Сирень из прошлого

Они следовали за Тёмным магом, и каждый думал о своём, хотя тема была общая. Венди пыталась заранее составить примерный план их действий для поисков Майла, а Джон же наоборот беспокоился, чтобы Венди не перегнула палку. Он очень боялся, что она сама же и погубит себя. Второй раз её смерти мужчина не сможет пережить. От одних воспоминаний того чёртового дня становится не по себе, и след от той боли так и охватывает его. Старший Дарлинг старался забыть вид мертвенно-бледного лица своей сестры, её едва бьющееся сердце и закрытые глаза, искру в которых он, казалось бы, никогда и не увидит. — Вы точно всё обдумали? — с долей пренебрежения поинтересовался впереди идущий Румпель. Его не устраивала перспектива им помогать, особенно когда все в городе уверены, что после приказа Белль он уже не сможет вернуться в Сторибрук. Сейчас как никогда нельзя показываться любому прохожему. Пришлось снова использовать образ Киллиана, от чего Венди при их встрече стало неловко. До пришествия Спасительницы и Генри она уже имела дело с этим пиратом, и его обещание освободить её взамен за информацию было чистой ложью ради собственного спасения. Тогда девушка в очередной раз убедилась, что доверять уже никому нельзя. — Да, — решительно сказала Венди, заметив молчание Джона. Иногда у неё создавалось ощущение, что это ей одной хочется попытаться спасти брата из лап этого… существа. Навстречу им шествовал доктор, являющийся в другом мире Франкенштейном. У Венди он вызывал смутные чувства: какие-то опасения и сомнения. Она встретилась с ним взглядом и неуверенно улыбнулась в знак приветствия. Однако тут же отвела глаза, вспомнив о том, что им нельзя вызывать подозрений. А уж Виктор наверняка её помнил: братья настолько беспокоились о состоянии здоровья сестры, что заставили его — главного врача — проверить её практически на все болезни. — Что ж, дорогуши, мы почти на месте. — Лже-Киллиан остановился напротив большого поместья, хозяин которого наверняка имел огромное состояние. — Так это и есть дом волшебника? — Джон наконец подал голос. Поправив на переносице очки в чёрной оправе, он нахмурился. — Как мы можем быть уверены, что это не ловушка? — Не будь дураком, Дарлинг, — усмехнувшись совсем не в стиле Крюка, Румпельштильцхен шагнул на территорию дома. — Вы оба прекрасно знаете, какое неподходящее время выбрали для моей помощи. Если бы дело не касалось Пэна, я бы давно вас убил или превратил в безобидных мышей, что не смогли бы никому проболтаться. Интересно, а все могущественные маги любят напоминать о своём могуществе каждый пять минут? Конечно, Венди не встречала так уж много волшебников, но вот Пэн обожал шантажировать её физической расправой. Но лучше и вовсе не вспоминать о нём. — Но ты не похож на понимающего человека, — не унимался брат. Они уже приблизились к высокой широкой двери. — Мы собираемся вернуть лишь брата. Тебе-то какая будет от этого польза? — Никакая, — просто ответил Румпель, пропуская вперёд Дарлингов. — У Пэна нет сердца истинно верующего, а похищать Генри он навряд ли станет. Теперь в город не пройти без особого свитка с заклинанием. Собственно, я так и не понял, каким образом вы перешли через черту. Венди неопределённо пожала плечами под пристальным взглядом Тёмного мага. Об этом она и не особо задумывалась, а вот Румпель, похоже, только и делал, что пытался найти этой странности разумное объяснение. Когда они его отыскали, то девушка не стала рассказывать ему все подробности произошедшего между ней и Пэном. Только озвучила факты: Пэн использовал её как хранителя магии, Майкл был на его стороне, а в конце оба отправились в Неверлэнд. Румпель тогда ещё долго расспрашивал её о будущих планах хозяина острова, но откуда ей было знать? — Может… дело в магии, которую я хранила? — ей не хотелось признавать, но, кажется, иного выбора не оставалось. Эти мысли часто её посещали, а сейчас она, по сути, признаёт их правоту. А если быть точнее, правоту Питера. Именно он говорил о вечном следе магии в каждом, кто с ней сталкивался. — Не уверен, но возможности не исключаю, — мрачно пробормотал маг и плотно закрыл за ними входную дверь на замок. — Следуйте за мной. Он не дал им времени успеть осмотреть всё богатство и красоту комнат, мебели и украшений. Девушка то и дело останавливалась, чтобы полюбоваться картиной, которую никогда не видела ранее. Должно быть, здесь полно вещей из других миров. Когда ещё ей удастся всё увидеть? Она не была уверена в том, что найдёт способ уйти с острова. Попасть на него было легче простого, и ни даже выбрали самый замудрённый путь. Другой бы на их месте встал бы у окна и сказал: «Я верю». Но Венди не понимала, во что теперь ей нужно верить. Вера — это оружие и одновременно погибель. Да и вероятность того, что кто-то сразу заметит их присутствие, слишком велика. Лучше иметь в запасе хотя бы несколько минут чтобы не успеть попасть снова в клетку уже напару с братом. — Не забудьте подумать о месте, куда вы хотите попасть, — как бы между прочим сказал Румпель. Последняя комната была пересечена, и теперь они стояли в месте, больше напоминающем какое-то хранилище. Повсюду стояли полки с абсолютно одинаковыми корешками книг. Похожую она уже у кого-то видела, вот только у кого? — И… Это и есть портал? Оба Дарлинга скептически уставились на дверь в середине зала. Она напоминала те потайные входы в другие измерения, какие были в сказочных мультфильмах. И откуда только простые люди могут создавать детали, существующие на самом деле? — А вы представляли себе его иначе? — с лёгким раздражением Тёмный повернулся к ним, и в этот момент