Глава 7. Нежеланная встреча
8 ноября 2014 г., 20:31
В комнату не мог проникнуть ни один лучик света — уж слишком плотно закрыты тёмные шторы. Свет полностью выключен — хозяин не хотел этого и даже сопротивлялся любому освещению. Скомканное одеяло, валявшееся на кровати, двигалось, словно дышало. Спрятавшийся в коконе Тетсу понимал, что всё время в убежище провести не получится, поэтому выбрался. От резкого движения ткани, в воздух поднялись клубы пыли, но юноша никак не реагировал на них, как и на пустые банки от пива и коробки от заказной еды. Тетсу понимал, что комната нуждалась в уборке, но не в его состоянии было её начинать. Сделав над собой усилие, он поднялся и пошёл вперёд.
Каждый шаг давался ему с адской болью. Позвоночник гудел от копчика до шеи, саднило горло. Задницу нещадно жгло, словно его усадили на раскалённую сковородку. Ноги совершенно не слушались, поэтому каждый шаг приходилось делать с большим усилием. Со стороны движения Тетсу походили на грацию только научившегося ходить ребёнка. Как бы долго он не ловил равновесие, упасть ему всё же пришлось.
С роковой встречи в ночном клубе прошло несколько дней, но боль, казалось, со временем лишь усиливалась. Тетсу уже начало казаться, что он стал жертвой не простого изнасилования, словно его нещадно трахали раскалённым металлом, часть которого всё же осталась внутри и плавилась, причиняя ужасный дискомфорт. Проклиная нового знакомого, юноша кое-как добрался до ванной комнаты.
Дрожавшие пальцы легли на кран и кое-как повернули его ручки, выпустив воду из шланга. Сначала Тетсу хотел принять душ, но ноги то и дело подкашивались. Побоявшись разбить голову при неудачном падении, он спустился на пол душевой кабинки. Даже сидеть было больно, поэтому пришлось лечь на бок и прижать ноги к груди. Гудение в спине чуть утихло, что позволило рукам начать оттирать кровавые пятна от укусов с кожи. Тетсу понадеялся вытянуть ноги, чтобы оттереть грязь с них, но от боли потемнело в глазах, поэтому юноша снова свернулся калачиком — так почти не чувствуется. Но и в таком положении ему не удалось долго находиться — спина начинала гудеть сильнее и сильнее.
Тетсу встал на колени и спустил покрасневшую от крови воду. Ополоснув голову холодом, юноша решил вернуться в своё логово. Всё это время он буквально умолял все силы Ада и Рая о возмездии: «Чтоб его отымели во все дыры жёстче, чем он меня». Он аккуратно прилёг на кровать и укутался в одеяло. Боль то затухала, то вновь разгоралась с новой силой.
Юноша мало что помнил со дня посещения клуба: улыбающийся Юкио, яркая вывеска клуба, миловидная барменша, неловкий флирт друга с незнакомкой, поход в уборную, встреча лицом к лицу с директором клуба, поход в подвал. А после каша из воспоминаний, где Балтазар имел его на холодном полу. Тогда была только боль, которая, казалось, едва не убила его. Сейчас юноша был уверен, что лучше бы он умер там — сейчас не пришлось бы пытать себя попытками существования. Но сколько бы Тетсу не копошился в сознании, ему не удавалось понять, как он оказался у себя дома.
Он вспомнил холодные и гневные слова: «Расскажешь кому-нибудь, что тут было, будет ещё больнее». Именно это не позволило сообщить в полицию об изнасиловании. Ему было плевать на осуждение брата и его опеку, которые точно последовали бы после происшествия, Тетсу боялся, что этот ужасный человек настигнет его и станет только хуже. Даже если он найдёт в себе силы сообщить, то есть большая вероятность, что влиятельный наследник клуба избежит наказания. И тогда жизнь точно станет Адом: преследование со стороны Балтазара и преследование со стороны Акаши.
Все эти дни, когда Тетсу проводил в полном затворничестве, его телефон разрывался от звонков, но сегодня он молчал. Юноша неохотно потянулся за своим единственным соседом — он разрядился. С большим нежеланием он дотянулся до розетки и включил устройство на зарядку. Тёмный экран вспыхнул, а после долгой загрузки на нём высветились уведомления. Тетсу спасительно выдохнул — старший брат не бил тревогу и за эти несколько дней ни разу не звонил. Но его заинтересовало другое — 69 пропущенных звонков с незнакомого номера, но перезванивать желания никакого не появлялось. Телефон загрузился и поделился ещё одним извещением: 17 пропущенных звонков от Юкио, который, почувствовав пробуждение друга, позвонил снова.
— Я слушаю, — с большим нежеланием он нажал на зелёный ярлычок и принял звонок. Голос заметно хрипел — вечер на холодном полу и протяжные крики и стоны полностью ослабили его горло.
— Тетсу, наконец, это ты! — звонкий голос Юкио ударил по вискам, отчего юноша скривился. — Я так волновался за тебя. За все эти дни одно сухое сообщение: «У меня всё нормально. Я приболел». А у меня столько вопросов! Как ты из клуба ушёл? Я потерял тебя. Ещё и несколько дней дозвониться не мог. Ты ещё и дверь не открываешь.
