Прекрасное далёко

- АНТОНИО, - переместившись прямиком в гостиную, демон без сожаления сбросил раненого зверя на пол, а мальчика, висевшего до этого на второй руке, осторожно уложил на диван. - Господин? - перед ним появился невысокий и довольно худого телосложения парень, с опасением поглядывающий на мужчину. - Вы вернулись? Наконец-то. Маленькая госпожа не хотела без Вас ложи... - радостно засверкав большущими немного раскосыми глазами, улыбнулся он, но запнулся, узрев валяющегося на земле легендарного Ледяного Хесxе и не менее потрепанного мальчика на диване, - ...ться, - выдавил он, шокировано хлопая глазами. - Чего ещё от вас, инкубов, ожидать? Даже собственную похоть усыпить не способны, что уж говорить о ребёнке, - равнодушно фыркнул демон, что-то быстро строча на куске бумаги. - Господин, я не... - тут же попытался оправдаться парень. - На, отнеси это моему отцу, - бросив тому в руки свернутый пергамент, приказал демон, плюхнувшись в кресло. Парень ещё мгновение неуверенно потоптался у двери, но стоило ему словить грозный взгляд синих глаз - и тут же растворился в воздухе. А демон тем временем вытащил из внутреннего кармана мантии небольшое зеркальце. - Рафаил, ты свободен сегодня? - устало спросил он, когда небольшая рябь начала приобретать ясные очертания. - Смотря, что нужно, - ответил насмешливый, однако довольно приятный приглушенный мужской голос. - Значит, свободен. Мне нужна твоя помощь, - демон не просил, а ставил перед фактом. - И что же великому царю Бальтазару понадобилось от такого, как я? - Рафаил, прекрати язвить и тащи свою ангельскую задницу сюда, - прищурив глаза, рыкнул мужчина. И так неясное изображение покрылось рябью, а после и вовсе исчезло. Демон хмыкнул, недовольно поморщившись от появившегося ощущения противоположной его магии ауры. - Не может не покрасоваться, - обреченно прошипел он, когда над головой плавно пролетело сверкающее белое пёрышко. - Ваши пожелания, Ваше величество? - отвесив шуточный поклон, гость насмешливо посмотрел на хозяина дома. - Сволочь, убери этот мусор, пока я окончательно не вышел из себя, - сквозь зубы прорычал демон, ловя очередное пёрышко и тут же поджигая его. - Как всегда жесток, - с иронией проговорил гость, но просьбу выполнил. И теперь, когда яркое свечение, исходящее от крыльев, не мешало глазам, демон наконец смог полностью разглядеть старого друга. По-прежнему молодой, как и несколько сотен лет назад, когда они впервые познакомились, Рафаил был высоким и слишком худым. Ангелы никогда не утруждали себя тяжёлой работой, однако это не мешало им обладать идеальной внешностью. Правильные черты лица, прямой, чуть приподнятый нос, упрямый подбородок. Даже губы, и те были идеальными: не слишком пухлыми, но и не тонкая линия. Ничего лишнего. Эту великолепную картину дополняли небесного цвета глаза и золотистые локоны, которые спускались ниже талии и, как обычно, были заплетены в боевую косу. Ну хоть что-то свидетельствует о том, что эти существа не только хрупкие и нежные носители добра и света. Ах да, ещё крылья! Великолепные, огромные, пропитанные магией до самих кончиков белоснежных перьев крылья. Которые по воле своего хозяина сейчас были спрятаны, а иначе демон бы даже взглянуть нормально на него не смог! - Иди к черту, - огрызнулся в ответ демон. - Я уже у него, - как и обычно, с какой стороны не посмотри, а последнее слово всегда оставалось за блондином. Сказывается плохое влияние Бальтазара. Собственные мысли вызвали усмешку у мужчины, и он уже по-другому, более дружелюбно посмотрел на ангела. - Давно не виделись, мой старый друг. - Лет двести, не меньше, - присаживаясь напротив, лучезарно улыбнулся Рафаил. - Что такого могло случиться, что ты вспомнил обо мне сейчас? - вместо ответа демон указал на диван, где мирно посапывал ребёнок. - Вылечи его. - Ты же знаешь, я не лечу тёмных, - с сожалением ответил ангел, но со своего места поднялся. - Он человек, - хмыкнул мужчина. - Да неужели? - Рафаил даже остановился и теперь с любопытством смотрел на друга. - Не ожидал от тебя, - заметил он, снова возвращая своё внимание к бессознательному тельцу ребёнка. - Сам в шоке. Так ты его вылечишь или нет? - Я