Сирень из прошлого

Ни малейшей капли любопытства. Ей было всё равно, что Свон пытается оправдать свой поступок без особой охоты, ей было всё равно и на снующих то там, то здесь Реджину с Крюком. Они все только мешают. Чего ещё можно сделать? Хорошего от них явно не дождёшься. Да и ей, честно говоря, становилось мерзко от давнишней мечты попросить их забрать её с острова. Уж лучше остаться в Неверлэнде, чем каждую секунду пути опасаться выходок со стороны Тёмной. Как бы не хотелось этого признавать, но Пэн говорил действительно правду по отношению к Эмме. — Венди, пожалуйста, она не хотела… — Это вышло случайно. Послушай, давай мы поможем тебе… Она не особо считала минуты, проведённые в выслушивании их бестолковых оправданий. Лишь ближе к концу девушка начала более менее воспринимать их слова, как что-то значимое, а не как пустые звуки, так же издаваемые от соприкосновения ветра с листвой. Но, может, лучше бы Дарлинг продолжала оставаться в состоянии беспамятства, когда мысли были заняты лишь одним Энзо. Нет. Его окровавленным телом, в котором теперь нельзя отыскать ни малейшего намёка на жизнь. Он был мёртв благодаря им. — Убирайтесь. Кажется, она сказала это не достаточно громко, или они просто не захотели слушать, не заметили в тоне Дарлинг всепоглощающую злость и потрясение одновременно. — Убирайтесь! — не особо заботясь о манерах, она резко вскакивает и что есть сил отталкивает от себя надоедливого пирата. На секунду в голове промелькнула мысль о том, что до знакомства с блондинкой Киллиан казался гораздо стойче и хладнокровнее, нежели сейчас. — Вы не можете контролировать даже какую-то Тёмную и по-детски верите в помощь от Франкенштейна! Но я сомневаюсь, что после этого вы его когда-нибудь увидите! На её последние слова отреагировала лишь Эмма, давно стоявшая в стороне, будто это не она убила Энзо. Презрительно сузив глаза, Свон фыркнула: — И кто же остановит нас? Ты? Жалкая девчонка на побегушках у Пэна? Это было намеренное оскорбление, и, наверное, потому Венди лишь поджала губы и вновь перевела взгляд на королеву с пиратом. К тем словно приклеилась маска растерянности и очевидного бездействия. Да, конечно, они прекрасно и сами понимали, что вина в смерти Потерянного лежит целиком на них — прежде чем брать новую Тёмную куда-то, нужно полностью принять на свои плечи ответственность за неё. Чего Киллиан с Реджиной не сделали. Не справились. Провалились. Так пусть и теперь они все втроём проваливаются ко всем чертям! — Венди, — Крюк уже практически умоляюще глядел на неё. — Почему тебя так задела смерть одного из людей того, кто угробил тебя и всю твою семью? Будь благоразумной, без твоей поддержки мы можем не справиться… — Значит, — не особо церемонясь, она грубо перебила его, чувствуя, как злится ещё сильнее, — ты считаешь, что сама смерть — это пустяк? — Не совсем… — Растерянный пират на миг даже позабыл о своём намерении успокоить Дарлинг. — Ты прекрасно понимаешь сама, что некоторые исходы могут влиять благоприятно на будущее. Я не знал этого Энзо, но, думаю, он был действительно хорошим человеком, раз ты так… переживаешь за него. Но… Интересно, как бы отреагировал Крюк, узнай он чуть больше о нелёгких взаимоотношениях с Потерянным, которые теперь, к сожалению, нельзя было ни исправить, ни усугубить, а только вспоминать. — Не имеет никакого значения, как я отношусь к нему! Неужели если бы тебе кто-то спас жизнь, ты бы тоже сказал, что это во благо будущего, и ушёл? Какого чёрта вы все так стараетесь изобразить сочувствие, если даже используете это чувство совершенно не к тому человеку?! Её руки были в крови. Его крови. Венди пребывала в состоянии, которому не находилось подходящего определения. Нет, она не истерила, но уже не была ограждена от способности испытывать моральную боль. Боже, почему так паршиво? Причём становится только хуже от чёртового Крюка. — Уходи. Сейчас же. — Она не собиралась давать ему времени для объяснения, потому что знала все варианты развития диалога уже давно. Впервые Венди готова была готова на что угодно, лишь бы не выслушивать эти жалкие лепетания. Они выводили её из себя одним своим видом. Видом