Воспоминания Хранительницы-наёмницы или как забыть про слово «скука»

      Тепло. Приятное, обволакивающее. Оно было везде и не хотело выпускать из объятий сна. Зимнее одеяло только усиливало желание так и остаться лежать в постели, но будильник разрушил напрочь все мечты, заставив встрепенуться.       Сонно поморщившись из-за утреннего света, я лениво потянулась и приоткрыла заспанные глаза… как вдруг на меня обрушилось осознание происходящего. Точнее, произошедшего. Тепло было далеко не благодаря одному только одеялку!       Вздрогнув уже аватаркой, я рефлекторно попыталась свернуться, прикрыться, раствориться, провалиться сквозь землю!.. Но не вышло даже сдвинуть ноги, ибо кое-кто так и уснул, припечатав меня собой к кровати и уткнувшись носом мне в шею. Сознание и тело вновь накрыла волна сносящих голову чувств, предельная близость заставляла ощущать все прикосновения непривычно ярко, и от этого всего я с красненькой физиономией вскочила физ-телом на ноги и побежала умываться.       В башке как назло всплыли до невозможности чёткие воспоминания прошедшего вечера, и мне уже стало так неловко, что я даже в зеркало посмотреть не решалась. С горем пополам абстрагировавшись от навязчивых мыслей, быстренько свалила в школу, отчасти радуясь тому, что Тал ещё не проснулся. Холодный воздух помог успокоиться, а мысли об учёбе завершили это дело. Но именно тогда по законам женской логики мне снова приспичило проверить аватаркой, как там дела обстоят.       Было всё так же невообразимо тепло. И даже спокойно, если бы не хрен знает откуда взявшиеся заморочки. Бледные лучи утреннего солнца проникали в нашу комнатку в стене, и от этого Тал выглядел каким-то особенно светлым. И почти безобидным, мирно спящим… на мне. Но тяжело не было.       Опомнившись, я сотворила банальную простынку и накинула её сверху на нас, чтобы не было уж совсем неловко. Когда лучник зашевелился, невольно затаила дыхание. Почему-то было ощущение, будто я какой-то проныра, рискующий быть пойманным на месте преступления. Но Тал не проснулся. Только слегка поморщился, спрятал лицо в моих волосах, неосознанно коснувшись шеи губами, и сонно приобнял.       По телу прошлась волна тепла и нежности, на минутку заставив забыть о реальности, и я, таки не сдержавшись, откликнулась тем же, с каким-то трепетом прижавшись к Талу и зарывшись пальцами в шелковистые пряди. Когда же я легонько, скорее машинально стала их перебирать, попутно массируя кожу головы, послышалось нечто похожее на довольное мурчание, и меня «атаковали» с тылу, запечатлев на шее под ухом осторожный поцелуй.       Когда резко нахлынувшее удовольствие немного рассеялось, сразу же отчего-то появилась паника, и я «сбежала», переключившись сознанием на физическое тело, которое уже, однако, дошло до нужного кабинета.       При виде одноклассников старалась держать лицо кирпичом, а на деле прям пылала изнутри и опасалась, что это заметят и придолбутся. Рассудок и тело захватила в плен приятная слабость, делая меня полразика неуклюжей. Так что, споткнувшись о шлейку рюкзака и чуть не упав, я красиво долбанулась коленом о парту и быстренько уселась на своё место, пряча глаза ото всех и корча задумчивую мину. Но внутри всё не исчезало ощущение, будто я профукала погоню и щас меня захватят в плен. И, блин, оказалось, не зря.       Спины коснулось знакомое тепло, а края уха легонько коснулись губами. Еле вышло сохранить более-менее адекватное выражение лица, но на это обстоятельство, видимо, всем было пофигу, кроме меня.       — Доброе утро, — невинно прошептал далеко не невинный субъект, потёрся носом о мой висок и ненавязчиво обнял за талию, оставляя меня без шанса высвободиться. Правда, высвобождаться и не хотелось, чтоб его, блин.       «Ага, доброе, — немного ворчливо ответила я, стараясь не спалить своё смущение. Теперь от прикосновений Тала в голове возникали такие мысли, что я сама от себя немножко в шоке была. А тот это, видать, учуял и многозначительно улыбнулся, покрепче обняв и положив голову мне на плечо. Тихого нервного вздоха сдержать не удалось. — Можно я послушаю училу?»       «Давай», — охотно согласился Тал с довольной улыбочкой. И, как ни странно, отвлекать дальше таки не стал и избавил меня от попыток корчить невозмутимую физиономию.       Впрочем, это, видимо, была демо-версия не вредного Тала, ограничивающаяся одним уроком. И кончилась она как раз на математике. Но поняла я это не сразу. А сообщать мне ничего, конечно, и не собирались.       