— Прости, я же сказал, что приболел, поэтому и не открывал, — сердце уходило в пятки от каждого звонка в дверь, но когда узнал, что это приходил его друг, а не насильник, тело почувствовало лёгкость. — Я поэтому и ушёл из клуба — меня лихорадило. А потом не нашёл тебя в толпе, чтобы предупредить.
— Живой, и слава богу, — шатен как всегда был в хорошем расположении духа и голос Тетсу лишь улучшил и без того хорошее настроение. — Ты давай, выздоравливай. Тебе купить что-нибудь? Лекарства? Еда?
— Нет, спасибо, — хотя в холодильник пустовал, но за эти дни он почти ничего не ел. Не было никакого смысла приглашать Юкио — он не готов сейчас к какой-то компании, ведь его точно выдадут хриплый голос, кривая походка и яркие отметины, оставленные Балтазаром, да и не хотелось бы, чтобы друг бросал деньги на ветер. — Мне бы просто отоспаться.
— Хорошо, — это Тетсу и любил в друге — он никогда не настаивал на своём.
— Юкио, у меня к тебе просьба, — говорить было тяжело не из-за горла, а из-за слов, которые он хотел произнести.
— Какая? — голос наполнился волнением.
— Не говори Акаши, что я заболел, и отмажь меня перед преподом, — Тетсу снова пришлось разделить свои проблемы с другим, что он ненавидел делать. — Хорошо?
— Ага, постараюсь, — спасать друга от проблем — одна из его любимых игр, в которую он уже мастерски играл.
Юкио не хотел надоедать больному другу, поэтому сбросил звонок и вернулся к своим делам. Оставалось только надеяться, что старший брат ничего не узнает, и можно будет продолжить жить своей прежней жизнью, и молиться, чтобы Акаши не звонил в университет, что-то выясняя. Глубоко задумавшись, Тетсу не заметил, как задремал.
И в таком ритме прошла ещё неделя. Юноша почти полностью пришёл в себя — синяки от избиения уже давно пропали, а вот засосы ещё горели яркими огнями. Тело немного ныло, но в сравнении с той болью, что он испытывал ранее, — это лишь щекотка, поэтому, превозмогая нежелание, он решил сегодня появиться в университете. В ином случае, Акаши всё же может узнать, что его младший брат снова стал затворником.
Поэтому с самого утра он бегал по квартире в поисках нужных вещей: рюкзак, тетради, единственная пишущая ручка. Кое-как юноша собрал необходимое, и замер посреди квартиры. Свою крепость он знал, как свои пять пальцев, поэтому не особо придавал значение тому, что видно ему не особо хорошо. И только когда ему предстояло покинуть свой дом, Тетсу понял — он лишился своих очков, причём потерял их в проклятом клубе. Юноше пришлось надевать линзы, иначе его присутствие на парах было бы пустой тратой времени.
***
В полицейском участке с самого утра горела работа. Люди в форме увлечённо бегали между столов, передавая друг другу бумаги на подписи. Кто-то, услышав звонок телефона, хватал его трубку и, получив задание, спешно покидали участок. Другие только возвращались с патруля, поэтому они буквально падали в свои кресла, наслаждаясь возможностью, наконец, перекусить и выпить кофе. — Как? Его не было уже неделю? — молодой мужчина в форме нервно стучал пальцами по своему рабочему столу. — Я понимаю, но не знаю, что с ним, — собеседник был явно разозлён, но он пытался всеми способами его успокоить. — Я понимаю, что Вы можете его исключить… но послушайте, — человек по ту сторону был непреклонен, тогда ему пришлось всеми способами пытаться его переубедить: — С ним нужно поговорить прежде, чем исключать… Вот видите, сегодня он пришёл… Да, я понимаю… Я поговорю с ним на эту тему… До свидания, — он положил трубку и почесал свой затылок. — Акаши, что на этот раз случилось? — в дверях появился напарник мужчины. Шоу был слишком красив, словно ангел, сошедший со старинной картины: идеальные и немного женственные черты лица, крепкое и тренированное тело, чистая, белоснежная кожа, длинные, орехо-золотые, шёлковые волосы и чистые голубые глаза. Многие горожане, встречая Шоу на улице, не верили, что он полицейский, а лишь модель, которому предложили переодеться для рекламы какого-то товара. — Мой брат, — устало произнёс шатен. Грубые пальцы вцепились в массивную переносицу, надавили на глаза так, что в глазах Акаши замигали яркие звёздочки. — Он опять за своё: не появляется в университете, — мужчина откинулся на спинку стула и запрокинул голову. — Почему он себя так ведёт? — Опять ты за своё, — Шоу облокотился на дверной проём и немного усмехнулся серьёзности напарника: — Он ещё ребёнок. Двадцатилетний, но ребёнок! Он скоро повзрослеет, и тогда возьмётся за голову. Отчислят — восстановится. — Возможно, ты прав, Шоу, — мужчина запустил пальцы в короткие волосы и потрепал их, приходя в себя от плохих новостей. — Что будешь делать на этот раз? — полицейский осмотрел напарника, который уже давно стал не просто коллегой по работе, но и другом. — Только не грузи мелкого гиперопекой — хуже сделаешь! — Мне нужно его навестить, — Акаши почувствовал любопытный взгляд на шее, поэтому нервно поправил воротник своей формы, прикрыв татуировку. — Лучше сейчас. Прикроешь меня перед начальством? — Конечно, — Шоу одобрительно кивнул и, широко улыбнувшись, протянул руку, чтобы потрепать напарника по голове. — Только не грузи мелкого. Хуже же сделаешь! — Спасибо, — мужчина ответил дружеским шлепком по плечу.***
