Unthinkable.

В тот день все пошло как-то не так. Но поначалу никто не заметил подвоха... Ярослав проснулся как обычно, как обычно помылся, побрился, позавтракал, как обычно чуть не забыл ключи от шкафчика, вышел со звонком будильника в смартфоне. Будильник носил название "пора выходить! Нас ждут новые свершения!". - Окей-окей, уже вышел, - щелчок замка. Ярослав живет в Нью-Йорке уже год, но все еще каждый раз покидая квартиру, удивляется тому насколько шумным может быть город. И это в пять утра! Метро. Да, специфический запах. Да, людно. Но быстрее и дешевле такси. Ровно семь песен - время в пути до больницы. Ярослав поправляет наушники, цепляется за поручень покрепче и готовится подремать стоя. Пожалуй, этим навыком обладают все жители мегаполисов. Обзавестись личной практикой пока не получалось, но и работа в Metropolitan Hospital Center - отличный старт карьеры, особенно для вчерашнего студента, к тому же эмигранта. Одним словом, Ярослав искренне верил, что его жизнь отнюдь не отстойные будни, как у большинства, а сам он большой молодец и умница. А где-то на севере Манхэттена Джимми "Пуля" Бейтс только-только возвращается домой, ворча про себя, что пора бы начать ложиться спать пораньше. Хотя бы не в тот же день, когда надо вставать. До того как все пойдет наперекосяк в жизни этих двоих, осталось чуть менее двадцати часов. - Доброе утро, док! - приветливо улыбается Сесиль, протягивая через стойку регистрации кипу желтых папок, содержащие истории болезней пациентов, с которым придется иметь дело на сегодняшней смене. - Доброе, - Ярослав салютует медсестре стаканчиком с кофе из Старбакса. Он все-таки перенял эту привычку заправляться кофе на ходу перед работой. Мимо пробегают, на ходу здороваясь, коллеги, неторопливо семенят пациенты. Большая больница большого города. Стоило взять бипер в руку, как тот тут же зажужжал. "Вас вызывают в палату 76, история болезни номер 1089". - Начина-а-ается, - обреченно вздыхает Ярослав, спешно переодеваясь. - Привет, Ярик! - хлопает по плечу Стивенс. Кардиохирург и по совместительству самый большой сплетник больницы. - Я тут узнал кое-что... - Привет! И прости, мне пора бежать! Обязательно позже поговорим, окей? - Никаких проблем, - отвечает Стивенс, доставая из своего шкафчика шоколадный батончик. Бейдж на груди: доктор Ярослав Милославский, хирург. Первое время никто вообще не мог выговорит ни его имя, ни его фамилию, но со временем приноровились, сократили, попривыкли. Теперь по всем коридорам больницы частенько можно услышать "Ярик!". В том числе от пациентов. Поначалу Ярослав обижался, как-то несолидно, глупо звучит, и вообще не для того он десять лет учился, чтобы его Яриком на работе называли даже пациенты! Но потом... потом привык. К тому же, здесь никто не считал, что Ярик это панибратское обращение, просто так удобнее, чем мистер Милославский, доктор Милославский, Ярослав, а жители такого вечно спешащего Нью-Йорка везде хотят все сократить, упростить по максимуму. Так что Ярик. Лучше, чем безликое "док". Ярик нажимает кнопку лифта. В лифте играет расслабляющая ненавязчивая музыка. Немного покоя. На одном из этажей двери лифта разъезжаются, впуская толпу суетящихся студентов и их лектора. Практические занятия здесь проходят часто, так что стайки будущих лекарей не новое зрелище для Ярослава, но он все же не может сдержать улыбки, глядя на них и вспоминая себя. Горящие глаза, уверенность, что именно он великий целитель, надежда на завтрашний день и свершения впереди. Эх... Ярик смотрит на себя настоящего в зеркальной поверхости стенки лифта. Уставший до начала смены, еще не потерявший пыл и страсть, но уже трезво глядящий в будущее, где кроме боли череды пациентов, повыщающихся налогов, суеты государственной больницы ничего нет. Валить надо в частную практику... Там и деньги, и слава. Сигнал. Он приехал на нужный этаж. Пора приниматься за работу, оставив сантименты на потом. Рабочий день начался, все большее набирая обороты. Тем временем, хозяин супермаркета в Гарлеме поносит своего работника зала бытовых товаров, который снова опоздал. Только много позже обеда Ярослава, наконец, оповестили, что он должен отменить все свои планы на вечер и заступить на дежурство в Harlem Hospital Center сегодня в вечернюю смену. - Именно об