One day

15 июля 1989 год. - Поднимай, поднимай! - Да поднимаю я, - Хэ с не без труда вытаскивает тяжелую кровать из грузовика, с другой стороны её держит Хёкджэ. - А грузчиков было нанять слабо или как? - оба пыхтят от тяжести мебели. - Я бы сам им заплатил. - Вот так, поднимай свой конец, - Хёкки игнорирует слова Рыбки и ворчит как старушка. - Ни разу в жизни палец о палец не ударил. - Хёк, я серьезно, - Донхэ опускает кровать на асфальт и смотрит на дорогие наручные часы. - У меня самолет через четыре часа. - Донхэ! - Анчоус не опускает свой край и скороговоркой выдает: - В твоих интересах побыстрее закончить, поднимай! - Эх... - Хэ неохотно помогает Хёкджэ. - Я тебе одолжение делаю! - Я ужас как благодарен. Кончай ныть. - Эй, а эта кровать может немало порассказать! - Фиши поднимает руки, затаскивая мебель на лестницу. - О да, анекдотов и страшилок! - Добро пожаловать в Лондон! - милый паренёк с рыжей шевелюрой приветливо улыбается друзьям. - По-моему я буду здесь очень счастлив, м? - Хёк недовольно оглядывает потрепанную квартирку с пожелтевшими обоями, которую теперь снимает. - Чем это тут пахнет, а? - Хэ вообще не понимает, как здесь можно жить. - Луком. Луком и... разочарованием. Донхэ усмехается: - Ясно. - Всё не так плохо! - Хекджэ берет коробку и собирает туда старый хлам с комода из светлого дерева. - Слой свежей краски, ядерный взрыв, и это место не узнать! Со мной мои книги, печатная машинка... Я в Лондоне! Всё будет хорошо! Здесь всё сложится, - Хёк подбадривающе улыбается Донхэ, словно это ему предстоит жить здесь. - Может даже встретишь кого-нибудь... - О. Хэ, не надо! - Ну хорошего парня... - Пожалуйста! - Тонко чувствующего, в кардигане, - Донхэ треплет себя за полосатую рубашку. - Я сто раз говорил, что мне ничего этого не надо... - В таких же очках, - Рыбка и не собирается останавливаться, - с таким же взглядом. Хёкки сокрушенно качает головой. - Я даже рад, что ты уезжаешь в Индию. Хэ снова смотрит на часы. - Отлично, мне как раз пора, а то я на самолет опоздаю, - поднимается, подправляя классические бежевые брюки. - Уже? - Да, прости. Хёкджэ вздыхает и взмахивает рукой. - Ну езжай. Ищи себя. - Не забывай писать мне, - Донхэ улыбается. - Длинные письма. - Хорошо. - И развлекайся, Хёк. - М. Конечно, - Хёкки устремляет взгляд наивных карих глаз на потолок, пытаясь сдержать слезы. - Это не запрещено... Я чувствую, знаешь, скоро этот город падет к твоим ногам! Хёкджэ лишь смущенно и чуть вымученно улыбнулся.