Тетсу был прав — его долгое отсутствие не осталось незамеченным. Каждый преподаватель посчитал нужным прочитать нотации о том, как это безответственно — прогуливать занятия и забирать бюджетные места у тех, кому это действительно необходимо. Несколько раз его грозились отчислить, но сразу же изменили своё решение, вспоминая о сложном детстве. Но юноша по большей части пропускал слова мимо ушей, в голове гудела одна мысль: как же больно сидеть на твёрдой поверхности. Сначала этого никак не ощущалось, но со временем боль чуть ниже спины началось жжение. А ему нужно было ещё отсидеть и сами пары. Экономика и социально-экономическая география, предметы хоть и интересные, но преподавали весьма мутные и ужасно скучные, поэтому юноша и не думал слушать преподавателей. Он крутил в руках ручку, а после что-то чирикал на полях тетради, той единственной, в которой скрывались все предметы факультета. Но юноше не могло вести весь день, и поэтому один из преподавателей решил послушать его доклад, который Тетсу, конечно, не подготовил. Не обошлось и без интереса к внешности со стороны одногруппников: уж слишком воротник у кофты высокий и рукава длинные. Юноше пришлось скрывать укусы, оставленные Балтазаром, — для него они походили на клеймо. Но улыбка Юкио поддерживала Тетсу, как обычно глупо и неуместно шутил и походке, подталкивал в бок, щекотал, трепал по рыжим кудрям. В кое-то веки его мольбы были услышаны. И вот он уже поднимался по ступенькам на свой этаж, буквально грезя о том, как он снимет линзы и ляжет на мягкую кровать. Под конец дня состояние Тетсу ухудшилось: от долгого сидения на одном месте начинала гудеть спина, а с непривычки глаза болели и высохли. Юноша проклинал себя весь день за то, что потерял очки в логове зверя, но заказ новых решительно отложил на завтра, ведь возвращаться в «INFERNO» он никогда в жизни не собирался, даже если его потеряшки будут жать его возле самого входа. Тетсу зазвенел ключами и открыл замок. Протяжный скрип был сладкой мелодией для уха — наконец, он оказался в своём родном месте после невыносимого дня, который даже затмил неделю страданий. Сильный сквозняк буквально захлопнул входную дверь, как только Тетсу вошёл внутрь. Юноша даже не удивился: наверняка, он, замученный своим состоянием, просто забыл закрыть окна перед уходом. Повернув ключ в двери, Тетсу лениво стянул джинсовую куртку, повесил её на крючок, сбросил обувь и довольно выдохнул. Рюкзак лениво плёлся за хозяином, пока тот не замер в дверях своей комнаты — то, что он видел, буквально вогнало его в сильный шок. По телу юноши пробежали мурашки, поступил холодный пот. Пальцы отпустили лямку рюкзака, и руки рванулись к глазам, надеясь выгнать пелену, которая обманывала его. Но это не помогло, он по-прежнему видел перед собой того, кого юноша никак не ожидал встретить. Балтазар удобно расположился на кровати, чуть накинув на себя одеяло, которое чудом прикрывало его тело. Вещи мужчины слились с мусором на полу, поэтому Тетсу не сразу их заметил. — Голый? — выдал юноша, буквально сверля глазами неприятеля. Но то были единственные слова, которые успел из себя выдавить Тетсу, прежде чем в горле встал ком, а к глазам подступили слёзы — что если брюнет захочет повторить? Услышав напуганные мысли, Балтазар среагировал: он откинул одеяло, обнажив свой оголённый торс, и протянул руки на встречу хозяина квартиры: — Иди ко мне, Ангелочек, я тебя обниму, — голос был игривым и манящим, словно он беседовал со своим страстным любовником, с которым провели вместе ни один год. — Мой сладкий, тебя никто не трогал, где не нужно? — Что т-ты т-тут… делаешь? — заикаясь, кое-как из себя выдавил Тетсу, не в силах сдвинуться с места. — Ну, не дуйся на меня, солнышко, — мужчина указал на журнальный столик, где лежали потерянные очки. — Я принёс тебе подарок, Ангелочек. Ну иди ко мне, обними своего спасителя. — Убирайся! — слова, застревая в горле, кое-как срывались с губ. Испуг юноша никак не мог скрыть, но пытался говорить как можно увереннее, что выходило нелепо и неумело: он дрожал, заикался, а чёрные зрачки стали такими маленькими, что глаза казались зелёными изумрудами. — Прочь из моего дома! — Ангелочек, не будь таким грубым со мной, — Балтазар театрально надул губы и поднял брови. — Ты не помнишь, что было между нами? Тогда ты был таким горячим и страстным, а сейчас холоден и груб. — Вон! Или я вызову полицию! — выпалил Тетсу, позабыв о том, что он в разы слабее