этом я хотел тебя предупредить, - тяжко вздыхает Стивенс, поглошая сэндвич в комнате отдыха. - Да твою ж мать! Я 36 часов провел на дежурстве в больнице вчера, у меня сегодня обещанный дневной стандарт и полноценный сон ночью! Если заступлю в гарлемскую, сдохну ведь! - возмущается Ярослав, но знает, что это бессмысленно. Работа есть работа. Он выйдет сегодня в вечер после своей смены. - Да ладно! Не на всю же ночь, - пытается ободрить коллегу Стивенс. - Шутишь? Это же гарлемская. Там даже двухчасовое дежурство плавно перетекает в сутки. Согласно программе интеграции врачи Metropolitan Center периодически дежурили в больнице Гарлема, а коллеги оттуда иногда отрабатывали у них. Так что Ярослав на всех парах несся ко встрече с судьбой. Джимми старается не клевать носом, стоя между стеллажами с товарами. Тоска... Какой же тоскливый день. В кармане вибрирует телефон. - Бейтс! А ну быстро убрал! - грозный окрик супервайзера, который пристально следит за Джимми. - Окей, мистер Фергюсон, - пришлось убрать телефон. - Козлина вонючая, - шепотом. Но позже все же исхитрился прочесть сообщение. "Парни Рикардо в край охуели!" "И что?" - "Пиздюк мелкий!", - думает про себя, набирая ответ Бейтс. "Надо поставить их на место!" "Сунешь свой хуец в эту разборку, сам тебе яйца оторву!", - зло шипит Джимми, нервно нажимая на клавиши. Его младший братишка вечно лез в какую-то ерунду. Им нет нужды зарабатывать продажей оружия или наркоты на жизнь. Крыша над головой есть, и она не так уж плоха, еда всегда на столе, счета оплачиваются вовремя, иногда, конечно, туго, но они справляются! Ему бы просто ходить в школу и не выебываться, так нет же: Бейтс-младший хочет быть крутым! Хочет носить пушку и цеплять чик на тачиле. Разбрасываться сотенными, на каждой из которых следы кокса и мета. Участвовать в разборках для настоящих мужиков. И плевать, что эти настоящие мужики на самом деле просто слабаки, не способные заработать на жизнь без пушки и ножа. Тони Бейтс сплевывает на тротуар. Джимми вечно лезет со своими наставлениями на путь истинный! Чертов придурок! Сам-то... ничего лучше работы в супермаркете не нашел, так и сгниет там. О том, что его брат впахивает, чтобы его выучить, Тони как-то не задумывался. Не-ет, Тони умнее. Он вырулит на шоссе большой жизни на красивой тачке и при бабле. Он не станет, таким как его неудачник братец. Нет. - Ну что? Ты с нами? - спрашивает, перекатывая зубочистку с одного уголка рта к другому, здоровяк в кепке, надетой козырьком назад. - Конечно! - улыбается ему Тони. - Да-а-а, брат, - довольно протягивает собеседник свою огромную пятерню. - Тогда сегодня в девять. Надерем зад латиносам. - А-то как же! - Бейтс-младший дает корешу пятюню. Тони подталкивает Джимми к самой знаковой встрече в его жизни. В гарлемской больнице как всегда людно. Ярослав быстро поправляет съехавший при ходьбе халат и спешит в операционную. У одиннадцатилетней девочки острый аппендицит, необходимо срочное хирургическое вмешательство. Десяток лет назад по статистике каждого второго белокожего, попавшего на территорию Гарлема убивали в первые сорок минут, но теперь все иначе: Гарлем - стремительно развивающийся район с соблазнительной недвижимостью в столь живописном месте у Центрального парка и реки Гудзон. Ему еще далеко до квартала среднего класса, но это уже не то гетто, которое многое привыкли представлять по сценам из фильмов. Жизнь здесь уже не напоминает хождение по краю. Люди растят детей, а эти дети, получив профессию, стремятся остаться в родном районе и развивать его. Это ли не показатель улучшения ситуации? Ярослав не был расистом или еще каким радикалом, сложно делить людей на классы и расы, когда ты медик, когда ты в самом прямом смысле спасаешь жизни. Работа в Гарлеме нисколько не коробила его, за свою жизнь он тоже не особо переживал, приезжая на дежурство в этот район. Вот и сейчас хирург, забыв обо всем, торопится к пациенту. Джимми дорабатывает последний час своей смены, приводит в порядок рабочее место, раставляет раскиданные покупателями товары, заполняет бумаги, чтобы сдать смену. Тони достает нычку своих сигарет, которую чудом не нашел Джимми, иначе бы влетело и остался младший без сиг. Затянувшись, смотрит вдаль. В конце улицы, из-за поворота выезжает неприметный