его вечном споре со своим лучшим другом. - Это займет время, нам нужно пережить протесты – и с годами мы станем привычной частью общества. Люди освоятся… - Поэтому о твоей школе неизвестно людям, а ты не спешишь вставать за трибуну и говорить от имени мутантов? – с легким прищуром спросил Леншерр. – Ты прячешься так же, как и все остальные из нашего народа, боясь сказать, кто ты на самом деле. Это место станет нашим убежищем, потому что я не верю в тот день, когда люди примут нас. - В будущем мы все сплотились. - Только из-за того, что перед ними и нами встала одна угроза, которая не различала людей и мутантов. Думаешь, если бы остановленные нами Стражи не перешли черту и истребляли лишь мутантов с проявившимися способностями, то люди встали бы на нашу защиту? - Встали бы. Я верю. - Прошу, хватит уже, - не выдержала Рейвен и резко поднялась из-за стола. – Мы можем не говорить об этом? - Прости, - тут же мягко и заботливо произнес Чарльз и взял сестру за руку, боясь, что она сбежит от него снова. – Ты права. Мы не будем спорить. Верно, Эрик? - Хорошо, - легко согласился Леншерр и отпил немного чая, ставшего ему совсем чуждым напитком, и вместе с его вкусом невольно вспомнил уютные, практически беззаботные дни, которые он провел когда-то в поместье Ксавьера, и похожий чай Чарльз заваривал по утрам, несмотря на то, что Эрик упорно предпочитал кофе. Такая домашняя и, казалось бы, незначительная мелочь. Но в этом доме она была слишком новой и непривычной. - Лучше расскажи, как дела у тебя, - предложил Леншерр, чтобы сменить тему. - Прекрасно! Школа процветает… Эрик слушал Чарльза, наслаждаясь его спокойным голосом и не обращая внимание на короткие взгляды Мистик. Да. Она не поддавалась этой иллюзии. Да и Эрик лишь отчасти позволял себе подобную роскошь. Для этого он привел Чарльза. Ведь без его присутствия ни одно место не могло называться настоящим домом. Всегда были лишь бездушные здания, базы и временные убежища. Всегда. Всю его жизнь. И только встретив Ксавьера, Эрик ощутил это. Как мир замирает, наполняясь странным, незнакомым… давно забытым теплом. Уютом. Повседневным спокойствием. Он видел, с какой легкостью Чарльз создает все это вокруг себя. Так легко, будто играючи. Естественно. Привлекает к себе, вызывает доверие и ведет за собой. Он делал все это совершенно иначе, нежели сам Эрик. И сколько бы он ни старался после злосчастной Кубы, это чувство не возвращалось в его жизнь, если рядом не было Чарльза. Поэтому он сейчас здесь. У самого фундамента мира, который так отчаянно строил Эрик, не жалея для этого ни сил, ни людей. Принимая решения, который никогда бы не принял Чарльз. Потому что он и не должен. Он не будет возводить мир с нуля, не будет сражаться ни за людей, ни за мутантов. Не должен видеть кровь и чувствовать ненависть. Эту часть жизни Леншерр возьмет на себя. Здесь ему привычно, эти правила игры он знает. Но возвращаясь домой, он не хотел чувствовать одни только безжизненные стены простого помещения. Эти стены… Еще неделю назад, когда этот дом только строился, когда металлические балки сплетались в постройку и вокруг был лишь холод металла, Эрик как никогда осознал, что это место всего лишь очередное убежище. И пусть даже он поспешил, привел Чарльза слишком рано… Поддался эмоциям и внутреннему порыву. Но это на пару дней. И за это время он сможет поддержать нужную иллюзию. Тем лучше, что Ксавьер временно лишен способностей. - Я обещал тебе экскурсию, - спустя какое-то время напомнил Эрик, поднимаясь из-за стола. - Удачи вам с этим, - хмыкнула Мистик и тоже встала. – Встретимся вечером, - коротко сказала она вместо прощания и вышла из комнаты, а Эрик уже знал, что ему придется потратить какое-то время, чтобы убедить ее, что привести Чарльза было необходимо. И неважно, что она уже неоднократно говорила, что это опасно и она категорически против присутствия брата в этом месте. Решения здесь принимать не ей. - Она… в порядке? – обеспокоенно спросил Чарльз, глядя вслед Рейвен. - Здесь много работы. Есть свои проблемы. Думаю, она просто привыкает, - легко ответил Леншерр и повел Чарльза за собой. – К вечеру закончат с лифтом, а пока тебе лучше взять машину. - Я не против прогуляться пешком. - Спуск крутой, - предупредил Эрик, все еще