ангел. Моя сущность не позволит мне оставить человека в беде, - возмущенно ответил блондин, проводя рукой над маленьким телом. - Ой-ой, кто же тебя так? - Вот и ладненько. Оставляю больного на тебя, - похлопав недовольного таким заявление ангела по плечу, демон улыбнулся. - Псину свою сам лечить будешь, - беря мальчика на руки, буркнул Рафаил. - Да я и рад буду, если сдохнет, - прошипел демон, с силой ударив хесxе в живот, отчего волк с тихим рыком свернулся калачиком и теперь скулил, недовольно сверля Бальтазара взглядом синих глаз. - Похоже, тебе всё-таки придётся его вылечить, если хочешь, чтобы и человек остался жить, - хмыкнул блондин, сильнее прижимая к себе покрывшееся холодной испариной тельце. Скривившееся от боли лицо ребёнка наглядно показало, что маг связан с Ледяным Хесхе и, судя по всему, чувствует боль зверя. - Я верну его завтра, - бросил он и растворился в белом свечении. Демон тем временем недовольно уставился на животное. Только этого ещё не хватало! Как он его исцелять будет, если среди демонов нет никого с такой способностью? А, была не была. - Антонио, - перед ним снова появился тот самый паренёк, выжидающе уставившийся на своего господина, - отнеси его к окраинам Преисподней. Если он действительно существо, порождённое тьмой, для исцеления ему будет этого достаточно. И проследи, чтобы не подох. Головой отвечаешь, - инкуб сглотнул, уловив в голосе Бальтазара ту строгость, которая означала, что он точно не шутит, а значит... Умрёт хесхе - умрёт и он. *** Только после исчезновения инкуба и волка вместе с ним демон смог почувствовать вновь возникшую пустоту в сердце и понять, что он вернулся. Не задумываясь, вернулся туда, куда пообещал не возвращаться, пока боль не утихнет. Иначе... Пострадать могла не только его дочь. Как так могло получиться, что присутствие постороннего, тем более человека, помогло ему забыться? Хоть и на время, но он смог забыть о той, которой больше нет в этом мире, чей смех больше не разносится эхом по стенам замка. Было ли то случайностью, или же в ребёнке действительно есть что-то, что смогло его настолько заинтересовать? Вряд ли причина только в его магической силе. Её недостаточно, чтобы привлечь внимание такого могущественного демона, как он. - Жаклин, неужели это ты привела меня к нему? Ведь не случайно я перенесся именно в тот богом забытый кусок земли... - разглядывая висящий над камином портрет своей жены, вопросил к потолку демон. Он даже не чувствовал, как по щекам текли горячие слёзы, не заметил он и того момента, когда к креслу тихо подошла маленькая девочка, осторожно касаясь его руки. Он просто уснул, в последний раз вдыхая любимый запах, который уже завтра исчезнет. Исчезнет и его боль, для него начнётся новая жизнь. Жизнь, которую он решил посвятить своей дочери. Она не должна почувствовать отсутствия своей матери. *** - Будь ты проклят Аидом, Бальтазар! Ты кого мне подсунул?! - рыжеволосый демон аж подпрыгнул от неожиданности, в последний момент успев схватить чуть было не соскользнувшее с него маленькое тельце. - Мэрион? - удивленно уставился он в заспанные изумрудные глаза дочери. - Папочка, - потирая сонные глаза маленькими кулачками, девочка поудобнее устроилась на коленях отца. - Тебя вчера не было, вот я и решила сама тебя поискать. - Бальтазар, - нетерпеливо позвал появившийся Рафаил, держа на руках спящего, но уже вполне себе здорового на вид мальчика. - Чего тебе с утра пораньше не спится? - Ты сказал, что это человек! - сбросив ребёнка на диван, ангел, уперев руки в бока, с возмущением взирал на заспанного и явно до сих пор не вменяемого друга. - Ну и? - Друг мой, не делай из меня идиота. Ты прекрасно понимаешь, о чём я. - Поверь, друг мой, не имею ни малейшего понятия, о чём ты, - парировал демон, поудобнее усадив заинтересованно слушавшую дочь на коленях, и теперь она сидела лицом к ангелу. - Твой... - красноречивый взгляд в сторону спящего мальчика, - ...ребёнок только отчасти человек. В нём в равной степени присутствует и кровь демона, - после этих слов рыжеволосый ещё несколько минут таращился на друга нечитаемым взглядом, прежде чем в голубых глазах начали появляться отблески понимания ситуации.