Сектор "Ой, бля" на барабане!

Рейтинг: PG-13 (R-?) Количество слов: 1095 Pater noster, qui es in caelis, sanctificetur nomen tuum. Разносится под сводами католического костёла звонкий и чистый голос пастора. Пастор стоит перед алтарем, неотрывно смотря на прихожан, и читает молитву. Adveniat regnum tuum. Fiat voluntas tua, sicut in caelo, et in terra. Распевный голос достигает самой крыши, отражается от стен и буквально впитывается в каждого прихожанина. Каждая лавочка занята, и люди с благоговением слушают голос, внимают молитве. Все они – постоянные прихожане. Panem nostrum quotidianum da nobis hodie, et dimitte nobis debita nostra, sicut et nos dimittimus debitoribus nostris. Разве что парня, сидящего на самом последнем ряду, пастор видит впервые. Тот заметно выделяется на фоне парадно одетых для службы в костёле людей. Джинсовая куртка камуфляжной расцветки, черная то ли майка, то ли футболка, под воротом которой виднеется вязь татуировки, и цепочка на шее – пастор никогда не жаловался на плохое зрение – с крестиком. Новенький крутит в пальцах крестик, чему-то усмехаясь и с интересом рассматривая стены, потолок и прихожан, не обращая внимания на пастора. Et ne nos inducas in tentationem, sed libera nos a malo. Amen.* Прихожане как один повторяют последнее слово за пастором, сливаясь в один стройный хор. Акустика здания тут же подхватывает их голоса, закручивая в спирали под самым потолком. Чужак же молча целует крестик и прячет его под одежду. После службы к пастору один за другим подходят прихожане. Завершение молитв предполагает за собой общение богослужителя с мирянами. Пастор охотно отвечает на вопросы, соглашается прийти на семейное торжество, справляется о здоровье матери одной из пришедших на службу женщин. Он приветлив и улыбчив с каждым, ведь всех прихожан он знает по именно – городок у них небольшой, сложно не знать хоть кого-то. Постепенно костёл пустеет, оставляя в здании только пастора, убирающего библию внутрь алтаря, и чужака. Парень медленно поднимается со своего места, будто бы отряхивая спортивные штаны с множеством карманов от пыли. Он приближается к алтарю, внимательно разглядывая занятого пастора. - Отличный голос для чтения молитвы, - внезапно говорит парень, разрушая тишину хриплым басом. Пастор в ответ только поднимает взгляд и чуть улыбается. - Спасибо. Вы новый в нашем городе? Парень усмехается, обнажая ряд белоснежных зубов. - Проездом. Немного побуду и поеду дальше. Меня не очень-то прельщают такие захолустья как ваш городишко. Парень бесцеремонно облокачивается на алтарь, с интересом рассматривая пастора. По меркам современной красоты посмотреть есть на что. Особенно глаза красивые. Черные, как уголь, и разрез интересный. Пастор же лишь на мгновение позволяет себе злость во взгляде – таких бесцеремонных хамов в их прекрасном городе давно не наблюдалось – но тут же успокаивается, мысленно прочитав короткую молитву. - Наш город действительно небольшой. Но что привело вас сюда, на службу? Я заметил, вы не очень-то интересуетесь религией. Парень обходит алтарь, становясь прямо напротив пастора. - Вы и привели. Я тут, пока куковал на автостанции – думал то ли сразу сбежать, то ли прошвырнуться по улочкам, посмотреть местный колорит – наслушался от местных бабок, что есть тут у вас волшебный пастор. Молодой, красивый, голос чуть ли не ангельский. Вот, проверить решил: врут или нет. - Мне приятно слышать такие отзывы. Не могли бы вы отойти от алтаря. И, желательно, из помещения. Вы человек новый, но ведете себя неподобающе гостю. Тем более в обители духа господня. Пастор буквально упирается руками в плечи приблизившегося совсем сильно парня. Парень младше, но силы в нем, не смотря на с виду худое телосложение, слишком много. И разница в росте совсем не на руку пастору. Парень же в ответ скалится, расплываясь в широченной улыбке, а потом внезапно впивается в губы пастора, кусая почти сразу до крови. Поцелуй резкий, быстрый. Настолько неожиданный, что пастор не успевает ни оттолкнуть парня, ни врезать ему как следует: религия не позволяет насилия, но чисто человеческое позволяет и еще как. Парень отстраняется сам, резко утирая с губ кровь, и громко, буквально кричит: - Аpparent! Сlamor! Verum nomen tuum!