облик Крюка вернулся к истинному. Встряхнув поседевшими, но сохранившими свою густоту волосами, Румпельштильцхен провёл рукой по закрытой двери и поднял голову вверх. — Взгляните. Вы, похоже, настолько рвётесь на остров, что дверь уже создала нужный портал. Сначала ни Венди, ни Джон не поняли, куда именно нужно посмотреть. В потолок? Но маг говорил о двери. Значит, что-то должно быть связано с ней. Она первая заметила над деревянной поверхностью круг, в центре которого были изображены песочные часы. — Почему именно часы? — осмелилась полюбопытствовать девушка, когда подошла ближе к Тёмному и порталу. До сих пор она чувствовала от него что-то не хорошее по отношению к ней. Нет, не тьму а, скорее, недоверие и презрение. Но почему? Разве он как-то из-за неё пострадал? — Глупый вопрос. Разве ты не знаешь, что Неверлэнд — единственно место, где время навечно остановилось? — Знаю, — ей вдруг стало неловко под этим взглядом тёмных глаз. Тёмных, как и его душа. — Но песочные часы могут подразумевать в себе не только это. — Что же ещё, душа моя? — несмотря на вежливость, девушка почувствовала в его тоне лёгкий оттенок насмешки. Он явно не ждёт от неё чего-то сверхумного, впрочем, как и все маги и другие существа. Неужели они думают, что все люди глупы и наивны? Джон чувствовал напряжение своей сестры и поспешил напомнить об их цели прихода сюда: — Так мы можем уже идти? — Разумеется, — не переставая глядеть на светловолосую, Тёмный повернул ручку двери. — Когда пожелаете. — Идём, Венди, — мягко подталкивая её к границе между этим миром и Неверлэндом, мужчина кивнул Румпелю в знак благодарности. Но она не желала оставлять всё так незавершённо. Хотя Джон и пытался увести её подальше, Венди ловко увернулась из его рук и мягко улыбнулась: — Ты иди, Джон, а я проверю, всё ли в моём рюкзаке есть необходимое. Конечно, это было ложью. Ещё за час перед выходом она раза три всё пересмотрела, надеясь, что ничего важного не упустила: немного еды, питьё (на острове самое безобидное может иметь смерть), пара тёплых курток и ещё кое-что, без чего сложно безопасно бродить по Неверлэнду. — Ты уверена? — в последнее время он замечал всё больше перемен в своей сестры. Не сказать, что это его пугало, но трудно сразу принять тот факт, что ответственность на свои плечи берёт теперь не только он. Венди поступала разумно, она понимала, каковы могут быть последствия их затеи, но ради брата всё равно готова жертвовать всем. Хотя Джон и поставил ей ультиматум, если ей будет угрожать опасность. Что касается Румпельштильцхена, то ему доверять было нельзя. Но что поделать, если Тёмный был поблизости, когда они только приехали в Сторибрук? В планы Дарлингов не входило скрываться и не выдавать своё присутствие, но Румпель заявил, что не поможет им без соблюдения этих условий. Возможно, им смогла бы помочь та же Эмма, но Венди слишком стремилась найти брата, чтобы искать пути отступления и тормозить. — Да, Джон. За дверью ничего не было — лишь та же комната и полки с сотнями одинаковых книг. Но, чувствуя небольшой холод, исходящий от портала, мужчина понимал, что магия часто бывает обманчиво невидима. — Хорошо. Только не задерживайся сильно. Иначе ты появишься, а Пэн уже успел прибрать меня к рукам. Тяжело вздохнул и в последний раз окинул взглядом зал, пытаясь запомнить его в мельчайших деталях. Риск задержаться в Неверлэнде на много лет был слишком велик, если помнить предыдущий опыт. Но он не мог бросить Майкла. Хоть он и предал их, как говорила Венди, он всё ещё часть их семьи. А семья всегда держится вместе. Джон представлял, как будет трудно сестре ступать на остров, где она провела в заточении век. Иногда он поражался её стремлениям, что были благополучны для других, но губили её саму. Когда старший брат уже был не в этом мире без волшебства, Венди повернулась к Тёмному. — Я уж думал, ты не догадаешься задержаться, — язвительно упрекнул её маг и кашлянул, спеша перейти к главному. — Ваш намёк не столь трудно понять, — сдержанно отозвалась Венди, следя за каждым его действием. Разумеется, Румпельштильцхен не делал ничего для других без собственной выгоды. — Так чего вы от меня хотите? Ответ не заставил себя ждать. В длинных пальцах злодея оказался небольшой полукруглый флакон с бирюзово-голубой жидкостью. Один цвет заставил насторожиться и резко спросить: — Что это? Яд? — Ох, до чего же дети примитивно мыслят! — поморщился Румпель и, словно не заметив возмущённое лицо Дарлинг, поднёс странное зелье ближе к солнечному свету. — Это кое-что по-лучше. Ты знаешь, Пэну нужно сердце истинно верующего, и в мире всегда можно выйти к любым лазейкам для его получения. Он рано или поздно найдёт выход из своего положения, сколько бы я не пытался это отрицать. — Вы… Но почему же Джону вы сказали, что… — Не в моих правилах рассказывать обо всём. Полагаю, отправиться в Неверлэнд — твоя идея? Я так и знал. Потому мне хотелось бы уничтожить все шансы к победе Пэна. И ты мне в этом поможешь. Когда будешь готова, когда момент будет подходящим — выпей это, — он аккуратно переложил флакон ей в руки. — На несколько часов ты обретёшь способность к волшебству. Правда, лишь к одному. — Какому? Ей не хотелось знать. Она уже чувствовала, что это что-то нехорошее, и Тёмный не оставит её в покое. Придётся согласиться на сделку с ним. Глаза Румпеля опасно блеснули, прежде чем он с улыбкой произнёс: — Вырывать сердца. — На её лице не было доказательств того, что Дарлинг удивилась. Хотя жутко всё равно стало. — Ты должна вернуться ко мне с его сердцем, и тогда я позабочусь, чтобы Питер Пэн был лишь на страницах сказок.

