Тайный друг

Если бы меня спросили, когда я испытала самое сильное волнение в своей жизни, несомненно, стоило бы рассказать про конкурс «Королева лагеря». По крайней мере, именно так я думала, когда настал час Икс. Мне поплохело, в животе все скрутило, я еле как заставила ноги двигаться, стоило ведущему объявить выход Анастасии Быковой. Всех участниц представляли по очереди, и мы должны были выходить на сцену для приветствия. Я была последней и наверняка самой… запоминающейся. Другие девушки были как на подбор прекрасны: голливудские улыбки и подтянутые точеные фигурки. Мне же хотелось сжаться в комочек и укатиться подальше от сцены. Ребята-строители поддерживали меня изо всех сил, свистя и крича с «первых рядов». Злата угрожающе смотрела на меня и пантомимой заставляла расправить плечи и улыбнуться. Олеся сжимала кулачки и, кажется, мысленно просила меня расслабиться. Света, изогнув бровь и хитро улыбнувшись, осторожно показала мне горло бутылки из кармана толстовки… Далее нам разрешили покинуть сцену на время выступления других участниц, и там осталась лишь одна из нас — красавица из Школы моделей. Я с облегчением выдохнула, когда на меня перестал глазеть весь лагерь, и поняла, что мне необходима помощь Светы… Она появилась тут как тут вместе с остальными. Немного я еще сомневалась, не зная, как алкоголь подействует на меня, но я слишком сильно нервничала. Наверное, от небольшого количества ничего не случится? Хуже уж точно не станет… Я наблюдала за другими выступающими, в каждой было столько талантов. Я была восхищена! Правда меня это заставляло нервничать. Но не потому, что я считала их соперницами — я боялась выглядеть глупо на их фоне. Света интересовалась после каждого выступления, не нужно ли мне еще глоточка. Я не чувствовала сильного опьянения и перемен. Лишь немного, самую малость, закружилась голова. Зато мне стало легче. Но я решила не злоупотреблять. Вскоре к нам присоединились еще представители Обувной компании — все, кроме Олега. Очевидно, он сильно разболелся. Впрочем, даже если бы он был здоров, какой интерес приходить сюда и смотреть на всех этих девушек, если единственная, кто ему нужен, далеко? И, возможно, не очень приятно было бы слышать ее имя, но видеть вместо нее другую?.. Только в тот момент я подумала, что, с самого начала, наверное, я была ему неприятна из-за этого. Я поехала сюда вместо Насти — он, конечно же, хотел провести время с ней, но из-за меня… Вот почему тогда в автобусе, увидев мою путевку, он потерял желание поддерживать диалог! Правда ведь?.. Это стало открытием для меня. Впрочем, позже Олег стал лучше относиться ко мне. Вроде бы… Да, первое время он точно избегал меня, но затем стал проявлять больше дружеского внимания. И это казалось логичным. Или я снова себе накручиваю?.. Может быть, хватит уже думать о нем? Какой-то частью сознания мне хотелось узнать… хотелось, чтобы он увидел меня в тот вечер. Конечно, по сравнению с другими едва ли можно было назвать меня красавицей, но я была лучшей версией себя. И может быть, он бы это оценил? Мне не нравилось это, но в тот же момент я подумала о другом человеке. Илья точно должен быть здесь и видеть меня… Хотела ли я, чтобы и он оценил мой внешний вид? Наверное, где-то глубоко-глубоко внутри… — Ладно, Одуван, скоро наш выход, — вывел меня из раздумий Юра. — Пошли ближе к сцене? — Д-да, идем. Из-за всех этих мыслей в голове была полная каша. Нужно было их отбросить и вспомнить шаги. Важно было не ударить в грязь лицом. Волнения действительно стало меньше, и не знаю, виной ли тому алкоголь или присутствие Юры. Он был абсолютно спокоен и, наоборот, с нетерпением ждал выхода. — А почему ты не в том… коротком платье? — спросил он чуть