святых. Почему в этот раз Джонс послушал её и без лишних вопросов, только пару секунд как-то странно на неё посмотрев, увёл Тёмную с королевой прочь? Это показалось слишком просто, а тем и вызывало множество подозрений. Они не станут возвращаться в Сторибрук ни с чем. Очевидно, что наступит день, когда их попытка возобновится. Но сейчас это не имеет значения. Пока Венди находилась поблизости Энзо, и один взгляд на него вызывал дрожь по телу, а внутри что-то болезненно сжималось. Медленно и осторожно стерев немного крови с его лица, девушка шумно выдохнула, осознавая, что остатки её слёз смешались с его кровью, когда она поспешно откидывала через плечо мешавшиеся пряди своих волосы. На его месте должна была быть Венди. Он сам, конечно же, мечтал о её смерти. Это было самым простым — не вмешиваться в ситуацию, а лишь наблюдать. Она бы погибла, а Энзо мог с лёгкостью оправдать своё бездействие тем, что магия Свон была слишком сильной, препятствующей сделать хоть шаг в сторону девчонки. Хотя навряд ли Пэн бы долго горевал, узнав о смерти Дарлинг. В первый раз ему жилось вполне неплохо, так что может измениться теперь? И, что самое отвратительное, так это то, что Венди потеряла уверенность во всех людях. Она бы не удивилась, если и Джон тоже увидит благие намерения в делах хозяина Неверлэнда и благодушно станет убеждать в том же и её. Удивительно, как каких-то жалких два года назад девушка невольно восхищалась родителями и остальными родственниками и друзьями родственников Генри. Они все… излучали свет. Пусть кто-то в большей, а кто-то в меньшей степени. Не имело значения. Хруст ветки был едва слышен, но, как бы она не старалась игнорировать всё вокруг, слух никак нельзя было отключить на время. Не оборачиваясь, а продолжая сидеть над Потерянным, девица замерла в ожидании, чувствуя, как на душе становилось гадко. Ей до жути не хотелось, чтобы кто-то был здесь, мог лицезреть развернувшуюся картину. В какой-то степени, а точнее, в большей, Венди боролась с опасением быть виноватой. И хотя благоразумие ясно давало понять, что в смерти Энзо нет ни малейшего отрицательного воздействия с её стороны, всё равно становилось дурно. — Птичка, — этот голос служил заменой холодной воды. Резко, без предупреждений заставлял вернуться всеми частями сознания к реальным вещам. Опомниться. Вздрогнув, Дарлинг всем тело напряглась, а в глазах было разочарование. — Видишь, я не такой ужасный. По сравнению с твоими друзьями. Лёгкая ирония, насмешка, а затем наклон головы вбок, точно наблюдая за интересным представлением. Когда это закончится? Ей так хотелось услышать от него нормальные слова… Чего? Поддержки? А действительно, с чего бы ему помогать ей психологически? Однако Пэн не мог быть таким непробиваемым. Когда чужаки убивают людей врагов, будь то намеренно или по чистой случайности, не делают вид, что всё в порядке! Но, может, следует повернуться к нему и внимательнее посмотреть в его глаза? — Вижу. Ты ещё хуже. — Выплюнув эти слова, Венди с ненавистью возжелала, чтобы эта зелень в глазах невзрослеющего подростка наконец погасла, стала блеклой и непримечательной. Если бы кто-то подарил ей возможность безнаказанно выцарапать ему глаза, то Венди, наверное, воспользовалась бы этим без зазрений совести. — Феликс тому подтверждение. — Ну вот, начинается, — недовольно поморщившись, Питер быстро приблизился к ней и протянул руку, от чего та по инстинкту напряглась, готовясь к удару, но парень был исполнен намерения помочь ей подняться. Пока что. — Вставай же, Венди. Земля холодеет, ты можешь простудиться. — От тебя так и исходит забота, — продолжительное время уставившись на него, девушка так и не шелохнулась, продолжая точно назло сидеть на той самой холодной земле. Но хозяину Неверлэнда, похоже, было не до игр в гляделки. Демонстративно закатив глаза, Питер склонился над девушкой и, долю секунды вдыхая приятный цветочный запах её волос, грубо, но не больно обхватил её за талию, передавая той тепло своего тела, и одним рывком поставил Дарлинг на ноги, промолвив: — Тебе лучше вернуться в лагерь. Несмотря на вежливость просьбы, Венди отталкивает его от