***

Неверлэнд. Место, полное магии и смерти. Место, где всё вечно, и изменения без колебаний предотвращаются. Ветер имел тот же свежий морской запах, листья всё с тем же звуком шелестели, а небо было покрыто мрачными тучами, которые скрывали абсолютно всё, не давая лучам солнца не малейшего шанса соприкоснуться с землями. Казалось, всё так же. Но атмосфера уже не была столь сказочной и светлой. Венди чувствовала, как повсюду распространилась тьма, исходящая из Пэна. Он связан с островом, и настроение у него точно не подходящее для дружелюбной встречи. — Джон, — когда она ощутила под своими ногами песок, то брат стоял неподалёку и облегчённо вздохнул, увидев её, — мы должны уходить с пляжа. У нас не так много времени В любую минуту может прийти он. — Да… Ты права, — он прищурился, вглядываясь в тёмные очертания в глубине острова. Наверное, хотел узнать, не следит ли за ними уже кто-то. Здесь возможно всё. — Но ты хоть представляешь, куда идти? Сразу пойти в их лагерь будет безумием. Нам нужно место, где можно укрыться. Он был прав. Об этом девушка уже думала, но лишь тогда имела лишь примерные представления о том, куда пойти. Пляж — это открытая местность, где нельзя спрятаться нигде, если не считать скал. Венди была бы не против быть здесь и дальше, но навряд ли они отыщут Майкла и убедят его вернуться до наступления темноты. Ночи здесь всегда холодные, а в сегодняшний пасмурный день тем более. Как жаль, что в прошлое своё нахождение здесь она не додумалась как следует разведать остров во время выполнения поручения Пэна. Расстерянно перебирая в руках замок от своей кожаной куртки, чувствовала, как её молчание начинает затягиваться. — Э-э… А у тебя есть идеи? — нервно улыбнувшись, Дарлинг проследила за его недовольным фырканьем. О да, кажется, оба надеялись друг на друга, в итоге теперь стоят с пустыми руками, если говорить метафорами. — Ты же был Потерянным! Неужели Пэн не показывал вам остров? Вы же выполняли его какие-то задания, ходили за водой, в конце концов… Под конец речь её становилась всё более неуверенной. Конечно, братья думали только о спасении своей сестры, как и она о их. Разве будет у них время на мысли о возможном побеге и поиске надёжных мест для укрытия? С хозяином Неверлэнда играть в такие игры слишком опасно, даже будучи детьми все Дарлинги понимали это. Но всё-таки она хотела надеяться, что Джон, любящий наблюдать, и в тот раз сумел приметить хоть что-то. — Я не уверен, Венди… — тяжело вздохнув, мужчина быстро осмотрелся, так и опасаясь прихода врагов. Потом, отойдя от набегающей волны, превращавшейся в пену, взял её за плечи и тихо произнёс: — Есть одно место. Мы ходили туда, когда один из Потерянных нарвался на мор-шиповник. Обычно туда никто не суётся без крайней нужды. — Не суётся… — задумчиво повторила Венди и убрала короткую прядь, не вошедшую в хвост, за ухо. — Потому что Пэн им не разрешает. Я слышала об этом месте. А почему ты думаешь, что сам он не попытается отыскать нас там? Его затея была для неё немного безрассудной. Да их же сразу поймают, прежде чем они сами решат пойти к невзрослеющим мальчикам! Но Джон бы не стал предлагать что-то, не подумав. Уж он наверняка имеет объяснение, способное вдоволь утихомирить её тревогу. — Именно. В этом и дело! Оно слишком известное. Все будут искать нас в самых глубоких уголках острова. Кто подумает, что мы будем на самом видном месте? — Ты гений, — без тени сарказма сказала та. — Но уверенности стопроцентной нет, ты знаешь? Шум ветра мешал разговаривать, не повышая тон. Но, как известно, сильные потоки воздуха любят проносить отрывки их разговора на далёкие расстояния. Наверное, поэтому Джон, несколько секунд пытаясь переждать начинавшийся ураган, всё-таки обошёлся простым кивком. — Может, нам начертить примерную карту? — спустя какое-то время Венди не выдержала и прокричала. Вода покрывалась рябью, а волны у берега были всё сильнее, так что порой брызги долетали и до них. — Да, попробую, только нам надо… Венди, спрячься за камни! Моментальное изменение выражение лица Джона говорила лишь об одном: опасность уже перед их носом. Но неужели так быстро? О появлении Спасительницы и остальных Пэн узнал гораздо позже, только благодаря русалкам, как ему пришлось признать. Хотя значения нет, когда — тут же, помнится, добавил Пэн и усмехнулся с Феликсом. В тот момент они находились поблизости её клетки, и девушка смогла кое-что услышать. Быстро озираясь, мужчина настойчиво подтолкнул сестру назад, к холодной воде. — Скорее! Она чувствовала дрожь по всему телу от холода и промокших джинсов, но постаралась не обращать на это внимание, а сконцентрироваться на спасении их шкур. Все скалы находили за границей сухого песка, и Венди, как можно быстрее ступая по скользким камням, шаталась так, словно сильно выпила. Благо, кроссовки немного уменьшали силу трения. — Джон! — резко остановилась почти у цели. — Что ты делаешь?! Это не входило в их планы. Нет. Он не мог так поступить с ней. Но всё же поступал Джон стоял на прежнем месте к ней спиной, спокойно ожидая противников. Какого чёрта он не отправился за ней? Сейчас не время жертвенности! — Я послужу отвлекающим манёвром, — так тихо, что девушка напряглась всем слухом, чтобы услышать, сказал брат, обернувшись к ней на пару мгновений. — Пусть Пэн думает, что я пришёл один. Она не могла расстаться с ним так скоро. Ради неё