Синигами XXI: Осколки миров

Она уже было решила, что они покинут тронный зал, и ее поведут в какое-то подземелье или что-то в этом духе, однако ее подвели к западной стене большой комнаты. На фреске была изображена восточная девушка, сидящая под цветущей яблоней и держащая в руках японскую цитру. Как только они вплотную приблизились к стене, изображение ожило. Карин отчетливо видела, как двигаются ее пальцы, как ветер колышет листву, а осыпающиеся розовые листья бешено кружатся в ритме ветров. Ее слух уловил далекую мелодию – печальную, но полную надежд, и Карин на какой-то миг почудилось, будто она единственная видит и слышит это. - Вы тоже это видите? – благоговейно, но скорее испуганно прошептала Карин. Авиценна положил руку ей на плечо. - Ты видишь то, чего так жаждет твое сердце. Жаждет сердце? Карин прекрасно знала желания собственной душе, пока она еще ей принадлежала. Синигами увидела, как рядом с яблоней появился мужчина. Изображение размывалось, но она прекрасно знала, что явился перед ней в короткий миг, прежде чем волшебство рассеялось, явив перед девушкой реальность. В лицо ударил запах чего-то старого и гнилого – Карин стояла перед входом в давно пустующее подземелье, куда много столетий не входил дух. Авиценна указал дорогу. Куросаки настороженно взглянула на врача, но ступила на первую ступень, чтобы попасть вниз. Спускаться пришлось осторожно – света было катастрофически мало. - Что тебе известно о кристаллах? – спросил врач, медленно спускаясь позади Карин. - В древних свитках было сказано, что именно с их помощью появился Король душ. - Верно, но это не только их единственная функция. Тебе следует кое-что узнать, раз ты решилась пройти испытание. В очередной раз Карин услышала про испытание, а еще ей показалось, что Медея решила не следовать с ними вниз. - Это древняя реликвия. Жрецы полагают, что это могущественный дух, заключенный в твердую оболочку, и от него, впоследствии, пошли остальные миры и наше существование в них. Но я считаю, что сила, содержащаяся в кристаллах, обладает разумом, потому что именно они решают давать силу кандидату или убить его. Они остановились у подножия лестницы. Как только Карин преодолела последнюю ступень, пещера озарилась светом. Девушка с удивлением осмотрелась. Вся пещера покрыта кристаллической породой – от стен до потолка разместились сталактиты, сталагмиты и сталагнаты всевозможных цветов и форм. Изо рта вырывался пар, руки беспощадно холодели. Авиценна встал рядом. - Что мне нужно делать? - Быть собой, Куросаки Карин. В моих силах только предупредить тебя о последствиях и рассказать про опыт прошлого. – Карин отчего-то занервничала. – Последний хранитель погиб несколько столетий назад. Ты была права – для сестры Лицилиана это личное. Хранитель – человек с величайшей стойкостью духа и ума. Кристаллы дают ему невероятные знания и силу. С их помощью хранитель может отнять дар у могущественного или вернуть его тому, кто в этом нуждается. Клаус – последний хранитель…, скажем так, погубил себя сам. Сила кристаллов – большой дар, но вместе с тем и проклятие. - Теодора его любила, - поняла Карин. - Верно, они собирались пожениться, но жрецы увидели, что ему суждено стать следующий хранителем. Он прошел испытание – доказал, что достоин, но именно тогда его разум стал тускнеть. - Он сошел с ума? - Его одолела тьма. Он уничтожил половину города, прежде чем нам удалось убить его. Госпожа Теодора, скрепив боль и любовь в сердце, отвлекла его, а военноначальники завершили дело. Быть хранителем – большая ответственность, ты каждый день находишься на грани света и тьмы, а разум одолевают сомнения и соблазны. - Неужели