Дотянуться до тебя

Ближе к вечеру в комнату Сакуры вошел Рейджи. — Вот твоя форма, будь готова к девяти, — сказал он. — С чего бы это? — спросила она. — Ты так же, как и все, будешь ходить в школу. — У меня много работы. Рано утром надо в компанию. — Я это предполагал. Поэтому в следующие семь дней за тебя будет работать опытный бизнесмен. — С каких пор ты командуешь мной? — Будь готова к девяти, — повторил он и, кинув ей её форму, вышел из комнаты. — Ха, размечтались, — буркнула Сакура и взглянула на форму. Юбка, блузка, пиджак — самая обычная форма. Вот поэтому Сакура не надевает форму. Она хочет выделиться. Доказать другим, что они по сравнению с ней никто. Думаете, легко управлять большой компанией, которая двадцать четыре часа в сутки под наблюдением журналистов? Один неверный шаг — и ты с позиции царя упадешь до уровня рабыни. Отвлечешься на одну минуту — все забудут, кто ты, кем ты был, — забудут всё, что ты сделал для них. Люди рождаются невинными, словно ангелы. А их характер решает жизнь. Родителей Сакуры убили, когда ей было двенадцать. С тех пор она стала такой, какая есть сейчас: суровая со всеми, не доверяет ни живой душе. Всё делает сама. Помощь от других — для неё самое большое унижение. Но нельзя сказать, что она любила родителей. Они всегда требовали от неё большего. Единственная наследница всё-таки. Когда другие дети играли в куклы, она сидела за горой книг и учебников. Когда других ласкали мамы и папы, от неё требовали всё больше и больше. Она не доверяла другим не из-за родителей, а из-за того, что её родителей убил самый близкий друг её отца. Хотел заполучить его бизнес. Увы, не смог. Кто же знал, что пятнадцатилетняя девочка так «разрулит» бизнес. Сакура посмотрела на часы: «8:30». «Пора собираться», — подумала она. Она надела черные брюки и бежевую рубашку. Завязала галстук и надела кеды. Собрала волосы в высокий хвост, челка, как всегда, прикрывала правый глаз. Натянув улыбку, она спустилась вниз. Там уже собрались все Сакамаки. — Почему ты не в форме? — недовольно спросил Рейджи. — Почему ты такой зануда? — ответила вопросом на вопрос Сакура и продолжила. — Должна же я выделиться среди этих вампиров, правда? — это больше было похоже на подтверждение, чем на вопрос. — Соблазнительно выглядишь, стервочка, — сказал Райто, пожирая её своим взглядом. — Райто, ты даже в ведре с водой найдешь что-нибудь соблазнительное, — сказала она, а другие братья рассмеялись. — Так, пора выходить, — поправив очки, сказал Рейджи. Все они сели в черный лимузин. Сакура, закинув ногу на ногу, что-то искала в планшете. — Нельзя пользоваться электроникой в школе, — сказал Рейджи. Сакуру это взбесило. Командует тут без конца! — Послушай, Рейджи, что-то ты тут раскомандовался. Во-первых, я не в школе. А во-вторых, читай свои лекции своим братьям-извращенцам, — сказала она. — А теперь и ты послушай меня. Ты вчера говорила что-то типа «старших надо уважать». Не следуешь своим же принципам. Это реально взбесило Сакуру. Она медленно подняла на него взгляд. — Знаешь, Рейджи, ты смелый человек. Очень смелый, — она покрутила в руках стилус. — Еще ни разу в моей жизни никто не говорил мне такие слова. Но твоя излишняя гордость и самоуверенность не спасут тебя. — То же самое говорится и о тебе. Но Сакура не собиралась отступать. — Тебя и меня сравнивать — грех. Но и общего у нас не мало, — сказала она. А ну остальных братьев забавлял этот инцидент: двое совершенно разных людей, но, оба властных, не знают, что такое проигрывать. Этим и закончился их разговор. Через минут десять они были у школы. Все начали поглядывать на Сакуру. А она, наслаждаясь таким вниманием, гордо вскинув голову, с прямой осанкой — сразу видно — аристократических кровей — зашла в школу. Она училась с Шу и Рейджи. На Шу ей наплевать, а вот с Рейджи можно повеселиться. Думаете, нет? Ошибаетесь. Эти двое весь день провели, соревнуясь между собой: у Сакуры — острый язык, а у Рейджи — невероятный словарный запас, который не всем понятен, но любой поймет — слова не из приятных. Во время большого звонка, все Сакамаки и Сакура собрались за одним столом. — Ну и как тебе наша школа, стервочка? — спросил Райто. — Была бы идеальной, если бы на меня не смотрели пошлыми взглядами, — ответила она, кивнув в сторону большей части школы(парней, разумеется), которая так открыто пялилась на неё. — Ну как же не обратить на тебя внимание, — спросил Субару чуть наклонившись к ней. — Я внимания, конечно же, не против. Но если каждый второй ученик школы хочет выпить мою кровь, то это другое дело. — Да-а-а, — безумно протянул Канато. — Знаешь, Канато, ты самый странный человек в моей жизни, — цокнув языком, сказала Сакура. — А? — он снова посмотрел на неё безумным взглядом. Сакура нахмурилась и сказала: — Проехали. — Куда? — спросил он, прижимая своего мишку. А Сакура больше не отвечала от греха подальше. Спустя три часа они уже были дома. Сакура, как всегда, переоделась и пошла на кухню. Естественно, никого не было. Она открыла холодильник и взяла кусочек какого-то пирожного. Взяв его, она вышла на балкон. А там сидел Канато. Он посмотрел на нее безумным взглядом и уже злясь сказал: — Почему ты ешь мое пирожное? — Не кипятись, я немного взяла. — Как ты, смертная, посмела взять мое пирожное?! — уже крикнул он, но никто из братьев, как странно, не услышал его. — Ладно-ладно, держи, — она протянула ему пирожное. — Я хочу тебя, — вдруг сказал он. Сакура уже хотела обматерить малолетнего извращенца и побить его(она знает боевые искусства), как клыки Канато вцепились в шею Сакуры. От неожиданности она встала с широко открытыми глазами и полуоткрытым ртом. Он делал большие глотки. Сакура думала, что её кровь никто не сможет выпить. Даже если бы так было, это был бы Аято или Райто. Но Сакура и подумать не могла, что это будет Канато. Он, наконец, убрал клыки с её шеи и ушел. На шее красовались следы от укуса. Позор для неё. «Этот маленький чертенок еще пожалеет об этом», — подумала Сакура. Еле добравшись до своей комнаты, она без сил рухнула на кровать.