себя, сжимает руки в кулаки и, шумно вдыхая воздух носом, наконец не выдерживает: — Какого чёрта?! Какого чёрта тебе плевать на смерть Энзо? Ты вообще понял, что он погиб, что он спас меня, а ты даже не взглянул на него?! — переведя дыхание, девушка решительно выговорила: — Энзо любил тебя, Питер! Он был готов сделать многое ради тебя… Он был одним из тех, кто не обращал внимание на твой эгоизм! — Его смерть… — словно пробуя слова на вкус, юноша неторопливо продолжил, вздохнув: — Его смерть принесёт больше пользы, чем ущерба, Дарлинг. Он слишком любил своевольничать во время приступов глупой ревности. — Заметив удивлённое выражение, промелькнувшее на лице девушки, Пэн усмехнулся: - О, ты всерьёз думала, что я не знал, как он относится ко мне? Однако потрясена Венди была вовсе не из-за этого факта. — Ты говоришь почти как Крюк, — голос не дрожал, но создавалось ощущение, что этот момент вот-вот наступит. — Вы оба воспринимаете смерть Энзо как очередное построение плана. Но, кажется, позабыли, что он не вещь, а человек, — сглотнув, она сомкнула руки у груди. — Дай угадаю, теперь у тебя будет полноценный повод оказывать давление на них и шантажировать? .. Вот только, кажется, и они намерены делать то же самое, угрожая убить ещё кого-нибудь из Потерянных. Едва договорив последнее слово, девушка дёрнулась от чьего-то прикосновения к своим плечам. Неизвестный оказался Эриком, возникшим непонятно откуда. — Венди, я должен тебя увести, — не без понимания тихо сказал темноволосый, кивнув Пэну. — Что? Значит, когда я добралась до истины, ты бежишь от неё? — она презрительно скривилась, в последний раз перед тем, как кустарник скрыл поляну из вида, глядя на молчавшего Питера. Сопротивляться не было смысла, особенно вспоминая прошлый опыт. Но всё-таки Венди не была овощем в хватке Эрика. Пытаясь изо всех сил оцарапать его или пнуть в какое-нибудь болезненное место, хоть то и было абсолютно бесполезно, она наконец услышала тихий из-за увеличивающегося расстояния между ними ответ Пэна: — Время покажет, в чьём плане больше пробелов, а в чьём лишь совершенства.

***

Иногда необъяснимый страх вызывают не люди, а сами места. Так было и с Венди Дарлинг, когда она впервые оказалась в аэропорту, пусть и её опекали братья, прекрасно всё поняв без лишних слов. И действительно, нетрудно догадаться о причине замкнутости девушки, стоило только внимательнее посмотреть ей в глаза. Чертовски некомфортно было уже в момент, когда она смотрела на огромное здание из окна машины. Не будь у него современного стиля, Венди бы запросто приняла аэропорт за какой-нибудь замок знатного лорда. Но, судя по кратким объяснениям братьев за время поездки, в настоящее время подобных личностей гораздо меньше, чем век тому назад. Удивительно, как легко можно бояться любого шума на улицах, помня о слишком быстро ездящих машинах. Не стоит удивляться, если в современном мире есть уже прототип ковров-самолётов. Правда, это уже выдумки сказочников. Или нет? Шумно вдыхая и выдыхая, юная особа приняла руку одного из братьев и ступила на асфальт. Повсюду сновало много людей, которые все куда-то спешили. Они не замечали друг друга, погрузившись в собственные размышления о, возможно, некоторых проблемах, встающих у них на пути. Закрытость и недружелюбие, разумеется, присутствовали в каждом народе, особенно в британцах, в чьих жилах издавна течёт кровь сдержанных людей, но даже для Венди то было чересчур… грубо, наверное. — Идиотка! — с деловым видом шедший мужчина, поначалу не заметивший сумку Венди, которую та поспешно приняла из рук Майкла и на время поставила рядом, разразился потоком ругательств, одновременно пытаясь справиться с инерцией и не упасть. Они не имели ничего приличного, кроме «идиотки». Половину из них девушка вообще впервые слышала. — Извините, — поспешно пробормотала и побежала догонять братьев. Ей не хотелось, чтобы те заметили её конфликт с этим человеком. — Ты что так долго? — услышав её приближавшиеся шаги, старший из братьев тут же замедлил ход и с лёгким беспокойством взглянул на сестру. — Всё хорошо, Венди? — Да, конечно, — послушно ответила та, мысленно ругая себя за