не уверенный, что Чарльз сможет спокойно спуститься в город на его исхудавших ногах, которые долгое время были парализованы. - Ох, друг мой, не переживай, с этим я как-нибудь справлюсь. *** Чарльз косился на мутантов в одежде, напоминающей форму, которые то и дело попадались им на улицах. При виде Эрика они непременно приветствовали его, другие же просто косились на своего предводителя и не решались подойти. На строящихся улицах все еще царила разруха, и когда Леншерр сделал небольшую остановку, чтобы помочь с развалинами какого-то здания или ангара, Чарльз смог наконец-то насладиться зрелищем того, как сила, которая прежде лишь разрушала, теперь служит общественному порядку. С какой легкостью, подчиняясь одному движению руки Эрика, тяжелые металлические брусы взмывали в воздух, меняли форму, становились новыми частями строений… Поистине завораживающее зрелище. - Ты мог бы делать подобное и раньше, - сказал Чарльз, когда они продолжили свой путь, просто неспешно прогуливаясь по еще неровным улицам. Ксавьер посмотрел на небольшую бригаду мутантов, которые занимались мостовой, заставляя землю твердеть и становиться ровным камнем, а выжженые деревья оживать, превращаясь в наметки будущих парков. - Что именно? - То, что ты только что делал. Если бы после крушения стадиона, вместо того, чтобы просто исчезнуть, ты помог бы с ликвидацией последствий… - Ты правда думаешь, что тогда им нужна была моя помощь? – с сожалением произнес Леншерр и скользнул взглядом по свободным рукам Чарльза. На мгновение ему захотелось коснуться его ладони. Просто прикоснуться, не думая браться за руки. Просто почувствовать Чарльза рядом… - Может, не именно в тот момент, - согласился Чарльз. – А это что? – он указал на внушительную очередь. - Что-то вроде столовой. На острове нет никаких поставок, но есть мутанты, чьи способности помогают добывать необходимую еду. Здесь у всех есть свои обязанности. Кто может – строит, другие – занимаются отделкой, готовкой, охраной. - Но все равно это все еще выглядит как лагерь после бомбежки, - заметил Чарльз, и тут же опомнился. – Ох, Эрик, прости, я не это хотел… - Все в порядке, - перебил его Леншарр и даже нашел в себе силы слабо улыбнутся. – Я говорил тебе, что получить это место было непросто. - И мы поговорим об этом? –осторожно спросил Чарльз, пока они проходили мимо очереди. - А ты правда хочешь знать? – серьезно спросил Эрик, глядя другу в глаза и не боясь, что он увидит все произошедшее здесь в его сознании. Было в этом что-то успокаивающее. - Я… - начал было Ксавьер и посмотрел на мутантов вокруг. Вблизи можно было заметить, что многие из них были ранены прежде или не так давно. Шрамы и повязки, истощенные тела, болезненный вид… Но при этом они казались спокойными и смотрели на Эрика так… Чарльз видел похожие взгляды и сам. Когда приводил очередного мутанта в школу, обещая, что это место станет ему безопасным домом, а мутанты вокруг станут ему опорой и настоящей семьей. Но при этом Чарльз прекрасно понимал, что если Эрик и может быть отцом, то слишком суровым. И от одной этой мысли в ворохе воспоминаний словно загорелся огонек. - А Питер тоже здесь? - Нет. Он на континенте. - А почему ты не привез его сюда? – искренне удивился Чарльз. - Потому что там он выполняет важную работу. - Мне стоит беспокоиться? – спросил Ксавьер, хотя, прозвучало это больше как утверждение. - Не стоит, друг мой. Мне нужно завершить все приготовления. А то, что ты видишь вокруг, только самое начало. Но я хотел, чтобы ты увидел все именно на этой стадии. - Мне определенно нравится идея. Но… Сбегать от людей – это тоже не выход. - Я не собираюсь от них сбегать. - Но, друг мой, это место – словно Ноев ковчег для представителей нашей расы. Мне показалось, что ты хочешь сберечь здесь всех мутантов. - Я хочу создать для них дом. Для всех них. Такой же дом, какой однажды показал мне ты, - последнее Эрик произнес чуть тише, почти неохотно признаваясь в своей сентименальности, но Чарльз, конечно же, услышал его слова. - Ты всегда мог бы вернуться ко мне, - мягко напомнил он. – К нам всем. В поместье. - Ты знаешь, что я не могу. - До чего же ты упрямый, - устало вздохнул Ксавьер, и Эрик обеспокоенно на него посмотрел. - Я хотел бы взглянуть на здешние