мужчины. — Ты забыл, что будет с тобой, если кто-то узнает? — слова раскатами грома прогремели по всей квартире. — Могу напомнить! Тетсу заметно затрясло, он начал падать, но спина коснулась дверного проёма и остановила полёт. Юноша видел перед собой сильного мужчину, который одним движением мог заломить его руки, вжать в пол и ножом исполосовать всё тело, а после бесстыдно надругаться. Эти мысли не давали покоя, но больше всего Тетсу боялся, что история в клубе может повториться, и если юноша постарается сбежать, то Балтазар поймает его и отымеет так, что тот больше не сможет ходить. Юноша начал жадно глотать воздух, громко хрипя, что заметно развеселило брюнета. — Ну, что ты, — на лице демона засияла ехидная улыбка, — не волнуйся так, Ангелочек. Иди ко мне, я тебя обниму. Мужчина ещё долго протягивал руки, но напуганный до ранней седины юноша и не думал двигаться, тем более приближаться к Балтазару. Тогда брюнет решил действовать сам: откинув надоедливую ткань, он лениво поднялся и, пританцовывая и присвистывая, медленно приближался к своей жертве. Тетсу, к его огромной неудаче, оказался прав — незваный гость был абсолютно голый, поэтому отвёл взгляд, продумывая всевозможные планы побега. Хозяин хотел испариться из своего логова, которое сейчас стало тюрьмой, но с досадой понимал — он нигде не успеет скрыться, но и стоять послушным подарком не желал, ведь кто знает, что на уме у человека, который решился пробраться в квартиру к тому, кого изнасиловал в подвале собственного клуба. Тетсу вытянул руки вперёд, надеясь оттолкнуть мужчину от себя или хотя бы остановить и не позволить приблизиться. Но Балтазара это вовсе не остановило, он ловко обошёл препятствие и прижал к себе юношу, который почувствовал свой проигрыш и сдался, опустив руки. Демон зарылся носом в кудрявые локоны своего Ангелочка и сделал глубокий вдох, наслаждаясь его запахом. Аромат страха и чистоты буквально дурманил мысли Балтазара так, что все эти дни он только и думал о встрече с рыжеволосым чудом и вовсе позабыл о долге и обещании, данному Отцу. Опьянённый брюнет дал волю рукам: они нежно поглаживали хрупкую спину, и губам: сначала они касались волос, после нежно спускались ниже, касаясь уха и шеи. Ноги юноши подкосились, но Балтазар крепко держал Ангелочка, прижимая к себе. Тетсу почти сдался в крепких оковах, но услышал громкий звонок. Он ещё никогда не радовался незваным гостям. Но брюнет и не думал впускать незнакомца в квартиру, всё также прижимал юношу к себе, бесстыдно изучая, даже чуть усилил хватку, боясь выпустить чудо из своих рук. — Я должен открыть дверь, — нерешительно прошептал Тетсу, надеясь на спасение. — Иначе тот, кто стоит там, заподозрит что-то неладное. — Хорошо, иди, — брюнет отпустил Ангелочка, но сделал это явно неохотно. — Но возвращайся, мой Ангелочек. Тетсу сорвался с места, побоявшись, что мужчина может передумать или, того хуже, пойти спровадить гостя самостоятельно. Юноша грыз себя изнутри, размышляя над тем, как поступить с человеком за дверью: молить о помощи или спровадить прочь. Он не заметил, как, даже не заглянув в глазок, рывком открыл дверь. Холод снова пробежал по всему телу — на пороге стоял старший брат. Акаши пришлось долго ждать какой-то реакции на звонок, поэтому расслабленно облокотился на стену в надежде, что дверь всё же откроется. Рабочая форма уже потёрлась от старости и большой любви: шатен очень редко снимал её и носил, даже будучи гражданским, но мужчина и не думал её сменить — это подарок отца, который полицейский и боялся потерять. Наверное, это был первый раз, когда Тетсу был рад увидеть старшего брата, чьи изумрудные глаза с большим удивлением сейчас смотрели на него. Юноша уже хотел открыть Акаши свой ужасный секрет, но мужчина всё испортил: — Акамару Тетсуя, — разгневанный голос буквально уничтожил и без того напуганного юношу, — о чём ты думал, снова забивая на учёбу? Сколько раз мы с тобой должны говорить на этот счёт? — Да не прогуливал я, — Тетсу понял, что не будет искать помощи в брате, уж лучше он станет жертвой Балтазара, чем поделится хоть чем-то сокровенным с Акаши. — У меня была температура, высокая так, что я едва ходить мог. — Ангелочек, кто там? — голос Балтазара вместе со сквозняком вылетел из квартиры. — Тетсуя, кто это? — полицейский было рванулся квартиру, но младший брат решительно преградил путь, не позволяя брату пройти. — Это? — юноша едва стоял на ногах от ужаса, но для себя уже решил, что ни за что не пустит Акаши в квартиру, даже если это будет значить смерть для Тетсу. — У меня телевизор кричит. — Акамару Тетсуя, прекрати лгать! — закричал шатен, ударив кулаком в стену. — Я не идиот и прекрасно понимаю, что ты не один! И, наверняка, это твоя компания на время прогулов! — быстрым движением рука Акаши оттянула высокий воротник кофты брата, обнажив искусанную