слишком очевидную нервозность. Не хватало ещё, чтобы они и вовсе покоя не знали, присматривая за ней, точно она трёхлетняя маленькая девочка. Хотя, честно говоря, фактически так и было. Глядя на такие же опасливо-восторженные взгляды детей, она начинала испытывать стыд, а вследствие раздражение. Как же хочется провалиться сквозь землю… Венди изо всех сил делала вид, что она бывала в аэропорту много раз, а потому пугаться каких-то пищащих штук и немного грубых из-за спешки служащих не было смысла. В какой-то степени, наличие здесь бесконечного количество людей, что точно так же собираются на свой рейс, имеет и свои плюсы. Она могла ненадолго слиться с ними, и среди потока разнообразных лиц, превращавшихся в одно пятно из-за скорости их смены, мало кто мог заподозрить, что эта девушка пришла сюда из Неверлэнда, где пробыла в заточении около ста лет. Да и навряд ли кто-то поверил бы такой истории, реши Венди рассказать любому обычному, нормальному человеку, который выглядит на свой возраст, а не застыл на неопределённое время в вечной юности. — Давай, твоя очередь, — заботливо говорили братья, мягко подталкивая сестру к выступу, окружённому странными стенами, которые, словно почувствовав присутствие Дарлинг, тут же неприятно и пугающе зашумели, а какие-то чёрные штуковины, напомнившие её доски, тронулись с места и принялись искать на ней наличие металлических вещей. Вымученно улыбнувшись любезной женщине, подсказавшей ей, что уже можно выходить, Венди с облегчением выдохнула, точно секундой ранее была в аду, а теперь всё было позади. По крайней мере, она очень надеялась на это. — Ты не голодна? — Майкл, кажется, искал повод, чтобы сходить и купить что-то из еды, которая, по его же словам, стоило катастрофически дорого. — Дождёмся Джона, потом в паспортный контроль и… — Паспортный… что? — мысленно молясь, чтобы это служило названием какого-нибудь кафе, она перевела встревоженный взгляд на старшего. — Джон, что за паспортный контроль? — А, — беспечно начал пожимать плечами мужчина в ответ, поправляя очки на переносице. Кстати, нынешняя модель шла ему гораздо больше, нежели те круглые во времена их детства. Всё-таки не весь стиль одежды и аксессуаров вызывал у неё недоверие и дикость. — Ничего серьёзного. Если не будет большой очереди, мы быстро пройдём. Должно быть, эти слова должны были её убедить в том, что всё и правда хорошо, но всё пошло наоборот. Не заметив во время этой суеты выражение лица сестры, братья повели её вперёд, сквозь толпу. Казалось, чем дольше они шли, тем сильнее возрастал народ. Она боялась представить, что может поджидать её дальше. С одной стороны, Джон бы не стал ей врать, если бы всё было так плохо, однако… С другой, осознание своей беспомощности в этом новом, теперь уже совершенно незнакомом и чужом для неё мире, заставляло судорожно оглядываться и ощущать, как всё волнение сосредоточилось в её животе и резко сформировалось в узел, какой обычно бывает на обычной верёвке. Шаг — неприятные мурашки и боль. После таких нескольких секунд, казавшихся для неё мучительно долгими, Венди не могла больше сохранять спокойствие. — Стойте, — игнорируя в себе желание вообще уйти отсюда, перевала взгляд на Джона с Майклом. — Что за паспортный контроль? — Ты так волнуешься? — и хотя она тщательно старалась поддерживать иллюзия хладнокровия, Майкл с лёгкостью вычислил, где был обман. — Венди, не стоит. Всё, что от тебя потребуется — это дать им паспорт, а если спросят цель твоего посещения в Бостон, скажи, что едешь домой. Ведь в твоём паспорте то и прописано: родилась в Бостоне. Он говорил успокаивающим тоном, и постепенно Венди расслаблялась или, по крайнем мере, уже не так сильно нервничала. Вероятно, сама атмосфера этого аэропорта, в который более без надобности она ни за что не придёт, действует на неё так отрицательно. Пару раз переведя дыхание, успокаиваясь тем как внутренне, так и внешне, девушка согласна кивнула: — Хорошо. Я всё поняла. Хотя вы могли мне сказать об этом сразу, а не держать интригу. - Нет, она не злилась на них. Просто сказала это как факт. — Если честно, я на миг позабыл о твоей… — виновато пожал плечами