***
Огни из камина бросали блики на стены покоев. Запах горевших поленьев наполнил комнату. Статный мужчина сидел около огня и наблюдал за причудливыми языками пламени. Взгляд его карих глаз на секунду задержался на двери. Плотно сжав губы он снова посмотрел на огонь. Нетерпение и ожидание словно тысяча игл впились в тело молодого Султана. В покоях было тихо. Лишь шипение волн слышалось в покоях. Теплый летний бриз проникал в комнату сквозь открытые двери на террасу. Вместе с ветерком проникал и лунный свет, его волшебное сияние охватывало всю комнату. Несмотря на царившую кругом атмосферу, мужчина был явно напряжен. Желание увидеть возлюбленную затмевало все вокруг. За последние несколько дней он никак не мог выкрасть минутку, чтобы повидаться с ней. Каждый раз находился тот, кому внимание Султана было необходимо, сотни документов требовали немедленного рассмотрения. Но мысли его были далеко от государственных дел. Его сознанием и сердцем владела лишь черноволосая чародейка с прекрасными зелеными глазами, в которых можно было утонуть. Но эта смерть была бы самой приятной на свете. Едва слышный скрип открываемой двери отвлек Мехмеда. Следом за ним послышался шелест платья и тихий, но мелодичный голос. - Повелитель. Каждую ночь ему снился этот голос, голос, который мог принадлежать лишь ангелу. Он приникал в сознание, заставляя повиноваться его владелице. Нет, он не Повелитель, он раб прекрасной Госпожи его сердца. Обернувшись, Мехмед увидел прекрасное видение из его снов. Непомерным усилием воли мужчина заставил себя говорить. - Кадер, для тебя я Мехмед. Женщина тепло улыбнулась, и Султану показалось, что в покоях стало теплее и светлее. Каждый раз, когда она ему улыбалась, он снова в неё влюблялся. В лунном свете Кадер казалась ему чудным видением. Прекрасные черные локоны, которые пахли солнцем, спускались до талии, большие зеленые глаза, в которых отражалась его жизнь, пухлые губки, которые вкусом напоминали виноград. Нежно голубое платье, украшенное золотой и серебренной нитью, прекрасно облегало точенную фигуру женщины. На ней почти не было украшений, лишь золотой медальон с лазуритом, который он подарил ей, когда узнал о её первой беременности. Женщина сделала пару шагов вперед и оказалась около Мехмеда. До мужчины донесся запах лаванды, её любимых духов. В её глазах он нашел отражение всех тех чувств, которых испытывал он. Медленно, словно боясь спугнуть, Мехмед поднял руку и провел ею по щеке Кадер. Под ладонью оказался нежный бархат персиковой кожи. Опустив взгляд ниже, Мехмед стал рассматривать губы возлюбленной. Они манили его, словно запретный плод. Каждый раз, когда эта женщина оказывалась рядом, его охватывал огонь. В этом огне была жгучая смесь любви и желания, нежности и страсти. Недолго думая, Мехмед решил вкусить запретный плод. Мужчина впился в губы женщины, как путник, жаждущий воды. Он пил её и наслаждался её вкусом, стараясь запомнить его навсегда, запечатлеть в своей памяти. И вдруг в его голову пришла одна мысль. Он оторвался от сладких губ своей Кадер и посмотрел в её глаза, затуманенные страстью. Спустя пару мгновений, когда он снова обрел дар речи, Мехмед сказал: - Я женюсь на тебе. Удивленные глаза женщины смотрели на лицо Султана. Дав немного времени, чтобы Кадер отошла от шока, Мехмед продолжил: - Как только приедет Валиде и я получу её благословение. В тот же день ты станешь моей женой, моей Хасеки. Кадер закусила нижнюю губу. Она всегда так делала, когда нервничала и пыталась обдумать, принять решение. Он за эти годы выучил все её привычки, все её жесты. Внимание Мехмеда привлекла шкатулка, которая стаяла на краю стола. Он и не думал жениться на Кадер, эта мысль пришла ему в голову спонтанно. Но теперь эта мысль казалась ему идеальной, и в этой шкатулке лежало то, что он хотел бы сейчас подарить Кадер. Подойдя к столу, мужчина извлек из шкатулки маленькое колечко . Спустя пару минут колечко оказалось на пальце у женщины. Кольцо было простое, серебренный ободок и маленький сапфир посередине. Увидев подарок, на глаза Кадер навернулись слезы. Оно было прекрасней всех украшений, которых она когда либо видела. Подняв голову, Кадер произнесла шепотом, но