шею. — Он же тебе оставил эти трофеи, да? Заметив, как брат менялся в лице, Акаши понял, насколько он прав, поэтому бесцеремонно оттолкнул юношу и решительно шагнул в квартиру. Мужчина начал досконально обыскивать логово брата, каждый сантиметр тщательно просматривался и изучался, по старой привычке полицейский заглядывал в маленькие шкафчики, хотя обладатель низкого голоса точно не мог там скрываться. Акаши занырнул в ванную комнату и буквально перевернул её, громко звеня баночками и коробочками, после рванулся на кухню и начал исследовать её. Тетсу не мог вымолвить ни слова, понимая, что он сейчас загнан в угол. Несколько минут назад он выбирал худшую из двух зол, а теперь попал в обе. Юноша стоял в оцепенении, не в силах даже закрыть дверь. В его голове возникали ужасные картины: Акаши всё же встретит голого Балтазара, которого сразу же окрестит «любовником», и, скрутив его, выведет из квартиры, в чём мать родила; а брюнету всё же удаётся избежать заключения в участке, поэтому, как только дьявол во плоти выйдет на свободу, он отправится мстить и старшему брату, и беззащитному юноше. Акаши уже покинул ванную комнаты и нырнул за угол, где он должен был встретиться с Балтазаром. — Тетсу! — приказный голос заставил бешено бьющееся сердце Тетсу замереть. В глазах потемнело, ноги обмякли, а дыхание замерло. — Подойди сюда! Юноша слабо толкнул дверь, и та лишь немного двинулась, но не захлопнулась, потому любой желающий мог войти в квартиру. Тетсу сделал несколько глубоких вдохов и только тогда решился двигаться на встречу неизбежному. Только зайдя в комнату, он увидел широкую спину старшего брата, который нервно стучал ногой по полу. Он был явно разозлён, что выдавало его тяжёлое дыхание. — Акамару Тетсуя, — на этот раз голос был уставшим, словно Акаши повторял что-то в сотый раз, — сколько раз я тебе говорил не раскидывать вещи? Что за свинарник ты тут развёл? Холостяцкое логово у тебя ужасное. Хотя бы вещи на полу не оставляй и не разводи гнездо для тараканов. — Прости… — не поднимая глаз, прошептал юноша, заметив, что Балтазар куда-то пропал. Тетсу прекрасно понимал, что брюнет не из тех, кто сдастся просто так. Рыжеволосый парень, скорее, ожидал, что мужчина набросится на полицейского с кулаками и вышвырнет его на лестницу. Но, видимо, он ошибся: и на самом деле брюнет — трус, завидев человека форме, поспешивший покинуть квартиру, в которую незаконно проник. — Те-е-е-етсу, — протянул Акаши, а после в его горле начало першить, словно лицо мужчины усыпали чёрным перцем. Мужчина раскатисто кашлял, пока Тетсу заботливо не спросил: — Акаши, ты заболел? — Нет, — полицейский едва говорил между прерывистыми вдохами кашля. — Кажется, у меня аллергия. — На что? — удивился юноша, но ответ выполз сам собой. Громко тявкнув, из-под одеяла, валявшегося на полу, вылез доберман. Короткая шерсть покрыта слоем пыли, на худощавом боку застряла наклейка с пиццы, коробка от которой валялась поблизости. Пёс оскалил зубы, завидев полицейского, а после несколько раз озлобленно залаял. Тетсу был удивлён не меньше старшего брата — он уж точно не мог припомнить, что заводил пса. — Когда ты успел завести собаку? — Акаши совсем расчихался. — Как-то возвращался домой и увидел его, одинокого и голодного. Вот и решил приютить его, — юноша решил поддаться течению и окончательно утонуть во лжи. — Поэтому пришлось некоторое время отсидеться дома, чтобы пёс привык. Поэтому и не хотел тебе ничего рассказывать: посчитаешь это несерьёзным… да ещё и твоя аллергия… — С каких это пор в тебе проснулась забота ко мне? — недовольно фыркнул полицейский, поспешив прочь из комнаты, за ним по следам поспешил Тетсу. Юноша врезался в спину старшего брата, когда тот замер у входной двери. Акаши развернулся и, всмотревшись в глаза Тетсу, холодно произнёс: — наш разговор с тобой о прогулах не окончен. Вернёмся к этому позже. Не думай, что тебя пронесло! — Хорошо, — взгляд юноши стал наигранно виноватым. Оба брата понимали, что Тетсу ни капельки не жаль. Акаши осуждающе помотал головой, а после, достав телефон из карманов, нырнул за дверь. Хлопок двери вернул Тетсу в сознание, доказав ему, что он остался один. Юноша, спасительно выдохнув, повернул ключи в замочной скважине и в радости, что всё плохое уже позади, вернулся свою комнату. — Я то думал, он никогда не свалит! — раздался голос Балтазара, но его владельца не было видно. — Вонючий биомусор! — Чёрт… — Тетсу рухнул на кровать, — я то думал, ты свалил, — неохотно приподняв голову, он оглянулся. — А где?.. — Где я? Я здесь! — пёс присел на полу напротив уставшего юноши. — Даже не надейся избавиться от меня так скоро, Ангелочек. — Говорящий пёс?! — завопил хозяин квартиры и, буквально отпрыгнув в сторону, едва не рухнул с дивана. — Как я мог забыть, что для вас, людей, говорящий пёс — это странно, — доберман почесал