Майкл и с намёком на помощь взглянул на Джона. Старший не тянул время, поспешив лаконично закончить мысль младшего: — Непроинформированности. Впредь мы будем внимательнее, сестрёнка. Закончив на этом, они все втроём тронулись с места. По правде говоря, теперь девушке было стыдно за свою необъяснимую панику, да ещё перед таким пустяком. В следующий раз Венди стоило держать свои эмоции под контролем. Оказалось, что до стоек с таможенниками им оставалось пройти всего ничего. И, дабы не смущать Венди, первым из их семьи решил пойти Джон, наглядно показывая, что никаких опасностей, кроме слегка недовольных и уставших взглядов работников ожидать не стоило. Хотя и убеждать лишний раз её не нужно было. Глядя на спокойные лица мимо проходящих, Венди мысленно горько посмеялась над своим страхом, который уже перестал иметь над её телом власть. Девушка двинулась было вслед за Джоном, но чья-то рука, Майкла, легла на её плечо. Ей пришлось остановиться и повернуться к нему, чтобы понять, в чём дело. -Давай лучше мы оба будем ждать тебя за ограждением. Я думаю, так ты сможешь ещё раз посмотреть на процесс проверки паспорта. — Эм… Хорошо. На самом деле, он делал это зря. Однако Венди не винила его, поскольку своим же поведением и расспросами вызвала у братьев такую заботу, вызывающую лёгкое раздражение. — Добрый день, — сухо поприветствовал её молодой мужчина и принял поддельный паспорт Дарлинг. Она опасалось было, что тот поймёт неподлинность документа, но Джон с Майклом были профессионалами в своём деле, потому служащий быстро отыскал девушку в базе данных и принялся сверять фотографию с живой копией. Справа от неё тоже сменилась очередь, и краем уха она услышала разговор: — Вы выглядите столь молодо, поразительно! — инстинктивно, нежели по собственному желанию, Венди резко повернула голову по направлению к тому, как сказала женщина, хорошо выглядевшему человеку. Внутри всё похолодело, и на секунду знакомая улыбка в профиль заставила Дарлинг расширить от ужаса глаза и невольно отступить назад, вызвав тем замешательство таможенника. — Мисс? Она всё глядела на юношу, уже давно скрывшего своё лицо за капюшоном чёрного жакета, что, несмотря на современный стиль, больно напоминал плащ, какие обычно носили мальчишки в Неверлэнде. Это же не он. Нет. Нет. Не может быть такого. — Куда вы направляетесь? — Испания, — голос парня был едва слышен из-за многолюдности огромного помещения, разговоры каждого отдавались эхом у неё в голове. — Мисс, вы меня слышите? — более резко окликнул её работник, и Дарлинг, хотела она того или нет, пришлось медленно повернуться обратно. Она могла поклясться на чём угодно, что в последний момент этот неизвестный внимательно посмотрел в её сторону, но говорить ничего не стал, а прошёл сквозь открывшееся ограждение. Она не могла быть уверенной, что это был Пэн, ведь до этой минуты её много раз посещало чувство опасности. Да и люди в профиль часто бывают похожими на знакомых. Но Пэн был ей не знакомым, а врагом — вот в чём была огромная разница. Вдруг именно сейчас ей неожиданно представился шанс избавиться от человека, пленившего её, навсегда? .. Но как так могло получиться, что Пэн не особо спешил уйти как можно дальше с окрестностей и ближайших городов от Сторибрука? Конечно, можно было объяснить это отсутствием, возможно, всей магии, и всё же… У неё было не достаточно времени, чтобы удостовериться в том, кто есть этот парень в капюшоне. Но был шанс сообщить о нём братьям. Пока ещё не поздно. — Проходите. Переступая границу, Венди отчётливо понимала, что слишком боялась возвращения прошлого, слишком жаждала забыться в будущем, чтобы теперь озвучивать свои подозрения. Лучший способ был прост, но, может, тем и эффективен. Ей нужно просто… не вспоминать об этом. — Почему так долго? Что-то случилось? — с намёком на возмущение начал расспрашивать её Майкл, стоило ей приблизиться к ним, на что девушка лишь рассеянно пожала плечами и, улыбнувшись, сказала: — Ничего, о чём бы стоило беспокоиться. Да. Забыть об этом. Венди должна выкинуть этот момент из мыслей, переживаний и сердца, которое и так было полно опустошённости после острова.