он готов на всё, как, впрочем, и сама Венди, но… Неужели не лучше было спрятаться вместе с ней за скалами? Уж место тут хватит и для четверых! Джон рукой подал знак, чтобы та перестала стоять истуканом и наконец скрылась из виду. Что будет с ним? Что будет с ней? Венди ощутила небывалое одиночество, словно у неё отобрали обоих братьев, но на всегда, без возможности их хотя бы увидеть. Наверное, после всех передряг её нервы окончательно сдали. Удивительно, как она ещё не попала в сумасшедший дом. — Ну же! — шикнул недовольно Джон, и девушка, резко вздрогнув, сглотнула и поспешила сесть на колени тем самым погружаясь в ледяную воду по грудь. Когда-то Венди хотела отдохнуть хотя бы день от всего этого и побывать у океана, вдоволь наплаваться и насытиться солнечным светом. Но она имела в виду совсем не Неверлэнд! Хруст веток и чьи-то голоса были уже отчётливо слышны даже сквоь неугомонный ветер. Как же ей хотелось приподняться и поглядеть, что будет дальше. Но этим она рискует быть обнаруженной. Ведь ради предотвращения этого Джон сейчас стоит там, совершенно один. Разумеется, у него были средства защиты, но не исключено, что в этом мире они не принесут особого толка. Теперь Венди поняла, почему брат не пошёл с ней к скалам. Он хотел полностью убить в них подозрения. Не позволить Пэну заставлять Потерянных обыскивать Неверлэнд в попытке отыскать чужаков. Хотя навряд ли все они настолько глупы, чтобы не проверить скалы. Питер не знает, что она жива. В какой-то степени, это её нынешняя защита, которую ей помогает поддерживать Джон. Ей придётся молча сидеть здесь, подставляя себя бурным волнам, обливающим её не хуже душа. Правда, привкус соли во рту не особо радовал. — Неужели бывший Потерянный решил вернуться в родные края? — без лишних подглядываний она узнала этот голос. Надменный и жёсткий. Но в то же время имеющий по своей природе лёгкую мягкость, так свойственную юношам, что только-только переходят порог взросления. — Посмотрите-ка… Джон Дарлинг. Усмешки мальчишек убедили, что хозяин Неверлэнда не один. Как раз в этот момент чёртов ветер резко утих, и ей пришлось сдерживать судорожные вдохи после очередной порции воды. Ей было ужасно холодно, и, казалось, в одну секунду сердце не выдержит и остановится. Желание подняться посещало всё чаще. И как она могла считать температуру воздуха слишком низкой? Да по сравнению с водой она превосходна! — Я пришёл сюда по другой причине, — сдержанно отозвался Джон, и, судя по звуку, он шагнул ближе к противникам. — И ты прекрасно знаешь это. — Чего же можно ещё желать, кроме возвращения на своё истинное место, Джон? — Венди поморщилась. Ей было неприятно слышать Питера. Знать, что точно так же он разговаривал с ней, прежде чем раскрыть свою ложь. Всё время он ей лгал. А она всего лишь… поверила ему, хотя с самого начала знала, что ничего хорошего из этого не выйдет. Не может Пэн исправиться. Он не способен. Её главная ошибка — это то, что она решила поцеловать его в машине. Поддавшись глупому порыву, девушка чуть не разрушила себе жизнь в дальнейшем. — Я пришёл за своим братом. Тишина. Поначалу Дарлинг подумала, что они услышали её и так едва слышное и сбивчивое дыхание. Пока наконец хозяин Неверлэнда не рассмеялся, примеру которого последовали и Потерянные. — Как же скучно! Я думал, за эти года ты придумаешь что-нибудь по-оригинальнее. Кажется, у вас, у Дарлингов, в крови это — искать и бороться за свою семью. Поначалу меня это забавляло и развлекало, но прошло достаточно времени, чтобы наконец понять, Потерянный, что прежде всего нужно ставить на первое место своё благополучие, а не того, кто может в любой момент предать. — Я уже давно не Потерянный, Пэн. И никогда им не был. — Правда? — в голосе подростка была заметна ирония вперемешку с притворным детским любопытством. – Ах, что ж, не смею спорить. Но боюсь тебя разочаровать. Ты не найдёшь Майкла. Я не отпущу тебя с моего острова. — Свист, а затем злорадный смех мальчишек заставил понять Венди, что её брата схватили. Ленивый голос Пэна раздаётся сквозь попытки вырваться Дарлинга. — Признаться, я думал навестить тебя однажды. Негоже проживать свою жизнь впустую в том жалком мире, верно? Гораздо лучше для тебя будет быть здесь. С единственным теперь твоим родственником. — Где он?! О, господи, как же ей хотелось сейчас встать закричать и заявить о своём присутствии, отвлечь их, чтобы Джон смог уйти. Почему кто-то всегда должен страдать из-за неё? Почему нельзя без этих жертв? Иногда ей казалось, что Пэн правильно поступил, оставив её слабую умирать. Может быть, она заслужила? Крепко зажмурившись, Венди Дарлинг молила судьбу дать ей знак, что с Джоном всё будет хорошо. И с Майклом. Его здесь нет. Значит, он в лагере. Или… А вдруг он в клетке? Вдруг осознал всю фальшивость мечтаний этого острова, и теперь платится за это? — Не пытайся сбежать, твои силы тебе ещё пригодятся. После чего говор Потерянных начал затихать, и лишь последние хрусты веток свидетельствовали об их окончательном уходе. Больше никого не было, кроме её самой. Венди осталась одна на этом пугающем острове. Нужно встать. Как назло, все конечности онемели от холода и отказывались повиноваться мозгу. От злости сжав руку в кулак и ударив по жёсткому камню, Венди сморгнула слёзы, причиной которых был вовсе не холод. Пришлось ещё около минуты потрудиться, чтобы совладать с силой волн