Бесчувственный Демон?

Засыпая в объятьях своего демона, перед тем, как окончательно забыться, он молил, что после пробуждения все осталось таким же. Но утро принесло с собой много разочарования и вернувшую боль. Кровать его была пуста. Сиэль проснулся в одиночестве. Дверь в комнату неслышно отворилась, пропуская внутрь темную фигуру. Подойдя к окну, он открыл тяжелые портьеры, и впустил в комнату яркий солнечный свет. — Доброе утро, милорд. Сказать, что парень был в шоке, значит ничего не сказать. Он следил за демоном, что был одет в форму дворецкого и не мог поверить глазам. Прошла всего одна ночь, а такие сюрпризы просто выбивают из колеи. — Какого черта?.. — Хм? — демон усмехнулся, садясь к парню на кровать. — Не нравится? — Ты… ты просто… — слов не хватало, чтобы описать свое состояние. Хотелось и хорошенько врезать «дворецкому» за его шуточки, и засмеяться от радости, бросившись на шею. Все ведь оказалось правдой. — Что-то не сходится, — демон свел брови вместе, и прислонил одну руку к подбородку. — Раз я в форме дворецкого, то и Вы должны выглядеть иначе. Не предупреждая, Себастьян махнул рукой, окружая парня собственной силой. Сиэль сначала и не понял, что произошло, но когда черная дымка, окружающая его, исчезла, он вдруг необычно стал меньше. На демона смотрел под другим углом. Опасаясь собственных догадок, граф опустил взгляд на собственные руки и ошалел от того, какие они стали маленькими. — Что ты со мной сделал?! — не сдержал крика, начиная себя ощупывать. — Маленький… Черт тебя побрал, зачем?! О, господи… — Как же я скучал, — демон сгреб мальчика в охапку, прижимая к себе. — Котеночек мой. — Ты озабоченный демон, чтоб тебя!.. — продолжал ворчать мальчишка в давно забытых теплых объятьях, и до него только позже дошло, что сказал Себастьян. Злость мгновенно стихла, настало время смущения и нежности. — Котенок, — чуть более тише повторил мужчина, зарываясь носом в мягкие волосы. — Так тебе идет больше. — Мне двадцать лет, а ты снова сделал меня мальчишкой, — Сиэль сомкнул руки на шее и как в далеком прошлом уткнулся носом туда же, в открытый участок кожи. Остался даже запах шалфея. Он вернулся. — Может мне сделать тебя еще меньше и милее? — от представленных картин у демона буквально засветились глаза. — Лет так на пять. — Ты издеваешься? — Сиэль тут же отпрянул, опасаясь, что этот озабоченный может и такое провернуть. Почему бы и нет? Но демон не ответил, вновь окружая мальчика своей силой, и уже через пару секунд на его коленях сидело совершенно невероятное создание. Еще более хрупкий, беззащитный, с огромными синими глазками. Себастьян готов был задушить маленькое чудо в объятиях. — Миниатюрный, просто невероятный. — Хватит издеваться! — тоненьким голосочком пропищало синеглазое чудо, ударяя маленькими кулачками по груди. — Верни меня на мой возраст! Это унизительно быть таким крохотным. Или хотя бы на пятнадцать лет, — под конец сдулся малыш, согласный распрощаться со своим истинным возрастом. Губки надуты бантиком, а взгляд обиженный-обиженный. Господи, демон готов был за такое чудо пойти на что угодно. Он нежно приподнял малыша на уровень своего лица и мягко потерся своим носом о его. — Ты такой милый, — прошептал мужчина, не сдержав порыва поцеловать кроху в щечку. — Я всегда был слаб перед такими созданиями. За что Сиэль сейчас готов был себя проклясть, так это за то, что своими сладкими речами и безграничной нежностью, Себастьян растопил холод, и обида отошла на второй план. Или же это детское тело давало о себе знать и ему хотелось обниматься и посмеяться. — Ужас, — вслух произнес свои мысли, когда осознал свои желания. — Немедленно возвращай меня обратно, кажется с переходом в детство ты повредил мой мозг. Демон рассмеялся, не сдержавшись. — Ты хоть знаешь, как забавно выглядят твои серьезные просьбы в таком виде? — он последний раз потерся носом о пухлую щечку, и вернул мальчика на четырнадцатилетний возраст. — Хорошо, это куда приемлемее, — с облегчением вздохнул Сиэль. — Но ты мне будешь позволять мои прихоти, время от времени. — Может тогда вообще вернешь меня к годовалому времени, м? Будешь растить с самого раннего возраста, времени