***

Почему именно теперь? Почему не завтра, почему не в день их встречи в доме Дарлингов? Неужели желание жить и страх за себя, за братьев были настолько сильны, что с лёгкостью заблокировали в ней то открытие в аэропорту? Нелепо. Пугающе нелепо. Вздрогнув от чьего-то громкого смеха, Венди невольно стиснула от подступившей злости и шумно выдохнула, едва сдерживая себя от потока оскорблений и высказывания правды. Потерянные мальчики не понимали её состояние, потому что не знали и части той жизни, что взвалилась тяжёлым грузом на плечи девушки. Хотя… Какой девушки? Она была старой. Какова ирония, ведь Венди не ощущает себя той, кто с облегчением ждёт смерти. Она не ощущает того покоя, умиротворения, смирения. Возможно, бесконечные переживания так давали о себе знать и каким-то образом всё же поддерживали в ней жалкие остатки детства и наивности. Но, как бы не пытайся объяснить своё состояние, а одно остаётся неизбежным. Много раз она повторяла это себе, но на более не была способна. Ведь разве было бы правильно убить себя, подделав то, что должно было случиться ещё давно, но оставить после себя массу нерешённых проблем, неотвеченных вопросов, оставить, в конце концов, Джона, которому без её вмешательства наверняка будет уготована та же судьба, Майкла… О, Майкл. Сколько ещё на них свалится бед? Если бы только ты был рядом, всё было бы в разы проще, легче… В эти минуты она как никогда ощущала своё одиночество, отсутствие явной поддержки и надежды. Она не знала, что ей делать дальше. Она ненароком, без опасений устыдиться своих мыслей, строила в голове наилучший способ кончины. Что их ждёт впереди? Темнота или луч света? Это зависит целиком от неё. Но почему опять от неё?! У неё был шанс. У неё был шанс действительно начать всё с чистого листа, стоило только сообщить братьям о своём не совсем уверенном замечании. Пэн бы не ушёл далеко потому, что в аэропорту имелось достаточно народу, чтобы часто останавливаться и пережидать пробки с другой части зала. Кто знает, быть может, сейчас бы Венди не тратила своё время в Неверлэнде, Джон бы не был новым предметом для шантажа, а о местонахождении Майкла они бы знали. Никто не придёт на помощь. Венди окружена сторонниками Пэна, и самое большее, на что можно рассчитывать — это сухие подбадривания. Но ей требуется совсем не это. По правде, она и сама толком не знает, что конкретно позволит ей изгнать из себя всю боль, все плохие чувства и размышления. Возможно ли в этой Вселенной обрести полную свободу, не считая смерти? Энзо… Что ж, по крайне мере, теперь ему не придётся страдать. Его время закончилось слишком быстро, без предупреждений, но, может быть, это и к лучшему. Как бы то не прозвучало бесчеловечно и эгоистично. И наказание за него она несёт уже сейчас, когда прокручивает в голове случайную встречу с Пэном в аэропорту, возжелавшим лететь в Испанию. Почему труднее всего свыкнуться с прошлым? Ошибки, которые уже никогда не исправить, в самые неподходящие моменты настигают человека. И даже Венди не смогла полноценно запереть ту дверь в своём сознании. Раньше она и не думала, что не слишком прочный замок вдруг сломается. Всегда надеялась на лучшее, и всё произошло ровно наоборот. А Потерянные мальчики, казалось, и не хотят знать о том, что случилось. Они словно назло угрюмой Венди пускают шутки, обсуждают какую-то ерунду и почти беззлобно, с весёлой искоркой в глазах встречаются с её взглядом, который навряд ли был способен выразить и половину того, что она сейчас испытывала. Лишь незначительную часть души могли увидеть в отражении глаз. А может, не следовало так ненавидеть Потерянных? Они всего лишь дети, бегущие от взрослых проблем. Но кого тогда ненавидеть? Всё вело к Пэну, однако, вспоминая всё плохое, что тот сотворил, на душе не становится тяжело. Она вообще ничего не чувствует, точно подлые поступки, игра с людьми, а порой и убийства были абсолютно обычными делами для неё. Или ей просто уже всё равно? — Венди, — кто-то стоял над ней и, хоть она не поднимала головы, внимательно наблюдал за девушкой вот уже несколько секунд. Странно, почему она не услышала его приближавшиеся шаги? — Как ты себя чувствуешь? Сглотнула и резко взглянула на Эрика с таким выражением