и, опираясь о скалы, выпрямиться во весь рост. Её шатало, а течение только прибавляло эффект. Что ж, хорошо. В конце концов, с ней многое случалось. Оплевываясь, девушка медленно шла к берегу, внимательно смотря себе под ноги. Она не желала ещё и упасть об острые камни — это было бы окончательным провалом столь торжественного начала дня. Сейчас нужно обсохнуть и решить, что делать дальше. Вот почему они не успели начертить карту? Венди же даже не помнит точно, как попасть в лагерь! Над головой летали чайки, и их крики отдавались болью в голове. Всё, что жило и росло здесь, было воплощением его фантазий. Она не удивится, если птицы способны передать Пэну о том, что какая-то насквозь мокрая девчонка недовольно выбралась на берег. Ей так хотелось, чтобы всё закончилось как можно быстрее… Пусть Майкл узнает о них, пусть он выберется вместе с ними из Неверлэнда. Иначе, веря интуиции, всё обернётся в чересчур трагичной форме. Она обессилено упала на мокрый песок, временами промываемый водой, и прикрыла глаза, чтобы справиться с нагрянувшим чувством одиночества. Над ней стоял, хмуро наблюдая, один из Потерянных мальчиков. Как жизнь любит подкидывать неприятности. Потерянный?! — Не подходи! Опомнившись, Венди, словно на ней и не было тяжёлой мокрой одежды, вскочила на ноги и отбежала от него на безопасное расстояние. Чудом ей удалось вытащить из заднего кармана средство защиты. Резко направив его в сторону парня, девушка, прищурив глаза, бросила: — Убью, если подойдёшь ближе! Как это напоминало один из тех фильмов про шпионов и секретных агентов. Правда, Венди не особо владела всеми искусствами борьбы, а пистолет порой подводил её в плане наводки на цель. Да, видимо, не дано ей быть профессиональным стрелком. Но сейчас и её враждебного вида было достаточно, чтобы неожиданный обитатель острова не пытался напасть на неё. — Кто ты такая? — вежливо поинтересовался незнакомец. Подобное качество никак не сочеталось с его образом. — Не твоё дело! — фыркнула в ответ Дарлинг и выше подняла пистолет. Кажется, Потерянный знал, что это за вещь у неё в руках, а потому медленно развёл руки в стороны и так же вежливо сказал: — Прошу простить меня за бестактность. Могу ли я узнать, чьё это? — его взгляд упал на вещь справа от него. Рюкзак. По лицу стекали капли солоноватый воды, а джинсы казались ужасно неудобными. И как её только угораздило сразу не поглядеть на берег? Должно быть, он подумал, что она как русалка приплыла сюда и вышла уже в облике человека. О волшебных существах Феликс много рассказывал ей после её долгих упрашиваний. Дарлинг не сказала ему ни слова, а только кивком головы приказала отойти подальше. Не переставая следить за ним, она быстро схватила свой рюкзак. Удивительно, что приметил его лишь один из них. Пэн, видимо, был слишком занят издевательствами над её братом. — Ты должен отвести меня в лагерь. Ей было странно ощущать себя властной над этим Потерянным. Он не был похож на других, и лицо его было довольно знакомым… Отчасти. Хотя сколько мальчишек она видела в той же школе? Их лица смешиваются, невозможно вспомнить точно. За всё время их «беседы» он ни разу не улыбнулся, но сейчас вдруг слащавая улыбка появилась на его тонких губах. — Как пожелаешь. И почему он улыбается? Разве она выглядит смешно? Ну, конечно, это действительно так, но навряд ли причина только в этом. Сжав сильнее пистолет, девушка направила его прямо в голову парню со словами: — Веди. Он ждал этого. Эти слова было командой для снятия маски вежливого и учтивого юноши. Не успев среагировать, Венди обречённо вскрикнула, когда из её завёрнутых за спину рук пистолет упал на землю. Потерянный не забыл поднять оружие, прежде чем её оттолкнуть. — Ах, как не вежливо с моей стороны, верно? — впившись в неё взглядом карих глаз, парень сделал небольшую паузу, словно захотев полюбоваться результатом своей уловки. — Я забыл представиться. Меня зовут Эрик. — Как мило! — ей не хотелось сидеть у его ног, и Венди, игнорируя дуло пистолета, встала. — Но я не настроена на знакомство. — Действительно, — на миг его лицо озарило удивление. — Я же должен вызвать сию же минуту Пэна, точно! Ох, как же тебе не поздоровится… Держу пари, ты вместе с тем взрослым мужчиной. Молчание. Нельзя рассказывать про себя или про свою семью ничего. Ей не было известно, на что способен этот Эрик. — Что ж, всё-таки исполню свой долг и вызову Пэ… — Ты не можешь, — не выдержала девушка, с раздражением покачав головой. — Можно вызвать Тень, но связываться с ним самим Потерянные не могут. Я не куплюсь на твои попытки запугать меня. Она тут же пожалела о своих словах. В его глазах появилось что-то такое, что заставило засомневаться в своей неприкосновенности. Палец его медленно двинулся, собираясь нажать на курок. Смерть? Жаль, она больше не боится её. — Ты знаешь больше чем, нужно, — резко произнёс Эрик и шагнул к ней. — Думаю, Пэна это заинтересует. И всё-таки жизнь её не оборвётся прямо сейчас. Её ждёт то, чего она хотела. Но в более унизительных условиях. В роли пленницы. Прекрасно. Хоть когда-нибудь она может быть не зависимой ни от кого? И этот Потерянный… Он странный. Более цивилизованный. Его речи навевали мысли о хорошем воспитании и манерах. В её мире найдётся много таких людей, но почему именно этот вызывает воспоминания, которые не выходят на поверхность. Венди не может вспомнить. Пока что.

