Гостиница Глории. Тайна Глории. Наследие Глории.

Я была слишком раздражена, чтобы находиться рядом с Тедди. Я не держала никакой обиды на него, но хотела получить ответы на свои вопросы. Так что всем стало очевидно, что у меня совсем нет терпения. Когда я начала бормотать что-то про обезглавленных чучел животных, моя мама выпроводила меня на улицу. Я обходила двор и обдумывала события сегодняшнего дня. Теперь мы знали, что Марта пришла работать в гостиницу, чтобы разыскать деньги. Было не ясно, однако, есть ли у нее сообщники. Из-за своей алчной цели она оставила на произвол судьбы своего ребенка в одиночестве в грязной лачуге без электричества, без еды и воды. Эта чертова сука была жестокой даже к родному ребенку, и мне хотелось удавить ее собственными руками. Книга Глории действительно оказалась ключом, так что я снова вытащила ее, чтобы поискать еще что-то, что может помочь нам в поисках. Когда я добралась до конца книги, то на последней странице нашла то, что застало меня врасплох. Это никак не было связано с текущей ситуацией, но у Глории была тайна, которой она и поделилась со мной на страницах своей книги. Теперь я знала, почему она не хотела оставлять журнал на острове. Мама присоединилась ко мне и поделилась тем, что ей и Ирис удалось узнать от Тедди. - Этим ребенком серьезно пренебрегали. Он был в течение нескольких дней совершенно один, а она ни разу не пришла его проверить. Его мать и я одинаково легко используем термин – «не выходи на улицу». Я не знаю, собиралась ли она вообще возвращаться. Мое сердце разрывалось из-за Тедди, я чувствовала себя невероятно виноватой, что напугала его, пытаясь узнать хоть что-то об Адриан. - Я должна пойти и поговорить с ним. - Ирис забрала его к себе домой, чтобы он принял ванну. Он теперь сыт. Бедняжка так оголодал, что съел столько, что и взрослый не съест. Мамины глаза заполнились слезами, мои глаза не отстали от маминых и тоже наполнились слезами. - Я чувствую себя ужасно из-за того, что он страдал так много, но если собственная мать так отнеслась к нему, то… что она с Адриан может сделать? Марта украла Адриан, зная, что в ее поисках мы облазим весь остров. Потом она вернулась сюда и разгромила наш коттедж и дом Ирис. Либо она оставила Адриан одну там, откуда та не могла убежать, либо кто-то караулил ее, чтобы она не сбежала. Любой из этих сценариев разрывает мне сердце. Поскольку день подходил к концу, а Коул так и не позвонил, я начала впадать в уныние. Папа, Джеф и Ванда пытались поднять мое настроение, заверив меня, что ночью поисковая команда продолжит свои поиски. Команда работала вместе с местными жителями, которые отлично знали весь остров. Они обыскали большую территорию, почти не останавливаясь на отдых. Я чувствовала себя бесполезной и злой. Когда все отправились спать, я ушла в свой коттедж и сидела там в темноте. Я знала, что Ирис хорошо ухаживает за Тедди и относится к нему лучше, чем он видел за всю свою маленькую жизнь. Эта мысль принесла мне покой. «Мы все еще ищем тебя, любовь моя, и мы не сдадимся», - усиленно думала я, надеясь, что Адриан прочтет мои мысли и найдет в них утешение для себя. Когда я уже не смогла сидеть дома, я вышла в сад и бродила по нему, стараясь не шуметь. Если Марта посмеет вернуться, то я хотела быть рядом с ней, чтобы поприветствовать ее. В предрассветные часы я вернулась в бар. Стояла полная тишина, никто не издавал ни звука, не было слышно даже птиц и насекомых, никто не пел своих ночных песен. Я не стала зажигать свет, а просто легла в одном из шезлонгов и начала ждать новостей, которые принесет утро. Я задремала, но сон мой был беспокойный. Я продолжала слышать что-то, или мне казалось, что я слышу. Навострив