седан. - Готов? - На все сто, - отвечает Тони, садясь в машину. Водитель выворачивает руль и направляет авто на границу Гарлема и Восточного Гарлема. Группировка Рикардо орудует прямо на граничных территориях со своим районом. Иногда его парни-латиноамериканцы суются со своими грязными делишками и в Гарлем, тем самым оскорбляя чернокожих. Что ж один из братков Гарлема решил, что хватит это терпеть и направил своих ребят проучить Рикардо. Так в седане оказался Тони Бейтс, семнадцатилетний сирота, которого тащит на своем горбу старший брат, уже известный нам Джимми "Пуля" Бейтс. - Умеешь обращаться? - спрашивает один из сидящих в машине к Тони, протягивая ему пистолет. - А как же? - понтовато с наглецой произносит парень. - С предохранителя снять не забудь, - посмеиваясь говорит водитель. Ровно через час и пятнадцать минут раздаются первые выстрелы. Еще через сорок минут Тони несется со всей дури, задыхаясь от быстрого бега, по узкой улочке параллельно Парк-авеню. Он едва не попадает под машину, торопясь вырваться за границы Восточного Гарлема, сбитый с толку он бежит не туда и выбегает из-за угла прямо в руки своих преследователей. - Попался, гаденыш, - шипит один из сухощавых латиносов, человек Рикардо. Тони резко вдыхает через ноздри. Нож входит в тело так, словно вообще не встречает сопротивления кожи и органов. В ушах набат, а в животе пульсирует боль. Бейтс шатается, хватаясь за того, кто только что пырнул его ножом. - Копы!!! - орет кто-то вдали. И все разбегаются, словно тараканы, когда включается свет. Тони кренится в сторону, едва не падает, тихонечко по стеночке, зажимая рану и в шоке разглядывая сочащуюся сквозь пальцы собственную кровь, движется вперед. Джимми, обнаружив, что братца нет дома, мечется раненным зверем по улицам, распрашивая всех подряд. В конце концов, кто-то сливает информацию о том, кто именно хотел сегодня проучить латиносов. И пока старший брат бежит к Черному Биллу, который давно точит зуб на Рикардо, Тони доползает до своего района, где его находит припозднившийся прохожий. - Только брату не говорите, - шепчет Тони, теряя сознание. - Ножевое! Острая кровопотеря!!! - сообщает медик "Скорой", толкая перед собой каталку. - Куда его?! - Давай в первую операционную! - быстро реагирует медсестра за стойкой регистрации. - Хирурга в первую! Бригада семь, к вам везут острого! Громкоговоритель среди прочего потока информации сообщает: - Дежурный хирург срочно пройдите в первую операционную. Ярослав уже сдал смену и сейчас устало бредет по коридору к раздевалке. Мимо него только что проехала каталка с пареньком, который вряд ли доживет до утра. Такой молодой... Жалко. Но врачи тоже люди, так что он внутренне порадовался, что его смена окончена. На часах без десяти полночь. Внезапно его едва не сбивает с ног выруливший из-за угла высокий афроамериканец. - Эй! Полегче! - возмущается Ярик. - Док! Док, помогите! К вам доставили парнишу! Тони Бейтс! Что с ним?! - Я не помню всех поступивших. Спросите в регистратуре, она слева от Вас, - немного раздраженно произносит Ярослав, стараясь выпутаться из железной хватки парня. Тот почему-то не отпускает его и тащит за собой к стойке регистрации. - Жанин, будь добра, скажи молодому человеку, где Тони Бейтс, - обреченно вздохнув, спрашивает доктор у медсестры. Джимми, а это именно он, неосознанно сжимает руку врача все сильнее и сильнее, вынуждая его уже шипеть от боли. - Такого в базе нет. Давно попал? - Жанин набирает на клавиатуре комбинации, проверяя по базе данных. - Говорит, что только что. Ослабьте хватку, будьте добры. Мне еще оперировать людей этими руками, - уже с нетерпением и налетом злости произносит Ярослав, глядя на Джимми. Тот только сейчас замечает, что вцепился в доктора намертво, и смущенно извинившись отпускает. - Может еще не занесли? Паренька только что привезла карета "скорой помощи" с ножевым ранением. Возможно это он? - Ножевое? - испуганно шепчет Бейтс. - Кто он Вам? - смягчется, глядя на такую реакцию, Ярослав. - Брат, - едва слышно, севшим голосом отвечает Джимми. - Ладно, идите за мной, - кляня себя за мягкосердечность, говорит хирург, - Спасибо, Жанин. Дальше я сам. - Вы хирург? Вы будете его оперировать? - с тревогой спрашивает Бейтс. - Да, я хирург, но нет, я никого оперировать не буду. Моя