тюрьмы. Или, скажешь, что эти отряды дружинников здесь просто для спокойствия? - Вовсе нет. Не все мутанты соблюдают правила, не все в состоянии контролировать способности. Не уверен, что изолятор – лучшее место для экскурсии… - Но я хотел бы взглянуть, - настаивал Чарльз, и Эрику не оставалось ничего иного, кроме как согласиться. Леншерр провел профессора по широким улочкам, на которых убиралась небольшая бригада рабочих мутантов – все как один со странными звероподобными деформациями: у кого-то виднелись рога, у других явные изменения кожи, которая больше напоминала чешую, а у одного из мутантов были круглые глаза с вертикальными зрачками и вытянутое лицо, которое напоминало змеиную морду. - А здесь довольно много подобных мутантов, - заметил Чарльз и улыбнулся уборщикам. Один из них приветливо махнул рукой, но были и те, кто, видимо по привычке, натянули капюшоны на лица, стараясь скрыться от чужих взглядов. - Да. Когда мы прибыли на этот остров, то здесь проводились масштабные исследования мутантов и они были подопытными. Мы позаботились о том, чтобы приборов Траска осталось как можно меньше, и правительственным агентам теперь гораздо сложнее вычислить мутантов с более незаметными способностями. Поэтому они сосредоточились на очевидных мутациях. Когда я прибыл сюда с остальными из братства, многие из этих несчастных уже прожили здесь как подопытные кролики не один год. Так что их трудно винить в нелюдимости – они и своих принимают с трудом. Но это пройдет со временем. - Ты знаешь, что с ними делали? – обеспокоенно спросил Чарльз. – Может, им нужна помощь? Вроде центра реабилитации… - Порой ты меня удивляешь, друг мой, - мягко рассмеялся Эрик. – Считай, что все это место для того и создано. Все братство. Я знаю, каково это, оказаться изгоем в обществе, где все тебя презирают, не знать, куда податься… В этом месте мы всем рады. - Я даже удивлен, что тебе пришла в голову подобная мысль. В смысле, я говорю об этом месте. - Отчего же? Ты же знаешь меня лучше других. Я не ищу войны… - Просто ты считаешь, что нападение – эффективная защита. Я знаю. - Мы пришли, - Эрик любезно открыл перед Чарльзом дверь из металлического бруска, приглашая его войти в недавно построенное здание, которое можно было бы принять за нежилое, если бы не горевший внутри свет. В просторном коридоре Ксавьер сразу увидел несколько охранников – было трудно не заметить, как они приветствуют Эрика, будто рядовые, увидевшие своего капитана. К ним подошел худощавый парень со странными пятнами, тянувшимися от скул к затылку, и смирно встал перед ними. - За последние сутки особых происшествий не было. Мы взяли пирокинетика, который не справился со своими способностями, под стражу, сейчас его охлаждают. Лаура работает над его состоянием. Еще был один с частичной невидимостью, у которого начался приступ паники и дезориентации – взят под стражу в 6 камере, на данный момент его уже привели в чувства, но пока содержится под наблюдением. После вчерашней драки звериных все еще держат в части с лазаретом, у Вайпера сложный состав яда… - Довольно, - перебил его Эрик и покосился на удивленного Ксавьера. – Я сам осмотрю изолятор. - Как скажете, сэр. - Сэр? – тихонько спросил Чарльз, как только охранник отправился в обход в противоположное крыло здания. - Твои ученики зовут тебя профессор, и я не нахожу в этом ничего забавного. - Но у меня школа. - А здесь будет город. И не один. При таком количестве мутантов нужна четкая иерархия. - И я не сомневаюсь, что ты вверху пищевой цепочки. - Проходи, - Эрик легким движением руки отпер и распахнул тяжелые решетчатые двери и пропустил Чарльза к просторным камерам с прозрачными перегородками, через которые можно было видеть заключенных. Мрачное, холодное место. Стены, казалось, давили со всех сторон и вызывали невольную дрожь. Ксавьер смотрел на мутантов в изоляторах. Кто-то был один и мирно спал на койке, кто-то метался из стороны в сторону и было ясно, что стены поглощают большую часть звука. У камер с «буйными» было по несколько мутантов в форме, которые вели наблюдение, а порой вместе с заключенным был кто-то из охранников, чья сила могла помочь буйному. Ксавьер на мгновение замер, глядя, как еще совсем молодой парень корчится на полу словно в агонии, а