ваши жрецы не предвидели такого исхода? - Боюсь, наши жрецы не видят последствий. Даже Медея увидела твой приход в наше измерение, но каков твой исход – ей это неизвестно. - Но до Клауса были и другие хранители! - Их было двое, как мне известно – жрецы, полностью посвященные служения богам при жизни и после смерти. Клаус же был военноначальником. Ну а ты, девочка моя, случай совершенно иной. Может, ты сама скажешь почему. Радужные всполохи осветили лицо девушки. Миллионы оттенков слепили. - Внутри меня смесь многих способностей – темных и светлых. Возможно, они бы не причиняли мне вреда, но дух – обращенный в могущественного демона человек. Именно поэтому при использовании любых магических техник, в скором времени я начну претерпевать болезненные изменения и потеряю человеческий облик. - К сожалению, это так. Твое время ограничено. Мы все это почувствовали. - Как вы смогли узнать, что внутри меня демон? - Я могу чувствовать подошла смерть близко к человеку или нет. Карин вздохнула. - Незавидная участь, - посетовала девушка. Она решила вернуться к основному вопросу. – Я услышала ваше наставления, спасибо, но… не для того я проделала такой путь, чтобы отступить. Может, вы, наконец, скажете, что нужно для прохождения испытания или теста? - Ты уже его проходишь, - произнес Авиценна. Карин ужаснулась, когда великий врач превратился в бледный сгусток дыма. Мерцающие огни кружились вокруг, а чьи-то голоса извещали о том, что тайное становиться явным, скрытые мысли пробуждают скрытые желания. За долгое время Куросаки не знала, как ей действовать, что от нее требуется. Неизвестно откуда налетевший ветер растрепал волосы, пришлось прикрыть лицо руками. Вокруг доносился звук свистящих пуль, взрывы и крики. Раскрыв глаза, Карин стояла посреди поля битвы. Снег давно стал грязным от крови убитых, рвоты новичков, взрывов снарядов. Синигами узнала это место – Исландия, одна из первых миссий еще молодого агента Куросаки. Словно в замедленной съемке перед ней проносились эпизоды, похороненные в недрах памяти, а рядом с ухом раздался голос: «Твоя жизнь – сплошная кровь». - Кто со мной говорит? – закричала она. - Это кристаллы. Обернувшись, девушка увидела того, кого не ожидала увидеть. - Тесса…, - ахнула она. Одетая так же, как в тот день – болотного цвета полушубок, чуть грязноваты штаны, заправленные в меховые сапоги, на голове капюшон. Чуть выше колена перевязка на левой ноге, а на лбу запекшаяся рана от выстрела. Но те же голубые глаза, слегка торчащая из-под шапочки белоснежная прядка – как живая. - Надо же, помнишь еще мое имя. - Тесса…, только не это…. - Что? Ожидала увидеть Флетчера? - Флетчера? - не поняла Карин, а потом до нее дошло. Все происходящее вокруг – ожившие воспоминания, спрятанные демоны. Такое с ней уже случалось совсем недавно – древняя техника квинси. Но… почему? Хотя если учесть, что по легенде благодаря силе кристаллов появился король душ, а квинси, как и синигами – произошло от него, то в этом есть небольшая логика. Однако сейчас перед ней стоит оживший кошмар, похороненный глубоко в душе – и что делать, Карин не имеет ни малейшего представления. - Выглядишь паршиво, - заметила Тесса. Вокруг них все еще бушевала битва. - Что происходит? Почему я тебя вижу? Девушка огляделась по сторонам. - Это твоя жизнь, Карин – сплошная битва и я, - она указала на себя, - одна из жертв твоих безрассудств. - Нет, нет, нет, - запричитала синигами. – Тесса, прости меня…. Я не думала, что…. - Что ты пристрелишь меня? – усмехнулась она. – Я тоже не думала, но именно это и случилось – ты выстрелила мне в голову, мать вашу! - Ты… потеряла много крови, - Карин в