уши, я подумала, что возможно я все еще сплю, и мне снится это, но тут мне почудилось, что я снова услышала шорох из кухни. Полежав неподвижно несколько минут, я снова услышала его. Кто-то или что-то прошелестело, как мне показалось, в кладовке. Я встала и направилась туда так тихо, как только позволили мне мои костыли. Я предполагала, что это кто-то из моих родственников проголодался и устроил себе ранний завтрак. Резиновые прокладки моих костылей почти не издавали звука, и я прошла в столовую, где шум был громче. Кто бы это ни был, но он не потрудился зажечь свет, и это показалось мне странным. Это несомненно был кто-то, кто хорошо знаком с кухней. Озноб промчался по моей спине, пока я размышляла, что мне делать дальше. Если я пойду в коттедж за помощью, то дам этому – кому-то - шанс уйти. Если я попытаюсь воспользоваться телефоном, то меня обнаружат. Так что я просто стояла, прислушиваясь и размышляя над вариантами. Моей единственной жизнеспособной идеей была идея о том, чтобы ждать злоумышленника около дверного проема, где спряталась я. Я могла удивить его и, может быть, позвать на помощь. Прислонив костыль к стене, я заняла устойчивое положение. Другой костыль я держала в обеих руках и ждала. Моя левая нога, удерживающая весь мой вес, начала гореть от усталости, и я соскользнула по стене на пол. Я встала на колени, сделав основной упор на здоровую ногу. Это оказалось лучшим из того, что я могла сделать. Шаги приближались, я схватила костыль так крепко, что у меня заболели пальцы, и при этом молилась, что не собираюсь вырубить кого-то из любимых мне людей. Темная фигура прошла через дверной проем, и я, размахнувшись со всей силы, ударила по ней. Моя жертва упала на пол, и я, громко закричав, ударила по ней снова. Я собиралась ударить по ней еще раз, когда злоумышленник всем своим весом навалился на меня, отправив на спину с ногами, сложенными за спиной. Острая боль в ноге заставила меня реагировать, и я, перекатившись, прижала к полу то, что очевидно было женщиной. Запах пота и плесени ударил мне в нос. Она царапала мое лицо, чтобы заставить меня отпустить ее, но я вцепилась обеими руками ей в шею и давила, что было сил до тех пор, пока она не начала задыхаться. Вырвавшись из моего захвата, она начала дико махать руками. Я тоже превратилась в животное, пустив в ход зубы и ногти. Как зверь, атакующий свою добычу, я кинулась на нее, но, получив удар в живот, который выбил из меня весь воздух, я упала на пол в позе эмбриона, согнувшись от боли. Она сделала два шага ко мне и упала на колени, продолжая наносить по мне удары. Я понимала, что если позволю ей уйти, то больше никогда не увижу Адриан. Когда она в очередной раз начала вставать, я подползла к ней сзади и опять вцепилась в шею. Надо мной замелькали огни, и я услышала голоса. Я так и не ослабила хватку, а даже увеличила ее, когда почувствовала руку на своем плече и услышала голос отца. - Это будет очень плохо для Адриан, если ты убьешь ее прямо сейчас, - сказал он тихо, разжимая мои руки. Как только Марта начала дышать, она сразу начала драться, но она не могла бы справиться с моим папой. Он поднял ее на ноги как тряпичную куклу, и выкрутил руки. Развернув ее вокруг, он ткнул Марту лицом в стену. - Где она? – спросил он сквозь зубы. Марта не сказала ни слова, а завизжала, когда он сильнее выкрутил ей руку. - Блейк, Ирис позвонила Коулу. Он будет здесь через минуту, - сказала мама дрожащим голосом. Папа навалился на Марту всем весом, заставляя ее стонать от боли. - Когда он придет сюда, она будет жива и в сознании говорить, но я не обещаю, что ее кости будут целы. Она сможет говорить, если захочет, но я с нетерпением жду, чтобы выломать ее руки за