все его тело искрится от разрядов электричества, а над ним стоит сосредоточенная женщина, проводит над ним руками, контролируя и притягивая к себе всполохи тока, заставляя его рассеиваться в воздухе, оставляя после себя едва заметную искрящуюся, как бенгальские огни, дымку. - Далеко не все из местных жителей умеют контролировать свои способности. Но всем здесь помогают, - начал экскурсию Эрик, пока Чарльз медленно прохаживался по коридору и с тревогой смотрел на каждого запертого в камере мутанта. – Здесь есть и те, чьи способности появились в раннем детстве, но они попали в руки правительства. Они прожили жизнь в клетках и даже не знают, как управлять своими силами. Просто боятся их использовать, зная, что за этим последуют новые опыты. В дальних камерах есть такие мутанты, с ними нужна особая работа. Но, к сожалению, мутанты с ментальными или телепатическими способностями крайне редки, а их помощь здесь самая продуктивная. - Смотрю, ты за последние годы совершенно разучился делать намеки, друг мой, - произнес Чарльз со слабой улыбкой, которая быстро исчезла с его губ. – Как телепаты помогают здесь? - Телепат. У нас есть только Эва, и ее способности… оставляют желать лучшего. Но успокоить она может. Есть парочка с гипнотическими способностями или, вернее сказать, их зачатками. Это тоже помогает усмирить буйных. Плюс – обезопасить всех остальных. У многих здесь активные физические способности, но трудно успокоить кого-то, обратившись в камень. - Ты для этого меня сюда привез? На остров? – Чарльз встал посреди коридора и теперь смотрел только на Эрика. Он старался видеть только его серьезное лицо и не обращать внимание на парня, который дымился в одной из камер. - На острове я хотел показать тебе город. Увидеть изолятор – твоя идея. Будь моя воля – мы бы ограничились фермой. У нас неплохо налаживается сельское хозяйство, но пока еще есть проблемы с оборудованием. Чарльз слегка прищурился, сам не замечая, как пытается прочесть мысли Эрика, понять его скрытые мотивы, выяснить, чего он хотел на самом деле и так ли чисты его помыслы. Просто осторожно коснуться его сознания и… Ничего не вышло. Ксавьер мог чувствовать свои способности, знал, что они у него есть, привычно пользовался ими, но сейчас… Ничего не вышло. И на одно короткое мгновение он почти представил, как, должно быть, удивляется человек, отлежавший себе руку, когда пытается ее поднять и осознает, что тело его не слушается. Легкий приступ страха быстро прошел вместе с осознанием того, что сыворотка все еще работает и будет исправно работать еще несколько дней. - Но я все же рад, что увидел это место. Все кажется… под контролем, - заметил Чарльз после коротких раздумий. - По мере сил, - спокойно ответил Эрик. – Хочешь осмотреть все камеры? - Нет, пожалуй… Ты что-то говорил про ферму? – Ксавьер сам не понял, почему хочет сбежать из этого места. Они с Леншерром прошли вдоль забора, отгораживающего огромное поле, и Эрик все тем же спокойным тоном пояснял, как работает ирригационная система и какие способности конкретных мутантов помогают ускорить рост урожая (и не преминул напомнить, что способности Ороро очень помогли бы здесь) – и только тогда Чарльз понял, что из изолятора его гнала вовсе не гнетущая тяжесть металлических стен. Нет, она была иллюзорной, так же, как и ощущение враждебности того места. Это не была тюрьма, которой она казалась. Необходимое место, где мутантам помогают… Почти так же, как и в школе самого Чарльза, вот только здесь мутантов было намного больше и это были не детки, которых он обучал. Пусть методы Эрика всегда и казались радикальными и суровыми, сейчас Чарльз мог понять их необходимость. И, что ужасно, чувствовал свою беспомощность. Телепат. Да, конечно. Чарльз ни за что не поверит, что Эрик просто так рассказал о работе телепатов в этом месте. Нет. Он все просчитывает на несколько ходов вперед, и это тоже было частью его плана. Теперь Чарльз не сомневался в этом, но и упрекнуть Эрика не мог в его поступке. Леншерр столько раз звал его с собой, когда находил время и возвращался в поместье. Пусть на одну короткую ночь, чтобы провести ее вместе, но всегда, уходя, какими бы ни были в тот момент их отношения, Эрик звал его с собой. Пусть не всегда вслух, но в его