Жемчужина

В тот же вечер Один представил Кэлума клану. Все увидели, как омега по-хозяйски держит лэрда за руку и охотно принимает его ухаживания. Кроме того, клансмены заметили, что Кэлум похож на покойного Клиэмэйна и, естественно, сделали соответствующие выводы. Один, бережно поддерживая омегу, водил его по замку, попутно знакомя со всеми. При этом все видели, как светились глаза у пожилого альфы, который знакомил «моего дорогого Кэлума» с кланом. На следующий день они посетили город, рядом с которым расположился замок, и хозяйства, принадлежащие клану. Эмиль с интересом рассматривал сыроварню и знаменитые винокурни, на которых производили знаменитый односолодовый виски «Клан МакГрегор» с клановым гербом на этикетке. Эмиль внимательно слушал, как проходит процесс изготовления и даже попробовал разливаемый купаж. Виски обладал легким сладковатым ароматом с нотками фруктов и цветочно-травяным послевкусием. Один вместе с Гленом провели экскурсию по городу и рассказали, что земля, на которой построен город, принадлежит клану, так же как дома, пабы и магазины, и о различных производствах, которые и приносили доход клану. Познакомили и с арендаторами, которые вместе с клансменами занимались овцеводством, изготовлением тканей и пошивом из них одежды, которая пользовалась спросом и была хорошо известна. Эмиль к концу дня понял, что быть наследником совсем непросто и от него ждут не только заботы о людях, но и компетентности в делах клана. Кэлум весь день внимательно слушал Одина с Гленом, пытаясь понять внутреннюю политику клана и взаимоотношения людей. Понять, кто есть кто и чем в клане занимается, и что для клана является важным, а что второстепенным. К ночи Кэлум понял, что от избытка новой информации мозг просто клинит, как ржавую шестеренку. Одно он усвоил определенно - Глен не может стать наследником и правопреемником Одина, потому что он, во-первых, МакЛеод, а во-вторых, старше Одина. И, кроме того, у Глена не было сына альфы, который смог бы унаследовать все после него. Его сын Дугал мало того, что был бетой, так еще и поступил вразрез с традициями клана, став педиатром, а не военным врачом. Все альфы клана смотрели на него с презрением, потому что считали эту работу недостойной главы семьи. Кроме того, его супруг Николь был парикмахером и владельцем салона. И хотя он был лучшим мастером в городке, все равно эта профессия не соответствовала высоким требованиям заносчивых горцев. Поэтому супружеская пара жила не в замке, рядом с отцом, а в городе. У них был взрослый сын-бета, который заканчивал медицинскую академию и милая дочка, которая была поздним ребенком этой крепкой и любящей пары. На следующий день в городе началась подготовка к празднованию Самайна. Эмиля поразила верность шотландцев своим корням. Один зашел к внуку утром в комнату узнать, как ему спалось на новом месте. Он предупредил, что сам праздник продлится семь дней: три дня до и три дня после самого Самайна. К празднику непременно тщательно убирали дом, чистили очаг. Для умерших оставляли еду и питье. Поэтому уже с самого утра все слуги в доме начищали камины в каждой из комнат. Эмиль убедился в этом вскоре сам, когда к нему в спальню с очень независимым видом зашел молодой паренек с ведром и тряпкой. Заметив Одина, который сидел на краю кровати омеги, он сразу стушевался и бросился обратно в коридор. - Вот так и рождаются слухи, - Эмиль откинул одеяло и выбрался из кровати. - Тебе сегодня все равно никто поспать не даст, - Один и не думал стесняться или извиняться. - Сегодня полным ходом идет уборка и подготовка к празднику. Замок моют и украшают, а на кухне готовят угощение на завтра. Пока длятся праздники, я хотел, чтобы ты был всегда рядом со мной. Пусть все в клане видят, что ты - мой наследник и находишься под моей защитой. Когда меня не будет рядом, ты сможешь опираться на мое имя, и люди будут знать, что это не пустое бахвальство. - Хорошо, как скажешь, Один, дорогой, - Эмиль ехидно улыбнулся и показал язык. - Это так непривычно выдавать себя за любовника. - Главное, не переходи границы благоразумия, чтобы, когда придет время объяснять всем, что ты мой внук, а не любовник, люди в это поверили, а не решили забить меня камнями за кровосмешение. - Значит, целоваться прилюдно