Fruit tea

      У Эрики яркая помада. Красный, почти кровавый. Агрессия. Страсть. Привлекает внимание. Затягивает. Завораживает. Айзек цепляется взглядом за плавный изгиб губ, щурится, думая о чём-то своем. Эрика подмигивает, берёт Бойда за руку, сплетая пальцы, и тянет за собой. Айзек бездумно улыбается им вслед.       Эрика ничего не принимает на веру — ей нужны веские доказательства. И «я альфа, я так сказал» для неё совсем не аргумент. Эрика спорит с Дереком, доводит его до рыка. В старом доме жалобно звенят стекла. Эрика — не стекло. Айзек думает о том, когда же до Дерека дойдёт, что рык — тоже не аргумент, и прячет улыбку, прикрывая лицо ладонью.       Эрика делится чаем. Не спрашивает, не предлагает. Просто отливает половину из своей кружки и протягивает ему. Айзек принимает, не раздумывая, хотя попробуй он отказаться, наверняка получил бы этой самой кружкой по голове. На языке призрачный оттенок фруктов. Эрика садится рядом и приваливается к плечу, молчит, греет ладони о чашку. Не дикая волчица с бешенным нравом, не опасная стерва, доказывающая миру, что она — может, не прежняя… та совсем умерла. Нет. Всего на пару минут — обычная девчонка. Айзек косится на светлую макушку и знает, что никогда никому об этом не расскажет. В чае отчетливо чувствуется виноград. Эрика никогда не оглядывается. Эрика уходит с Бойдом…