для Мехмеда этот шепот был громче любого крика. - Я люблю тебя. Люблю и буду любить всю жизнь. Каждое твое прикосновение дарит мне неземное блаженство. А твои поцелуи уносят меня прямо в рай. Я не могу без тебя, и сейчас я не понимаю, как жила без тебя столько лет до нашей встречи. Я желаю принадлежать только тебе, всю жизнь, до последнего вздоха. Нет на свете вещи, прекраснее этого кольца. А взамен я дарю тебе свое сердце и свою душу. Знай, отныне мое сердце бьется только для тебя и живу я лишь для тебя. У меня нет желания сильнее, чем стать твоей женой навеки. - Мое сердце в этом кольце, Кадер. И я подарил тебе его. Береги его и знай: если ты меня покинешь я пойду следом за тобой. Я клянусь перед Аллахом, лишь ты в моем сердце. Лишь любовь к тебе заставляет меня жить и дышать. Только ты, отныне и навек. Они скрепили свою клятву поцелуем. В этом поцелуе было все: любовь, нежность, страсть, уважение. Хотелось закричать от переполнявшего его счастья. Чтобы каждый слышал его крик и ощутил то же счастье. За спиной будто выросли крылья, готовые унести его в самое небо. Он ощущал безграничное счастье. Мехмед хотел провести каждый день рядом с ней, каждую минуту. Ощущать её тепло и греться им в холодные осенние и зимние ночи. Чувствовать вкус её губ на своих губах и наслаждаться каждым днем рядом с ней. Он любил её, и это чувство будет с ним до последнего вздоха. Она любила его, и готова дышать им всю оставшуюся жизнь***
Темная карета ехала по ухабистой дороге, и от этого её постоянно штормило. Но, несмотря на все неудобства, женщина, что ехала в ней, была счастлива. Наконец она ехала в город своей юности, в сказочный город Стамбул. Спустя столько лет она возвращается туда, но не одна. Она едет туда с мужем и детьми. Эсмахан не покидало чувствую что эта поездка все изменит, изменит её саму. Теперь она не та маленькая девочка, что жаждала власти, время её сильно изменило. Теперь она жаждала покоя и домашнего тепла. И у нее все это есть. Взгляд женщины перешел на детей, которые спали на другой стороне кареты. Две маленькие девочки, похожие, как де капли воды, лишь глаза были их различием. У одной они были голубые, как летнее небо, а к другой карие, как чашка кофе. Сейчас маленькие султанши мирно спали и походили на ангелочков. Старший сын Осман, которому было уже четырнадцать лет, ехал рядом с отцом на лошади. Эсмахан сладко потянулась и еще раз взглянула в маленькое окошко кареты. Перед её глазами мелькали знакомые с юности пейзажи. Она помнила свой второй приезд в столицу, именно тогда она встретила Ахмеда. В то время она ненавидела его, впрочем, как и он её. Но стоило только его губам коснуться её губ, как она пропала. Именно в тот день Эсмахан впервые узнала, какой сладкой и горькой одновременно может быть любовь. Но сейчас она была счастлива. У нее было все, о чем она мечтала в детстве. А власть ей была не нужна. Зачем она, если есть семья, любовь и домашний покой. Размышления женщины прервал детский заспанный голосок. - Мамочка, мы уже приехали? Маленькая Хатидже вопросительно смотрела на неё своими голубыми глазами, так похожими на глаза отца. Улыбнувшись дочери, Эсмахан ответила: - Нет, дорогая, мы еще в пути. Но не переживай, мы скоро приедем и ты сможешь хорошо поспать. Девочка кивнула и заспанным взглядом осмотрела карету. - Мама, а где папа и Осман? - Они решили проехаться верхом, солнышко. - Мама, а спой колыбельную. - Хорошо, иди сюда. Девчушка ловко перебралась на сиденье матери и положила голову к ней на колени. Звук тихой колыбельной разнесся по карете, заставляя маленькую султаншу провалиться в сон. Эсмахан тихонько напевала знакомую с детства мелодию и перебирала черные как смоль волосы дочери и через пол часа заснула. Проснулась женщина когда на горизонте появились первые лучи восходящего солнца. Карета стояла на месте и на улице слышались чьи-то приглушенные голоса. Медленно, что бы не разбудить ребенка, Эсмахан вылезла из кареты. Увидев Султаншу, янычары, что сопровождали карету, почтительно отвернулись. Первым, кого заметила Эсмахан, был её муж Ахмед, который разговаривал с их сыном Османом. Подойдя ближе, женщина спросила: - Что случилось? - Эсмахан, он