не будем? - Эмиль веселился от нелепости этой дикой ситуации. – Ай-яй-яй, какая досада! - Эмиль, - протянул Один, призывая его к серьезности. - Это будет тяжелая праздничная неделя, как бы нелепо это ни прозвучало. Помимо членов клана соберется множество соседей и друзей клана, арендаторов и поставщиков. Приедут все те люди, которые работают вместе с кланом над его благополучием и процветанием. Все они будут смотреть на тебя и оценивать со стороны. Я не ожидал, что цвет волос и темная одежда может так изменить внешность омеги. Вчера ты выглядел старше своего возраста и казался совершенно другим человеком, совсем не похожим на того романтичного омежку, который страдал за роялем в доме Кантарини. Большинство людей видели Эмиля на фотографиях и в новостях, когда тебя показывали на премьере фильма. Тогда ты был блондином и милым, как пушистый котенок. Сейчас же ты выглядишь несколько иначе, но все же не забывай, что на праздник приедут люди из военного городка, которые видели тебя в будничной одежде. Если ты собираешься скрываться на виду у всего мира, то не выходи из придуманного образа нового человека. - Это не придуманный образ, - Эмиль вздернул голову и смерил Одина ледяным взглядом. - Я теперь действительно другой человек. Того лапочки уже нет. Я отказался от своих альф и детских иллюзий. Теперь я - Кэлум МакГрегор, у меня совсем иная жизнь и цели. - И какие же у тебя теперь цели? – у Одина болезненно кольнуло в груди, он чувствовал, как маленькое сердечко внука сжимается от боли, но не представлял, как ему помочь. - Я собираюсь быть нужным клану и помогать Глену в меру своих сил, чтобы больше никто не мог подумать обо мне, как о бесполезном украшении музыкального салона. Я - омега из клана МакГрегоров и хочу, чтобы с моим мнением считались. - Я помогу тебе во всем, - Один притянул к себе Эмиля и поцеловал в нахмуренный лоб. И именно в этот момент дверь опять открылась и на пороге появились двое молодых людей с щетками и совками, которые тоже, слабо пискнув, скрылись в коридоре. - Да уж, - ухмыльнувшись, Один посмотрел на закрытую дверь. - Похоже, мне тоже стоит лучше контролировать себя, чтобы не давать повода для лишних сплетен. Ну, ладно, переодевайся, я жду тебя в малой столовой. Нам надо еще о многом поговорить до моего отъезда. За дверью послышался грохот перевернутого ведра и топот ног. Без сомнения, их разговор бесстыдно подслушивали. Эмиль взял со стула халат и, накинув его на себя, отправился в ванную и гардероб. Спустя полчаса он появился в столовой и удивился, сколько там собралось соклановцев. Стыдно сказать, но причиной его задержки было то, что большую часть времени он пытался одеться соответственно новому образу. Решив, что теперь и одежда у него должна быть иной, нежели у Эмиля, он еще вчера накупил в магазине обтягивающих брючек и строгих рубашек. Он кутался в плед из тартана клановой расцветки. Тот был нужен ему не столько ради имиджа, сколько для тепла. В замке повсюду гуляли сквозняки. Тепло в комнатах поддерживалось, в основном, за счет каминов. И только в его гостиной стояли обогреватели, чтобы хоть как-то прогреть помещение от подступающей осенней прохлады. И теперь увидев, сколько лиц повернулось ему навстречу, он надменно поднял подбородок и поздоровался коротким кивком. Это были альфы из числа команды крейсера и помощники лэрда по вопросам подготовки к празднику. Один представил его, как своего наследника, Кэлума МакГрегора. После этих слов на него уставились все присутствующие в малой столовой. Кто-то уже слышал о таинственном омеге, которого привез Жнец, кто-то услышал о нем впервые. Теперь же все уяснили, что разговоры о том, что Один определился с наследником, которые давно бродили среди клансменов, не пустые слухи, а самая настоящая реальность. Всем было интересно посмотреть на человека, которого лэрд признал достойным занять место рядом с ним. Так и случилось. Кэлум сел за столом по левую руку от Одина. Напротив него сидел Глен, и самым невозмутимым образом делал пометки в блокноте. Наследнику подали завтрак, и разговор в комнате возобновился. Эмиль прислушивался к разговору и внимательно смотрел на альф, которые в ответ глазели на него, как на жирафа в гостиной. Он не переживал, что кто-то мог узнать его. Если в