***

Отправление в путь не заставило себя ждать. Братья уже собрали все необходимые вещи, которые любезно подарила Венди Руби. Ничего не предвещало беду, и Дарлинги неспешно выходили из гостиничного номера. Венди всё ещё не могла поверить, что свобода наконец пришла и в её жизнь. Привычка быть то взаперти, то находиться под чьим-то наблюдением настолько въелась в её сознание, от чего реальность не воспринималась. Скорее всего, это пройдёт лишь со временем. Остаётся только смириться с вечным беспокойством в её сердце и жить дальше, наконец нормальной жизнью с Джоном и Майклом. Они только доказывали правдивость происходящего. — Венди, ничего не забыла? — Майкл оглянулся на неё. — Разумеется, нет. Все вещи уже в багажнике, а у самой меня ничего не было, кроме пыльцы фей. Её я отдала Тинк. — Усмехнувшись, девушка попрощалась с хозяйкой гостиницы, поблагодарив за гостеприимство. Женщина слегка удивилась столь хорошему воспитанию. Да, всё здесь было в новинку. Чего только стоили телефоны, электричество, машины! Кажется, что человечество просто не могло всего за век создать это — с трудом верится. Поначалу Венди подумала было про магию. Но, по словам братьев, Сторибрук — единственное место с наличием магии, но и та появилась не так давно. И всё было бы так же чудесно, если бы по пути им не встретилась Тинк, которая сообщила о побеге Пэна и о смерти Феликса. — Ты… Ты же шутишь? — резко остановившись, Дарлинг широко распахнула глаза от неверия. Нет. Определённо шутка. — Может быть, погиб кто-то из других Потерянных? — Нет, — фея покачала головой. Она сама была не рада подобной новости. Какие бы у Тинк не были разногласия, связь со всеми Потерянными она поддерживала достаточно хорошую. — Пэн сам вырвал ему сердце ради заклинания. И я советую вам сию же минуту уезжать. Слышите вдалеке, как что-то гремит? Это не надвигающаяся гроза, а заклинания, которое перенесёт всех обратно в Зачарованный лес. А Сторибрук перестанет существовать. Как столько всего могло произойти за какой-то там день?! Венди молчала, не зная, что и ответить. Братья стояли поблизости, и Джон первым опомнился: — Но… Полагаю, найдётся же способ вернуть всё на свои места? — Я не знаю, — фея спрятала руки в карманы своей потрёпанной временами зелёной одежды и с грустью продолжила: — Возможно, когда-нибудь так и будет. Но сейчас уезжайте. И не останавливайтесь на пустынных дорогах. Пэн может быть всё ещё неподалёку. Я не знаю, каким образом ему удалось сбежать в самый последний момент, и сомневаюсь, что на этом всё закончится. И как же быть в такой ситуации? Точнее, нужно послушаться фею и скорее пойти и сесть в машину. А что потом? Феликс мёртв. Почему именно он? Пэн не мог его убить, ведь, возможно, он и был его единственным другом, знающим все секреты Неверлэнда. — Венди? Девушка чувствовала, как на неё устремлены взоры остальных. Обеспокоенные и удивлённые. Действительно, с чего бы это ей бледнеть и не реагировать на оклики, если всё всё равно для них разрешится благополучно? Но никто не знал о её отношении к Феликсу. Тот, кто в первый день угрожал кинжалом, а в последний пытался уговорить не покидать остров, а уйти вместе. За блондином все тщательно следили, а вот за Дарлинг нет, полагая, что она всего лишь несчастная жертва Пэна. Но так и есть, только… Только что? Все Потерянные мальчики предали Питера, почти сразу купившись на обещания вернуть их домой, к своим семьям. И только один Феликс оставался верным хозяину Неверлэнда, несмотря ни на что. Даже когда все думали, что Пэн наконец-то сдался и проиграл. — Всё хорошо, — поспешно пролепетала она, нервно улыбнувшись. — Пожалуй, нам действительно уже пора, верно? Обращаясь к братьям, Венди осмелилась взглянуть в сторону леса, который почти целиком уже поглотил зелёный дым. Кажется, и без новостей от Тинк она смогла бы узнать того, кто воспользовался заклинанием. Зеленый стал практически его фирменным цветом. — Что ж, надеемся когда-нибудь ещё приехать сюда, — бордо подытожил Майкл, а Тинк лишь криво улыбнулась и с мрачной ноткой произнесла: — Если здесь что-нибудь будет, кроме леса. Суета уже была заметна на этой улице: многие жители спешили скрыться подальше от чёртового дыма, кто-то встревожено переговаривался со знакомыми. Их всех ждала неизвестная судьба. Венди уже была в машине, когда заметила, что намёки на присутствие жителей пропали. Судя по всему, они отправились на поиски Спасительницы и остальных. Девушка чувствовала себя против воли особенной. Просто потому, что этот мир был её местом рождения. — Майкл, сейчас поведу я, — бросил Джон, уже усевшись на водительское сидение. Младшему брату оставалось только недовольно закатить глаза. — Твоя езда не безопасна сейчас. — Думаешь, я врежусь случайно в Пэна, который захочет нас остановить? — язвительно отреагировал мужчина, но своим видом показывал, что уже уступил руль Джону. Несколько секунд постояв на месте, он всё-таки сел на задние места к сестре, с лёгкой улыбкой сказав: — Дорога будет не короткой, так что расскажи мне, что с тобой случилось за эти долгие года. Мотор едва слышно заурчал, и они тронулись в путь. Мимо них проносились пустынные окрестности Сторибрука — последние мгновение для того, чтобы как следует запомнить город. Она очень сомневалась, что жителям удастся вернуться обратно. Разве что случится чудо. — Быть может, сначала ты расскажешь? — неуверенно спросила Венди, чувствуя на себе взгляд