панике указала на перевязанную ногу. – А нам предстоял переход…. Я не хотела! Меня… заставили! - Как отреагировали родители на мою гибель? Наверняка, плакали, ведь я была их единственным ребенком. - Я…я… им… отправили… депешу, - призналась Куросаки, дрожа всем телом. - О, то есть ты даже не извинилась перед ними?! Хотя о чем я говорю – сочувствие тебе не знакомо, раз ты убила меня. А я-то считала тебя подругой. - Тесса… ты до сих пор моя подруга, - пыталась сказать что-либо Карин. – Я… воссоздала твой образ, и ты… помогаешь мне. - Ах да – красивая компьютерная картинка, - кивнула Тесса. – Херня это все! Ничтожная попытка, Куросаки! Черт возьми, ты должна была что-то придумать – отрезали бы мне ногу к хренам, но нет! Ты решила попросту пристрелить меня!! - Командир давил на меня, - ответила Карин, хотя прекрасно осознавала ничтожность моих слов. - Так пристрелила бы его! – закричала Тесса. Картина поменялась – стало светлее, но пули продолжали свистеть. Вокруг горячий песок, палящее солнце, но война идет полным ходом. - Тесса, - умоляющее обратилась к ней синигами. – Я не знаю, поверишь ли ты моим словам или нет, но, чтоб тебя, я бы поменялась с тобой местами! На моем месте ты тоже бы пристрелила меня, чтобы выжить! Я жалела об этом последующие пять лет моей чертовой жизни! Ты сама видишь, какой она была! А сейчас… ничего не поменялось. – Карин закрыла лицо руками. – После смерти моя война все еще продолжается. - И что ты ждешь от меня – жалости? Карин посмотрела на погибшую подругу – на ее лице не отражалось ни одной эмоции. Это ожидаемо, Куросаки испугалась бы, если все обстояло совершенно по-другому. Ландшафт вновь изменился – лесной массив, джип мчался сквозь деревья, чтобы вырваться на свободу, но за ним шла погоня. - Если ты жаждешь мщения, то…, - Карин прикрыла глаза, - вперед. Мешать я тебе не буду. Ведь…, - девушка даже хмыкнула, - на самом деле все происходит в моей голове. В прошлый раз светлая душа моей сестры спасла меня из пучин грязи и мерзости, живущей внутри. Без нее я бы не справилась тогда. - Здесь никого нет, кроме нас, - подметила Тесса. Карин кивнула. - Помощи ждать неоткуда? – попыталась усмехнуться синигами. - Что, одна уже не справляешься? – улыбнулась Тесса. – Какая же ты стала слабой. Раньше такого не было. - Сейчас все иначе – я изменилась. - Неужели? Правду говорят – смерть меняет. Тебя она изменила в худшую сторону – ничего самостоятельно сделать не можешь. И как только тебя приняли в ряды самураев? Ты же совершенно не их уровня, а они – абсолютно не понимают тебя. У них свои принципы, свои законы, своя… семья. – Тесса сделала шаг. – То, чего у тебя никогда не было. Карин тоже сделала шаг к Тессе. Сейчас их отделяли небольшие сантиметры друг от друга. - Возможно, ты права, - призналась синигами. – Но я постараюсь сделать все, чтобы люди, которые мне дороги, выжили. Мне осталось не так уж и много, поэтому…. – Карин не закончила, просто не знала что сказать. – Если ты… или кристаллы… решат, что я не достойна, то,… по крайней мере, хотя бы попробовала. Тесса нахмурилась, а затем расслабила лицевые мышцы. Карин показалось, что ее погибшая подруга или дух кристаллов, принявший ее облик, размышляет, что делать дальше. Неизвестность разрывала на части, но неожиданно тишину нарушил иной звук. Кто-то положил руку на плечо синигами и развернул к себе. - Кеншин, - ахнула синигами при виде своего самурая. – Что ты здесь делаешь? - Я хочу отговорить тебя от этой затеи, - ответил дух. Карин удивилась. - Я… не понимаю…. - Кристаллы убьют тебя. - Что? – ахнула Куросаки. – А ты что делаешь?! Ты убиваешь меня каждый день! Самурай не дрогнул, слова