ехал всю ночь, а сейчас не хочет идти отдохнуть в карету. Он устал, а ехать нам еще примерно два часа. - Матушка, но я не устал. Я смогу доехать до дворца. - Осман, сынок. Послушай отца, иди отдохни. Через несколько часов ты познакомишься с Повелителем, и я не хочу, чтобы ты выглядел усталым. - Хорошо, матушка. - Только будь аккуратен, там спят Хатидже и Гюльфем, не разбуди их. Юноша кивнул и скрылся в карете. Эсмахан перевела взгляд на мужа. - Ты никогда не умел убеждать. - Ну, хоть в чем-то ты лучше меня. - А вот это неправда, я во многом лучше тебя. - Эсмахан, у меня есть отличная идея. - И чем же она заключается? - Давай отправим карету вперед, а сами встретим рассвет на берегу моря. Глаза женщины восторженно загорелись. Эсмахан просто обожала море, и могла часами смотреть на него. - Когда это ты успел стать таким романтикам, Ахмед? Неужели упал с лошади и ударился головой? - Я не романтик, я воин. Но скоро мы пребудем во дворец и вряд ли мы сможем проводить много времени вместе. - Ты до сих пор ревнуешь меня к Мехмеду? Глаза мужчины угрожающе заблестели. - Нет. Просто я хочу провести немного времени со своей законной женой. Эсмахан подошла и взяла в ладошки лицо мужа. - Я не хочу, чтобы ты ревновал, потому что моя любовь к тебе подобна морю. Токая же глубокая. И сейчас в карете спят живые доказательства этой любви. Я хочу, чтобы ты всегда помнил, что я любила, люблю и буду любить только тебя. Вместо того, чтобы ответить, Ахмед протянул жену к себе и поцеловал на глазах удивленных янычар.***
Было раннее утро. Молодая женщина сидела на террасе дворца и наблюдала за восходам солнца. Михримах почему-то очень любила именно это время суток. Любила наблюдать за тем, как солнце освещает своими первыми лучами Стамбул. Обычно рядом с ней всегда был Рустем, но сегодня он ночевал в Том-Капы. Снова. Последние две недели он постоянно находится вдали от нее, и это наводило Михримах на определенные мысли. Что, если у её мужа появилась другая женщина. Эта мысль не давала покоя Султанше луны и солнца. Несмотря на то, что Рустем никогда не давал повода для ревности, Михримах все равно нервничала, когда её муж не ночевал дома. Закутавшись поплотнее в шаль, Михримах снова посмотрела на горизонт. Как же тяжело быть Султаншей. Всегда нужно сохранять спокойствие и давать другим пример. Но как же иногда хочется просто закатить истерику . Но нельзя, потому что султанши по крови так никогда не поступают. Размышления о тяжелой женской доли прервал тихий стук в дверь. Молодая служанка вошла, низко склонив голову. - Госпожа, Айше Хюмашах Султан желает вас видеть. - Пусть войдет. Девушка поклонилась и выскользнула. Тем временем Михримах сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться. Дверь снова открылась и в нее вошла дочь Михримах. Девушке было уже семнадцать и она была очень красива. - Матушка, я бы хотела с вами поговорить. - Конечно, Айше. Что-то случилась? - Я вижу, вы в последнее время очень нервничаете, я бы хотела узнать причину. Михримах удивленно посмотрела на дочь. - С чего ты взяла? - Вы вчера вечером выпили четыре стакана мятного щербета, а пьете вы его только когда о чем-то беспокоитесь. Это из-за отца, да? - Айше, ты не должна об этом думать. Мы с твоим отцом сами разберемся. - В чем разберетесь, матушка? У вас же все хорошо. - Не беспокойся, дорогая. Все хорошо. - Матушка, но я хочу знать. - Тут нечего знать. Просто я волнуюсь о твоем отце, он так мало отдыхает в последнее время. Девушка кивнула и поняла, что больше от матери она ничего не узнает. Поэтому тихонько встала и ушла из комнаты. А Михримах снова погрузилась в размышления о мнимой неверности своего мужа. Солнце уже давно взошло, а Михримах все еще стояла на террасе. Опустив взор своих голубых глаз вниз, она заметила Рустема. Он только что приехал и выглядел усталым. -Дениз, доложите Паше, что я желаю его видеть. - Как прикажете, Госпожа. Уже спустя несколько минут Паша стоял перед своей женой. Сам вид Михримах Султан говорил о том, что она зла. Глубоко вздохнув, Паша приготовился к своей участи. - Где ты был? - Во дворце, что-то случилась, Михримах? - И что же ты там делал? - Я работал, разбирал документы. - Насколько