смена уже окончена. Возможно, это вообще не ваш брат, не переживайте заранее. Они идут по больничному коридору к лифту. Ярослав помнит, что слышал по громкоговорителю: новопоступившего с ножевым определили в первую операционную. - Нет, боюсь, это мой Тони. Он... вечно влипает. Но, - тут же спохватывается Джимми. - он славный парень. Только бы обошлось. - Обойдется, - мягко произносит Ярослав, нажимая кнопку с номером нужного этажа. Он старается не думать о том, что видел... Тони (если это правда он) может и не выкарабкаться. - Ваш? - подведя к окну в операционную, спрашивает Ярослав. - Да, - Джимми начинает трясти. "Убью! Всех вырежу! Кто посмел?!" - в залитом яростью сознании. - Тогда давайте отойдем и дадим врачам делать свою работу, - Ярослав твердой рукой берет парня под локоть и отводит в другую сторону. - Они отличные специалисты, и все будет хорошо. - Да, - уже не слушая врача, просто на автомате отвечает Бейтс. - Расскажите про Тони, - стараясь отвлечь, говорит Ярослав. Его самого уже пошатывает от усталости, но если он уйдет сейчас... Неизвестно откуда, но он явственно чувствует, что если он бросит этого парня в таком состоянии, то случится что-то необратимое. Джимми затоплен черной жаждой мести, ослеплен яростью, его душит страх. Чувство вины накатило и не дает продохнуть. "Не доглядел!" - Как Вас зовут? - осторожное прикосновение к руке приводит немного в себя. - Джимми. - Джимми, а чем занимается Ваш брат? - внимательно глядя в глаза спрашивает тонкий, низенького роста, удивительно светленький, какой-то нереальный человек с грустными глазами. На бейджике нечитаемое и непроизносимое имя, пометка хирург, которая сразу бросилась в глаза. Бейтс смаргивает черную пелену и устало опускается на скамью вдоль стенки. - Он учится. Хорошо учится. Парень-то мозговитый! Просто... втемяшил себе, что должен быть крутым, мочить несогласных и прочая бредятина... И вот... - разглядывает свои большие натруженные руки Джимми. - Подростковое. Это пройдет, - Ярослав садится рядом, кивнув прошедшей мимо знакомой анестезиологу. - А Вы чем занимаетесь, когда не налетаете на незнакомцев? - Извините, док. Я вообще перед собой ничего не видел. Несся как угорелый, когда узнал... В себя пришел уже здесь, вцепившись в Ваш халат, - виновато пожимает плечами парень. - Ничего страшного. Мой халат и не через такое прошел. Мы с ним крепкие ребята, - Ярик улыбается. - Спасибо Вам, - искренне произносит Бейтс, серьезно глядя темными глазами на своего собеседника. - Не за что, - отмахивается Милославский. - Ваша смена ведь закончилась. А Вы сидите тут, хотя вообще ничего мне не должны. - Если бы мы делали только то, что должны, Земля была бы крайне отстойным местом. - Это точно, - согласно кивает Джимми. Они какое-то время молчат, каждый задумавшись о своем. - Я спрошу у медсестры о длительности операции, а Вы сидите здесь. Джимми, не делайте глупостей, - твердо произносит, вставая со скамьи Ярослав. - Окей, док. Не буду. Ярослав прикладывает пропуск к сканеру и скрывается за дверями операционной. Джимми прикрывает глаза и откидывается назад спиной к стене. - Операция проходит удачно. Через часа два все закончится, и хирург поговорит с Вами сам. Я его предупредил, - Ярик возвращается к Бейтсу, терпеливо ждущему его в коридоре. - На первом этаже есть кафетерий и диваны. Лучше Вам пока спустится туда. Часа через два возвращайтесь и ждите врача, а сейчас торчать тут бесполезно. - Нет, я должен быть рядом. Тони вытянет, а я дождусь его здесь, - твердо произносит Джимми. - Я даже не знаю, как Вас благодарить... - Просто не становитесь моим пациентом, - мягко улыбаясь, отвечает Ярослав, протягивая руку. - Не говорю "до свидания". Пусть утро будет добрым, Джимми.* - Да, - Бейтс встает, чтобы попрощаться с врачом. - Простите! Я не смог разобрать Вашего имени... - Ярик. Мое имя Ярик, - Милославский произносит свое имя, четко артикулируя слоги. - Всего доброго. - Всего доброго, Ярик. На том и разошлись. Ярослав поспешил, наконец-то, домой. Джимми приготовился терпеливо дождаться хирурга, оперировавшего брата. Может быть, они оба не поняли, что только что произошло, но Судьба уже вовсю сплетает их нити жизни воедино. И то, что день как-то пошел наперекосяк и незапланированно, в итоге становится судьбоносным.