Морозное прикосновение

Следующие три дня прошли обыденно и спокойно, если не считать нескончаемые споры Шерлока с Дейвом. С утра до вечера эти двое препираются, и победителем, конечно же, всегда выходил Холмс, задавливая Корингсона своим интеллектом. Но это никак не улучшало, а напротив, лишь усугубляло положение блондина. Парень с каждым часом становился всё более непохожим на себя: он резко реагировал на любую повседневную ерунду (типа тормозившего смартфона или не закрывшейся с первого раза полки), да и вообще ходил практически всё время злым. Что не удивительно: Холмс постарался на славу со своими выходками! Например, однажды Дейв обнаружил у себя в сумке (которую он оставил валяться в гостиной) пару полусгнивших пальцев! Но на его возмущённые вопли детектив лишь ответил, что это был эксперимент. И это был далеко не единственный случай… Но вот, наступило утро 12 декабря. Ронивека впервые проснулась позже остальных (в 10 часов), что было весьма странно. Она села в кровати: Дейва слева не обнаружилось. Раз он не здесь, значит парень внизу. Шерлок вроде как не собирался никуда идти, следовательно, он тоже внизу. Но тогда почему так тихо? Было слышно только городскую жизнь за окном. Девушка встала и, быстренько переодевшись в свой самый первый наряд (фиолетовую водолазку с большим воротом и джинсы с синими кедами), поспешила по лестнице. Но она, войдя в гостиную, тут же замерла: там стоял, одетый в лиловую рубашку и чёрные штаны, Шерлок с завязанными глазами и пистолетом в руках. Видимо, он только что взял его, так как до этого было тихо. — Шерлок! — выдохнула Сокол и осторожно сделала шаг в комнату, — Что ты делаешь, и где сейчас остальные? Гений вытянул руку и оглушительно выстрельнул в стену. Ронивека инстинктивно дёрнулась вбок, чуть не снеся вешалку. — Мне скучно. — тем временем ответил Холмс, — Джон ещё на работе, а «второй-Андерсон-не-менее-раздражающий-чем-первый» ушёл, по его словам, в кафе. Снова выстрел, новая дыра в обоях. Сокол, лишь фыркнув на то, как детектив назвал Дейва, прошла на кухню. На этот раз на столе в гордом одиночестве стоял микроскоп. Девушка осторожно подвинула его в сторону и открыла шкафчик: нутелла закончилась. Тогда она с опаской отворила дверцы холодильника: голова никуда не делась, и кроме неё там ничего не было. — Миссис Хадсон дома? — спросила Рони Шерлока. — Нет. — Тогда я в магазин. Не думаю, что что-то произойдёт со мной там, но было бы весьма кстати, если бы ты наконец отдал мне мой смартфон. На этих словах Холмс, вздохнув, снял повязку и кинул пистолет на диван. Далее он, окинув беглым взглядом наряд Ронивеки, выудил из-за своего кресла смартфон и ноутбук Сокол. — Им требовалась более точная проверка. — пояснил он, вновь хватаясь за пистолет. — И в твою «точную проверку» входит также и взлом пароля? — осмотрев телефон, спросила девушка с усмешкой. Но Шерлок пропустил этот вопрос мимо ушей, сказав: — Наши с Джоном номера уже там. — Хорошо. — Ронивека направилась к лестнице. В проходе она остановилась и оглянулась, улыбнувшись: — Пока. — Что за странная привычка прощаться каждый раз, когда уходишь? — Простые человеческие приличия. — хихикнула Сокол, уже спускаясь по лестнице. * * * Вернувшись из магазина через 20 минут (она никогда не любила это дело), девушка обнаружила, что миссис Хадсон вернулась. Женщина, сказав что-то по поводу «расшумевшегося Шерлока», скрылась на кухне. Ронивека поднялась на второй этаж: Холмс, стоя напротив окна, играл на скрипке. — В холодильник не поместится всё то, что ты купила. — не оборачиваясь к вошедшей, произнёс детектив. — Да я сама себе холодильник. — усмехнулась девушка, раскладывая продукты по полкам, — Я создам свой наверху, и ты до него не доберёшься! — Я бы на это не рассчитывал. Ронивека лишь улыбнулась на это, не смотря на гения. Далее она взяла пакет еды, которая должна быть в холодильнике и, прихватив с помощью магии свой ноутбук, отправилась к себе в комнату. Там она выбрала пустую тумбочку и, покрыв её изнутри льдом, поместила туда все продукты. Лёд не будет таять за счёт силы Сокол, если та не уйдёт слишком далеко. Вот, закончив, Ронивека взглянула на часы в смартфоне: 10:42. Ещё так рано, а делать нечего. Может устроить второй урок скрипки? … Но в ту секунду, когда девушка уже развернулась, чтобы спуститься вниз, зазвонил её телефон: это была Кира Лвин, мама Рони. — Алло? — Привет, дочур! Ты там как, в Лондоне? Не заскучала ещё по нам? — Привет, мамуль! У меня всё хорошо. Скучаю, но пока что не могу уехать. — Включи скайп, поболтаем, пока мы все дома, а то раньше всё никак не получалось! — Хорошо, сейчас… Сокол торопливо включила компьютер и запустила программу. Кира повесила трубку, и вскоре на экране выскочило окно с булькающим звуком. Девушка развернула ноутбук к стене на кровати и села напротив него. Через секунду она увидела слегка размытые лица своих родителей и брата. — Приветики! — воскликнул первым Джейми Лвин, стоя в центре кадра. Это был молодой русоволосый парень, с зелёной прядью, спадающей ему на лоб. Его тёмно-зелёные глаза смотрели весело, как