же у тебя предостаточно, — завел свое ворчание по новой, но далеко не отстранился. В объятьях дорогого существа он чувствовал себя живым. — Кстати, о времени, — демон стал немного серьезней и сам немого отстранил от себя мальчика. — Что будем делать? Мы можем остаться здесь, закрыть поместье, и жить как ты захочешь. Или вообще уйти. Далеко. Где нас никто не знает. Сиэль отвел взгляд, от волнения кусая губу. Его ставили перед нелегким выбором. Все слишком тяжело. — Я не могу здесь остаться. Раньше, горя желанием мести, я не задумывался о том, как тяжело жить там, где все напоминало о родителях, мне было не до этого. С возрастом все изменилось. И с твоим уходом. Сначала родители, потом ты, затем Элизабет, и последним ушел Танака… — о последнем вспоминать все еще невыносимо. Сиэль прикрыл глаза, собираясь с мыслями. — Я не могу жить там, где все пропитано прошлым. С другой стороны, я не могу бросить свой родной дом. Я не знаю, как быть. — Мы оставим его, и вернемся, когда горькие воспоминания вызовут лишь грустную ностальгию. Как тебе такая идея? — демон погладил мальчика по щеке, заставляя тем самым снова на него посмотреть. — Я прослежу за тем, чтобы с домом ничего не случилось. — На это уйдет достаточно много времени, — слабо улыбнулся Сиэль, накрыв руку мужчины своей ладошкой. Такой непривычно маленькой, что все еще не верилось. — Его у нас в избытке, — Себастьян поцеловал мальчика в лоб и вновь улыбнулся, заглядывая в глаза. — Я тут вспомнил, как ты переживал когда-то, что стоит мне вновь стать демоном, и тебе придется отвыкать от моих чувств. — Господи, это было так давно, — закатил глаза. — Но если хочешь вспомнить что-то действительно стоящее — напомни мне, каким ты был от переизбытка милости. — Я над этим бессилен. А что касается чувств, то я чувствую сильные изменения. — И какие же? — тут же забеспокоился Сиэль, сев ровнее. Он ведь даже не спросил, как чувствует сейчас себя демон. — Несравнимо с человеком. Я уже и забыл свои настоящие эмоции. Еще мне сложно сказать, что я чувствую по отношению к тебе, — Себастьян склонил голову, возвращая руки на его талию. — Я ненавижу тебя за многие твои поступки, и сказать по правде, это чувство очень сильно во мне. И оно всячески противится своей противоположности. Не менее сильному чувству, засевшему внутри меня. Меня кидало из стороны в сторону долгое время, когда я был человеком, сейчас же… Ты вернул меня назад, и вся моя ненависть становится никчемной. Под конец демон усмехнулся, и закрыл глаза. — Не заставляй меня говорить это, ладно? — Да, — тихо согласился, уткнувшись лбом в лоб мужчины. Все ему ясно и без прямого ответа. Сиэль не удержал в себе порыв поцеловать, и невесомо коснулся губ демона. — Я тоже. Себастьян усмехнулся и покачал головой. Чертов ребенок. Он потянулся навстречу, захватывая чужие губы, что так давно не знали его поцелуев. И будь проклято подростковое тело с его бушующими гормонами… Сиэль млел от простого поцелуя и был возбужден, как только демон повалил его на постель и навис сверху. — Я тебя все лишь поцеловал, а ты уже мокрый, — мужчина провел ладонью по паху, вызывая в теле сладкую дрожь. — Все потому что ты вернул меня в это тело! — со стоном отозвался мальчишка, прикрыв рот ладошкой. — Оно слишком чувствительно… проклятье, я словно снова девственник! — Ты специально дразнишь меня? — демон быстро избавил их от одежды. Не хотелось сейчас лишних прелюдий. Он изголодался по этому хрупкому телу. — Ты первый начал, — тихо рыкнул, обхватывая руками шею, и резко потянул на себя. Стоило горячему тело придавить собой, Сиэль снова не сдержал стона и развел ноги, для удобства. Удовольствие прошибло подобно электрическому разряду, когда плоть соприкоснулось с плотью. — Такое чувство, что еще немного и ты кончишь, — мужчина засмеялся, целуя открытую шею и покрывая ее метками. Рука тем временем уже спускалась вниз, оглаживая бедра и ягодицы. — Не без твоих стараний. Сиэль выгибался под откровенными ласками, и как сказал наглый демон, был близок к разрядке. Слишком нестабильное тело, трудно привыкнуть к себе прошлому. И он действительно… выглядел таким хрупким по сравнению с мужчиной. Таким