лапой за ухом. — Наивные и хрупкие создания. Тетсу закрыл лицо руками, надеясь, что, когда он откроет глаза, ни собаки, ни Балтазара, ни Акаши радом не окажется. Пальцы без желания отступили с век, а потом и изумрудные глаза выползли из плена. Комната пустовала, отчего юноша спасительно выдохнул, но, словно почувствовав на себе взгляд, напрягся. — Я же говорил, что тебе от меня не избавиться, Ангелочек, — Балтазар хихикнул, разрушив надежды на спокойную жизнь. — Куда ты дел собаку? — дрогнул Тетсу, с опасением оглядевшись. — Эх, люди, какие же вы глупые, — мужчина встал на колени и, подняв свои «лапки», усмехнулся: — Я и есть твой щеночек. Гав-гав. — Что за хуйню ты несёшь? — обычно спокойный юноша буквально сорвался с цепи и стал бешеным зверем: — И что значит — вы, люди? Балтазар освирепел, услышав брань из уст своего Ангелочка — такое непорочное существо не имеет права пачкать рот сквернословием, потому сильным рыком он сократил расстояние между собой и хозяином квартиры и резким движением руки залепил звонкую пощёчину. Маленькая комнатка буквально сотряслась от силы, вложенной в этот удар, а Тетсу свалился на диван, закрывая полыхающую кожу своей рукой. Зелёные глаза наполнились маленькими кристалликами. — Ещё раз ругнёшься матом или произнесёшь какое-то непотребство, получишь сильнее, — брюнет потряс кистью, прогоняя с неё свой гнев. — Я не позволяю тебе чернить себя. Ты слишком чист и прекрасен для всякой скверны. Ошарашенный юноша поднял непонимающие глаза на мужчину. Страх снова сковал его тело: оно вспомнило, на что способен незнакомец. Тетсу хотел было возмутиться, что его считают вещью, но фокус с собакой не покидал сознания. Не хватало решимости, чтобы произнести и слова, вдруг это лишь сильнее разозлит Балтазара, который выпрямил свою спину и фамильярно зачесал волосы назад. — Раз мы с тобой теперь общаемся ближе, то мне стоит представиться официально, — брюнет спрятал одну руку за спиной, вторую прижал к груди и поклонился. К огромной неудаче хозяина квартиры его гость и не думал прикрывать своё обнажённое тело, поэтому взгляд юноши бывало соскальзывал с рельефного пресса мужчины, на его немалых размеров достоинство. Краснеющие уши заставили демона хихикнуть, но продолжить свою торжественную речь: — Я средний сын Властителя Ада, которого вы можете знать под именами Сатана, Люцифер, Мефистофель, и другими… имён у моего папочки уж слишком много, чтобы перечислять все. Я высший демон, убийца людей, совратитель невинных, принц преисподней, а для друзей или любовников просто Балтазар. Тетсу едва не потерял сознание от абсурдности ситуации: всё-таки пробравшийся в его квартиру мужик — сумасшедший. И это многое объясняло: только безрассудный человек мог специально нарваться на встречу со своей жертвой, которую изнасиловал несколько дней назад, и, не боясь возмездия, голышом расхаживать по его комнате. А как только запахло жареным, и появился полицейский, он спрятался где-то за диваном и выпустил пса. Юноша не хотел лезть на рожон, поэтому обдумывал план действий: как спровадить чудака из дома? — Не смешно, — буркнул Тетсу: это единственное, что напуганный и удивлённый мозг смог выдать. — А я и не шучу, — голос снова стал мягкий, а прикосновение горячих пальцев к покрасневшей щеке сняло жжение с кожи. Юноша неосознанно зажмурился и рефлекторно отстранился, что вызвало лёгкий смешок. — Ангелочек, открой глаза, у меня для тебя сюрприз, — Балтазар ужасно хотел доказать правдивость своих слов, чтобы насладиться теми эмоциями, что испытает его любимая игрушка: шок, ужас, отрицание, гнев, торг, депрессия и паника. Но Ангелок лишь сильнее сжал глаза и замотал головой, тогда интонация стала жёстче: — Открывай! Или я заставлю тебя это сделать! Тетсу неохотно повиновался приказу и замер. Перед собой он видел картину, которая обычно пугает главных героев фильмов ужаса. Мужчина буквально вспыхнул. Чёрно-красный огонь впивался в рельеф тела, буквально пожирая накаченные мышцы и, разрывая бледную кожу, открывал острую змеиную чешую, украшенную багровой кровью. Ногти чернели и превращались в кривые когти. Улыбка становилась шире, рот буквально разрывался, оставляя длинный шрам от уха до уха, а из головы вырывались витиеватые рога. Глаза наполнились вечной чернотой. Дыхание юноши замерло, а из горла вырвался сдавленный хрип. Балтазар щёлкнул пальцами, и огонь обвил тело мужчины и стал старинным мундиром, украшенным орденами из белых костей. Кожа с треском начала затягиваться, из-под чёрных волос выглянули острые кончики ушей. Но брюнета ещё с трудом можно было узнавать: нос не успел срастись, нижняя губа бессильно болталась, на глазницах не было век. Обглоданная пламенем рука умыла лицо чёрной жижей — лицо стало прежним. Страх Тетсу был так сладок, что белоснежные клыки не удержались и выглянули из-под тонких губ. Юноша