лица, какое бывает у хищных зверей перед нападением на свою добычу. Однако в данном случае всё-таки Венди — добыча. — А тебе-то что? В эту секунду Венди вспомнила, что Эрик тоже Потерянный, а значит, такой же мерзкий тип, как и остальные. Тихо рассмеявшись своим мыслям, от чего парень подозрительно покосился на неё, она дополнила свой ответ, и в каждом слове так и был слышен яд: — Ты ведь осведомлен о смерти Энзо, да? Что-то сейчас я не вижу вашей сплочённости. Вас всех, оказывается, очень просто истребить… По одному. — Презрительно кивнула в сторону остальных в лагере, совершенно не заботясь, услышал ли кто-то ещё, помимо Эрика, её слова. — Сама Тёмная собиралась убить вас. А знаешь, я бы посмотрела на это зрелище. Уверена, оно было бы наизабавнейшим! — Ты на меня злишься, потому что я увёл тебя против твоей воли? — не шелохнувшись, спокойно поинтересовался юноша. Он слегка наклонил к ней голову, и тёмные волосы прикрыли его глаза. — Это так по-ребячески, тебе не кажется? — По-ребячески? Что, прости? — стремительно вскочив и хоть как-то теперь смотря на него на приближённо одном уровне, Венди презрительно скривила губы: — Так значит, я должна была спокойно оставить Энзо? Пойти беспечно веселиться, как это делаете вы?! Она уже не говорила, а кричала, и дюжина глаз с увеличивавшимся любопытством глядела на неё, явно заинтересовавшись, услышав имя одного из их умелых стрельцов. Неужели теперь они наконец всполошились? Медленно, с неохотой Дарлинг перевела взгляд обратно на Эрика, мысленно уже представляя его ярость на все её высказывания, которые уж точно не доброжелательные. Но он не оправдал её ожиданий. — Выдохни и успокойся. — Тихо и мягко произнёс Эрик, чем больше удивил девушку. Как у него хватает терпения выдерживать это? — Они ничего не знают. Ты не должна распространяться об этом, пока Пэн тебе не позволит. Так будет лучше для тебя же. Ах, так вот в чём дело! — А что или кто помешает мне прямо сейчас во всеуслышание рассказать о том, что случилось с Энзо? — сверкнув глазами, прошипела Венди и в подтверждение своих слов выпрямилась и чётко начала: — Тёмная убила Э… — Дарлинг! Этот чёртов Эрик умудрился успеть в самый последний момент закрыть ладонью ей рот, и имя мертвеца уже было не разобрать — только нечленораздельное мычание. Хотя от глаз других это не скрылось, и несколько мальчишек переспросили, кого же убила эта Тёмная, у Эрика, но, встретившись с его суровым взглядом, большинству пришлось вздохнуть и с меньшей радостью вернуться к своим обыденным делам. А Венди с силой пыталась оттолкнуть от себя Эрика, так некстати крепко схватившего её со спины свободной рукой за талию. — Псти! — после нескольких попыток пробубнила та и уже захотела было укусить парня за руку, так, чтобы тот от боли позабыл про всё на свете, но его ответ был настолько неожиданным, что Венди опешила и позабыла о своих намерениях ради спасения. — Это проверка. Проверка, поняла? — почти прошептав это ей в ухо, Эрик дождался, когда девчонка окончательно затихнет, и только тогда дал ей прежнюю свободу на речь и передвижения. — Что? — она тяжело дышала, чувствуя, как усталость и истощения пробираются в каждый уголок тела. Не без труда боровшись с этой апатией, девушка посмотрела на Потерянного стеклянным взглядом. — Какая ещё проверка? Поначалу ей захотелось поверить в невозможное: то, что Энзо на самом деле жив, а увиденное — отлично сыгранный спектакль и иллюзии, дабы проверить отношения между ним и Венди. Пэн всегда отличался непредсказуемыми, а порой странными ходами, так почему бы сейчас такому не случится? Эрик не спешил с ответом, от чего в сердце девушки, хотела та того или нет, всё сильнее разгоралась надежда. Почему ей было так важно услышать, что Энзо жив? Это ничего бы не изменило. Сам факт новой сущности Спасительницы уже оттолкнул её от желания сотрудничать. Выгода… Сотрудничество… Чёрт, почему Венди рассуждает почти как одна из приверженцев Пэна? — Оценка твоего состояния, реакции. Пэн имел и на тебя планы. Когда он узнал о смерти Энзо, то через Тень сообщил мне место, чтобы я забрал тебя как можно скорее. Как видишь, неизвестность — опасная штука, разъедающая сознание. Он говорил очень туманно, и девушке приходилось