Энвирон: Чужое сердце

      Агда безуспешно пыталась заплести косу из тонких рассыпающихся волос Реи. Пряди выскальзывали из-под пальцев, ложились неровно. Служанка наверняка справилась бы в два счета, но служанок тут не было… Агда раздраженно швырнула расческу на подзеркальник. Что-то грустно звякнуло, и, кажется, просыпалась пудра. Агда не стала даже беспокоиться. Все равно порядка она не наведет, а только хуже сделает и еще больше рассердится. Она запрокинула голову и тряхнула волосами. Что же, может быть, так даже лучше. Только подобрать немного заколками…       С заколками тоже не вышло. Очень уж мудреной конструкции были заколки у прежней леди. Глазами бы увидеть, Агда разобралась бы тогда, что куда приладить, чтоб держалось.       Она как раз перебирала украшения и пыталась прицепить к волосам что-то на ощупь напоминающее цветок, когда в комнату ворвался Элиа. Возмутиться Агда не успела.       - Айо схватили, он прислал вестника. Пошли…       Он потянул её к окну. Агда вырвала руку.       - Пошли, говорю. Спрячу тебя. Потом пойду его выручать.       - Дурак ты, бестолковый! Пока мы по крышам ползать будем, там, может, и выручать-то некого будет.       Она решительно направилась к дверям. По коридорам шла молча, поджав губы и не позволяя Элиа к себе прикасаться, только слушаясь его – налево, теперь прямо, вниз двенадцать ступеней. Потом они встретили кого-то из обитателей замка, и Агда властным голосом повелела проводить её к князю немедленно. И её проводили, а Элиа шел на полшага позади и тихо подсказывал – налево, прямо…       Открылись огромные двери, в узкий коридор из зала вырвался сквозняк. Агда шагнула вперед, Элиа за ней. И вдруг он как-то по-щенячьи сдавленно пискнул – и замер, будто пропал. Агда даже не оглянулась. Тем более, что куда идти, ей было понятно. Только вперед. Туда, где кто-то при её появлении тихо охнул – явно не князь, князья не охают. И не бросаются навстречу, отодвинув стул, чтоб не мешался под ногами.       Чьи-то руки обхватили её за плечи, на миг прижали к груди. Она только руку вперед выставить и успела, а отодвинуться уже не смогла. Яркий свет летнего дня ударил ей в глаза, наполнил мир красками. Огромный роскошный зал в бело-голубых тонах, позолота, стены и потолок ярко расписаны, на окнах шторы. И лицо перед ней. Тревожные черные глаза, взгляд яркий, жадный, недоуменный, растерянный. Авонские черты… В памяти Реи это лицо было неглубоко, не нужно долго искать. Аркленнар Лаар, конечно. Эррат – по матери.       На миг Леннар отвел от неё взгляд, а ей показалось – дорогое отняли, лишили чего-то нужного. Он взглянул на Элиа вопросительно, но ничего у него не спросил. И так понял.       - Кто ты? - спросил тихо, снова коснувшись черным взглядом глаз девушки. И Агда поняла – не у неё, а у него дорогое отняли, дороже жизни.       - Агдара, дочь князя Джамарра Версая. – Она сама удивилась, как робко она это сказала. И как остро почувствовала чужую боль – никогда прежде так не было. – Не волнуйся, я скоро уйду. Рея позволила, но я уйду, правда, я обещала, - заговорила она быстро. – Только Айари помогу – и уйду.       Она мельком подумала, что могла бы попробовать выкупить жизнь и свободу брата и отца за возвращение Реи, но мысль эта не задержалась, выскользнула, как ужик из ладоней. И еще – её рука, которой она сперва хотела оттолкнуть, покойно лежит теперь на груди Леннара, и подольше бы так было. Не отнимать руки, не отводить глаз.       - Агдара… - повторил Леннар. Помолчал. – Куда ж тебе идти? В смерть идти если только. – Ответа он не ждал, сам знал ответ. – Агдара… ты береги её, хорошо?       Его лицо расплылось. Агда даже не сразу поняла, что это её слезы.       Милле ушел, забрав с собой Элиа и оставив на столе перстень Этери. Теперь он неустойчиво лежал там, покачиваясь от каждого движения и разбрасывая по белой глади столешницы красно-оранжевые блики. Агда иногда нарочно постукивала пальцем по столу, чтоб растревожить застывшую россыпь отблесков. Привели Айари, прямо у дверей освободив его от тяжелых черных браслетов. Агда только коротко взглянула на него, чуть заметно кивнула – все хорошо, все в порядке – и снова стала смотреть на перстень, будто бы это единственное, что её интересовало.       