Энвирон: Чужое сердце

      Аркленнар Лаар уже проходил через смерть и таинство возвращения, даже дважды. Оба раза это походило на забытье или сон. Он просто просыпался в окружении любящих его людей и видел на их лицах радость и облегчение, и только тогда, уже задним числом, понимал, что же это было. Но теперь было не так. Это было похоже на сон, на то марево сна, из которого мирийцы так хорошо умеют выходить на Дорогу снов, идущую по краю грани, за которой и лежат их Серебряные поля. В Леннаре не было ни капли мирийской крови, и на дороге снов он чувствовал себя не очень уверенно, не так уверенно, как друг его отца и учитель Рейлан Астер или сын Рейлана, полукровка Милле, или даже Рея, дочь лидиэ Лии и мирийца лорда Атоша.       Даже здесь, вспомнив о ней, Леннар ощутил теплоту, похожую на улыбку. Это было хорошо, правильно. Первое правило на Дороге снов – чтоб не раствориться во сне, нужно действовать. Улыбка – совсем неплохо для начала. Здесь можно было не дышать, можно было не иметь тверди под ногами и можно было вовсе обходиться без ног и без всего тела, но чтоб не потеряться, нужно было осознавать себя, воссоздавать себя, воссоздавать окружающее. И Леннар принял игру – вот он, такой же, как наяву, и от глаз до травы у ног – то же расстояние, и у него в груди ровно бьется живое сердце, и ветер треплет его волосы, и слышно, как кто-то зовет его. Аркленнар оглянулся, хотя не нужно было оглядываться, достаточно было услышать, и увидел перед собой Рею, такую же, как наяву. Невысокая хрупкая, как у подростка, фигурка, маленькое личико из-под прядей русых волос, подстриженных, как у крестьянского мальчишки. Рея закрыла глаза и шагнула к нему, обняла, ткнулась лицом в его грудь.       - Живой?       - Конечно, живой, - откликнулся он и поднял было руку, чтоб погладить её по голове, но через миг не было уже ни Реи, ни ветра, ни Дороги снов. Было высокое небо в кружеве зеленых листьев, тихий настоящий ветер в их живых кронах и мягкая трава вокруг.       Аркленнар вдохнул и сел, невольно придержав рукой укрывавшую его ткань. Кто бы ни был рядом, кто бы ни позаботился о нем, таиться и выжидать не было смысла. Вместе с сознанием к нему сразу же вернулась и память – как и в прошлый раз. Он вернулся после смерти. Вернулся не там же, где погиб. Он еще не знает, где. Но это пока не важно. Возвращение всегда случается в самом безопасном месте. Так устроен этот мир для лидиэ.       Вокруг него был Лес. Именно так, особенный лес. Не такой, каким покрыты вершины Эрделоев, какой расплескался, подобно лужицам и озерцам, по низинам Заречья, или через какой он водил свои караваны по Энвирону большую часть своей жизни. В таком лесу, как этот, он никогда не бывал. Наверное, мало кто из лидиэ бывал еще в таком лесу. Здесь стволы деревьев были так огромны, что в каждом из них можно было устроить просторный дом. Здесь цветы были так ярки и причудливы, что им могли бы позавидовать коллекционные экземпляры из оранжерей мирийского императора, а трава была высока и шелковиста, и на неё можно было лечь, как на ложе, и не ощутить под собой земли. Аркленнар удивленно качнул головой – стоило умереть, чтоб оказаться в зачарованном потаенном эльфийском лесу. Травы пахли сильно и свежо, одинокая птица в ветвях пела, будто в последний раз, в воздухе будто бы разлит предвечерний покой.       А еще через мгновение он спиной ощутил на себе пристальный взгляд, кажется, не враждебный, но очень внимательный. Он оглянулся. Невдалеке, в тени роскошного куста, наполовину скрытый листвой, стоял юный эльфенок, лет трехсот. Огненный, крови Лааров, это было понятно сразу. Этих огненных всегда можно было отличить среди сотен других по особенным чертам их тонких породистых лиц и по надменной повадке. Что далеко ходить, отец Леннара, лорд Аралар, тоже был из этого древнего рода, так что наверняка являлся этому пареньку дальним родичем.       - Кто ты? – спросил мальчик тихо и требовательно. Сначала по-эльфийски, а потом повторил по-авонски, видимо, на всякий случай.       - Я Аркленнар Лаар, сын Аралара и Амины, - ответил Леннар на чистом эльфийском, даже без вульгарного зареченского акцента. – Лорд торгового горда Вэррена, старший командор Зареченского крыла Ордена Сопровождающих.       Едва только он назвал имя, мальчик облегченно вздохнул, будто бы отпустил тревогу, как птицу их рук. И тогда уж насмешливо выгнул правую бровь:       - Даже так, лорд и командор? И это все ты? А на вид так рыба без чешуи.       Леннар улыбнулся не столько дерзкой шутке, сколько узнавая в ней отцовскую и вообще эльфийскую манеру шутить и насмешничать по поводу и без. Шутки чистокровных эльфов были беззлобны и легки, полукровки шутили злее, но ни на тех, ни на других невозможно было обижаться.       - Сам-то оденешься, или нужен слуга? – паренек взглядом указал рядом с лидиэ, и тогда только Леннар увидел неподалеку аккуратно сложенную одежду таких неброских цветов, что она почти сливалась с травой.       Леннар наклонил голову, будто бы задумавшись, оценивая сложность предстоящего дела.       - Портки натянуть как будто невелик труд. Я попробую сам.       Эльф кивнул и удалился в тень зарослей, исчез, будто не было.       Справился с задачей Леннар вопреки сказанному быстро и легко. Эльфы летом одевались просто – штаны на завязках, рубаха – полотнище с прорезью для головы и никаких боковых швов. Так одевались и воины, и земледельцы, и даже женщины, разве что женщины предпочитали полотнища подлиннее. Зато украшали они свою одежду искусно и изысканно. То вышивкой, то бисером, то лентами. На одежде, что дал Леннару незнакомый эльф, украшений не было, разве что на поясе, явно купленном в городе, просматривались следы давнего тиснения, но узора уже было не рассмотреть. А это означало, что у мальчика нет ни родных, ни знакомых женщин, которые взялись бы за украшательство. А самому ему безразлично.       Одевшись и накинув на плечи покрывало, Леннар пошел туда, куда скрылся эльф, и сразу наткнулся на густые и упругие заросли, сквозь которые продраться-то было можно, если только знать, куда идти.       - Украл ты, что ли, это имя? - раздался совсем рядом тот же голос, тихий и насмешливо-ворчливый. – Лаар, а ломишься, как Сайро.       Это замечание удивило и рассмешило Леннара. Надо же, помянул мирийскую фамилию, едва ли не самую известную в Энвироне. Он на миг представил себе Ройгана Сайро, оказавшегося на его месте, в густых зарослях посреди леса. Впрочем, нет. Этот никогда бы не оказался в невыгодном для него положении. Но если бы да, сколько веток переломал бы, может быть, даже все разом, в одно движение, с него бы сталось. Остальных же представителей этого рода он и вовсе почти не знал, разве что видел мирийскую императрицу Тэллерин, младшую сестру советника Сайро, издалека, недолго, но представить её посреди эльфийского леса не смог бы даже в самом причудливом сне.       - Ну, ты уж прости неумеху-белоручку. Трудно без слуги, понимаешь ли, – откликнулся Леннар, все-таки стараясь идти аккуратнее.       Эльф фыркнул и великодушно отодвинул ветку, показывая Леннару правильный путь. А потом фыркнул еще раз, увидев в черных волосах лидиэ мелкие веточки и листья.       Аркленнар оглянулся. Это место было похоже на временный лагерь. Он ясно видел места, где удобно сидеть, где лежат мешки с вещами, слышал ухом и ощущал кожей близость ручья, приметил пару глиняных кружек на плоском камне, вот только костра не видел. Он не успел удивиться, эльф, до сих пор испытывающее рассматривавший его, спросил будто бы невпопад:       - Ты, лидиэ, лечить умеешь? Этой своей магией.       - Магией – нет. Но я прослушал курс полевой медицины в военной академии Сайеры. А что у тебя стряслось?       - Ногу занозил…