внимательно его слушать, отстранившись от остального мира, дабы понять все детали. Впрочем, по окончанию его речи, у неё осталось ещё достаточно вопросов. — Ты хочешь сказать… — нахмурившись от раздумий, Дарлинг огляделась по сторонам, как если бы искала чьей-то помощи. — Он ожидал, что я из желания отомстить перейду на его сторону? Серьёзно? — молчание не давало никаких поводов для радости. Ещё сильнее нахмурившись, Венди поджала губы, чувствуя, как злость была уже не на весь мир, а конкретно на Пэна. Опять. А ведь ещё каких-то пару мгновений раньше она была равнодушна к деятельности хозяина Неверлэнда. — Это для него забавно? Тебе тоже это нравится? — Разумеется, нет, — откровенно закатив глаза, Эрик устало вздохнул: — Но тебе не приходилось быть лидером, Венди. — Причём здесь это? — прищурившись, так же грубо спросила та. Он проигнорировал её фырканье и послушно ответил: — Для сохранения своего лидерства все методы следует учесть. Пусть для тебя это всё видится в чёрном свете. Послушай, — не дав ей возможности озвучить новое возмущение, парень поднял ладонь вверх, призывая её молчать. — Я прекрасно понимаю, что ты чувствуешь вину за его смерть. Особенно, когда ты не могла ничего сделать, чтобы предотвратить. Это трудно — справиться с эмоциями, но тебе потребуется это сделать хотя бы ради сохранения остальных нервов. Насколько я знаю, ты не в первый раз на острове, значит, тебе известно о последствиях. Питер не потерпит нытья. Нытья? Какого чёрта он… Стоп. Эрик что, обнимает её? Ощущая, как его тепло передаётся и ей, как он мягко гладит её по плечам, Венди невольно вспомнила чертовски схожие моменты с братьями. Но он был Потерянным мальчиком, а не её братом. Тем не менее, отталкивать от себя Эрика Дарлинг чисто психологически не могла, потому что… наверное, не хотела. За эти безрадостные дни на острове нынешняя минуты была одной из самых расслабляющих. Тихо дыша, Венди даже не сразу заметила в противоположной стороне наблюдавшего за ними Питера. Его облик послужил путём к возвращению в реальность. Дёрнувшись, она поспешно, но мягко отошла от Эрика, чувствуя всю неловкость ситуации. — Гляжу, прекрасно проводишь время, Венди. А ведь ещё недавно ты пускала слёзы по Энзо. Поразительно, как быстро изменяется настроение у человека! — словно и не заметив иронии в собственном голосе, Пэн шагнул ближе к ней и, даже не взглянув в сторону Эрика, быстро, но достаточно громко, чтобы услышали все, сказал: — Больше нет смысла утаивать правду. Энзо был убит Спасительницей, которая сейчас совершенно не умеет контролировать тьму внутри себя. Это заявление, по мнению Венди, хоть и было тем, что она пыталась сама всем сказать, однако не совсем. В устах Пэна то звучало слишком… жестоко. Сейчас было отчётливо слышно треск огня, потому что мальчишки уже во всю внимали речам своего предводителя. Можно было с лёгкостью увидеть в их глазах неверие, потрясение, а затем сформировавшуюся злость за содеянное Тёмной. Что испытывала сама Венди, когда Энзо умер у неё на руках? Питер пристально поглядел на девушку, от чего та совсем скоро почувствовала себя некмофортно. Пристально посмотрев на него в ответ, Венди попыталась понять, что у него было на уме. — Мы отомстим им за нашего брата, — наконец медленно выдал подросток, по-прежнему наблюдая за ней. — Однако сделаем это хитрее. — Нужно сейчас же напасть на них! — Нет, лучше захватить их в плен! Ещё несколько похожих предложений посыпалось на хозяина Неверлэнда, но для него этот водопад голосов был равен мелкому дождю. Венди теперь начинала понимать, что именно имел в виду Эрик под лидерством. — Не совсем, — пренебрежительным тоном Пэн завершил все споры. — Есть кое-что поинтереснее. Наш… всеми любимый доктор, который может в будущем принести ещё больше пользы. — Но ты же сам говорил, что отпустишь его! — вмешалась Венди, чувствуя, как теперь на неё обращены взгляды Потерянных. Лишь Эрик, стоявший по левое плечо от неё, усмехнулся, будто только и ждал от неё этих слов. — И я сдержу своё обещание. Не волнуйся об этом, Венди, — Питер был особенно ласков с ней. Это заставляло думать девушку о самом худшем. — Я отдам им доктора. Но… — в руках что-то вспыхнуло алым светом, — …не его сердце.