маленьким. Хмыкнув, Себастьян захватил рот мальчишки поцелуем, одновременно с этим вводя один палец, заранее смазанный прохладной субстанцией. А ощущения запомнились. Проникновение не было болезненным, сплошное удовольствие. Сиэль улыбнулся сквозь поцелуй, отбрасывая свою стеснительность. Не только демон изголодался по близости. Себастьян спустился поцелуями вниз, обхватывая уже сочащийся член мальчика губами, проводя языком по головке. В это же время добавился второй палец, и этого хватило, чтобы он дотянулся до простаты. Новая волна удовольствия прошибло тело, и мальчик не смог сдержаться, кончив прямо в рот мужчине. — Черт… прости, я не успел предупредить, — кусая припухшие губы, Сиэль откинул голову назад и с трудом удержал стон, когда пальцы внутри него задвигались сильнее. Демон проглотил все до последней капли и пошло облизнулся. — Будь уверен, ты кончишь сегодня еще не раз. — Я несколько… не сомневаюсь… м-м… черт… в твоих словах… Его разрабатывали только пальцами, а возбуждение снова вернулось, и он бесстыдно раскрывался перед демоном, откидывая руки назад и расставляя ноги шире. С третьим пальцем к удовольствию прибавилась боль. Сиэль тихо зашипел, вцепившись руками в широкие плечи. — Тише, котенок, — демон придвинулся к нему вплотную, давая себя полноценно обнять. Выдержка мужчины была уже на пределе, поэтому, резко вынув пальцы из покрасневшего ануса, он подставил свой член, чуть надавливая. Вернувшееся сильное давление, за ним боль, и полное растягивание внутри. Словно и правда девственен. Сиэль сдерживал болезненные стоны, сильно жмурясь от проникновения. Вот еще один минус детского тела, оно не приспособлено к взрослым играм. Медленно войдя до конца, демон остановился, давая мальчику привыкнуть к новым ощущениям, с какой-то стороны. — Как ты? — Как в наш первый раз, — быстро проговорил и медленно выдохнул. Удовольствие отошло на второй план. Сиэль обнял за шею и заставил наклонится. Они уткнулись нос к носу. — Нравится трахать меня в детском теле, да? — Безумно, — демон оскалился в ухмылке, лизнув губы мальчика и чуть толкаясь бедрами вперед, — я могу продолжать? — Продолжай… Сиэль откинул голову и облизал губы после языка демона. Боль не отходила с толчками. Она не давала о себе забыть, но когда темп нарастал и движения стали более глубокими, головка била по простате, и удовольствие прошибало, смешиваясь с болью. В конце концов демон сорвался, вколачиваясь в хрупкое тело, целуя острые ключицы и оставляя свои следы. На юном теле не осталось ни единого живого места, все было покрыто собственническими метками. Чувствуя разрядку, мужчина вошел как можно глубже, с рычащим стоном изливаясь внутрь податливого тела. За то время мальчишка успел кончить два раза и третий раз, самый крышесносный, произошел почти в одно время с демоном. Только когда внутри стало еще жарче, он не выдержал, с громким стоном, перетекшим в имя мужчины, кончил следом. Как только удовольствие стало отступать, тело ломило и все болело от укусов и засосов. — Ты зверь. Мужчина завалился рядом, обнимая мальчика поперек талии. — А сам? Развратник. Четыре раза за один подход, — он усмехнулся, убрав со лба Сиэля прилипшую челку. — Может ты не против еще одного? — Это тело не переживет твою ненасытность. Ты посмотри на меня, — Сиэль с трудом приподнялся на локте, позволяя оглядеть себя с великолепного ракурса. — Я похож на болеющего ветрянкой. — Ты прекрасен, — мужчина улыбнулся, притягивая мальчика к себе за талию и повалил на себя сверху. — И несмотря ни на что, утомленным ты не кажешься. — Возможно только легкая истома. Мне так непривычно быть снова маленьким. Когда мы были в клетке, вынужденные друг с другом контактировать, все было иначе. И не только в плане чувств. А сейчас ты снова для меня такой большой, сильный, красивый, — последнее добавил ради больших прилагательных. — Да, в таком теле я хочу тебя помнить. — Нравится быть хрупким в моих руках? — Себастьян провел рукой по его обнаженной спине, поглаживая мягкую кожу. — Ты будешь жить вместе со мной долгие годы. Мне нужно будет менять тебя хоть иногда. Против воли Сиэль прикрыл глаза, с удовольствием получая ласку и вместе