Cirque du Freak "Black Sails"

Цирк "восстал из пепла" на новом месте, и я пошёл в главный шатёр и начал тренироваться. Быть клоуном - это значит быть и артистом, и жонглёром, и факиром, и акробатом, и фокусником, поэтому мои тренировки всегда весьма фееричны. Когда я уходил, Алан ещё спал, и - по доброте душевной - я решил его не будить. Вечером прибудут первые посетители. Так странно, я до сих пор волнуюсь, выходя на манеж. Может быть, это даже хорошо? Хм... О, вспомнил один интересный момент! Вы когда-нибудь накладывали грим на лицо? Нет? Тогда вы просто обязаны это сделать! Именно клоунский грим. Вы можете придумать его сами,а копировать традиционный совсем не обязательно. Почему я прошу вас сделать это? Всё просто. Первые две минуты, после наложения грима вы нечего не чувствуете, но спустя короткое время, когда вы увидите себя в зеркале снова, вы себя не узнаете. Поверьте мне. Перед вашим взором предстанет совершенно другой человек. Выражение его лица будет полностью зависеть от вас, настоящего. Сейчас на меня из зеркала смотрело ушлое жуликоватое существо с жестоким взглядом. А я видел перед собой какое-то злобное чудовище и - в то же время - понимал, что вижу одновременно самого себя. Непередаваемое ощущение. Может клоуны, и правда, страшные? Нанося грим, вы открываете свою вторую сторону. Как говорил мой знакомый старый шут: "Чем добрее человек, тем злее из него получается клоун". Так и есть, в общем-то. В маске добрый человек начинает чувствовать вседозволенность и может совершить все те поступки, на которые не решился бы без неё, поэтому я очень люблю свой грим. Но нужно смывать его как можно чаще, иначе вы рискуете потерять истинного себя. - Эй, Джестер! - меня окликнул один из рабочих, имя которого мне неизвестно. Я обернулся и чуть было не уронил кеглю. -Я весь во внимании. Невысокий коренастый мужчина стоял на входе в шатёр и рукой подзывал меня к себе. - Бить себя не дам, - сказал я ему и ткнул пальцем в его сторону. Мужчина усмехнулся: - У нас есть проблема. Эзра сказал, что ты можешь помочь. Я поднял брови и посмотрел в землю; вот и должок о себе напомнил. - Зависит от того, в чём будет заключаться моя помощь. Но, в любом случае, я постараюсь выполнить всё на совесть. - Спасибо, - сухо кивнул незнакомец. - Идём за мной. Я последовал за этим парнем, но меня не покидало ощущение какого-то кидалова. Мы поднялись в один из вагонов поезда. Его стоило бы назвать заброшенным и отсоединить от поезда к чёртовой матери, ибо выломанные из стен доски не внушали доверия, но Альфред отказывался это сделать, бог знает почему. Но жадность его точно погубит - зуб даю. Внутри собрались другие рабочие, столпившись вокруг чего-то. Или кого-то. - Я привел его, - сказал мой чичероне, и люди обернулись. Оказалось, они стояли вокруг парня, сидевшего на складном стульчике. Я не сразу понял масштаб трагедии, но потом заметил отсутствия у этого парня левой ноги. - Привет, - он добродушно улыбнулся мне. - Меня зовут Деян. Деян Кришан. - Здравствуй, - я нахмурился, рассматривая нового знакомого. На нём была красная поношенная майка, поверх висела короткая чёрная куртка, рукава которой он закатал по локти. Чёрные штаны, левая штанина которых была завязана узлом на месте бывшей ноги и рваный ботинок на правой ноге. - Лартен. Приятно познакомиться. Один из рабочих обратился ко мне: - Джестер, тут такое дело... - Не надо! - Деян резко оборвал его. - Оставьте нас, ладно. Я хочу поговорить с ним наедине. Мужчины кивнули и покинули вагон. - Я внимательно тебя слушаю, - проронил я, когда последний из них покинул вагон. Парень, которому на вид, лет двадцать пять, был блондином с очень редким цветом глаз - фиалковым. Такой я встречал только у одного человека, но об этом позже. У Деяна была широкая челюсть, высокие скулы и немного курносый нос. Он стянул с головы шапку и заговорил: - Прости, что трачу твоё время, Лартен, но Эзра посоветовал обратиться к тебе. - Нечего, всё нормально, но я бы хотел... лучше понять ситуацию. Разъясни. -Мне сказали, что ты можешь помочь, Кришан улыбнулся. - Ты, вроде как, в особых отношениях с Альфредом. -В каких-таких особых отношениях? - Мне совсем не понравилось, как это прозвучало. - Ну, у тебя есть на него рычаги давления, - собеседник опустил взгляд. - Не рычаги, а рычаг. Всего один, да и тот не особо хорошо действующий. - Ты сам всё видишь, Лартен: я остался без ноги. Это случилось два дня назад, если бы мне не отрубили ногу, то всего бы придавило тем вагоном. Альфред об этом не знает, но как только узнает, тут же прикажет выбросить меня из поезда. Но я хочу жить! Не мог бы ты поговорить с начальником и... - Ты хочешь, что бы я уговорил его оставить тебя в цирке? - Да! - Блондин разом оживился. - Я понимаю, что "за просто так", он этого не сделает, но может ты сможешь что-нибудь придумать? Кришан вызывал у меня симпатию и желание помочь. - Хорошо, Деян. Я постараюсь сделать всё, что в моих силах. Затем я покинул проклятый вагон и побрёл в сторону шатров. Наш "город" снова ожил, а