всегда. Джейми был одет в зелёную кофту (ну очень уж он любил этот цвет!) с чёрными рукавами и джинсы. — Привет, братишка! — Ронивека улыбнулась: тёплая и любящая семейная атмосфера передалась через экран компьютера удивительно быстро и легко. Справа от парня (со стороны девушки) стоял их отец — Норд Сокол. Высокий, хорошего телосложения черноволосый мужчина был в сером брючном костюме («Недавно вернулся с работы» — подметила про себя дочь обладателя бирюзовых глаз.) и с чёрным галстуком. Обычно серьёзное и сосредоточенное лицо сейчас выражало лишь искреннюю радость. — Как дела идут? — спросил он. — Пока что замечательно. — девушка перевела взгляд на маму — среднего роста женщину с русыми волосами и зелёными глазами, очень схожими с Сокол. На ней был простой домашний халат (вывод — не выходила из дома). Кира Лвин также выглядела счастливой, смотря на дочь с присущей только ей материнской теплотой. — Что у вас новенького? — спросила в свою очередь Ронивека, устроившись поудобнее на кровати с ноутбуком, — Джейми, как школа? — Как обычно — из всех предметов мне по-настоящему нужна информатика и алгебра. — иронично ответил парень, — На всё остальное я почти что забил. Учу только, чтобы сдать ЕГЭ. — И правильно делаешь. — согласилась девушка. — Папа получил премию. — сказала мама. — О, да! — Норд, вспомнив, видимо, о недавней удаче, просиял — Это было легко! — Ну да, я помню, как ты ночами сидел и думал! — весело возразил Джейми, — Легко, говорит! Сокол, видя всю ситуацию, рассмеялась. Кира не преминула заметить: — А ты всё так же там хохочешь? Смотри, не распугай соседей, а то они не то подумают! В этот момент снизу раздались вопли Дейва. Ронивека от неожиданности замерла, но ничего не сказала. — Ну вот, уже первый потерпевший появился! — засмеялся папа, — Кто это? — Э… А, это сосед снизу… Он так распевается. — на ходу придумала Сокол, про себя молясь, чтобы Корингсон сейчас не нагрянул к ней. — Ладно. Как там, в Лондоне? Ничего подозрительного не видела? — спросила мама. — О, город просто шикарный! — вспомнила девушка, — Мне тут очень нравится! Нет, ничего подозрительного, всё спокойно. Как же девушке сильно хотелось рассказать им всю правду, но она прекрасно представляла, что тогда случится. Тут вступил голос Шерлока: они вновь о чём-то поспорили. Ронивека начала терять терпение. — Дейв дошёл до тебя? — поинтересовался Джейми. При упоминании о нём родители нахмурились, но девушка ответила: — Да, дошёл, но я более чем уверена, что мы не сегодня — завтра с ним порвём. Хоть здесь сказала всю правду целиком. — Серьёзно? — Кира и Норд были удивлены, но в то же время рады. Отец обеспокоенно продолжил: — Он тебе что-то сделал? — Нет, просто я осознала, что он… ну, скажем так, не мой тип… Снова крики Корингсона. Сокол окончательно растеряла всё своё терпение и просто сказала: — Слушайте, мне надо идти. Договорим вечером, хорошо? — Ладно, пока! — брат помахал рукой и улыбнулся. Папа и мама, обнявшись, сделали то же самое: — Пока, дочур! И они отключились. Ронивека практически пулей выскочила на лестницу и помчалась вниз. На кухне стоял довольный детектив в специальном халате, держащий в руке пробирку с каким-то веществом, а напротив него стоял разъярённый Дейв. — Что на этот раз? — спокойно поинтересовалась Сокол. Парень взглянул на неё: — Он прожёг дыру в моей любимой футболке! И указал на пострадавшую вещь, лежащую на столе. Посреди красной футболки зияла внушительных размеров дыра. — Она женская. Я подумал, что это Ронивеки. — возразил Шерлок. Но девушка точно знала, что он врёт: это был такой своеобразный стёб, на который Корингсон сразу отреагировал: — Женская?! Вы — псих!! — Дейв. — угрожающе произнесла Сокол, — Ещё слово — и ты вылетишь отсюда. Парень округлил глаза: — Он прожёг мою футболку, а ты и слова не скажешь?! С меня хватит! Я ухожу отсюда! Корингсон выжидающе уставился на девушку. Но та спокойно произнесла: — Иди. Хоть на все четыре стороны. — И ты даже не попытаешься остановить меня? — парень уже догадывался, что происходит. — А зачем? — тихо спросила Рони, морально давя на Дейва, — Зачем мне тебя останавливать, если у тебя нет понятия «привязанности» и «настоящей любви»? Извини, но это не ко мне. Тот стоял в ступоре пару секунд, но, увидев ухмыляющегося Шерлока, снова разозлился: — Ну, раз так, то я с радостью покину этот дурдом. — процедил он сквозь зубы. — Надеюсь, ты помнишь ту встречу в аэропорту, и осознаёшь, что может произойти, если ты хоть одной живой душе скажешь, где я остановилась. Но парень лишь молча удалился за своими вещами. Через 10 минут он покинул Бейкер-стрит навсегда. Как только кэб отъехал от двери, Ронивека облегчённо вздохнула: — Наконец-то с ним покончено. — Душевное самочувствие? — поинтересовался Холмс, снимая специальный халат и кидая его на диван. — Облегчённое. — улыбнулась девушка, — На одного дурака в моей жизни меньше. Шерлок ухмыльнулся и взял в руки скрипку: — Не хочешь присоединиться? — С радостью. — Ронивека, быстро подойдя к детективу, взяла свою скрипку. Следующие несколько часов они провели в музыкальном молчании.