то, что она сделала с мальчиком и с Адриан. - Выломай, - прорычала я, - заставь ее тоже страдать. В этот момент меня ничего не интересовало кроме того, чтобы заставить эту суку говорить. Мой ум подсказывал мне, что это нужно сделать пока не появился Коул. Я подошла к ним, и даже при том, что нежный голос в моей голове говорил мне, чтобы я не уподоблялась Марте, я все равно хотела причинить ей боль. - Я могу отвести вас к ней, - сказала Марта хриплым голосом. Ее щеки были так плотно прижаты к стене, что она едва могла двигать губами. - Тогда сделай это, - сказал папа, силой оттащив ее от стены. - Мы должны подождать Коула, - нервно сказала мама. - Он может догнать нас, - ответил папа и толкнул Марту к двери. - Это место где-то рядом? – спросила я, когда Ванда помогла мне встать на ноги. - Да, - сказала Марта с безысходностью в голосе. Все это время Адриен была так близко, что я могла до нее дойти? Я еще больше разозлилась. - В кабинете справа есть фонари, ты не мог бы взять их? – спросила я у Джефа. Лицо Джефа было таким же злым, как и у папы. Он смотрел на Марту, и руки его были сжаты в кулаки. - Джеф, - сказала я громче, привлекая его внимание. Ванда уже ушла в кабинет и принесла фонари. - Пойдем, - сказал папа, игнорируя протесты мамы. Крепко держа Марту, он толкнул ее в направлении, которое она указала. Мы прошли через двор по тропе, которая уходила вниз к обрыву, а перед спуском с него резко повернули налево и продолжили идти сквозь листву. Марта дважды пыталась вырваться, но папа только крепче вывернул ее руку, заставляя ее стонать в знак протеста. Мы прошли расстояние, равное длине футбольного поля и Марта остановилась. Слева была пещера, которую я раньше никогда не замечала. - Она там? – спросила я, и Марта кивнула. Не было никакой возможности пролезть в это узкое пространство в моем состоянии, но я все равно попыталась это сделать. - Позволь мне сделать это, Хай, - сказал Джеф, погладив меня по шее. – Я пойду и заберу ее. Слезы разочарования наполнили мои глаза. - Я хочу, чтобы мое лицо было первым, кого она увидит, мне нужно самой увидеть ее. - Я знаю, - ласково согласился со мной Джеф. – Но позволь мне сделать это за тебя. Он взял фонарик и полез через узкий проход. Не было ничего видно, но я все равно смотрела на это отверстие. Я повернулась к Марте. - В зависимости от того, в каком виде мы ее найдем, сегодня вечером ты можешь совершить полет с этого утеса вниз головой. Она ничего не сказала и отвела глаза. Это разозлило меня еще больше. Я хотела драки по любому поводу. Казалось, что прошло несколько часов, прежде чем мы услышали движение в пещере. Я могла видеть блеск фонарика Джефа, отраженный от скалы. - Мне нужна помощь, - сказал он. Многое пришло мне в голову, пока я хромала к выходу из пещеры. Если Джеф нуждался в помощи, это означало, что Адриан не могла двигаться самостоятельно. А что, если он вообще ее не нашел? Возможно Марта обманывала нас. Голос Джефа прозвучал через дыру. Он тяжело дышал. - Ванда, Ирис помогите мне. Мы все трое пытались влезь в отверстие, но быстро поняли, что не можем там двигаться. Ирис повернулась ко мне. - Позволь мне и Ванде встать на колени возле отверстия. Мы будем передавать ее тебе, а ты поможешь ей встать на ноги, когда она появится из отверстия. Я быстро отошла в сторону и стала своим фонариком светить на отверстие. Появились руки и слабо взялись за скалу. Это были руки Адриан. Крик вырвался из моего горла, когда я увидела ее. Ирис взяла их в руки и поцеловала, а потом аккуратно потянула за них. Мокрые грязные каштановые волосы вывалились на камни, ее красивое лицо было скрыто от меня. Она застонала, когда ее потащили за плечи. Ирис рыдала, а я, сосредоточившись