смущенно. — Его надену позже… Когда будет конкурс нарядов. — А-а, понятно, тебе правда очень идет. Я криво улыбнулась, и вот уже объявили мой выход. — Все, давай зажжем! — Балетка встряхнул меня за плечи, поначалу напугав, но затем вызвал улыбку. — Главное, Одуван, кайфуй от себя! Поначалу я была очень сосредоточена: куда ставить ноги, где держать руки, не забывать улыбаться, попадать в музыку, не падать и не спотыкаться… Но Юра выкладывался на все двести процентов. Даже на репетициях ему удавалось передавать мне свой задор, а тут он просто включил все свое актерское мастерство, что в какой-то момент я на него засмотрелась. Он смешил своими выкриками, своей мимикой, но я не сбивалась с движений, и вроде бы получилось даже хорошо. А публике наш танец, очевидно, понравился. — Вау, вы зажгли! — встречали нас ребята после выступления. — Очень круто! — Отстаньте вы, это все потом! — Злата уволокла меня переодеваться. — Сейчас будет дефиле! Слава богу, мне удалось договориться надеть под низ пиджака шорты. Они, конечно, тоже короткие, но хотя бы никто не увидит мою пятую точку, а это уже хорошо. И все же, было не совсем комфортно в таком наряде. Света, кажется, это понимала и протянула мне еще стопочку. Я подумала, что чтобы уверенно пройтись в такой откровенной одежде, еще и в одиночку, все-таки мне нужно будет больше уверенности, и я осторожно осушила рюмку. Как раз в этот момент откуда ни возьмись подошел Илья. Черт, и почему я всегда при нем выгляжу не в лучшем свете? В этот раз, конечно, был самый сок: я полуголая, закидываюсь алкоголем… — Э-э, привет, — он меня даже не узнал в таком образе. Стало дико стыдно, и я машинально отвернулась и сжалась. — Я хотел сказать… Ты отлично станцевала, мне понравилось. Девчонки быстренько улизнули, оставив меня в еще более неловком положении. — Кхм, спасибо, Илья, — все-таки пришлось повернуться к нему. Тогда он полностью увидел всю «красоту» моей одежды, точнее ее отсутствия в районе груди, и кажется, даже растерялся. И я тут же услышала тот самый хихикающий голосок в своей голове, который говорил расправить плечи и показать себя во всей красе, это должно понравиться Илье. Если бы у него была хотя бы наполовину такая же реакция, какая была у Балетки… Но во взгляде Ильи я не видела такого же восхищения, он как будто просто не узнавал меня. Мы молча смотрели друг на друга, и мне становилось все более не по себе. Я вспомнила и свое глупое поведение с этими конфетами… Когда объявили конкурс дефиле, я с облегченным выдохом поспешила на сцену. Он пожелал мне удачи вслед и слабо улыбнулся. По итогу дефиле пролетело словно мимо меня. Я была перегружена бессмысленными думами: об Илье, его реакции, о себе и об Олеге. Вроде бы мне удалось пройти по сцене относительно хорошо. Я слышала свист и хлопки от ребят, но они как будто были где-то далеко. Завершив свой выход, я встала у края сцены. Вышел ведущий и объявил: — Спасибо за прекрасное зрелище нашим участницам! Мы уже на пути к определению Королевы, а пока жюри принимают решение, дорогие дамы, расскажите, почему же вы захотели участвовать в этом конкурсе? Что ж, тот самый вопрос, который преследовал меня последние дни, а я так и не смогла на него ответить. Все участницы стояли дугой на сцене, и первая девушка вышла в центр к микрофону. Я вновь должна была отвечать последней, значит, у меня было время подумать. Конечно, разобраться в себе мне очень помог Илья. И, наверное, те его добрые слова: про поиск себя, открытие новых граней — и должны стать моим ответом. Но… я боялась мысленно возвращаться в тот вечер, и… недавняя реакция Ильи дала мне понять, что я вовсе не нашла себя на этом конкурсе, а, кажется, наоборот, еще больше потеряла. Оглядев других, я