взгляде Чарльз видел эту мольбу, которую впервые услышал так давно на Кубе, лежа на руках у своего дорогого друга, истекая кровью… «Ты нужен мне на моей стороне. Мы братья – ты и я. Мы хотим одного и того же» Тогда голос Эрика дрожал. Чарльз помнил это, так же отчетливо, как и боль в позвоночнике и жгучее пульсирующее чувство в груди. Резь в глазах… Тогда он был уверен, что в тот момент их пути разойдутся навсегда, и после понял, что в какой-то мере так и произошло. Но сейчас… Он смотрел на этот остров, гулял вместе с Эриком по Геноше и видел… Видел свои собственные идеи, воплощенные в жизнь самым смелым образом и в таких масштабах, о которых Ксавьер и не мечтал. Это ли не их общая цель? Как можно смотреть на целое поселение мутантов и думать, что это не то, чего хотят они оба? Спокойная и мирная жизнь для их народа. От фермы Эрик повел его к жилому кварталу. Здания здесь были куда лучше и в них даже чувствовались попытки создать какое-то архитектурное строение, а не временную бетонную коробку, где можно было бы переждать ночь. Чарльз начинал привыкать к реакции мутантов на Эрика и уже даже не хотел шутить по этому поводу, хоть поначалу его и вправду все это забавляло. Видя, как к вечеру в домах загорается свет, а на улицах зажигаются фонари, а местами и факелы, Чарльз осознал, что провел целый день на ногах, и мышцы жутко ныли от усталости. Хотелось принять душ и упасть в чистую кровать. Обдумать все увиденное. Возможно, даже поразмыслить над предложением Эрика… Об этом можно задуматься позже. Это место… Чарльз поднял взгляд на темное небо, усыпанное целым шлейфом ярких звезд. Целая бесконечность прямо над их головами. И теплый ветер, запутавшийся в волосах. Здесь нет облачности большого города. Нет его шума и враждебности. Здесь нет людей. Это казалось странным, но почему-то успокаивало. - Прости, это заняло больше времени, чем я думал, - заметил Эрик, бережно коснувшись плеча Чарльза. – Ты, должно быть, ужасно устал. - Я… Я в порядке, - с легкой улыбкой произнес Чарльз, чувствуя себя так, будто его тело и сознание окутывает сонная пелена. А до их коттеджа было еще так далеко... - Что? Стой! Отпусти меня! – Чарльз вяло дернулся в руках Эрика, пытаясь опуститься на землю, но Леншерр держал его крепко и едва заметно улыбался, глядя на усталое лицо друга. - Не сопротивляйся, так будет гораздо быстрее. Лучше держись крепче, - предупредил Эрик, и, прежде чем Чарльз успел возмутиться, легко взмыл в воздух. Ксавьер взволнованно вздохнул и крепко вцепился в своего друга, напряженно глядя на то, как все отдаляется от них залитая сумраком земля Геноши, освещенная неровными кругами ночных фонарей; вокруг них остается лишь бесконечное пространство, а от неминуемого падения Чарльза спасает только Эрик. Сердце испуганно забилось, и Чарльз почувствовал, как в крови закипает адреналин. - Тише. Просто не смотри вниз, - ласково шепнул ему Леншерр и намеренно полетел сначала медленно, и лишь убедившись, что Чарльз немного успокоился, набрал скорость, стремительно приближаясь к их дому. - Ого, - только и смог выдохнуть профессор, впервые почувствовав, каково это – летать. Сердце все еще бешено колотилось, а от прилива адреналина рассеялась вся сонливость, которая пару минут назад накрывала его сознание. – А это… правда полезная способность. - Завтра заработает лифт, и ты сможешь подниматься сюда самостоятельно. Но, если тебе понравилось, то я не против помогать тебе. - Понравилось, но не настолько, друг мой, - усмехнулся Чарльз, поправляя растрепавшиеся волосы. Он не спеша направился в просторную спальню, наощупь нашел на стене выключатель – и комната озарилась приглушенным светом. - Знаешь, я мог бы помочь завтра. С чем угодно. Поработать в столовой или на стройке… - Не глупи, Чарльз. На стройке работают только мутанты с силовыми способностями, а готовка на тех, чьи способности непригодны для других работ. - Не слишком ли критичное деление? – нахмурился Ксавьер, выбирая полотенце в шкафу. - Не волнуйся об этом. Каждый здесь сможет найти себе место. Но пока у нас нет возможности тратить время впустую. Каждый делает то, в чем он лучше. И они понимают это. - Но все равно звучит как-то… - Ты не был здесь последние несколько месяцев. Тут была война. Настоящая. И они