с ней приятные мурашки по телу. Ну точно, как кот. — И что бы могло значить твое, «менять тебя хоть иногда»? — Может однажды мне придет в голову все же сделать тебя взрослым, — мужчина засмеялся, поцеловав того в нос. — Иначе даже для демона я буду просто невероятным извращенцем. — Вот уж спасибо, — хмыкнул Сиэль, прижимаясь щекой к груди. Некоторое время они просто лежали молча. Впервые за много лет Сиэль чувствовал спокойствие, несмотря на пережитую боль. Ему было спокойно с вновь воскресшим демоном. И о последнем мальчик снова задумался. — Как тебя убили, Себастьян? — Глупо, — демон нахмурился, не желая особо вспоминать об этом. — В тот день я не направился к себе в особняк, решил остановиться в гостинице на ночь. Вероятно, за мной следили, так как стоило мне выйти из экипажа, и меня подстрелили. Очень метко, должен признать. Сердце остановилось почти сразу. — А что случилось потом? Когда пентаграмма снова активировалась. Ты все видел и слышал? — Да, пока у меня хватало на то сил. Позже я только и мог, что звать тебя, пока ты спал. Другого выбора не было. Но ты не мог найти меня, а я терял все больше сил. Сиэль приподнялся, накрыв ладошкой щеку мужчины. — Прости, что пришлось ждать так долго. — Ничего, ты же все-таки человек, пусть и не совсем обычный, — Себастьян прикрыл глаза, уткнувшись носом в его руку. — Еще вопрос, — Сиэль вдруг заулыбался, сев ровно на коленях. — Что ты сказал неразлучной троице, когда они увидели тебя? — Они меня еще не видели, — мужчина тихо засмеялся. — И как-то не хочу представлять, что будет. Один раз я уже воскресал при них из мертвых. Мне хватило. — Да, были воспоминания, — с улыбкой Сиэль наконец поднялся с кровати. Все тело отозвалось болью, особенно бедра и попа. Коленки задрожали и только благодаря вовремя появившемуся позади демону, Сиэль не свалился на пол, прижавшись со спины. — Ну и куда ты собрался? — Себастьян наклонился, куснув мальчика за ушко. — Принять ванну и одеться, — само собой разумеющееся ответил Сиэль, обернувшись. Про чувствительное место не забыл, зараза, по телу тут же мурашки побежали. — Хорошо сжался, — усмехнулся демон, проводя рукой по напряженным ягодицам, — не даешь ей вытечь, котенок? И как можно говорить такие пошлые вещи так открыто?! Сиэль застыдился смотреть в глаза наглому демону-извращенцу. — Отпусти меня, — стал вырываться, наплевав на боль. Что хуже всего, его телу явно нравились грязные слова, и оно возбуждалось. — О, ты посмотри на это, — демон явно веселился по полной, наблюдая за реакцией Сиэля. — Что за испорченный ребенок, завелся от таких непристойностей. — Это все гормоны, наглая ты морда, — завертелся в руках сильнее, стараясь лишний раз не смотреть демону в лицо. Черт с два он позволит так просто над собой издеваться. А тело — предатель. — Да отпусти меня, мне нужно помыться. — Хм, а ты хочешь уйти от меня? — искуситель протянул руку, обхватывая полу затвердевший член. — Сейчас? — Ну нет, — обидчивый тон перетек в сладкий стон. Опять. Пальцы тут же вцепились в предплечья, колени подкосились от прокатившего удовольствия. Хватило несколько движений, чтобы до конца возбудить юное тело, уже ластящееся под умелые ласки и просящее большее. — Похотливый, — демон одним движением усадил мальчина себе на талию, давая почувствовать свой уже вставший орган. — Развратный. Тебе всегда будет меня мало. Он ощутил между половинками как проехался член, и сильнее прижался к горячему телу, в нетерпении выгибаясь. К черту, он готов был снова отдаться, этот демон сводил его с ума, заставляя забыть о здравом смысле. Одной рукой зарывшись в волосы, а второй обняв за плечи, Сиэль первым впился жадным поцелуем, и громко застонал от боли и удовольствия, когда в него вошли. Демон не сдержал тихого стона и сам. Навесу подобное чувствовалось иначе. Он сделал несколько глубоких толчков, буквально насаживая мальчика на свой член. Собственная сперма развратно хлюпала внутри, возбуждая лишь сильнее. И она стекала по бедрам мальчишки, и он стонал еще слаще и развратнее. Особенно сильно насадив его, Сиэль впился ногтями в плечи и сильно сжался, заставив демона тихо рыкнуть. — Дай мне ощутить его в себе