хозяйки не задели его. - Они сведут тебя с ума, ты можешь не дожить до начала войны с квинси! – дух тряс Карин за плечи. Девушка посмотрела на его руки. Ей показалось, что пальцы воина чуть подрагивают. - Я знаю, что нас ждет в конце, - прошептал дух, - и это моя вина – никогда ее не искупить, но в моих силах убедить тебя не трогать кристаллы. Мы справимся и без них! - Нет! Тебе известно то, что и мне. Я не могу допустить, чтобы погибло много людей. Если в моих силах им помочь, я воспользуюсь любой возможностью! – Карин накрыла его ладонь своей. – Надеюсь, что после столетнего пути к реинкарнации, ты останешься моим духом. Брюнетка видела печальные глаза своего духа. Печальные, но по-прежнему демонические. Вдруг его глаза расширились, а Карин пронзила острая боль в груди. Сумев повернуть голову, она увидела, что Тесса вонзила в синигами руку. - Клаус сошел с ума, не сумев отрешиться от тьмы внутри себя. Тебя ждет та же участь, - произнесла она. Это были ее последние слова. Каждая клетка стала разрываться, Карин чувствовала это. Без сил, она упала на колени. Ветер стих, как и гул вокруг. Куросаки на локте приподнялась – она все еще в пещере, да вот только все кристаллы исчезли. Практически все. Она лежала рядом с постаментом, где стояло три кристалла средних размеров, оранжевого цвета. Они ярко поблескивали. Карин встала, правда не с первой попытки, но ей это удалось. Одной рукой она прикрывала ребра, пытаясь хоть как-то унять ноющую боль. С каждым шажком, кристаллы светились все ярче и ярче, а в конце засветились совсем ярко, как только Карин вплотную приблизилась к артефакту…. End of flashback. Прошло уже шесть месяцев, а такое ощущение, словно это было вчера – настолько свежи воспоминания. Карин отчетливо помнила все ощущения, страхи и переживания; помнит, как после ритуала, Авиценна вручил ей рецепт лекарства, помогавшее снимать боль на некоторое время. Двенадцать инъекций – сегодня была последняя. Но ничего – Карин уже устала терпеть и слышать гудение голосов в голове. - Ничего, - сказала синигами. – Нужно потерпеть еще чуть-чуть, а дальше будет легче, надеюсь. Она в который раз посмотрела на луну, ярко светившую сквозь решетку. Ее лучи указывали путникам дорогу и вселяли надежду на спокойствие. Сейчас светило указывало дорогу другому путнику. Точнее, это Тоширо пробирался через руины города. Ноги сами вели его куда-то, но голова и сердце заняты мыслями, спорами и переживаниями. Сперва была злость, граничащая с ненавистью. Ему казалось, что он готов запросто перечеркнуть их с Карин историю. Затем спустя минут пятнадцать, после того как ее увели во второй отряд, появилось чувство одиночества, возможно, принятия ее правды. Голова зудела, разламывалась на части. Но сейчас, злость смешалась с другим каскадом чувств, где главным являлась любовь. Как бы капитан Хицугая не злился на Карин, он безумно ее любит. Быть столько месяцев без нее – невыносимая мука. И даже сейчас, когда брюнетка в Сейретее, ему казалось, что она далеко. Увидев ее в карцере, услышав ее странные речи, он испугался. Мужчина не понимал почему, но плохое предчувствие вопило, что с ней что-то случиться; еще чуть-чуть, и он потеряет ее навсегда. И даже сейчас ему страшно до чертиков. Она сказала, что он стал ее необходимостью. Хм.., а Карин его необходимость, его жизнь. Хорошо, что внутренние страсти не притупили инстинктов. Слух обострился в тот миг, когда шорохи пробежали за его спиной. Схватившись за рукоять катаны, он остановился и вполоборота осмотрелся. Кажется, что это ветер или еще что-то, но что бы это ни было – оно исчезло. Убрав руку с рукояти, мужчина продолжил свой путь, но