помнят об этом слишком хорошо. Здесь вовсе не летний лагерь для мутантов, Чарльз. Мы вместе строим наше будущее, и это требует сил. - И все же, раз я здесь всего на пару дней, один из которых был чем-то вроде экскурсии, то хотя бы завтра я хотел бы быть здесь полезен, - Чарльз направился к ванной, но не спешил закрывать дверь. - Ты будешь полезен, если останешься здесь. Насовсем, - Эрик неслышно подошел к дверному проему и внимательно наблюдал за своим другом. - Я подумаю об этом. Но… Ты знаешь. Меня ждет школа и дети… - Хорошо, - легко согласился Леншерр. – Дай мне немного времени. Как только здесь все будет построено – я найду место и для школы. И мне понадобится директор. - Будет не так просто перенести все это на остров. Это не самое легкое решение. - Но это же не бегство. И что держит тебя там? Поместье? - Я, конечно, привык к нему, но я не настолько мелочен, Эрик, - усмехнулся Чарльз и присел на край ванной. – Мне нужно как следует все это обдумать. Леншерр лишь кивнул и тихо вздохнул. - Прими душ. И тебе нужен отдых. Чарльз согласился, хоть и бросал на него оценивающие взгляды. - Мне нужно отойти ненадолго. Ложись без меня, - предупредил он Чарльза, прежде чем мягко закрыть дверь ванной. День. Первый день прошел как по маслу. Но это лишь благодаря тому, что Чарльз не способен прочитать его мысли. И мысли всех остальных на этом острове. Когда Эрик вновь поднялся в воздух, слетая с широкого балкона, на сердце неприятно ворочалась колкая тяжесть. Обманывать Чарльза… Эта идея не кажется ему не то что разумной, но даже адекватной. Но сейчас у него нет выбора. Нужно время. Больше времени, чтобы Ксавьер сначала проникся симпатией к этому месту, понял, зачем оно нужно, что может дать их народу. Осознал все это достаточно, чтобы понимать, за что Эрик сражается и ради чего он готов пойти на что угодно. В изоляторе горел свет. Охранники приветствовали Эрика, но на этот раз он даже не обратил на них внимание, решительным шагом направился через крыло для заключенных под тихий скрип открывающихся металлических решеток. Он не смотрел на заключенных мутантов, не обращал внимание на надзирателей и «сиделок», которые занимались теми из новых членов братства, кто все еще не осознавал, где находится. Он обернулся инстинктивно, когда в одной из камер все заполнилось живым пламенем, но в ту же секунду сработала пожарная тревога, загудел сигнал и замерцал алый свет, пока внутри камеры яростно срабатывали автоматические огнетушители, заливая водой и пеной обугленного мутанта, чья кожа пенилась и дымилась, не в состоянии снова загореться. Ниже. Это крыло его не интересовало. Проем открылся прямо в монолитной стене и на мгновение напомнил Эрику систему безопасности в его камере в Пентагоне. Да. Возможно, он невольно повторил что-то из архитектурных решений собственной клетки. Ведь если она смогла удержать его, удержит и других. Вот только здесь повсюду металл, и каждая частичка этого здания подчиняется его воле, и нет ощущения замкнутости пространства, которое давило на него десять лет. Подземные лаборатории, устроенные в бункерах, почти не пострадали, а нанесенный им во время сражений ущерб давно был устранен. И оттого это место своей чистотой и технологичностью не шло ни в какое сравнение с разрухой, творившейся на поверхности. Но и этому месту суждено быть похороненным в металлическом гробу под завалами. Когда придет время. Когда они закончат с этим. - Мистер Леншерр, - к нему сразу же подошла молодая девушка с пурпурными волосами, убранными в высокий хвост. При виде Магнито она поправила белый халат и взяла блокнот, в котором делала какие-то пометки. - Элизабет, - кивком поприветствовал ее Леншерр и коротко посмотрел на нескольких снующих вокруг мутантов. Все были заняты работой, но с появлением Эрика напряжение явно возросло. - Я провела с доктором Васкосом и Брейком весь день, но удалось получить лишь размытые образы. Я вносила данные в личные дела, но не уверена, что это сильно поможет понять, над чем они работали. - Если они не хотят общаться с тобой, то всегда есть иной способ, - заверил ее Эрик. – Что тебе удалось узнать? - Я видела обрывки операций и чертежей чипов, части химических формул. У доктора Васкоса все мысли на немецком, я не могу