младшего брата. Она не знала, всё те же они, какими были век назад, или перед ней совершенно другие люди. Это было странно. Вся их общая история расходится в отдельные, неизвестные друг другу. — Как скажешь, — легко согласился Майкл. — В общем, мы сразу решили тебя и Бэя во что бы то ни стало отыскать. Помню, как родители обыскали чуть ли не весь Лондон… Она скрестила пальцы рук и постаралась сосредоточиться на его рассказе. Нельзя было углубляться в свои мысли. Они только опустят её настроение до самого нуля. Братья вряд ли поймут. А молча переваривать случившееся просто нет сил. Только и остаётся — слушать другого. Она хотела на некоторое время забыться и переживать чужую историю. Феликс не заслуживал смерти. В отличие от Пэна. Почему жизнь так любит всё делать наоборот? Потому что и ей самой, наверное, хочется отвлечься на беды других. Как же всё просто и одновременно сложно, потому что мозг отказывается вот так смириться и продолжать жить дальше, словно ничего и не случилось. Как братья. Для них смерть Феликса ничего не значит. Он не был им другом, не помогал отвлечься в долгие месяцы заточения. Хотела бы она быть сейчас на месте Джона или Майкла…

***

Жар костра помогает развеять холод, и Джон двигается к движущимся маленьким огонькам, соединявшимися в один большой и мощный. Он игнорировал оклики других, продолжал молча сидеть и ждать… чего-то. Когда его привели в лагерь, Джон уже готовился схватить Майкла и убежать с ним глубоко в джунгли, пока обоих не посадили в клетку. Но были две проблемы, не позволяющим осуществить его план: не было ни Майкла, ни попытки отвести мужчину в заточение на ближайшее время. В этот раз Пэн выбрал другую тактику и принялся изображать из себя гостеприимного хозяина острова, словно не он позволил Венди почти умереть. — Располагайся, Джон. — Усмехнувшись, Пэн кивнул своим Потерянным, чтобы те выпустили его из своей грубой хватки. — Чувствуй себя, как дома. Впрочем, это и есть дом всех Потерянных мальчиков. — Я не Потерянный, — безуспешно мужчина опровергал слова подростка — тот лишь снова самодовольно усмехнулся: — Да-да, само собой. Пожалуй, ты должен быть голодным после такого пути, как думаешь? Я попрошу одного из твоих старых друзей принести тебе что-нибудь, — какой-то странный акцент парень сделал на «друзей». Джон, решивший игнорировать всё вокруг, не удержался и позволил себе повернуть голову в сторону уходящих Потерянных. Всех он знал ещё с прошлого посещения острова. Что ж, кажется, этот дьявол Неверлэнда решил окончательно напомнить ему о прошлом. Но какой в этом смысл? Он никогда не согласится остаться здесь. Его место, как и Майкла, в родном мире. Никто не пытался сторожить Джона, словно и не опасались его возможного побега. А ведь он и правда мог прямо сейчас вскочить и побежать что есть силы. Но сейчас это будет не самый лучший поступок. Спасти свою шкуру Джон всегда успеет, а вот дать Венди ещё времени, чтобы та смогла найти хоть какую-нибудь зацепку, позже не получится. А лагерь остался прежним. Конечно, появилось много новых лиц, но это не так важно. Хмуро осмотрев вот уже в который раз окружающее пространство, Джон так и не нашёл намёки на присутствие своего брата. Только недоверчивые взгляды других Потерянных, и Пэн, который словно назло сел напротив Джона и принялся точить свой кинжал. Всё было так, словно и не было никакого похищения, словно они и не были врагами. Питер не собирался насильно заставлять Джона что-то делать. Нет, здесь наверняка какой-то план. Никогда ранее подросток не был добр к Дарлингам просто так. Они были для него просто жертвами шантажа и крысами, выполняющими всю грязную работу, лишь бы с сестрой ничего не случилось. — Итак, — спустя некоторое время бодро сказал юноша, когда Энзо молча подал своему хозяину фрукты и ягоды. — Так зачем же ты здесь, Джон? — Ты прекрасно знаешь. Не хотелось принимать от врагов еду с возможностью отравиться. Но, с другой стороны, Пэн не выбирает таких примитивных способов убийства. Скорее, позвал бы Тень. Недовольно отрывая сиреневую ягоду с розоватым блеском от веточки, которые росли только в Неверлэнде, мужчина медленно поглотил её и, прожевав, неохотно проговорил: — Что за игру ты ведёшь? И всё-таки, где Майкл? Он должен быть на острове. Вот только сам Пэн понимает, что сейчас не следует братьям видеться. Значит, этот чёрт боится. Шанс убедить Майкла уйти отсюда есть, пусть и небольшой. — Я не играю, Джон. Я так живу. — Питер беззаботно пожал плечами. — Каждого остров превращает в кого-то. Но это не маска, которую можно снять. Всё гораздо проще: это изменения. — Джон шумно выдохнул, чертовски мечтая в этот момент придушить этого мальчишку. А тот будто и не замечал ничего: — Знаешь, я иногда люблю сравнивать Потерянных в начале пребывания в Неверлэнде и спустя много лет. Все они дети, но представь, какой интересный коктейль получится из жестокости и наивности. С Майклом произошло то же самое. — Закрой свой рот! — неожиданно для самого себя взорвался он. Ненависть к Пэну, чувство родства с братом, желание защитить Майкла сыграли с ним злую шутку. — Если ты сейчас не скажешь, где мой брат, я голыми руками вырву тебе все внутренности и подарю твоим дружкам! Когда вспышка ярости немного ослабла, Джон тяжело выдохнул и только понял, что все отвлеклись от своих дел и наблюдают только за ним. Ну, конечно! Кто же осмелится дерзить самому хозяину, практически королю