Отрывки.

      Каждый день, каждый чертов день, Граф мельтешил по всему дворцу, раздражая Принца почище воплей Скуало. Утро Английского Принца начиналось уже до ожути привычного:" Английский При-инц! Пора вставать! На часах полдень!" - Графа, что говорил громко и отчетливо безразлично, а затем уходил к сестре Бела - Амелии, и будил её гораздо мягче, по крайней мере не оря на ухо. Принц и зеленоволосый наотрез не ладили, что весьма тревожило принцессу Амелию. - Принцесса Амелия!! Куда вы? Вас отец зовет, - сестра была своевольной, но довольно милой девушкой 17-ти лет. Она напоминала собой брата, но отличием было то, что глаза она не прятала. На данный момент прислуга и Принц наблюдала такую картину: Принцесса Амелия, только что поссорившаяся со своим женихом, ревела в три ручья, уткнувший в плечо Графу. Зеленоволосый вздыхал и просто успокаивающе гладил принцессу по голове, ибо оттолкнуть он не имел права, да и отношения с Принцессой портить не хотелось. Принца это бесило до скрипа в зубах. После того, как Граф отвел заплаканную принцессу в покои, пообещав ей помочь помириться с женихом, он направился к Принцу. - Английский Принц, вас зовет отец, - Бел знал, о чем они будут говорить и от этого ему заранее было плохо. Он ненавидел разговоры об невестах, но ему уже 26, а он ещё не женат. Встретившись взглядом алых глаз с холодными и как будто стеклянными зелеными глазами, светловолосый бросил короткое:"Сейчас буду". - Гра-ааа-аф! - истеричный вопль служанки Мари заставил дворецкого мгновенно шарахнуться прочь от Принца. Граф стал незаменим во дворце и за его пределами, все, начиная с старой матери Бела и кончая конюхом, все спрашивали у Графа что надо, так что Бел уже пару месяцев как слышал эти вопли и давно перестал обращать на это внимание. Принц был благодарен пленному Графу за то, что он был способен успокоить и усмирить его своевольную и порой истеричную сестру. До него это никому не удавалось. Как-то раз он даже заподозрил в связи его слуги и принцессы и следил за дворецким целый день. Подозрения не оправдались и когда поздно вечером он попался, Граф тяжело вздохнул и просто сказал:"Идите спать, Принц, уже поздно". Имени Графа не знал никто, даже сам Принц. Прислуга звала его Графом и сам зеленоволосый охотно откликался на это имя, Королева и знать - тоже Графом, да и Принц обходился этим прозвищем. Он помнил, что фамилия Графа Арэ, но в графе имя стоял пробел. Сам Граф не говорил ничего ни об имени, ни об семье. Молчал и печально улыбался, но лед в глазах не исчезал никогда. У него, наверное, промерзла душа.

***

      День начинался с громкого звона колоколов, что сзывали королевскую семью обедать. На обеде Графа не было, он был в саду и подстригал кусты, добровольно помогая садовнику Тому или проводил время на кухне, опять таки помогая кухаркам, Бельфегор это знал наизусть. После обеда появлялся Граф и его силком заставляли идти с Принцем и Принцессой на прогулку, виновата была в этом Амелия, что безуспешно пыталась их помирить, да и чисто из-за того, что брата она побаивалась, а Граф служил неплохой защитой. Вечер начинался с криков сестры Бела:"Не надо убивать Графа!" на которые сбегалось пол-дворца. К вечеру Белу часто хотелось задушить или воткнуть в сердце Графу нож, ибо он язвил, как только уходила принцесса. Затем, пораненный в шею, Граф скрывал кровь и порез иллюзией и тихо шел к медику-магу, что был при дворце. Возвращался он залеченный и с неизменным пустым взглядом.

***

Ночь начиналась с того, что Принц бродил по дворцу, пугая прислугу и постоянно натыкался на Графа, что выходил с покоев Принцессы с теплой, непривычной для него улыбкой и только тогда Принц видит, что и в глазах дворецкого все ещё осталась душа. - Идите спать, Принц, уже поздно, - устало говорит Граф, держа свечки и осматривая Бела. Протянув и зажав свечу в ладони Бела, дворецкий идет в кромешной темноте, о чем-то напевая. Сон начинался только тогда, когда затушенные свечи, данные Графом, стояли на тумбочке около кровати.