Энвирон: Чужое сердце

      Это был очень большой замок. Если бы было нужно, в нем с комфортом могла бы разместиться тысяча мыслящих, без комфорта – две-три. Но обитало в нем сейчас чуть больше двухсот, он был практически пуст. Пустоту эту Элиа ощущал всем своим существом постоянно – в гулком эхе, в тонких, как нити паутины по осени, сквозняках. Где бы ни находился, среди возвращенных ли в кухне или один на наблюдательной площадке, он чувствовал пустынность и одиночество осиротевшего дома. Но это он ощущал фоном, как печальное пение соловья ночью или тихий грустный перезвон колокольчиков. Он уже давно научился разводить в стороны свое настроение и то, что в самом деле было важно, но еще не так хорошо, как это умел его милорд. Куда ему было до лорда Леннара! Да на его месте Элиа давно бы попытался вытрясти из тела любимой чужую душу. А тот только прикрыл глаза ресницами, подержался за стенку, как за плечо друга и – нам надо работать, Элиа, много дел, понимаешь…       Элиа смотрел вниз, на зачарованный заповедный лес, легким ветром задумчиво поглаживал верхушки вековых дубов и пытался сделать так, как когда-то учил милорд – навести порядок в сердце, в мыслях, во всем себе. Быстро не получалось. Не сделать вид, что не злишься, не волнуешься, не в ярости, а, в самом деле, погасить все это, как маленький пожар, пока не разгорелось. Не отвернуться от беды, будто её нет, а аккуратно определить её в своих мыслях на положенное место – чтоб потом, когда придет время, решить её, не раньше и не позже. Милорд говорил – погасить, как пожар, а ему было проще думать об этом, как о буре, шквале, метели.       Но сейчас в мыслях был не шквал и не метель, там крутило жгутом, как смерч, а как загасить смерч, Элиа толком пока не понимал.       Маленькое круглое зеркальце в его руках зазвучало тихим перезвоном, будто нечаянно коснулись краями два хрустальных бокала. Элиа тронул пальцами край тонкого ободка, принимая сигнал. В прозрачном круге появилось хмурое лицо Инниса-рыжего, гледенского командора. Они сегодня уже говорили, Элиа ждал его вызова.       - Все верно, Ветер-в-ушах, все, как ты говорил. Я выслал разведку в Сондар, они только что вернулись. Там и правда странные дела, стража как сама не своя, на рынке как-то тихо, в трактирах, напротив, шумно не по-нашему. И ощущения нехорошие, говорят. Город маленький, все сразу видно. Мы свернули с тракта, остановились в лесу, будем ждать указаний из Гнезда.       - До вечера я привезу вам указания от командора Лаара. Будьте осторожны.       Иннис деловито кивнул – он понял, будет ждать. И будет осторожен, разумеется. Как всегда.       Элиа отложил зеркальце и развернул блокнот. Дописал мелким почерком несколько слов, потом перелистал страницы – имена, города, коротко, в паре слов, изложена ситуация. Почти сотня отрядов сейчас в Энвироне на маршруте, то есть, прямо сейчас ведут кого-то из одного города в другой. Город, поселок, хутор – не важно. Не откликнулось три отряда. Пока еще ждут возвращения разведчиков – еще тридцать, скоро свяжутся с ним. Эльф посмотрел на небо, на солнца, что, как и всегда, шли друг за другом, но никак не могли ни догнать одно другого, ни убежать. На душе было скверно. Становилось скверно всякий раз, когда в работе наступал перерыв, и оставалось время для мыслей.       Впрочем, новости от ребят тоже не радовали. Он еще не переносил данные на карту, но в голове уже сложилась примерная картина катастрофы. Если бы он отмечал города и поселения, занятые возвращенными, красными чернилами, а свободные – зелеными, то зеленых точек было бы очень мало. И дело даже было уже не в количестве. В Сондаре он провел не один год, там у него остались друзья, в Сондамоне, в Эстре, в Атарке – один, два, где-то несколько друзей. Память о них прежде пахла дорогами, реками, густым синтинским кофе и булочками, песком и ракушками, а теперь пахла тревожными пыльными жгутиками смерчей.       Элиа стиснул пальцами виски и едва не застонал. Невозможно было не думать об этом. Перебирать в памяти знакомые лица и гадать – как он? Что он? Если позвать его, знакомым ли голосом откликнется? Улыбнется ли как раньше? Не одно лицо, не два, сотни лиц, глаз, голосов.       