Неверлэнда? Но ему было наплевать, что за этим последует. Очередная насмешка, угрозы, физическая расправа — нет никакой разницы. Джон с удивительным спокойствием, обычно присущим ему, смотрел на подростка и ждал ответа. Честно говоря, мужчина действительно был в ту секунду гнева готов попытаться убить Пэна. Вот только сейчас, в более здравом рассудке оценивая ситуацию, он понимал, как это будет глупо. Питер Пэн убрал кинжал в карман и посмотрел на Джона. На его лице нельзя было увидеть ни одной эмоции. Ни веселья, ни злости. Только пустота. Внезапный шорох и чьи-то шаги заставили Потерянных резко повернуть головы. — Питер, — ещё не выйдя из кроны листьев, прибывший с некой торжественностью произнёс: — К тебе новые гости. И вывел за запястье Венди, которая несколько раз пыталась освободиться, но вид дула пистолета у своего виска заставлял одуматься в самый подходящий момент. — Венди! — Джон неверяще смотрел на сестру, резко вскочил со своего места и вытащил припасенное оружие из куртки – нож. До этого момента он чётко уяснил для себя, что нужно сначала попытаться выведать у Пэна всё по-хорошему. Но как тут можно сидеть, сложа руки, когда всё пошло не так, как планировалось? — Что ты… Я же сказал тебе! — Извини, - всё, что могла сказать Венди. Она яростно глянула на Эрика, едко прошипев: — Может, ты уже отдашь мне моё оружие? Новая порция тишины в лагере девушку нисколько не смущала. Многие здесь помнили её. Она даже и думать не хотела, как описал Пэн им её смерть и его стойкость на пути к спасению острова. Шумно выдохнув, Венди уже не стала дожидаться реакции Эрика и сама твёрдо, но не резко убрала его руку со своего запястья. Её по-прежнему преследовало чувство, что она знает этого Потерянного. — Здравствуй, Питер, — не весело улыбнулась и шагнула к нему ближе. Его выражение лица нужно было успеть запечатлеть на камеру: когда ещё увидишь его в таком состоянии? Хотя со стороны и казалось, будто парень вполне держит себя в руках. Но бледный цвет кожи и на несколько секунд расширившиеся от непонимания и удивления глаза говорили о многом. — Дарлинг, — без намёка на радость сказал он. — Какой приятный сюрприз. Румпельштильцхен научился воскрешать мёртвых? — Нет, — ровно ответила девушка, игнорируя требовательные взгляды Джона. Да, она понимает его злость. Но рано или поздно всё равно пришлось бы идти в лагерь. — Но не об этом сейчас. Джон пристально посмотрел на того, кто привёл Венди сюда. И почему он так похож на… Нет. Что за глупости? — Где Майкл? — ни один мускул не дрогнул на её лице. В какой-то степени, вид Пэна вызвал у неё обиду, недоверие, негодование — всё давало ей уверенности в своих словах и действиях. — Скажи, или мы узнаем сами. — А зачем же мне не говорить? — Венди косо посмотрела на нахмуренного Джона. Он жив, цел. Но… что-то было не так. — Мне нечего скрывать, Венди. Его напускная надменность, усмешка, лёгкое презрение и снисхождение, будто она была каким-то пустым местом — всё фальшь. Дарлинг знала, что он уже никогда не ожидал увидеть её вновь. Он до сих пор не может прийти в себя. Делает вид, будто ничего особенного не произошло. Но если Потерянные встревоженно смотрят то на неё, то на Пэна — что же чувствует глубоко внутри Питер? Испытывал ли он хоть раз малейшую частичку на некое сожаление? Ах, конечно же нет! И снова Венди ненароком надеется оправдать его. Но разве можно оправдать умышленную попытку убийства, пусть даже и ради магии, возвращения на остров? — Неужели? — Венди, я знаю, кто… — внезапные слова брата утихли, словно кто-то выключил звук. Джон открывал и закрывал рот, шевелил губами, но ничего не происходило. — Ох, и любят же встревать в в чужие разговоры, — шутливым тоном сказал Питер. — Пожалуй, попрошу моих друзей увести его. — Ты… Какого чёрта ты творишь?! Оставь моего брата! Ты просто жалкий ублюдок, не способный ни на что, кроме использования магии! Ей было плевать на пистолет, ей было плевать на оставшихся Потерянных. Джона быстро спровадили по неизвестной ей дороге. Он хотел ей что-то сказать, а этот идиот всё испортил! Рванув с места, Венди, волосы которой в хвосте стали пушистыми после «купания» в океане, подняла руку и со всей силы направила её в сторону лицу Пэна. — Ублюдок! Я ненавижу тебя! — закричала Венди, с трудом справившись с болью, когда тот ловко перехватил её кулак и завернул под неестественным углом. — Чтоб ты сдох, ничтожный самодовольный… — Закрой свой рот. О господи, он не может ничего сделать лучше, чем применить и к ней магию?! Она несколько секунд пыталась побороть его заклинание, выплеснуть всё, что чувствовала, но добилась лишь сходства с рыбой на суше. — Так-то лучше, — удовлетворённо произнёс юноша и грубо оттолкнул её от себя. — Все девчонки любят говорить всё, что им вздумается, но не думать о последствиях. Но всё же я отвечу на твой вопрос перед этой нелепой истерикой. Намереваясь снова пустить в борьбу с магией, Венди замерла, напряжённо всматриваясь в знакомые и, возможно, родные черты лица, если бы девушка так не ненавидела его. — Майкл покинул остров ещё много месяцев назад, — произнося каждое слово специально медленно, Питер растянул губы в довольной улыбке. — Боюсь, вы опоздали. Она не успела переварить информацию — кто-то ещё нагрянул в лагерь, причём совершенно неожиданно и шумно. — Что за чертовщина?! — Виктор Франкенштейн брезгливо отряхнулся от травы и листьев и с недоверием оглядел всех вокруг.