разобрать… - Запиши как слышишь. Максимально точно. Я займусь этим. А что насчет научного отдела? - Вторую неделю нет новых результатов. - Видимо, мне стоит лично навестить этих несговорчивых homo sapiens. - С ними сейчас Каллисто. - Прекрасно. А ты можешь передохнуть, – почти приказал Эрик, холодно посмотрев на уставшую за день девушку. - Другие телепаты не смогут… - Да. Но если ты сляжешь из-за переутомления, то это нам не поможет. Ступай, - приказал Эрик, а сам направился вглубь лаборатории. Палаты здесь куда больше походили на прозрачные клетки и слишком напоминали камеру самого Эрика. Но не было времени заниматься сменой дизайна, такие мелочи казались вовсе несущественными сейчас. И все же… Эрик замер возле одной из палат, где на кровати лежал молодой мужчина в белой больничной одежде, такой же бледный, как стены его камеры, и смотрел в пространство пустым взглядом золотых глаз. Он словно был пустой оболочкой, в которой больше не было ни мыслей, ни души. Живой труп. Один из многих. Слишком многих. Они заполняли все камеры, не реагировали на лечение, не могли говорить, а только смотрели пустыми, мертвыми глазами. Порой Эрику казалось, что он может увидеть в них боль, заполняющую все внутри. Мужчина слабо дернулся и повернулся на другой бок, спиной к Эрику. Потому ли, что на него слишком пристально смотрели, или потому что поза была неудобной и перекрывала кровоток в руке? Этого Леншерр не знал. Но теперь, когда мутант перевернулся, можно было отчетливо разглядеть неровное круглое ранение на его шее. Кожа вокруг все еще была покрасневшей, а сама рана напоминала миниатюрный кратер на ровной коже. Это ждало бы Эрика. Он не сомневался. Ведь десять лет он был в такой же клетке в руках правительства и военных.И первые дни он думал, что это всего лишь вопрос времени – когда придут медики и начнут проводить опыты. Изучать его как невиданного зверька, вспарывать как любопытную крысу, силясь найти ответ, ключ к его способностям. Но ему повезло. Его не тронули ни разу за десять лет. Заперли и будто забыли. Это казалось странным, но когда Эрик узнал, что Чарльз помогал выбрать место для его тюрьмы и работал вместе с агентами в то время, он сразу понял, что его друг, даже обозленный на него, преисполненный ненависти, утративший веру – все еще хранил в своем сердце частичку тех чувств, что всегда были между ними. Эрик не спрашивал его напрямую, но не сомневался, что именно Чарльз «поработал» над его охраной и надзирателями и сделал прощальный подарок своему старому другу, не позволив его тюремщикам уничтожить его и разобрать на атомы в своих бесчеловечных попытках узнать тайны мутации. Но так повезло только ему одному. Эрик оторвал взгляд от несчастного мутанта и продолжил свой путь, обходя лаборатории и операционные. Он спускался все ниже, не обращая внимание на то, как белые стены сменяют бетоном и металлом, а свет вокруг становится более тусклым. Запах сырости и плесени. Нижний уровень. И теперь на его пути были совершенно другие помещения, а возле центра управления энергетикой стояли несколько охранников. - Да неужели? Я не думала, что сегодня ты спустишься к нам, - голос Мистик эхом отдавался от стен. Девушка вышла из тени и посмотрела на Эрика с едва заметной ухмылкой. - То, что Чарльз здесь, вовсе не означает, что я отброшу все остальное. - Неужели? – хмыкнула Рейвен и пошла рядом с Эриком. – Я не думала, что ты захочешь пачкать руки, прежде чем вернуться к нему. - Он не должен об этом знать, - Леншерр резко замер и строго посмотрел на Мистик, но ее вовсе не пугал его взгляд, хотя, многие бы замерли в ужасе, зная, на что он способен в гневе. - Когда он рядом, ты становишься мягче. - Ничуть. - Устроил такой переполох в общине. Обычные мутанты тебя редко видят. А тут такая прогулка. - Я не намерен это обсуждать. - Конечно. - Насколько я посмотрю, вы тоже не преуспели. Еще одна неделя без результатов, - сменил тему Леншерр. - Конечно. Ты хочешь, чтобы я пустила Вайпера к ним? Или Саблезубого? Из тех, кто способен на такие вещи, мало кто умеет себя контролировать. А у Дрейка на той неделе было обострение… Он снова не мог контролировать свои способности. Он может провести допрос. Я знаю. Но что он сможет узнать от кровавого месива, которое останется после? - Поэтому