подольше, — грязно шептал в самые губы, то сжимая член в себе, то расслабляясь. — Мальчишка, — хрипло прорычал демон, с силой прислоняя мальчика к стене. В таком положении толчки выходили частыми и глубокими, постоянно задевая простату. Еще не один раз демон заставил его кончить. После их бурных скачек Сиэль понял одну вещь — нельзя соблазнять демона, когда первый заход уже был совершен. В ванне граф только и мог, что лежать и не двигаться. Он как никогда чувствовал себя грязным развратником. — Все еще не придешь в себя? — демон осторожно проводил руками по мокрому телу, даря успокаивающие ласки. Пожалуй, с мальчика на сегодня и правда достаточно игр. — Нет, — коротко ответил Сиэль. Не было сил даже на препирательства и язвительность. — Сердишься? — демон нежно поцеловал хрупкое плечико, и лег на него щекой, — Я могу убрать боль. — Будь так добр, — устало прикрыл глаза, склонив голову в бок, и мягко столкнулся с головой демона. Себастьян осторожно провел по телу мальчика рукой, забирая неприятные ощущения. Честно, он и сам не ожидал, что после всего его будет так волновать самочувствие Сиэля. Видимо, он уже давно пропал. — Ты дорог мне. — Звучит, как признание, — улыбнулся Сиэль и после снятия боли смог обернулся в ванне лицом к лицу. Конечно, поза была еще та, сильно развратная, особенно, когда они оба голые отмокают, но мальчишка держал свои грязные мысли при себе. — Сегодня мы должны исчезнуть из Лондона. — И куда бы ты хотел отправиться в первую очередь? — демон сложил руки на его талии, не пытаясь заходить дальше. — Почему бы не отправится в Испанию? Если верить информации о имуществе нашей семьи, в наследство от прабабки достался загородный коттедж. Правда, он лет десять, как заброшен, но я думаю, что это не проблема для тебя. — Неплохая мысль. Знаешь, тебя ведь может искать королева. — Я перестал быть ее цепным псом. А эти два месяца и вовсе провел в заточении. Пусть ищет, если то будет угодно ее душе. — Давай оставим все прошлое в этом поместье? — мужчина улыбнулся, нежно поцеловав припухшие губы. — И постараемся о нем не вспоминать. — Тебе нужно только забрать меня, — Сиэль нарочно облизал губы после поцелуя. — Соблазняешь? — нарочито устало вздохнул демон, вновь оказываясь к мальчику непозволительно близко. И когда только он стал таким жадным? — Что ты, не в коем случае. Просто губы пересохли. И вообще пора вылезать. Кожа на руках сморщилась, это отвратительно, — мальчишка скривился. Себастьян усмехнулся, но настаивать не стал. Если они продолжат, тут уже никакая магия не поможет. Они выбрались из ванной, и мужчина быстро сгреб мальчика в охапку, укрыв большим полотенцем. — Ты позволишь хоть что-то мне делать самому? Для полной картины не хватало подрыгать ногами. Из рук мальчика явно не желали выпускать. — Я пренебрегал тобой слишком долго, поэтому не сопротивляйся, — с этими словами демон уселся в глубокое мягкое кресло, и посадив мальчика сверху, начал вытирать. Позволив себя высушивать, Сиэль сидел смирно и пока лицо было закрыто жмурился с довольной улыбкой. Получил свою долю счастья, вернув обратно демона. Когда обтирать стали тело, Сиэль пригладил торчащие волосы — Дал бы мне полотенце, я обтер бы тебя. — Я уже объяснил, — повторил демон и с тяжелым вздохом отложил полотенце, прижимая себе хрупкое тело и пряча свое лицо у того на шее. — Ты сейчас выглядишь очень ранимым, — Сиэль склонил голову, мягко целуя в макушку, и обнял в ответ. — Уйдем прямо сейчас? — никогда бы демон не признался вслух, что на него с огромной силой давит прошлое. — Никого не предупредив? — А нужно? — Хотя бы записку для слуг, — Сиэль погладил по волосам и мягко зарылся пятерней, слегка массажируя. — Хорошо, — демон не хотел спорить. Уйти отсюда как можно скорее, вот чего он действительно желал. Они не стали собирать вещи и не стали тратить много времени. Одежду демон материализовал на обоих, записка о прощании и последнем завещании беречь этот особняк, была оставлена. С завершением Себастьян поднял своего маленького графа на руки и исчез. Последнее, что осталось от их недавнего присутствия, скинутое мокрое полотенце на кресле и потерянная глазная повязка на полу. Конец.