упала духом окончательно. Я не вслушивалась в их ответы, но мне казалось, им даже не стоило отвечать: они и так все королевы, а я рядом с ними — просто шут гороховый. Поэтому, когда подошла моя очередь, я молча стояла истуканом перед микрофоном. В толпе был легкий гул, а у меня не было подготовленной речи. Играл ли в моем состоянии какую-то роль алкоголь, я не знаю, но вдруг стало так все равно. Я в странной одежде, в голове мешанина из тысячей мыслей, я разочарована в себе, ужасно переволновалась… — Почему я участвую в этом конкурсе? — я услышала свой голос и на мгновение даже не узнала его. Губы тронула легкая усмешка, и после небольшой паузы я продолжила. — Наверное, многие задаются этим вопросом, глядя на меня. Я совсем не подхожу под стандарты красоты и не обладаю особыми талантами. Так… что я здесь делаю?.. На самом деле, я задаю себе этот вопрос каждый день. Вижу вокруг самых одаренных студентов, уверенных в себе, знающих, куда двигаться, и понимаю, что мне здесь не место. А причина, по которой я поехала в этот лагерь, просто смехотворна: когда-то давно, пять лет назад, влюбилась в мальчика и все эти годы продолжала думать о нем. Не знаю, на что я надеялась, но, увидев его среди участников, согласилась поехать. А он меня даже не помнит… Только тогда я поняла, что болтаю лишнее, совсем не по делу, и вообще, что это за бред! Зачем?! Я увидела десятки пар глаз, удивленно смотрящих на меня, а вокруг была полнейшая тишина. Сердце вновь заколотилось как бешеное, захотелось провалиться сквозь землю. Если бы можно было отмотать время назад, я бы вернулась на пару минут раньше, и ничего не стала бы говорить! Среди толпы я поймала взгляд Ильи. Как же это позорно! Зачем я все это сказала? Но вдруг он улыбнулся мне, мягко и тепло, слегка кивая головой, словно говорил: «Ты молодец. Не волнуйся». И я понимала, что сейчас, наломав дров, могу смотреть только на него, он единственный, кто принял этот бред. Постаралась глубоко вдохнуть и выдохнуть. — Один человек сказал, что конкурсы красоты нужны не для выяснения, кто лучше или красивее. Они помогают участникам открыть в себе что-то новое, принять себя. И я очень надеялась, что смогу стать увереннее. Конечно, я не соперница остальным участницам, но я… горжусь собой, что решилась. И не стала убегать. Конечно, это был полный фиаско. К чему были все эти откровения, я не знаю. Но, все-таки, я говорила искренне и действительно ощущала гордость, ведь, несмотря ни на что, осталась на сцене, выкладывалась на полную и очень старалась. Мне стали аплодировать, я увидела улыбающихся ребят и смущенно улыбнулась им в ответ, а затем поклонилась, поблагодарив, и отошла в сторону. В тот момент я думала, что больше не о чем переживать, самый страшный свой позор я пережила. Переволновалась на всю жизнь вперед. Когда началось награждение, я искренне улыбалась, понимая, что для меня оно ничего не значит. Для всех остальных, наверное, это был решающий момент, для меня же он уже прошел… Но я немного удивилась, что меня не вызвали первой. Хм, судьям было бы логично дать последнее место той, кто и не пытался соперничать с другими. Но, может, они меня пожалели? Или необязательно последнее место объявляют первым? Вполне возможно, ведь наградили меня в итоге перед тройкой финалистов, присудив номинацию «мисс Искренность». Ребята же стали считать, что я заняла четвертое место, и бурно меня поздравляли. На самом деле, было приятно получать их поддержку. Они меня крепко обнимали и радовались. Самые неожиданные реакции были у Златы и Юры. Она отчего-то заплакала… Не то чтобы разревелась, но я заметила скопившиеся на ее глазах слезы. Быстро смахнув их, она покачала головой: — Ну ты и дурында! Что устроила! Все-таки я