я помню, в совет дивана входишь не только ты один, Рустем. Так почему же все остальные Паши ночую дома, а ты во дворце? Терпению Паши пришел конец. - Может потому, что я главный Визирь? И почему ты мне постоянно устраиваешь допрос, Михримах? Я устал от этого. - Устал?! Ну раз ты устал, то я могу дать тебе развод. - Да хоть прямо сейчас! Может тогда ты успокоишься и не будешь закатывать истерики мне каждый день! - Значит, тебе надоели мои постоянные истерики? - Да! - Так почему ты меня терпишь вот уж восемнадцать лет? - Да потому что люблю тебя! На пару секунд повисла тишина. Михримах удивленно смотрела на своего мужа, а он на ее. Мир вокруг них перестал существовать. Остались только они и их любовь. Глаза в глаза, и не надо слов.***
Утро подарило Амиру радостную весть. Его отец женится на матери. Он был рад за них, поскольку очень любил их. В тайне он мечтал о такой же любви, как у матери и отца. Всю его жизнь они были рядом и помогали друг другу. Амир был уверен, что эта история любви его матери и отца запишется в историю золотыми буквами и запомнится на века. Амир шел по саду прямиком к конюшне. Сегодняшнее утро он решил провести со своей лошадью. Проходя мимо крайнего стойла, он заметил копну светлых женских волос. Во дворце только одна девушка со светлыми волосами имеет доступ к конюшне. Подойдя ближе к загону, он громким шепотом произнес: - Мелек, ты в курсе, что не женское это дело, работать с лошадьми? Девушка от испуга дернулась и опрокинула ведро с водой. Обернувшись, она смирила Амира гневным взглядом своих голубых глаз. Увидев, кто перед ней, девушка язвительным тоном ответила: - Ах, достопочтенный Шехзаде, откуда же вам известно,о чем должна заниматься женщина, а чем нет? Амир опешил. Еще никто в жизни с ним так не разговаривал. Да и не ожидал он такого от Мелек. В детстве она была сущим ангелом. Тем не менее, Амир взял себя в руки и ответил: - Ну, у меня две младшие сестры и одна старшая, так что поверь мне, я знаю, чем должна заниматься женщина. Кстати, а что ты здесь делаешь? Девушка покраснела и опустила глаза вниз. И вдруг Амира осенила догадка. - Неужели ты решила украсть лошадь? Девушка мигом подняла голову и гневно посмотрела на Амира. Спустя пару минут процедила сквозь зубы: - Я не воровка. Я хотела взять на время покататься, потому что так бы мне никто не дал. Амир фыркнул. - Конечно же, не дал бы. Ведь одной ездить опасно. - Я умею ездить! Юноша поднял руки вверх в примирительном жесте. - Хорошо, я тебе верю. Но одну отпустить все равно не могу. Так что у меня предложение, давай ты поедешь кататься со мной. - Нет, никуда я с тобой не поеду. - Либо со мной, либо остаешься во дворце. Спустя десять минут Амир и Малек уже мчались галопом. Остановились они на берегу моря, чтобы дать коням отдохнуть. Амир все никак не мог оторвать взгляд от девушки. Она выглядела просто волшебно. Щеки покраснели от быстрой езды и глаза блестели от возбуждения. Спрыгнув с коня, он помог выбраться и спутнице. Девушка была легкой, как пушинка. Несколько минут спустя они сидели на траве и смотрели на море. Тишину развеял тихий голос девушки. - Спасибо за то, что взял меня с собой. - Не стоит благодарности, думаю, мне стоит признать, что в седле ты держишься отлично. Девушка покраснела и снова перевела взгляд на море. - Расскажи мне о себе. Как ты жила все это время? - Хорошо, только по вам всем скучала. У меня не было подруг, лишь Ахмед, который меня всему научил. Амир напрягся. - А Ахмед твой жених? Девушка звонко рассмеялась и удивленно посмотрела на юношу. - Нет. Ахмед племянник моего отца и мой друг. Хотя отец и хотел, чтобы мы поженились, но этого никогда не будет. - Почему? - Ахмед меня не любит, а я его. Мы просто друзья. - А кого ты любишь? Девушка на секунду замолчала. - Зачем тебе это знать? Это ничего не изменит. - А если изменит? - Я не хочу больше говорить не эту тему! Девушка вскочила и пошла к своему коню. Амир, недолго думая, бросился вслед за ней. - Ты мне так и не скажешь? - Нет! - А если я скажу, что люблю тебя? Мелек обернулась. - Ты не можешь меня любить. - Почему? - У тебя столько красивых наложниц. Ты можешь выбрать любую. - А если я хочу только тебя? И люблю я только тебя. Девушка счастливо улыбнулась, сделав шаг вперед, Мелек прошептала на ухо Амиру. - Я тоже тебя люблю, сильно-сильно. Амир подхватил и закружил девушку в воздухе под её счастливый смех.***
