Энвирон: Чужое сердце

      В том, что Аркленнар Лаар вернется, Рея не сомневалась ни одной минуточки. Даже если бы она была последней лидиэ в Лайоре, она бы вернула его. Они столько не договорили, не додумали вместе, отложили на потом, решили, что не важно. Нет, неправда, важно! Даже если бы она была единственной из своего народа, кому он был так нужен. Но у него была еще его семья, были друзья, союзники, был его город, который он полвека строил едва ли не от крепости на холме, был, наконец, Орден. Он должен был вернуться.       Еще в той тесной пещерке, передав Милле амулет связи, она склонилась к Леннару, обняла его голову и пообещала себе, что когда он вернется, она скажет ему все, что хранила столько времени в тишине своего сердца. Пусть даже ему это и не нужно, пусть он выше всего этого – хорошие слова надо говорить вовремя, а то можно опоздать.        Несколько минут, а ей тогда показалось – мгновений, во всем мире были только они двое, и стерлась грань между возможным и невозможным, между жизнью и смертью. Умерла ли она, когда остановилось его дыхание, или она дышала за него – не важно было. Когда он возвратится, она вернет ему его вдох.       Никто не сомневался – ни Марис, тихо ворчавший на него, пока нес от пещеры к домпорту, ни родные Леннара, ни ребята из Гнезда. Ни слова упрека не услышала Рея от его матери, Амины, только тихое и ободряющее «Хвала вышним. Теперь все будет хорошо».       Милле на правах командира отправил её смыть грязюку, поесть и спать. Все равно до утра Лен вряд ли встанет, чудеса не случаются так быстро. Она даже послушалась, отчасти. Вымыться и переодеться ей вполне удалось, а вот поесть – нет. Даже смотреть на еду не могла. Попробовала спать – меньше, чем через час поднялась. В её сне был Авон, был Джамарр, но не было его, так похожего на Джамарра, как один авонец походит на другого. В её сне не было Аркленнара, и это его отсутствие ощущалось раной, оглушающей тишиной, пустотой. От сна её тоже затошнило. Ни сидеть, ни лежать, ни стоять спокойно не могла. Сходила в Гнездо, что располагалось у городских ворот, почти в получасе быстрым шагом. Заглянула в лазарет, потом поднялась в Зеркальный зал.       - Когда ты вызывала помощь, ты назвалась Рея Лаар. Ты оговорилась или правда? – Илинн задала вопрос с нарочитым равнодушием, и Рея поняла, что девушка мучилась этим вопросом с того самого момента, как приняла сигнал.       - Оговорилась, конечно, - поморщилась Рея. Не начинать же пространные объяснения, как путается в голове после вмешательства в память авонцев, слишком уж по-детски выглядели бы её жалкие оправдания.       - Ага. Понятно. Жаль, - совершенно искренно вздохнула Илинн, и было совсем не важно, что она, как и большинство девушек Веррена, тоже была влюблена в лорда Леннара. – Хотя две женитьбы за пару часов – это было бы странно даже для нашего милорда.       Так Рея узнала о союзе Аркленнара и Элани. Что-то узнала от Илинн, что-то – от Мариса, больше никого не стала расспрашивать, вернулась в замок и до рассвета проходила заблудшим амерайтом по его коридорам и балконам, стороной обходя мыслящих. Мыслящие оказались очень разумны и отзывчивы, и стороной обходили её.       Рея надеялась, что, может быть, наконец, устанет достаточно, чтоб стали слипаться глаза. Но глаза отчего-то только плакали, но не слипались.       Утро было невыносимо, издевательски-светло.       Кто-то вышел на балкон и остановился рядом с ней. Рея подняла голову и встретилась взглядом с Элани. Ни одна из девушек не дрогнула, глаз не отвела.       - Ты не боишься меня? – приподняла изогнутые брови Элани.       - А ты меня? – спокойно парировала Рея. – На самом деле – безумной надо быть, чтоб зачаровать меня здесь, посреди Змеиного замка. Это значило бы дать повод Амине сделать с тобой что угодно. Я права?       Элани тихо рассмеялась. Тихо – только чтоб не привлекать больше ничье внимание, однако, достаточно резко.       - Права даже больше, чем ты думаешь. Как минимум три сильнейших клана вступятся за тебя, случись с тобой что. Твой отец не имеет власти на этой территории, но имеет влияние – это Атоши. Всесильные Лаары – и чем ты покорила их всех, ты ведь никто им, так, младшая дочь союзника. И уж совсем удивительно – Астеры. Куда мне – бросать им вызов, всем трем, даром, что принадлежу роду Эрнсов… формально. Я нахожу это до обидного несправедливым.       Рея молчала и взгляда от Элани не отводила. Та уже была в одежде цветов Лааров – в черном мужском костюме, но с алой с золотом короткой накидке. На руке – браслет в виде змеи, на пальце – колечко-змейка, чешуйки из драгоценных камней, и только в ушах неподходящие простые сережки-кольца. Черный металл, - догадалась Рея. – Её единственная и не очень надежная защита от леди Амины, от магов, эльфов, от всего мира.       - У каждой из нас есть то, что нужно другой. Тебе нужен Змей. А мне – защита.       - Но не можем же мы обменяться этим! – Рея усмехнулась, но вполне миролюбиво.       - Увы, - качнула Элани медно-рыжей головой и прислонилась к перилам рядом с Реей. – Но я могу попросить тебя о помощи.