он был не долог, когда до него уже отчетливо донесся женский крик. Вытащив меч, он помчался на голос. Пробежав пару проулков, он увидел лежащую на земле рыжую девушку, совсем-совсем молоденькую. Видимо, студентка Академии. Хицугая убедился в этом, увидев нашивку на форме ученицы. Она, казалось, была без сознания, но посмотрев в ее лицо, мужчину насторожила бледность и частота дыхания. Что-то с ней не так. Сзади пронесся шорох. Тоширо отпрянул от жертвы, готовясь к неожиданному нападению. Он не видел соперника. Неужели кто-то из квинси остался в Готее? Не может такого быть! В темноте он услышал тихое рычание, и, наконец, противник показался. Голова обезьяны, тело енота, ноги тигра и вместо хвоста змея. От увиденного Тоширо не смог даже шевелиться. Что это еще за хрень?! Но еще большая хрень произошла, когда существо исчезло в темном дыме и, появившись рядом, напала на капитана, сбив его с ног. Обезьянья пасть уже потянулась для укуса, но мужчина успел поставить затвор с помощью лезвия, а затем отдернул в сторону. Существо неистово завопило, и с яростью посмотрело на врага. Из пасти текла кровь. Тоширо увидел, как нечто часто размахивает хвостом. Змея шипела, казалось, что из клыков что-то капает. - Какого…, - прошептал капитан. – Черт с тобой. Снизойди с ледяных небес, Херинмару! Ночное небо заволокло тяжелыми тучами. Рядом ударила молния, и мощнейший заряд ударил в нечто. Когда облако рассеялось, Тоширо увидел обуглившееся тело противника. Тяжело вздохнув, он убрал меч, а в это время к нему подбежали постовые, а вместе с ними и Сой Фон. - Капитан Хицугая! – выкрикнула она, а потом увидела побежденное существо. Она больше не произнесла слов. Опустившись на колено, женщина посмотрела на труп. - Что это за тварь? - Без понятия, - отозвался Тоширо. – Меня волнует другое. Женщина повернулась к синигами и увидела его беспокойство. - Думаю, оно ранило девушку. - Этого еще не хватало, - разозлилась женщина. Она поменяла положение, отошла от тела существа и подошла к девушке. - Я доставлю ее в госпиталь, а ты поговори с Кераку, - мужчина взял девушку на руки. - Очередная головная боль. Не хватало еще и этих тварей! Хицугая! – остановила Сой Фон капитана. – Если это фокусы двенадцатого отряда… - Не говори глупостей! – отрезал Тоширо. – Всему этому должно быть объяснение! - Уж очень надеюсь, что Куротсучи найдет его! Хицугая фыркнул и помчался в четвертый отряд. Сой Фон приказала офицерам смотреть в оба и атаковать неизвестных. Новость быстро разнеслась по Готею. Сой Фон доложила обо всем Кераку, и вместе они направились к Маюри, чтобы тот объяснил происходящее. Глава научного института расположился в своем кабинете и не был расположен к разговорам. Дверь тихонько скрипнула, и в проеме показалась Нему. - Отец, господин главнокомандующий хочет вас видеть. Маюри ничего не ответил, только хмыкнул. Девушка посмотрела в сторону. Кераку кивком головы попросил ее отойти, и они вместе с Сой Фон вошли в кабинет. - Маюри, какого черта ты делаешь? – не выдержала Сой Фон и первая начала разговор. - Сижу в кресле, как ты смело можешь наблюдать. Она ударила кулаком по столу. - Если это все твои выходки, то клянусь… - Успокойся, Сой Фон! – осадил ее Кераку. Маюри, сидя в кресле, развернулся к посетителям. - В чем проблема? - На девушку напала какая-то тварь, - ответил сотайчо. - А я причем? - Причем?! – не выдержала Сой Фон. – Ты единственный, кто может объяснить, что происходит? - Вечно ты спускаешь всех собак на меня, Сой Фон, - посетовал Маюри, но обратился к Кераку. – Если вы думаете, что это моих рук дело, то спешу вас разочаровать – я не имею к этому отношения. Это больше