На двадцатой минуте урока, когда я уже перестала успевать вникать в волшебную суть алгебры, бессовестный Тал решил, что надо разбавить нудный урок чем-то более приятным. И пока я с хмурым лицом взирала на доску, где одноклассник решал какие-то уравнения, до моей по неосторожности открытой шеи успешно добрались, заставив нервно дрогнуть.       «Та-а-а-ал-л-л...» — Вместо недовольного шипения получился какой-то интимный шёпот, и я едва себя по лбу не хлопнула. Как ни старалась, скрыть полностью от лучника свою реакцию не могла, чему свидетельствовала лукавая усмешка этакого змея-искусителя на лице Тала. Допрыгается, гад.       «Я не прыгаю, — промурлыкал тот, очевидно, уловив мои мысли, — я обнимаю».       Н-ну да, как же. Просто обнимает. Руками талию, губами — ухо. Сама невинность.       Не собираясь сдаваться, я попробовала на что-то отвлечься. На алгебру точно не вариант, а вот мелкие порисульки в тетради — безотказный метод. Классическая тема — глаза. В глазах — хищных, обычных, кошачьих, — у меня была изрисована половина нескольких тетрадей. Любила я их чиркать. Нового ничего на этот раз не стала калякать, и всё же спустя пару минут Тал отвлёкся от совращения и с некоторым любопытством уставился на очередной «шедевр». Скрытый смысл там выискивает, что ли?       «Красиво», — вдруг выдал он, всё ещё рассматривая явную банальщину, у которой только переход от бликов к тени был неплохой. Я только саркастично хмыкнула в ответ.       «Ага, прям выставку делать пора и рубить бабосики».       Повезло бы, если хоть пару гривен за это получила бы, да уж. Хотя, учитывая мерки современного искусства…       «Прекращай», — милым тоном проворковал Тал, потёршись щекой о мой висок. Я решила притвориться дурочкой.       «Что прекращать?» — как ни в чём не бывало поинтересовалась, сама уже ощущая себя словно в ловушке.       «Себя недооценивать», — послышалось в ответ. Ну, объяснять, что, как бы, мои рисуночки особо хорошими не назовёшь, было бесполезно, поэтому я ничего не подозревая тихо фыркнула:       «Что хочу, то и делаю».       Кто бы знал, на что я себя этим обрекла. Не последовало ни укоров, ни подколок… только лукавая улыбочка, которую Тал и скрыть особо не пытался.       «Ну, тогда я тоже буду делать то, что хочу», — произнёс таким тоном, что я сразу учуяла подвох. Жирный такой. И не ошиблась. Ибо в следующую секунду меня начали усиленно совращать.       Вот надо бы просто отгородиться, отвлечься от этого… но попробуй так сделать, если на самом деле кайфуешь от происходящего, м! Первые секунды я что-то тихо и бессвязно бормотала в знак протеста, а потом полуприкрыла глаза и слегка наклонила голову вбок, лишь облегчая дело Талу. М-м-м-м мр-р-р, чтоб его, наглеца… Ну, зато все мысли — хорошие и не очень, — из головы вылетели.       За погружением в нирвану я совсем забыла, что, как бы, вообще-то сижу на уроке математики. И мой кайф жестоко обломала учительница:       — Софія, не виспалася? — с явным сарказмом, но милым выражением лица осведомилась она, застыв и выразительно на меня посмотрев. И фигова часть одноклассников тоже на меня уставилась. Ну ё-маё…       От неожиданности, видать (и вправду, с чего бы вообще ко мне на уроке прицепились, когда я всем своим видом показываю, что витаю где-то в облаках, ага), у меня дар речи пропал, и я лишь согласно кивнула, натянув на лицо невинную улыбочку. К счастью, прокатило, и продолжения сего интереснейшего диалога не последовало. Но мне всё равно резко захотелось свалить куда-то из класса.       «От меня не уйдёшь», — миролюбивым тоном и с довольным лицом сообщил Тал, обняв крепче. Мне оставалось лишь смириться и каким-то волшебным образом дожить до конца учебного дня. Но кто сказал, что дальше будет проще!       Наконец свалив из школы, я, немного обеспокоенная, ехала в троллейбусе, всматриваясь в мелькающие за стеклом знакомые здания. Обеспокоенная, потому что мне ощутимо дышали в затылок, и чуяла я, что это не к добру. По крайней мере, точно не к спокойствию.       «Ты чего такая напряжённая?» — невинно поинтересовался Тал, скосив на меня взгляд, когда склонился сбоку.       «Да ничего. Просто ты ко мне, блин, даже в транспорте липнешь. Тебе-то всё равно, а меня, вот, люди видят», — хмыкнула я, держась за поручень.       «Не видят, ты же лицом к дверям стоишь близко совсем», — подметил Тал, чем вызвал у меня лишь большее беспокойство.       «Так видят те, кто снаружи!»       «Им всё равно. И троллейбус быстро едет».       «Тал-л-л!»       «М?» — всё так же невинно отозвался лучник, отстранившись от моей шеи.       «Ну не надо… — едва ли не простонала я, когда он снова прильнул к ней губами. И чуть не подавилась осознанием того, что на самом деле хотелось наоборот, чтобы Тал не прекращал. И снова на автомате выдала: — Прекрати».       Однако Тал, по ходу, прошарил всё и останавливаться не стал. Оставалось только надеяться, что всем и вправду всё равно.       Придя домой, я сразу рухнула на кровать и свернулась каким-то недосвёрнутым клубочком. Ко мне тут же присоседились, бережно обняв со спины. В памяти опять стали всплывать весёлые воспоминания, и я чёт решила оперативненько свалить авкой кудысь, однако меня быстро поймали.       Усадив на ковёр, Тал не оставил мне и шанса на побег, впрочем, я не была особо против. Мы вылетели из окна и зависли над крышей нашей шестиэтажки. Погода была определённо холодной, но от этого такие посиделки хуже не становились. Или полежалки…       — Та-а-ал, — по привычке пробормотала я, когда меня совсем уж замуровали. Кое-как заставила пойти на компромисс и умостилась, как мне удобнее. Встретившись со взглядом лучника, на время замерла. Светло-голубые глаза блестели на свету, отражая все эмоции их обладателя. И я не сдержалась. — Та-а-алушка.       В ответ меня одарили волной тепла и прижали к себе, зарывшись носом в волосы. Интересно, они у аватарки тоже пахнут шампунем?       Ценой немалых усилий развернувшись к Талу передом, а к улице задом, я наконец сама смогла его обнять. И потеребить косы. Ну, а что, своих же таких нет, к сожалению. Тал протестовать не стал, лишь прижмурился и спокойно реагировал на мои мелкие издевательства. Впрочем, вполне возможно, что ему это нравилось…       Ничто не предвещало беды. Но всё же покайфовать нормально нам не дали. Прям-таки жопой учуяв опасность, я рефлекторно сжалась и накинула на нас защитный барьер. Который тут же разбился вдребезги, и в сторону со звоном отлетел… нож?! Метательный, мать его, нож! Ёлы-палы, какого хрена?!       Тал тут же вышел из нирваны, и по его приказу ковёр рванул с места. В ту же секунду мимо пронеслось две магических сферы: огненная и электрическая. У-у-у-у, весело ща будет.       Но не успела я умочить хоть кого-нибудь из напавших, как за меня это сделал Тал. Достав, видать, из пространственного кармана своё оружие, в пару секунд избавил нас от трёх противников. Я аж подохренела чутка. Непривычно было видеть доброго и нежного со мной Тала таким... убивающим врагов, блин. Но непривычно только в хорошем смысле.       Оставшиеся разбойнички (а скорее всего, наёмники), по ходу, тоже охренели и на время растерялись. Этого времени хватило на то, чтобы я скрыла нас от их глаз, и Тал не преминул этим воспользоваться.       В один миг мы оказались позади двух суицидников, и, судя по лицу лучника, перспектива остаться в живых им не светила. Пока я ничего не поняла, меня одним движением развернули спиной к этому безобразию, а в следующее мгновение послышался звон стали и сдавленные хрипы.       Мне вдруг стало капец как любопытно, и я всё же обернулась, пронаблюдав, как немножко окровавленные тушки попадали вниз. Залюбовавшись этим, прозевала момент, когда вражий маг в нас стал целиться. Поэтому от неожиданности охнула, едва меня схватили рукой за талию, а секундой позже ковёр резко унёсся в сторону. И перед носом вновь пролетела какая-то светящаяся хрень. Хорошо живём.       Нерадивый маг полёг от очередной выпущенной из лука стрелы, а оставшийся один-единственный неудачник решил уносить отсюда жопу. Тал это просёк, посему ссадил меня на крышу, а сам пустился следом за тем хренушком. Оба скрылись за домом, и до меня только сейчас дошли некоторые вещи, заставив волноваться за лучника. Однако тот буквально через секунд пятнадцать вновь возник в поле зрения и поспешно подлетел ко мне. Про судьбу беглеца и гадать не стоило.       — Ты в порядке? — с лёгким беспокойством поинтересовался Тал, осматривая меня, очевидно, на наличие ран или царапин. Но я тот же вопрос и ему задать могла.       — Угу… — неопределённо протянула, всматриваясь в его лицо. С краю на щеке и на волосах были видны капли крови, которые я тут же поспешила убрать. Хух, вроде, то не его, а тех придурков…       Тал заметно расслабился, когда я коснулась его лица, и притянул меня к себе. Тёпленький, целенький… ых.       — И что это нахер было?.. — пробормотала я недовольно, не отводя взгляда от него, а потом замерла от внезапного озарения. — Блин… Кажись, я догадываюсь.       Тал выжидающе на меня посмотрел, а мне хотелось нервно смеяться от того, что до меня только сейчас дошла вполне закономерная вещь.       Раз я Хранительница, значит, обязательно есть кто-то, желающий перехреначить то, что я должна хранить! Ну и меня саму, конечно.