я и здесь, - просто ответил Эрик на ее претензии. – Сейчас важно стабилизировать способности всех, кто еще остался здесь. И узнать как можно больше о том, чем здесь занимались. - Элизабет ведь неплохо справляется. Эрик недовольно поморщился и двинулся к дальним камерам, которые охраняли крупные мутанты. - Ее телепатические способности развивались не в том направлении. Она хороша по-своему. Но чтение мыслей дается ей с трудом и сильно выматывает. - Так ты для этого привел моего дорогого братца? – Мистик с осуждением посмотрела на Эрика. – Он не станет делать это для нас… - Я знаю. И он здесь не для этого. Пока что я лишь хочу его… просветить. - Ну конечно. - Это уже не важно. Послезавтра он возвращается на материк. Есть какие-нибудь сведения от Питера? - Пока безуспешно. Ты ведь знаешь, что достойного телепата трудно найти. Тем более, это не единственная задача для него… - Он сам хотел больше ответственности. Я дал ему то, что он просил, - почти прорычал Леншерр, но быстро взял себя в руки, стараясь спокойно думать о собственном строптивом сыне. - Отдал ему братство. Его часть. Опрометчиво. - Он справляется. И ты всегда можешь к нему присоединиться. - Пока мне нужно быть здесь. И ты знаешь это. - Тогда я напомню тебе, что мои решения не обсуждаются. - Я лишь хотела узнать, зачем здесь Чарльз. Остальные заметили, что ты поселил его у себя. Не лучший ход. Пусть не все, но некоторые знают о том, кто он такой. И когда начнутся разговоры о том, что ты поселил у себя того, чьи натренированные детишки не раз срывали наши планы… - Это не важно. А его Люди Икс никогда не были особой помехой. И я не считаю никого из них врагом. - Хорошо. Не люблю смотреть на то, как вы с Чарльзом спорите. - Иди. Мне нужно заняться ими, - Эрик стоял возле запертой металлической двери, возле которой красным светом тускло горел электронный замок. - Да уж. Эту часть я, пожалуй, пропущу, - согласилась Рейвен, и отправилась назад в полутемный коридор, ведущий к центру управления, а Эрик зашел в одну из камер, где на жесткой кровати сидел мужчина в военной форме. - Мистер Хант. Я давал вам время на раздумья, - холодно и тихо произнес Эрик, закрывая за собой дверь и глядя на покрытое морщинами грубое лицо военного. - Ох. Так я заинтересовал главного местного ублюдка, - хрипло произнес военный и почесал колючую щетину. – Что, раз твои шавки не смогли меня расколоть, то теперь твой черед? - Они не допрашивали вас. По крайней мере, не в полном значении этого слова, - Эрик оставался спокойным, даже сердце его билось ровно, и он не спешил выходить в неровный круг света от единственной лампы на потолке. Он смотрел на грязный пол и металлическую кровать, на которой сидел Хант. - Хм, если решил убить меня – вперед. Уж лучше смерть, чем еще неделя с этими тварями на одном острове. Я говорил. Говорил этим ублюдочным ученым, что их пробирки не помогут. Уколы, все это глупости. Пуля. Одна пуля в голову на каждого из вас – и мир станет спокойнее. - Это я уже слышал, - Эрик едва заметно шевельнул пальцами – и со стен тонкими пластами стали сползать металлические полосы. Они, подобно змеям, извивались и медленно двигались, становились все уже и уплотнялись, заострялись. – А вот то, что мне действительно интересно узнать, так над какими именно «пробирками» работали ученые. Ну же, мистер Хант, я прекрасно знаю, что вы куда умнее, чем кажетесь. - Твои трюки меня не запугают! - Но я еще не начал. Знаете, похожее я делал с одним из моих сородичей. Он считал себя неуязвимым, но даже его тело не выдержало такой концентрации металла. Хотите узнать, сколько железа я смогу загнать под вашу кожу, прежде чем вы заговорите? – все так же спокойно, даже вежливо спросил Леншерр, прежде чем легким движением направить на Ханта сотни тончайших извилистых металлических жгутов, легко заставляя их впиваться в мягкую человеческую плоть и просачиваться под его кожей и мышцами, под отдающий эхом сдавленный хрип боли, который человек зачем-то пытался подавить. - Мы только начали, мистер Хант, - предупредил Эрик, глядя сверху вниз на корчащегося на грязном полу человека, и в свете тусклой лампы он отчетливо видел, как под его кожей движется металл. ________________________________________ *IAMX - Quiet the Mind