не актуально. - И все-таки в Готее объявилось существо. Возможно, оно не одно, и ты должен выяснить причину, - отдал приказ сотайчо. Маюри усмехнулся. - Я бы с удовольствием, господин главнокомандующий, однако… у меня связаны руки. - В каком смысле? Маюри поднялся с кресла и стал расхаживать по комнате, активно жестикулируя руками: - В данной ситуации вам было бы логичнее отправиться к другому человеку, который на протяжении долгих месяцев изучал потусторонние порталы и существ, живущих в других мирах. Думается, с этим человеком я найду причину гораздо быстрее, вам не кажется? Сой Фон посмотрела на главнокомандующего. - А может это проделки твоего офицера? – настаивала женщина. - Может, спросишь у нее? - женщина скрестила руки на груди, а Маюри продолжил. – Верните моего офицера в строй, и мы найдем причину ваших напастей. - Наших напастей? – переспросила Сой Фон. - Ну, не моих же. - Ах, ты…, - Кераку остановил Сой Фон. Кажется, все на пределе. Не хватало еще и драки друг с другом. Кераку только посмотрел на женщину, а заговорил с Маюри: - Ее приведут к тебе. - Без нее ты уже не в состоянии сделать что-либо? Теряешь хватку, - усмехнулась Сой Фон, но глава двенадцатого отряда не принял ее колкость близко к сердцу. Ведь как можно что-то почувствовать, когда нет сердца? - Я использую имеющиеся ресурсы на полную. В отличие от тебя, Соф Фон, я не бросаюсь в пекло, сломя голову, а все продумываю до мелочей. Куросаки такая же, как и я. Не будь ее, я бы решил вашу проблему до утра, но вместе… мы найдем решение за час. Кераку удивил слова Куротсучи. Он его знает ни одно столетие, однако такие слова от него капитан слышал впервые. - Капитан Сой Фон, освободите офицера Куросаки и введите в курс дела. Женщина посмотрела на сотайчо, немного нахмурилась, но склонила голову и покинула кабинет. Главнокомандующий пока не спешил уходить. - У тебя есть какие-нибудь мысли? Маюри с нескрываемой ухмылкой посмотрел на капитана. - А что думает Урохара? - Тебе прекрасно известно, что он вернулся на Землю с помощью вашего портала! - Ну, мало ли. - Прекрати, Куротсучи! – Кераку прекрасно видел торжество на лице Маюри. – Я вижу, к чему ты клонишь. Ты хочешь, чтобы я признал свою неправоту? - Возможно. Главнокомандующий убрал руки за спину. - Что ж, возможно, я был слегка суров, но мое мнение тебе известно – я не приемлю создания опасных вещей за моей спиной. Надеюсь, в будущем никто из нас не пострадает из-за твоего безрассудства. Больше новоиспеченный главнокомандующий не сказал ничего и покинул кабинет Маюри, а впоследствии и двенадцатый отряд. Тем временем, Сой Фон выполняла приказ Кераку. Она вкратце описала Карин ситуацию. Та, в свою очередь, выслушала, не перебивала, но в конце доклада попросила, чтобы ей разрешили отправиться в госпиталь. Сой Фон ответила, что она теперь свободна и вольна идти в любую сторону, но все-таки направилась с ней. Лейтенант Котетсу осматривала новую пациентку. Ее симптомы были слишком подозрительными, чтобы быстро диагностировать причину недуга. - Ну, что скажешь, Исане? – спросил Тоширо. Он считал своим долгом узнать о состоянии девушки, а также понять с каким врагом он имеет дело на этот раз. Исане устало посмотрела на капитана. Да уж, день сегодня не кончится…. Она приподняла девушку за плечи и показала укус чуть выше лопатки. Видны следы от небольших клыков, но уже вокруг виднелось посинение с фиолетовыми крапинками. - Ее укусили. Я взяла анализ крови, и результат выявил наличие яда, но мне он неизвестен. Еще я неуверенна, что лечебное кидо спасет ее. - Ты не можешь так говорить, - не верил капитан. - Возможно, мне удастся найти противоядие или