Но к разговору она прислушивалась, конечно, хотя и делала вид, что ей все равно. Очень уж разозлило её то, что князь тут же попытался решить за неё, где ей следует быть. Пришлось подоступнее объяснить и Эррату, и Астеру, что замужем за Милле не она, а Рея, которая сейчас спит, а у Леннара так и вовсе нет никаких законных прав командовать Агдой Версай. Ну да, язык её – злейший враг её. Еще сильнее огорчило, да что там, взбесило её, как охотно Элиа пошел за братом, несмотря на то, что ничего хорошего его в Серебряном, конечно же, не ждало. Почему-то никаких других слов, кроме «предатель» и «трус», в голове её не появлялось. Вид Айари, как-то вдруг повзрослевшего, неулыбчивого, добрых мыслей и светлых чувств ей не добавил.       - …уже договорился. Вашего отца переправят в Опрокинутый, я жду его с минуты на минуту. Освободить и отпустить его здесь я не смогу, это опасно и для нас, и для него, но могу отправить в Авон, и его, и тебя, Айари. Если ты захочешь. Агду я хотел устроить в Мирии, у друзей, но она возражает.        - Да уж конечно, - фыркнула Агда и выпрямилась. Красно-оранжевые огоньки дрогнули и обеспокоенно забегали. – В Мирии! Что я там забыла, в вашей Мирии, и кому нужна? Раз уж ты позволил мне жить…       Леннар поправил, коротко вздохнув:       - Не позволил умереть.       - Без разницы, - отмахнулась, нахмурясь. – То я тут и останусь, с тобой. Я смогу тебе пригодиться. Или тебя тоже от меня тошнит, как того эфирного юношу? Нет? - отлично! Ты хочешь стать князем мертвых духов? Так вот тебе мертвая княгиня, такая же, как они. И тебе не нужно меня любить, и жениться не нужно. Мы просто соврем. Разве ты плохо умеешь врать, князь Эррат?       - Тут может быть очень опасно, - это Леннар Агде уже говорил, а теперь сказал Айари, будто вправду верил, что он может повлиять на сестру.       Айари устало усмехнулся, откидываясь на высокую и мягкую спинку стула.       - Знаешь, что может быть по-настоящему опасно? Мертвый авонский дух, которому вернули жизнь, но отняли смысл жизни. Впрочем, это справедливо для любого живого существа. Ты нашел время поговорить с каждым из возвращенных. Ты обещал им жизнь и указал цель и смысл бытия. И они услышали тебя и пошли за тобой. Так отчего ты отказываешь в этом Агде? Только потому, что она не так сильна, как Рея?       Агда тихо фыркнула, но не возразила, снова уставившись на перстень.       - Я не могу снова потерять её.       - И что ей делать? Сидеть в четырех стенах и вышивать крестиком?       - …и вышивать крестиком… – одновременно с ним тихо закончил Леннар. Усмехнулся. Кивнул, принимая.       - Что до меня, то я тоже останусь тут. – Агда ждала, что брат улыбнется, но он снова не улыбнулся. – Не только потому, что в Авоне мне жизни не будет. Потому, что тут происходит что-то удивительное, чего еще не было. Дураком надо быть, чтоб уйти и забыть, как ничего не случилось.       - Один дурак только что ушел, - проворчала Агда.       - Правда? Не думаю. Он сейчас вернется. Слышите?       Агда и Леннар одновременно повернули голову к двери, прислушались, но ничего не услышали. И только через минуту до их слуха донеслись приглушенные звуки торопливых шагов за дверью.       Тяжелая дверь с тихим скрипом распахнулась, впуская Элиа.       - Я все еще твой оруженосец, милорд, - сказал он сердито. – Я не покину тебя, пока ты не выгонишь или я не умру. Ты только скажи мне… тебе её совсем не жалко? Тебе все равно, что её нет?       Аркленнар ответил не сразу. Обогнув стол и подойдя к Элиа, тронул его за плечо, заглянул в глаза. Агда не видела выражения его лица и была рада этому. Ей казалось, что её сердце разорвется, если она увидит, и ответа слышать она не хочет, потому что знает ответ. Но Леннар сказал не то, чего ждали.       - Нужно идти, Элиа. У нас много дел.       Он вышел. Элиа бросился следом. В дверях остановился и махнул друзьям рукой – ну что же вы, идемте.