доме родителей и собирались военные, то они были все как один исключительно штабными, здесь же собрались те альфы, которые знакомы с войной не понаслышке и не из новостных каналов. И потом, он был совершенно уверен, что его никто не примет за Эмиля. Он сейчас не только чувствовал себя намного старше, но и выглядел, как человек, недавно переживший сильное потрясение и боль. Взгляд стал другим, более строгим и цепким. Вместе с невинностью Эмиль потерял иллюзии, и теперь он старался перед неизвестной новой жизнью держать спину прямо. Его гордость, пожалуй, единственное, что удерживало от слез и жалостных всхлипываний о потерянном рае. Разговор крутился в основном вокруг празднования Самайна и окончания отпуска сразу после праздничных мероприятий. Ремонт и переоснащение крейсера были закончены, и военные ожидали, когда, наконец, можно будет проверить новое вооружение. Остальные альфы не скрывали свою зависть к воякам. Эмиль только сейчас заметил, что у некоторых альф, которые сейчас занимались хозяйством и организацией праздника, была не только военная выправка, но и протезы вместо рук или ног. По всей видимости, ветераны и инвалиды, оставаясь в клане, переучивались с военного ремесла на мирные профессии. Но они все равно выглядели, как волки из одной стаи – грозно и внушительно. Когда Один увидел, что Кэлум закончил завтрак, он сразу разогнал утренние посиделки и отправился с ним и Гленом проверить, как продвигается подготовка к празднику. В замке чувствовалась сдержанное напряжение. Слуги старательно изображали необычайный трудовой порыв при приближении лэрда, но стоило только им пройти мимо, как они замирали с тряпками в руках, таращась в спину непонятного наследника. Как такое могло случиться, что наследником был выбран омега? И кем?! Самим Одином! Да он омег всегда ни во что не ставил и мирился с их существованием, как с неизбежным злом в этом мире. И вдруг такой крутой финт - наследник-омега! И, кроме того, совершенно неизвестный человек. Ну, все бы поняли выбери Один наследником Жнеца! Он знаменитый омега, практически легенда, но этот худощавый омега был совершенно никому не известен. Перед замком устанавливали детские карусели и палатки. Завтра здесь будет шумно, как на ярмарке: много аттракционов и конкурсов для детей и взрослых и обязательные горские игры. Это было едва ли не обязательным событием для большого праздника и сбора клана. Дед объяснил Кэлуму, что завтра на этой площадке пройдут соревнования волынщиков, силачей, а позже к вечеру - танцоров. Альфа, улыбаясь, сказал, что горцы не могут представить себе праздник без народных танцев. Так что, после выбора победителя праздника, начнутся танцы для всех, и вся площадь перед дворцом будет заполнена танцующими парами. Вскоре Глен отправился по своим делам, а Один вместе с Кэлумом продолжили обход замка и прилегающих территорий. Они проверяли готовность кухни, и достаточно ли было эля, сваренного специально к празднику. Позже Один познакомил Кэлума с бардом клана - Эриком МакГрегором. Бард, являясь хранителем традиций и архивариусом, был достаточно важной персоной в клане. Но этот бета средних лет выглядел, мягко говоря, немного странно. На нем были надеты килт и пиджак, сшитые из традиционного тартана МакГрегоров, на ногах - некогда белые гетры, а на голове красовался потертый берет, из-под которого выглядывали лохматые и жидкие волосы. Он напоминал, скорее, неряху, чем уважаемого в клане человека. Бард вцепился в лэрда, как клещ, и долго выпытывал, сколько участников зарегистрировалось на конкурс волынщиков и каков будет в этом году главный приз. Один только слабо отмахивался от надоеды. От того несло немытым телом и грязными вещами. Эмиль терпел и держался до последнего, но все же не выдержал и отчитал неряху за запах и за внешний вид. Он пригрозил, если тот явится на праздник в «этих обносках», то не поленится и лично искупает грязнулю в пожарной бочке, и пусть не жалуется потом, что водичка холодная. Эрик, внезапно замолчав, уставился на Кэлума, будто только его заметил. Прищурившись, он ехидно поинтересовался, кто он такой и кто его родители. И, вообще, он, как бард клана, хотел бы разобраться в его родословной, а то вдруг он авантюрист, который втирается в доверие к лэрду, пользуясь