синтезировать антитела, но я не знаю, сколько у меня времени. - Его не так уж и много. Тоширо и Исане обернулись на голос Карин, которая вошла в довольно тесную палату вместе с Сой Фон. - Карин? – не поверил своим глазам капитан. - Не стоит удивляться, - сказала Куросаки, пряча глаза. – Когда случается какое-то дерьмо, я нахожу выход из ситуации. Сой Фон громко хмыкнула. Тоширо подумал, что это хорошо, что Карин здесь. Значит, ее отпустили, а это большой плюс. Она была совсем близко, хотелось ее обнять, но… не время и не место, к величайшему сожалению. Карин, также как и Исане, приподняла девушку и посмотрела на рану. Девушка нахмурилась, медленно вернула потерпевшую в лежачее положение, а затем сделала совершенно не характерную для нее вещь – со всей злостью ударила кулаком в стену, отчего остались вмятина и небольшие трещины. - Карин! – удивилась Исане. - Прошу прощения, лейтенант, - процедила девушка. - Возьми себя в руки, Куросаки, - осторожно, но громко заявила Сой Фон. Карин медленно повернула голову к женщине. Такого взгляда Тоширо никогда не видела – звериный и темный. Капитан второго отряда напряглась. - О, я умею хранить самообладание, госпожа капитан. – Она повернулась к Исане. – Нужно что-то острое. - Зачем? - Хочу понять, какая доза противоядия нужна, а для этого нужно увидеть, с какой скоростью сворачивается кровь. - У тебя есть противоядие? – спросила Сой Фон. Карин хмыкнула. Женщина округлила глаза и достала небольшой кинжал – танто. Брюнетка скептически посмотрела на лезвие. - Он чистый? - Мм.. совсем недавно я его использовала, так что… не думаю, - призналась капитан и убрала кинжал за пояс. Исане дала Карин в руку скальпель. Девушка кивнула. - Нужна ткань или вата, чтобы промокнуть и пробирка. Пока лейтенант искала необходимое, Куросаки осторожно порезала девушке палец. Сой Фон и Тоширо вплотную стояли у кровати, чтобы не пропустить ничего важного. Исане дала синигами марлевую ткань. Девушка промокнула рану на пальце, набрала чуть-чуть крови в пробирку и стала ждать. Наклоняя колбочку из стороны в сторону, она наблюдала за процессом, и спустя непродолжительное время кровь загустела и перестала перемещаться. - Меньше двух минут, две с половиной ампулы, - коротко ответила Карин. Она быстро отдала пробирку в руку Исане и быстрым шагом вышла из палаты. - Погоди! – Тоширо поспешил за ней. – Куда ты идешь? - К себе. У меня еще остались кое-какие противоядия, но нужно идти в лабораторию. - Но что за тварь ее укусила? – настаивала Сой Фон. - Они называются нуэ. Передвигаются мелкими группами в ночное время, имеют тенденцию превращаться в дым или большое облако. Если им не удается загрызть жертву, они применяют ядовитый змеиный укус. В случае с простым смертным, человек умирает в течение восемнадцати часов, в случае с нами – максимум шесть. Но это не точно. - Все зависит от духовных сил жертвы, - высказал мысль Хицугая. – Чем больше способностей и реацу, тем быстрее процесс? - Верно, - согласилась Карин. – Еще от количества яда. Они как раз вышли из госпиталя на улицу. Куросаки остановилась и повернулась к капитанам. - Их привлекает духовная энергия. Они питаются ни сколько мясом, сколько реацу. Это относится ко всем существам, не только к нуэ. Поэтому, нам не стоит ходить группами, пока не придумаем план. - Я не пущу тебя одну, - настаивал Хицугая. - На меня они нападать не будут, когда они чувствуют ваши реацу. Советую тем, кто в состоянии сражаться, собраться в двенадцатом отряде, мы все обсудим, а противоядием я займусь. - Карин… - Все в порядке, берегите себя. Тоширо, скрепя сердце, кивнул и смотрел, как Карин побежала к двенадцатому отряду.