** Татуировка на его груди вспыхивает контуром, обдавая жаром и перекидываясь пламенем на пастора, заставляя того вскрикнуть от боли. Огонь не материальный, но боль от него вполне реальная, распространяющаяся вслед за огнем от кончиков пальцев к плечам и груди, концентрируясь еще не горящим островком прямо напротив сердца. Пастор опускается на колени, крича от боли и пытаясь читать молитву. Он цепляется за покрывающее алтарь полотно и корчится от боли. В огне лоскутами погибает одежда, обугливается кожа, но пастор в сознании и от этого агония еще мучительнее. Чужак вынимает из под одежды цепочку с крестом и присаживается на корточки рядом с горящим пастором. Цепочка мягко соскальзывает в ладонь парня, и он подносит крестик к тому месту, где все еще нет огня. Его руку мгновенно охватывает огромным всполохом пламени, а пастор в последний раз кричит от боли, разрывая голосовые связки и чувствуя, как металл крестика вплавляется в кожу. Огонь мгновенно потухает, оставляя лишь обугленное бездыханное тело. Парень выпрямляется, потягиваясь, будто бы у него затекли мышцы, и улыбается. - Это было весело, - говорит он, трогая ботинком покрывало с алтаря, за которое до последнего цеплялся пастор. - Я рад, что тебе понравилось, - раздается за спиной вкрадчивый голос. Парень поворачивается, радостно улыбаясь и рассматривая говорившего. - Ты смотри-ка, за сто лет так и не изменился. - А ты что ожидал? Что я постарею? Покроюсь морщинами? Как видишь, даже стиль этого времени соблюдаю. Перед парнем стоит красивый мужчина в черной рубашке и простых джинсах. Иссиня-черные волосы и внимательные черные глаза с интересным разрезом. Обычный человек, если бы не огромные крылья, клубящиеся за спиной черным дымом. - Вижу-вижу. Другого и не ожидал. Хотя, ты меня удивил. - Чем же? - Пастор. Нет, серьезно, это было лучшее издевательство над ангельской конторкой. Демон, читающий молитвы! Демон довольно улыбается, разминая крылья. - Это было весьма увлекательно. Как они все меня слушали…. Наивные люди. Кстати, как ты узнал, где меня искать? - Ангельский голос, молодой пастор… Ну и один маленький черт, обмолвившийся про город без душ, пока я вбивал его в кровать. - Души были вкусными, да. Маленький приятный бонус ко всему. Десерт. Парень подходит к мужчине, прикасаясь к крыльям. - Давно я не видел этих крылышек. С возвращением. - Да, с возвращением меня. Не ожидал, что ты сможешь раздобыть проклятый крест. - Кто ищет, тот всегда найдет. Пора сваливать из этого городишки. Оставим ангелам маленький подарок? Парень материализует за своей спиной алые крылья, вместе с ними зажигая на ладони огромный шар. - Оставим. Мужчина вливает в шар черное пламя, создавая причудливый черно-красный узор, вспыхивающий и буквально пульсирующий. Красный демон подбрасывает шар вверх, и под сводами здания звучит громкое: - Сoenum!*** Шар взрывается тысячами огней, перекидывая пламя на стены. Огонь впитывается, оставаясь на стенах, фундаменте, вещах, и исчезает. С последними брызгами проклятого пламени у алтаря остается только бессознательное, но абсолютно живое, тело пастора, который уже через минуту придет в себя. А вечером в костёле будет новая служба. *Отче наш на латыни ** Появись! Взываю! Истинное имя твое! (лат.) *** Скверна (лат.)