хотел закрыть глаза и всем телом сжаться, превратившись в кокон в надежде, что это только плохой сон, но как только он попытался сгорбить спину и спрятаться за руками, их что-то остановило. Запястья почувствовали боль, кожа горела от грубого трения, а кровь перестала поступать к пальцам так, что их кончики начали неметь. Ошарашенный Тетсу не сразу понял, в чём дело, но, когда заметил, что змеиный хвост обвивал его тело, с силой сдавливая свою добычу, завопил, но демон сразу же пресёк этот поросячий визг своей ладонью. — Тише, — прошептал он, — неужели, мой истинный облик тебе не мил? — Балтазар не отрывал взгляд чёрных глаз от опухших от укусов губ юноши. — Мой напуганный Ангелочек, обещаешь быть тише, когда я тебя отпущу? — юноша до сих пор не верил реальность происходящего, поэтому то и дело мотал головой то ли от страха, то ли от несогласия, мыча себе под нос что-то невнятное. — Молчание — знак согласия, но на всякий случай скажу: пикнешь — будет хуже. Мужчина вновь щёлкнул пальцами, и красное пламя вернуло ему человеческий облик. Перед напуганным до смерти Тетсу стоял обнажённый Балтазар и как ни в чём не бывало хитро скалился. Ни ожога на бледной коже, ни следов чешуи, ни кривых наростов из головы, ни длинного вёрткого хвоста, ни следа от ужасного монстра, показавшего свою личину несколько мгновений назад. Почувствовав свободу от оков, юноша рванулся с места — гость куда опаснее, чем казалось раньше. Это не просто местный сумасшедший, а могущественный дурак (что ещё хуже), поэтому нужно было срочно бежать. До входной двери он точно не успевал: Балтазар скрутит его, пока Тетсу остервенело будет крутить непослушный ключ в скважине, поэтому юноша свернул в ванную комнату. И только сейчас он боготворил старшего брата, который для чего-то поставил крепкий замок на хлипкую дверцу, поэтому Тетсу буквально влетел в помещение, хлопнул дверью и громким щелчком заперся. Даже не подумав, что тонкая стенка из дерева никак не спасёт от принца Ада, юноша прислонился спиной к стене и сполз на пол, облегчённо выдохнув. — Кто это у нас такой смелый и глупый? — длинные ногти быстро забегали по двери, убивая надежду на то, что демон потеряет интерес к жертве и покинет квартиру. — Решил поиграть со мной в прятки? Знай, чем дольше я жду, тем злее становлюсь, Ангелочек. Тетсу хотел выругаться, но поток брани прервал громкий скрип труб, за которым последовало журчание воды. Кран сам собой открылся, и в душевой кабинке начался ливень. Юноша вздрогнул, но всё же поднялся, чтобы выключить воду. Клуб пара ударил в лицо, когда дрожащие пальцы попытались закрутить вентили на кране, но те словно вмиг заржавели, замерли и не хотели двигаться. И, когда холодное железо поддалось, Тетсу почувствовал сильный толчок в спину, заставивший его лететь под горячую струю. — А вот и ты, — прижав юношу к холодной стене, прошептал Балтазар. — Я нашёл тебя, Ангелочек — Пусти, — Тетсу дергал плечами в попытке выкрутиться из-под мужчины, но тот был сильнее, — пожалуйста… — Сегодня нашей игре помешал твой братец так, что мне пришлось становиться псом, — брюнет чуть прикусил мочку уха своего Ангелочка. — А я не в восторге от таких перевоплощений. И у меня ужасно испортилось настроение, придётся тебя наказать за это… Юноша вздрогнул и замер, понимая, что события в клубе могут повториться. Намокшая одежда стала кандалами, но и тут демона ждала лёгкость — никакая ткань не стесняла его движений, поэтому он лишь сильнее вжимал в стену Ангелочка, который не решался сопротивляться. Балтазару горячая вода не дарила никакого дискомфорта — в сравнении с пламенем Ада это весенний дождик, а вот Тетсу приходилось нелегко — ещё несколько минут, и он буквально сварится. Острые ногти зашагали по позвоночнику юноши к шее и чуть оттянули высокий воротник, оголив шею, где ещё остались синие следы от пальцев брюнета, пока тот сдавливал шею игрушки, и грубые укусы демона. Зажав между зубами ворот, рукой Балтазар разорвал чёрную ткань и швырнул ненужное тряпьё в сторону, а после принялся изучать мягкую кожу своими грубыми губами. Тетсу старался не издать ни звука, чтобы демон не зазнавался, хотя тело наслаждалось каждым его прикосновением, что было ужасно стыдно признавать. Проследовав по пути горячей воды, Балтазар заскользил по коже ангелочка, начиная от выступавших ключиц, заканчивая едва заметным прессом. После мужчина с силой развернул Ангелочка и впился в его губы. Но это пробудило юношу от пленяющего транса: он со всей яростью стиснул зубы, едва прикусив кончик языка демона, что последнего ужасно раззадорило. — Надо же, — брюнет вновь щёлкнул пальцами, раздался громкий скрип проржавевших труб, и водопад прекратился, — всё же решил сопротивляться. Я рад — хоть какое-то развлечение, — длинные пальцы обвили большие кудри, а после с силой вцепились в них, заставив Тетсу