засмущалась, потому что, действительно, какую ерунду наговорила прямо на сцене… — Так и хочется тебя пристукнуть, — сморщила брови Злата. — Тебе нужно больше верить в себя! Серьезно, будешь еще ныть и говорить про себя плохо, буду наступать тебе на ноги каблуками! Поняла меня?! — Извини… — она могла быть действительно угрожающей. Но я была ей благодарна за эти слова, понимая, что за ними на самом деле кроется. Реакцию Юры же я долгое время не понимала. Была уверена, что он больше всех будет меня поздравлять. Но он отчего-то стал тише воды, ниже травы, и из угла корпуса испуганно поглядывал на меня. Я даже забеспокоилась, может, я что-то ему сделала? Но что? Когда пыталась выяснить, он быстро переводил тему и вовсе убегал от меня. У меня не было настроения и сил на это все, поэтому решила просто забить. Он слишком непонятный человек… И все-таки, этот конкурс стал значимым событием в моей жизни. Я была рада, что приняла в нем участие. Илья оказался прав, я смогла открыть в себе что-то новое. *** На следующий день я замечала теплые улыбки и приветствия от незнакомых людей. Да уж, было не очень привычно, но я не чувствовала ничего плохого в их взглядах. Они меня не жалели и, кажется, искренне были рады видеть. Это было так странно, но… приятно? После завтрака я вновь зашла в медпункт. Хотелось узнать, как там Олег. Врач встретила меня теплой улыбкой, сразу же узнав. Интересно, она тоже наблюдала за вчерашним конкурсом? Сильно сомневаюсь, конечно, но все может быть. Поздоровавшись с ней, я спросила, как Олег себя чувствует. — Ему лучше, но высокая температура пока держится. Сейчас он спит. Вначале я обрадовалась, что ему стало лучше, но из-за температуры забеспокоилась. Кажется, врач умело манипулировала мной, не отвечая на вопрос прямо: давала и хорошие новости, и плохие, оставляя в замешательстве. — Я могу как-то помочь? — неуверенно спросила я. В ее взгляде читалась легкая усмешка, но это была добрая усмешка. Конечно, чем это таким я могла бы помочь больному, чего не мог сделать врач? Но она вдруг кивнула с улыбкой: — У Олега прошел озноб, но температура держится, поэтому можно немного охладить тело: нужно будет смочить полотенце в прохладной воде и положить ему на лоб. С этим я справлюсь! Здорово было быть хоть в чем-то полезной! — И, знаешь, — она посмотрела на часы на своем запястье, — мне необходимо ненадолго отлучиться. Побудешь за главную, пока меня не будет? — А к-как?.. — я, конечно, растерялась. — Если кто-то заглянет, скажешь, что я вернусь через полчаса, — она уже начала убирать документы в шкаф и снимать очки, вставая. — Обычно сюда редко заходят и уж полчаса смогут подождать, я уверена. Но, если будет что-то срочное, можешь мне позвонить. Вот мой номер. После этих слов врач провела меня в отдельную комнату, где спал Олег. Выглядел он намного лучше, чем вчера. Рядом стояла еще пара кроватей, было тихо и спокойно. Мне показали, где что лежит, и оставили наедине с больным. Какое-то время я просто стояла рядом, боясь разбудить его. Но когда он стал хмуриться и чуть тяжелее задышал, я смочила в тазе с прохладной водой небольшое полотенце и попыталась положить его на лоб. Однако Олег вдруг проснулся. — Извини, я тебя разбудила… — Ничего, — он прокашлялся и начал вставать. — Нет, спи дальше, я уже ухожу! Он не послушался. Присел на кровати, упираясь в ее спинку, и вопросительно на меня посмотрел. — Что ты здесь делаешь? — Я… просто зашла…, и врач попросила помочь. Ты нормально себя чувствуешь? Мне позвать ее? Я уже достала мобильный и стала вызывать доктора, испугавшись, что Олегу стало плохо, и ему срочно нужна помощь специалиста. — Саша… все нормально. Мне кажется, или… он впервые произнес мое имя? Это было так необычно — слышать свое имя из его уст. Это ощущение мгновенно вытеснило беспокойство. — Точно? Он кивнул и мягко улыбнулся. Я выдохнула и слегка покраснела. Затем вспомнила, что все еще держу в руках полотенце. — Не нужно, я в порядке, — опередил меня Олег. Я не знала, правду ли он говорит. Но мне стало так не по себе, оттого что мы вдвоем в закрытом помещении, и он смотрел прямо на меня. Это же так глупо — прийти сюда и пытаться что-то сделать… — Хорошо… Тогда я пойду, — я развернулась, желая поскорее покинуть его, но Олег меня остановил. — Подожди. Останься. Что-то было не так в его интонациях. И сами эти слова… Зачем он просил меня остаться? Я обернулась, удивленно глядя на него. В его глазах была странная решительность, но одновременно — вопросы. Если он спросит, зачем я сюда пришла, что же мне делать? — Присядешь? — он чуть подвинулся на кровати. Это было странно: он как будто одновременно был не уверен в том, что делает, но в то же время настроен решительно. Я почувствовала, как сердце ускоряет темп. Нужно было уйти, однако не удавалось найти причин. — Что-то случилось? — Нет, просто хотел поговорить с тобой. Непонятно, откуда это волнение? Лишь оттого, что мы с ним наедине? Как же это глупо! Хватит витать в облаках, дура! Наверное, ему нужен совет с Настей? Или еще в чем-то? Да, скорее всего… Я прогнала свои глупые неоформленные мысли и присела на край кровати, искоса глядя на него. Он молчал, прямо глядя мне в глаза. Черт, если он собирался поиграть в гляделки, то я тут точно не соперник! Наверняка я залилась краской. — Ты здорово вчера выступила, — вдруг сказал он. Сердце отбило сильный удар. Что он сказал? Мне послышалось? Думаю, мои глаза в тот момент расширились, а губы испуганно приоткрылись. — Ты видел?.. — Да, я пришел чуть позже и наблюдал издалека. Как же так? Я ведь была уверена, что его там не было! И что же это получается? Он был там до самого конца? Слышал мою ужасную речь?! О боже, боже… Сердце забилось как бешеное, я отвернулась, опустив голову, пытаясь понять, что вообще я натворила. — Я там… болтала такую ерунду, — попыталась рассмеяться, но вышло очень глупо и неестественно. — Мне дали немного алкоголя для смелости. И кажется, на меня он действует очень странно: начинаю нести всякий бред. Он молчал. А может быть, я просто не слышала, так как удары сердца отдавались в висках с неимоверной силой. Нужно было успокоиться. Даже если он все слышал, очень мала вероятность того, что он все понял. Моя вчерашняя речь могла быть о ком угодно. В этот момент послышалась легкая мелодия музыки ветра — значит, кто-то вошел в медпункт. Это могло стать моим спасением! — Кто-то пришел, — я соскочила с кровати, — мне нужно идти. Но Олег остановил меня, дотронувшись до запястья. Что он хотел? — Тогда в автобусе… — он слегка нахмурился и смотрел мне прямо в глаза, очень тяжело было выдержать этот взгляд. — Почему ты сделала вид, что не знаешь меня? Что?.. Я… Почему он это спрашивает?.. — И с чего ты взяла… — послышались приближающиеся шаги, — что я тебя не помню? Если бы меня спросили, когда я испытала самое сильное волнение в своей жизни, несомненно, я бы рассказала про конкурс «Королева лагеря». Но про себя, глубоко в душе, я бы ответила иначе. Потому что это был тот момент в медпункте. Когда пришло осознание, что же я натворила, рассказав всему миру свою глупую историю… И что Олег все понял… Что все это время мы помнили друг друга, но по какой-то причине притворялись, будто это не так. И что Олег теперь знал, как безнадежно глупо я влюблена в него целых пять лет. Да, именно тогда я испытала самое огромное волнение, близкое к пробирающему до глубины души страху. Еще и потому, что в следующее мгновение в комнату вошел Илья.