Айше Хюмашах прогуливалась по дворцовому саду и наслаждалась долгожданным уединением. Наконец вокруг неё не суетятся толпы служанок и нет постоянного шума. За прогулкой девушка не заметила, как забрела в уединенную часть сада, где находилось любимое место Султана Сулеймана. Султанша скучала по дедушке, ведь он единственный относился к ней как к взрослой. Не то, чтобы она не любила бабушку или маму, просто все они считали её ребенком. А дедушка понимал её и очень много разговаривал с ней. Именно он настоял на том, чтобы она получила образование как у Шехзаде. А сейчас его нет. Подойдя к фонтану, девушка присела на бортик. Внимание Айше привлек блеск в воде, наклонившись ближе, чтобы рассмотреть что там, Султанша свалилась в воду. Как раз в то время мимо фонтана проходил Ахмед Паша. Его мысли были заняты тем, что ему в Стамбуле очень скучно. Не то, чтобы он жаловался, просто здесь действительно не было чем заняться. И вдруг его внимание привлек всплеск воды и женский крик. Подойдя ближе он заметил молодую девушку, которая упала в фонтан и никак не могла выбраться. Тяжелые юбки платья тянули хрупкую девушку вниз и единственный способ выбраться без посторонней помощи это снять кафтан, расшитый драгоценными камнями и золотой нитью. А девушка была красива, коричневые волосы были заплетены в незамысловатую прическу, карие глаза испуганно озирались по сторонам, а алые губы вот-вот готовы были закричать. Прекрасное когда-то зеленое платье намокло и плотно облегало хрупкую фигуру. Эта ситуация позабавила парня, и он насмешливым тоном спросил: - А я не знал, что в фонтанах водятся русалки. Кто вы, прекрасная незнакомка? Девушка, наконец, заметила присутствие незнакомца и испуганным голосом произнесла: - Я Айше Хюмашах Султан, прошу, помогите мне, Паша. Вас за это щедро наградят. Так-так, значит, ему попалась не просто русалка, а русалка королевских кровей. - Не думаю, что это будет разумно, дорогая, вдруг ты меня затащишь в пучину морскую. На какую-то секунду удивленные глаза девушки превратились в злые. - Какая я вам дорогая? Вас за такое казнят! - И кто же, милая? Здесь никого нет, ну, кроме тебя и меня. - Я всё расскажу! - Ты думаешь, тебе кто-нибудь поверит? Меня вообще здесь не было. Возмущение Султанши достигло предела. - Да как ты смеешь! Немедленно помоги мне выбраться. Ахмед рассмеялся. Она такая милая, когда сердится. - И что же мне за это будет, русалка? - Во-первых, я не русалка. Я дам тебе все, что пожелаешь, если только ты мне поможешь. - Ну а что, если я захочу, чтобы ты меня поцеловала. Девушка покраснела и возмущенно ответила: - Наглец! Да я тебя убью за это! - Я готов принять любую смерть, только если ты меня поцелуешь. Или же маленькая принцесса еще ни с кем не целовалась? Сам того не подозревая, Ахмед надавил на больную тему. - Я не маленькая! И с чего ты взял, что я ни с кем не целовалась, я целовалась, и очень много раз. - Да, и с кем же? - Со своим женихом, и если он узнает о том, что ты требовал тебя поцеловать, он тебя убьет! - Интересная история получается . Насколько я знаю любимая дочь Рустема Паши еще не замужем. И тем более, у нее еще нет жениха. Так получается, ты скрываешь жениха от родителей? - Нечего я не скрываю! Просто помоги мне выбраться отсюда, иначе я закричу. - Хорошо, русалка, я тебе помогу. Ахмед подал руку Айше и помог ей выбраться, и, не теряя времени крепко прижал к себе и поцеловал. Губы девушки на вкус были как спелый персик, и Ахмеду вовсе не хотелось отрываться от них. Но пришлось. Издалека послышались торопливые шаги служанок, которые искали свою Госпожу. Погладив девушку по щеке, Ахмед напоследок произнес: - Мы еще встретимся, русалка. И скрылся в зарослях деревьев, оставив Айше Хюмашах с прижатыми к губам пальцами и удивленным взглядом. Сам же парень вновь продолжил прогулку, но теперь с другими мыслями. Сейчас нахождение во дворце не показалось Ахмеду таким скучным, и он даже задумался о том, чтобы задержатся здесь подольше.