От башни послышался шорох шагов, кто-то неспешно поднимался по лестнице на площадку. Разобрать, кто именно, Элиа не успел, опять прозвучал тихий звон, и опять эльф принял сигнал. Короткий отчет о делах – еще одна алая точка на карте, еще три жгутика в памяти и бисерные буквы в блокноте.       Позади послышался шорох – мелкая каменная пыль ссыпалась по ступеньке из-под легкой ноги. Из башни на площадку вышла Агда с глиняной мисочкой в руках. Элиа торопливо поднялся. Агда чуть замешкалась, помедлила, потом сказала нарочито-грубовато:       - Ты пропустил обед. Айо велел отнести тебе еды сюда.       - Спасибо. – Элиа взял миску, сел, вынул из поясной сумки ложку, но не стал сразу есть. – Отчего ты улыбаешься?       Агда присела рядом с ним на корточки, осторожно, чтоб не запачкать, подобрав подол.       - Айари сказал мне не брать с собой ложку. Сказал, у тебя есть. Странно, как он все замечает. Все знает, хотя редко спрашивает. Знает, что ты не пойдешь вниз, пока все не закончишь, знает, что закончишь не скоро. И еще сказал, что ты больше ругаться со мной не станешь. Это так? Это из-за лорда Леннара?       Элиа отвел взгляд от её лица. Все равно оно было не настоящее, морок. Эта южная смуглота, черные ночные глаза, упругие, как крылья летящей птицы, брови; но если прищуриться, то на мгновение сквозь авонские черты проступает совсем другой облик: серые, как вершины Гряды, глаза, русая челка, бледные веснушки на светлой коже. Ответил Элиа не сразу, сначала чуть подумал. А подумав, понял, что и в самом деле, не чувствует к девушке злости.       - Твой отец… - проговорил он неохотно, как бы через силу. – Он плохо с тобой поступил.       Даже вспоминать это было неприятно. Вчера Кейрах привел в Опрокинутый пленного князя Версая. Они как раз следом за милордом вышли во двор, только немного отстали. Замерев на верхней ступеньке лестницы, все трое, затаив дыхание, наблюдали их короткий неприязненный разговор. Милорд сказал князю, что готов принять его в Опрокинутом как одного из своих людей либо отправить в Айвену, разумеется, после того, как тот поправится. Версай спросил, не боится ли лорд Леннар, что он, поправившись, захочет закончить то, что начал в Хелла-Рау. Леннар флегматично качнул головой – да нет, не боится… И в тот момент Версай увидел Агду. Нет, увидел Рею. И все, больше ничего не видел: ни замка, ни лорда, ни Айари. Даром, что был бледен и едва на ногах стоял – в три длинных прыжка взметнулся вверх по лестнице, шагнул к девушке, вцепился в плечо, заглянул в глаза. Авонский князь – в глаза…       Вскрикнул и едва не бросился следом Кейрах, умник и книжник, но не боец ни разу. Вздрогнул Айари. Шагнул к князю и схватил его за запястье Элиа – и тут же ударился о каменный пол затылком и плечами, Версай стряхнул его с руки, как назойливую собачонку. Леннар даже бровью не повел, смотрел снизу спокойным долгим взглядом, только на миг дыхание сбилось, но этого никто, кроме Элиа Лидо, эльфа воздушной стихии, и не заметил.       А Версай с минуту молча смотрел в глаза Реи, и лицо его менялось. Что-то вроде досады и брезгливости проступало на нем. Потом он слабо и снисходительно оттолкнул девушку, так что той пришлось отступить на шаг, и бросил сыну:       - Покажи мне мое место, куда идти.       Да, именно после этого Элиа стал злиться на авонского князя, а вовсе не на Агду. Он еще тогда хотел как-нибудь её поддержать, попробовал бы утешить, но пока соображал, что сказать, милорд заговорил с ней. Пара негромких слов –и все произошедшее стало как будто и не важно, и все они оказались при делах. Агде лорд Леннар поручил управлять хозяйством, Айари отправил помогать Арджину наладить охрану замка, а Элиа велел связаться с отрядами на маршрутах и собрать сведения. Даже Кейрах, зареченский лорд, не ушел от него без поручений. А что поделать, работать надо, много дел, понимаешь.       - Я хотел еще тогда тебе сказать…       - Не надо. – Агда легонько тронула его руку, будто крылом задела. – Это для вас важно, чтоб вас любили. Для нас – нет. Мы другие, Элиа, понимаешь?       - Нет, - честно ответил Элиа.       Зеркальце снова позвало его хрустальным звоном, но на этот раз Элиа ответил не сразу.       - Я спрошу тебя позже, и ты мне объяснишь.       Агда кивнула, даже не обозначив улыбку, молча поднялась и скользнула в темный дверной проем.