заскулить от боли. Мужчина, как ни в чём не бывало, брёл в комнату, утягивая Ангелочка из душевой кабинки, а после с силой толкнул его на пол. Юноша не устоял на ногах и распластался на полу. По спине пробежал холодок — он снова смотрел, изучал и наслаждался страхом жертвы, понимавшей, что ситуация вот-вот выйдет из-под контроля. Хотя о каком контроле сейчас вообще могла идти речь? Балтазар ловким пинком перевернул Ангелочка и запрыгнул на него сверху, опускаясь так близко, чтобы их лица почти соприкоснулись. Брюнет очертил ладонью лицо юноши и снова попытался его поцеловать, но замер, лишь опаляя горячим дыханием подбородок. Отстранившись, демон залился раскатистым смехом с глупых и неумелых попыток Тетсу освободиться и защититься. Заигравшись, мужчина даже позволил себя оттолкнуть так, что юноша смог вывернуться, отползти и вновь прижаться спиной к стене. — Иди ко мне, я тебя обниму, Ангелочек, — улыбнулся Балтазар. — Гори в Аду! — изумрудные глаза вспыхнули яростью, но и то пламя не обожгло демонской плоти. Юноша перестал походить на маленького и беззащитного котёнка, сейчас это был озлобленный пёс, загнанный угол, который был готов сорваться с места, наброситься на обидчика и всадить в его грудь нож. Тетсу ненавидел отца, но даже его не одарял таким холодным пламенем из глаз, и лишь принц Ада, который во второй раз пытался подчинить его себе, удостоился такой чести — отец по сравнению с ним небожитель. — Его огонь меня не берёт… — брюнет вытянул руку, положил её на дрожавшую ногу юноши и с силой притянул его к себе. — Тебе не спрятаться от меня, Ангелочек, — не упуская улыбки, он прошептал. — Может, сам поцелуешь меня? — а то мне надоело делать всё самому. Сделаешь это, и, может, я стану добрее. — Гори в Аду! — повторил юноша. Но это лишь позабавило Балтазара и заставило его продолжить игру: он то приближался, то отстранялся, дразня едва уловимыми касаниями. Заигравшись, демон и не понял, когда жертва набралась решимости и подалась вперёд, вовлекая брюнета в страстный поцелуй. И сейчас Ангелочек кусался, но не пытался вырвать язык своими зубами, лишь немного прикусывал губы, заставляя Балтазара становиться решительнее. Он сильнее прижался к Ангелочку, ощутив его слабую дрожь. Нерешительный импульс подтолкнул Тетсу обвить руками мужчину, но, одумавшись, он оторвался, как ошпаренный, что заставило демона разразиться смехом. Юноша отстранился, но не попытался убежать, позволив Балтазару спуститься ниже, чуть закусывать кожу в некоторых местах, пока его руки стягивали джинсы. После мужчина положил руку на член Ангелочка и начал нежно поглаживать. Тетсу хотел сбежать, но мог: демон играл его душой, сковав её в незримые цепи, чтобы не упустить. Возможно, именно эти оковы заставляли юношу поддаваться шарму принца Ада, а, может, это его внутренний чёрт нашёптывал на ухо, и Тетсу повиновался. — Как ты себя чувствуешь после нашей первой встречи? — злорадствовал демон, раздвигая ноги игрушке. — Надеюсь, ты всё ещё такой же тугой, как тогда, — но Тетсу не реагировал, стыдно отвёл взгляд и не издавал ни звука, надеясь, что его безразличие само оттолкнёт демона, но это лишь сильнее его привлекало. — Решил сыграть в молчанку? — брюнет, нависая над юношей, приставил член к его проходу. — Но я заставлю тебя издать звуки, причём самые постыдные. Юноша выгибался, стискивал зубы, удерживая сладкие стоны в своём горле, но они всё уже срывались с его губ, когда Балтазар делал грубые толчки, и его член касался какой-то странной точки внутри Тетсу. Демон довольно улыбался — с прошлой встречи юноша перестал быть болезненно тесным, но оставался достаточно тугим. Мужчина чувствовал, как Ангелочек буквально выл внутри: в нём сражались два человека — один хотел прижаться к Балтазару, позволяя ему любую пакость, второй — оттолкнуть его и засадить ножницы в сонную артерию, чтобы демон больше никогда не пришёл к нему. И пока Тетсу выбирал, к какому из голосов прислушаться, демон набирал темп. Постыдные хлюпанья прерывали громкие стоны, с трудом можно было разобраться, какие были от боли, а какие от наслаждения. Брюнет грубо толкался в податливое тело Ангелочка. Наслаждаясь его запахом и сладостью, демон на секунду ослабил оковы на его душе, что позволило Тетсу определиться, к какому голосу прислушаться. Юноша вплел пальцы в чёрные волосы, а второй рукой залепил Балтазару звонкую пощёчину, но крепкая кожа демона даже не покраснела. Мужчина схватил руку Ангелочка, чтобы та не повторяла себе такой вольности, ускорил темп, а большим пальцем свободной руки надавил на головку члена Тетсу. Тот сразу же отвернулся, чтобы злорадствующий демон не видел краснеющих щёк и закатывающихся от удовольствия глаз. Заскользив пальцами от кисти Ангелочка к плечу, Балтазар схватил его за подбородок и повернул к себе, чтобы наслаждаться двумя яркими изумрудами.