своим внешним сходством с Клиэмэйном. Пока Эмиль растерянно хлопал глазами, Один громко расхохотался и похлопал Эрика по спине, словно тот удачно пошутил. Но увидев, как нахмурился рассердившийся внук, решил прояснить ситуацию. Он очень сурово заявил барду, что Кэлум не авантюрист и с родословной у него полный порядок. Он, как лэрд, знает о своем наследнике все, а если и не торопится делиться этими знаниями с остальными, то у него на это есть веские причины. А Эрик вместо того, чтобы лезть, куда не просят, лучше бы занялся подготовкой к конкурсу, чтобы на этот раз главный приз остался в клане, а не ушел к заносчивым Кэмпбеллам, как в прошлом году. Бард недовольно замолчал и засопел, как обиженный ребенок. У него сразу нашлось много важных дел, и он умчался, стуча нечищеными ботинками по аллее замка. Один с Кэлумом вскоре дошли до городка и с удовольствием пообедали в местном пабе. К лэрду подходили и здоровались, тот каждого называл по имени и обязательно что-либо спрашивал или советовал. Казалось, дед знал каждого жителя городка. И когда какая-то женщина с ребенком на руках стала жаловаться на не выплаченное пособие, дед с улыбкой заявил, что ей следует обратиться с этим вопросом к наследнику сразу после Самайна. Теперь Кэлум вместе с Гленом будут вести дела клана и поэтому порядка станет больше. В пабе на минуту повисла напряженная тишина, люди переваривали информацию, а потом шум в пабе возобновился. После обеда они зашли в магазин купить Кэлуму крепкие шотландские ботинки и хосы с флешами. Один захотел, чтобы омега вместо берета надел гленгарри с лентами и перьями. И, конечно же, килт вместе с нательной рубашкой. Альфа потребовал немедленно примерить обновки и довольно зажмурился, когда увидел смущенного Кэлума с голыми коленками. Он сказал, что килтпин - булавку в виде кинжала для закрепления апрона, заколку для килта, спорран и, конечно же, скин ду, он даст из фамильных запасов. И он велел дополнить костюм пиджаком «Принц Чарли» для официальных мероприятий и теплую куртку для уличного ночного шествия. Один рассматривал Эмиля с мягкой улыбкой, явно наслаждаясь его внешним видом, а вот все продавцы в магазине спотыкались и замирали в растерянности от подобного поведения лэрда. Альфа был сам на себя не похож. Никто никогда не видел, чтобы лэрд так довольно жмурился, глядя на омегу в килте. Вскоре все в городе были твердо уверены что Один на старости лет влюбился, как мальчишка, и стали внимательно рассматривать омегу, ревниво пытаясь выявить в нем скрытые дефекты. Но Кэлум вел себя безупречно. Он был мягок в обращении, но в тоже время мог осадить буквально взглядом. В нем чувствовалось хорошее воспитание и сдержанный характер сильного человека. Молодые альфы сразу провозгласили, что Кэлум почище Одина может одним только взглядом освежевать провинившегося. И город благосклонно принял наследника. На следующее утро в комнату влетел Николь, он собирался сделать прическу Кэлуму, чтобы тот «выглядел достойно», но омега достаточно твердо остановил его и заявил, что из прически ему хватит и простого хвоста. Все равно он наденет на голову гленгарри. Эмиль крутил ее в руках, пытаясь сообразить, как именно ее следует правильно нацепить. Эти перышки на тулье почему-то его ужасно смущали. Николь спокойно согласился и помог Эмилю правильно одеться и все закрепить, как положено. Эмиль вчера вечером выбрал в большом сундуке необходимые аксессуары. Дед попутно читал ему лекцию о традиционном костюме горца: зачем нужен килтпин, и на каком именно расстоянии должен висеть споран по отношению к пряжке ремня. С пряжкой вообще у них возник спор. Эмилю понравилась пряжка с цветком чертополоха, она подходила к парадному омежьему споррану, а дед требовал, чтобы пряжка была с гербом клана. Но в итоге Кэлум оделся быстро, а, главное, правильно, ничего не забыв и не перепутав. Он даже умудрился забежать в столовую раньше Одина. Альфа завтракал по-военному рано и настоял, чтобы Кэлум позавтракал плотно потому, что неизвестно получится ли им сегодня пообедать. Эмиль понял, что имел в виду дед, когда они оказались на улице. Несмотря на раннее утро, площадь перед замком была уже полна народу. В палатках копошились люди. Дед довольно подмигнул и сказал, что это бесплатные угощения