на Адриан, не понимала, что тоже реву, пока ее голова не оказалась на моих коленях, а мои слезы не стали заливать ее лицо. Она посмотрела на меня полуприкрытыми глазами, и легкая улыбка окрасила ее лицо перед тем, как глаза закрылись, и голова откинулась в сторону. - Нам нужно больше помощи! - кричала я в панике. – Нам она нужна прямо сейчас! - Я иду, Хай, - Джеф протискивался сквозь отверстие. – Я могу нести ее. - Почему бы тебе не занять мое место, я не ходил на дежурство этой ночью и у меня осталось больше сил, - сказал папа. – Я могу отнести ее в гостиницу. Я услышала визг Марты, когда Джеф взял ее у папы. Я также слышала, как он сказал ей: - Я не такой милосердный как папа, и ты сразу же улетишь через этот утес, если разозлишь меня еще больше, чем я уже есть. Это заставило меня улыбнуться. Папа поднял Адриан на руки. Ее голова свешивалась с его рук, а руки безжизненно висели. Ирис и Ванда подняли меня за руки и дали мне в руки костыли. Мы все пошли в гостиницу с папой во главе. - Господи, пожалуйста, пусть это не будет последняя улыбка, которую я получила от нее, - молилась я, пробираясь сквозь листву. Я могла видеть, как по всей территории гостиницы сверкали фонари. Это был, очевидно, Коул, не понимающий, куда мы делись. Я закричала, зовя на помощь, и вскоре к нам присоединилась целая группа людей. Под ярким флуоресцентным светом клиники я изучала Адриан и то, как Шелби с Мирой работали с ней. Мира прочистила все многочисленные порезы, которые были разбросаны по всему телу Адриан, а Шелби поставила ей капельницу. Глаза Адриан были закрыты, но ее лоб нахмурился, она дернулась и застонала, когда Шелби воткнула в нее иглу. Мы с Ирис были единственными допущенными в смотровую и тихо ютились в углу вместе, наблюдая и тревожась. Шелби объяснила, что Адриан сильно обезвожена, и она сделает все, что может в этих условиях, но уже вызвала вертолет из Нассау, куда госпитализируют Адриан. Нас с Ирис не могли взять с собой на медицинском вертолете, поэтому Коул устроил нам экстренный вылет, чтобы мы могли присоединиться к Адриан в больнице. Мысль о том, чтобы разлучиться с Адриан снова была мне невыносима. Это казалось сном, когда тело Адриан перенесли на носилках и покатили на каталке в ожидании вертолета. Мне разрешили только поцеловать и погладить ее лицо. Следующее, что я поняла, меня засунули в один из наших фургонов и отвезли к самолету. Он взлетел сразу, как только взошло солнце. Обезвоживание, множественные порезы, некоторые из которых нуждались, чтобы их зашили, и легкое сотрясение мозга – таким диагнозом нас встретили, когда мы приехали в больницу через час после того, как привезли Адриан. Я села в зале ожидания неотложной помощи. Ирис и моя мама говорили с лечащим врачом и Шелби. Я чувствовала онемение с головы до ног, но и облегчение от того, что удалось вернуть Адриан. Теперь она была в безопасности, хоть и без сознания. Несколько часов спустя мне разрешили зайти в палату, где спала Адриан. Ирис уже воспользовалась своей возможностью. Мне хотелось зайти последней. Я стояла в дверях и просто смотрела на нее, благодаря бога за то, что она была в больнице, а не в морге. Я подошла к кровати и навалила на нее один из костылей. Затем я погладила красивое лицо, которое так любила спящим. Я села на стул и нежно взяла ее руку в свою, наткнувшись при этом на костыль, который с грохотом упал на пол. Я посмотрела на пол и прокляла его, а когда подняла глаза на Адриан, она улыбалась мне. - Я знала, что вы шли, чтобы найти меня, - сказала она скрипучим голосом. – Я могла слышать твои мысли и твои молитвы. Я поцеловала ее, и она снова уплыла в сон. Ее пересохшие губы по-прежнему были такими сладкими для меня.