рабочие, артисты, повара и остальные "горожане" погрязли в своих делах. В воздухе стоял запах сухой травы и алкоголя, этот запах будет здесь до самого вечера, пока люди не соберутся на представление. Я всегда по-особенному любил вечерние представления. По вечерам ветра почти нет, и в воздухе застывает сладкий запах ваты и попкорна. Прекрасный запах! Атмосфера становится иной, всё будто обволакивает фиолетовая дымка, и вместе с весельем появляется страх... Где угодно, но только не в этом цирке. Дымка здесь если и бывает, то она - жёлтая или серая, а запах слишком приторный и совершенно не чарующий, а о страхе и речи быть не может. Когда же наконец я уйду отсюда? Когда меня снова поразят столь яркие цвета, что мне придётся зажмуриваться, чтобы не ослепнуть от них? Когда я снова попаду в тот фиолетовый туман, увижу безмолвного стража комнаты смеха, услышу гомон толпы, карнавальную мелодию, которая дрейфует в воздушном пространстве, как естественное продолжение цвета и запаха? Где моя аллея интермедии? И где этот чёртов страх?! Казалось бы, какой страх в цирке? Я отвечу вам: чем больше в цирке волшебства, тем больше там и страха. Днём его нет, но стоит вам пройтись по городку ночью, вас охватит дрожь - и благодарите Богов, если не паника. Лица артистов покажутся вам зловещими, а музыка - пугающей. Туман у земли охватит вас с головой, и вы забудете даже то, как пришли сюда. Вас понесёт вперед громкая многолюдная толпа, и хорошо, если вам не встретится клоун, уже отыгравший свое представление. Я когда-нибудь обязательно расскажу вам разницу между клоунами. Нет, речь не пойдёт о роли Арлекина или Пьеро, о них я упоминал раннее; речь пойдёт о психологическом состоянии человека или... уже далеко не человека. Но таких клоунов вы можете встретить лишь в волшебном цирке, а не тут, у Филипсов. Хотя, и здесь есть своё очарование. Оно более земное и не скрывает никаких тайн, но милое и совсем не зловещее, каким было на моей настоящей "родине". Находясь здесь, я стал видеть что-то весёлое и милое в перегаре рабочих и кучах лошадиного дерьма. Я не издеваюсь - наоборот, сейчас я серьёзен, как никогда раньше. Именно так живёт цирк Филлипсов, в этом его душа. Каждый город должен на чём-то держатся. Этот - на животных и нищих рабочих, которым не доплачивают. Такова реальность. - Ну, в принципе, так и должно быть, - усмехнулся я, обнаружив, что вляпался в лошадиный навоз, когда выпрыгнул из вагона. Я никогда не отличался элегантностью. - Фиолетовая дымка! Да, конечно... - восклицал я, обтирая ботинок о траву. - Вот и вся твоя дымка, рыжий ты идиот. Сколько вокруг талантливых людей! Может поэтому тебя и выплюнуло... - Эй, придурок, - раздался позади чей-то голос. - Я! - с гордостью. - Никогда этого не скрывал. Голос принадлежал Яну - факиру. Он всегда относился ко мне несколько предвзято. Ко мне здесь многие так относились. То, что я пришёл из "Чёрных парусов" интересовало только лишь одного Филипса. Остальных это или раздражало, или - и вовсе - не волновало. - Тебя искал Алан, для вас нашлась работа. - Премного благодарен. Я поспешил уйти от этого неприятного человека. Миновав несколько вагонов, я снова вышел на площадь: Алан должен быть где-то недалеко. Я настиг его возле столовой, он обеими руками придерживал два стареньких моноцикла. - Коллега, что это за х... - Я давно составил для себя словарь, где матерные слова заменены на интеллигентные выражения, и этот словарь часто меня выручал. - Хрень. - Иначе и не скажешь. Как ни пытался, найти иной замены я всё же не смог. - Тут явно какая-то ошибка, друг мой. Парень в ответ усмехнулся: - Альфред придумал нам новый номер. Точнее, он дал мне эту, как ты говоришь "хрень" и сказал, что хочет, чтобы мы придумали что-нибудь с этими штуками. - Коллега, вы сами себя слышите? "Придумал новый номер - хочет что бы мы что-нибудь придумали"? Что это за номер такой? - Ты же его знаешь. А теперь... - Парень запрыгнул на свой моноцикл и проехал круг вокруг меня, я крутанулся вслед за товарищем. - Ну что ты стоишь? Поехали, Лартен. И придумай номер. Ты же генератор идей. -А Альфред генератор всякой непотребщины. Я не умею на них ездить! И вообще на велосипеде даже кататься не умею! Алан резко остановился и удивлённо спросил: - Как - не умеешь? Ты же клоун! Да и, по-моему, все умеют кататься на велосипедах. - И что? Я и плавать не умею, между прочим. Это на случай, если Альфред в следующих раз бассейн или бочку с водой для нас с тобой притащит. И зажигалкой с колёсиком пользоваться тоже. И... - Да понял я, понял! - засмеялся Алан. - Но Альфред вряд ли этому обрадуется. - Ну да, конечно. А мне ещё нужно попросить у него кое-что, так что лучше лишний раз старика не злить... - задумчиво вздохнул я. - Ладно, что-нибудь придумаю. - А что ты хочешь у него попросить? - удивлено посмотрел на меня Алан. - Если тебе потребуется помощь, то я всегда... Ты же знаешь, - скуксившись, невнятно закончил он и, кажется, больше продолжать поднятую тему был не намерен. -Да так, долгая история, - отмахнулся я. - Не беспокойся.