на праздник. Каждый может угостить соседа и просто прохожих, в Самайн принято объедаться для того, чтобы следующий год был удачным. Но, тем не менее, в каждой палатке непременно стояли банки для пожертвований, и на каждой было написано, кто собирает и для каких целей. Как правило, омежьи сообщества собирали деньги на какие-нибудь благотворительные цели. Таким образом, они покупали то, на что не хватало денег у чиновников. Они собирали на реставрацию органа в базилике, на теплые одеяла в приюте какого-то святого, и на новые книги для городской библиотеки. Один, как глава клана, заходил в каждую палатку, представлял Кэлума и после традиционного угощения Один оставлял в банке по крупной купюре и отправлялся в следующую палатку. После двадцатой палатки Эмиль почти сдался, желудок просто не выдерживал от подобных подношений, и он в следующей палатке попросил пощады, когда ему на тарелочку положили сладкий пирожок и чашку чая. Один только хмыкнул и посоветовал ослабить ремень. Ему в каждой палатке наливали рюмочку настоечки или «домашнего виски, припрятанного как раз для такого случая». И поэтому альфа находился в самом благодушном настроении. А вот Эмиль казалось еще немного и начнет просто булькать от переполнявшего его чая. Он уже даже решил пойти поискать, где можно отлить, ну тоже в качестве инспекции, например, но тут увидел маленький столик, стоявший между палаток, и нескольких мальчишек примерно лет двенадцати-тринадцати. На красивой скатерти стояла тарелка с домашним печеньем, и банка с неровно приклеенной бумажкой. Эмиль заинтересованно подошел посмотреть, что происходит. Печенье на тарелке было кривоватым и несколько подгорелым. Но все равно мальчишки смотрели с надеждой на подошедшего лэрда и его спутника. На бумажке было написано «на ударную установку и бас-гитару», ниже было приписано «и на колонки», но потом зачеркнуто. Один хмыкнул, когда увидел надпись, а Эмиль вспомнил Тео и мальчишек из гаража, которые столько лет бренчали в отцовском гараже, мечтая о будущем успехе. - Напрасно ты хмыкаешь, - Кэлум зыркнул на Одина. - Твой внук Теодор примерно в этом же возрасте увлекся рок-вокалом. И вся его группа тоже была не намного старше, когда они начали терзать уши соседей своими репетициями. - О, вы знаете Теодора МакГрегора и его группу «Military boys»? - ребятишки вытянулись, как суслики у норки, и казалось даже забыли как дышать. - Да, я знаком с внуками лэрда, - Эмиль улыбнулся. - И, кстати, группа «Military boys» не принадлежит Теодору, а наоборот, он приглашен в группу певцом. Ребята играли без него больше года, и только, когда у них появились свои песни, они случайно нашли Теодора. И они стали репетировать вместе. Эмиль протянул раскрытую ладонь к Одину и тот без возражений вложил в нее купюру достаточно крупного номинала. Эмиль сложил ее несколько раз и просунул в щелочку крышки. Один увидев, как детишки едва не окосели от счастья, добавил еще одну купюру от себя лично. Эмиль, прихватив кривенькое печеньице с тарелки, глубокомысленно добавил: - Совсем не обязательно покупать новые инструменты. Найдите меня после праздника, я позвоню ребятам из группы и узнаю, может получится откупить у них их старые инструменты, ведь теперь они играют на профессиональных, а вот вам для начала вполне подойдут те, с которыми они начинали. - Истинно шотландский подход к вопросу, - одобрил Один. - Экономно и толково. Может, ребятам повезет с теми инструментами, и они тоже станут знаменитыми? - Надо послушать, что у них есть, - Эмиль пожал плечами, но увидев, с какой надеждой загорелись глаза у мальчишек, сразу же наставительно добавил. - Надо много работать и не надеяться, что успех придет после пары репетиций. «Military boys» не один год репетировали в отцовском гараже, не помышляя о сцене, пока их не заметил продюсер! Трудолюбие и упорство! - многозначительно добавил Кэлум и потрепал самого младшего по щеке. - Главное, понимать, что без труда ничего не получится, а за мечту придется бороться, стирая руки до кровавых мозолей! - Кэмпбеллы явились, - Один посмотрел, куда-то за спину Кэлуму и недовольно скривился. - Ну, сейчас начнется… Эмиль обернулся и увидел группу альф в килтах в сине-зеленую клетку. Впереди стоял молодой альфа и очень нагло улыбался.