l'argent en or

- Тома'! - сладостный восклик Ги-Мануэля рассеивается в уютной мгле спальни. Толчок, еще один, а с раскрасневшихся губ брюнета срываются стоны, которые он зажимает рукой, словно юнец. Наклоняюсь и целую покусанные губы. Пик, тяжелый вздох, и я без сильно ложусь на спину, помогая Гиму сесть сверху. Но продолжать он не намерен, поэтому ложится мне на грудь. - Тома, мне было так хорошо! - Мне так же, Ги. Я целую брюнета. Обычно холодный и не разговорчивый, он разомлел. Сегодня я наблюдал его неторопливые движения, полные соблазна. Он был прекрасен. Концерт скоро должен был начаться. Меня ужасно трясло сегодня. Я всегда волновался, но сегодня это было как то по особенному сильно. Перед концертом не хорошо курить, но что поделать, если иначе я не могу успокоить мандраж. Порывшись в карманах любимой куртки, я понял, что как всегда в спешке забыл их дома. Хорошо, что Тома' всегда держит для меня запасную пачку. Я пошел к нему, мурлыча как кот, вспоминая, как мы провели время вчерашней ночью. Если в его гримерке никого не будет, можно взять инициативу в свои руки и сделать Тома' минет. Замечтавшись, я забыл постучать, и открыл дверь. -То... - я замолчал, увидел Томаса сидящим на столе, полураздетого. На его коленях сидела девица, словно проститутка разряженная, и активно расстегивала брюки Бенгальте. Они упоённо целовались. *** Из рук Ги выпал деревянный талисман. Но тот и не думал его поднимать, просто развернулся и побежал на всех порах. - Ги! Постой! Но он меня уже не слышит. Спихиваю блондинку с колен и несусь за ним. Но он быстрее. Когда я оказываюсь на заснеженной улице, я не вижу где он, из за метели. - Мануэль! Слишком холодно и концерт вот-вот начнется. Когда меня зовут на сцену, но Ги так и не появляется, я ужасно волнуюсь. Несмелыми шагами иду на сцену, жестами показывая, что бы не включали музыку. - Дамы и Господа, я прошу прощения, но сегодняшний концерт не состоится. Ги-Мануэлю стало плохо, и мы не сможем выступать без него, просим прощения. Быстрыми шагами ухожу со сцены, за кулисами переходя на бег. Я должен найти его! Я бежал, не останавливаясь, что бы не замерзнуть. Лицо обжигало от слез и ветра. Волосы растрепались и лезли в рот. Хорошо хоть не забыл надеть свитер, и не так холодно. Я брел по улочкам Парижа, пытаясь вспомнить, где я. Заглянув в небольшой магазин, я купил дешевого портвейна и пачку краски-осветлителя. На блондинок потянуло? Так я тебе устрою блондинку. Шаг за шагом я вышел на улицу красных фонарей - пляс пигаль. Здесь передо мной вырос бар, в который я и зашел. Официант наливал мне все, что я просил, а я курил одну за одной, удивляясь, что пьянею так медленно. Но все же хмель взял свое, и меня начало разносить. Пьяный сброд играл в карты. -Привет. Ребята! - заикаясь сказал я, подсаживаясь к ним. На меня неоднозначно посмотрели и позволили сесть. - Чё, мужик бросил, что сюда забрел? - Ага. С проституткой. В гримерке. Они переглянулись. Встав одновременно, они разом попятились ко мне. Мне стало страшно и я плеснул на ближнего коньяк из своего фужера. В ответ, я получил кулаком в челюсть, и завязалась потасовка. Рассеченная губа и синяк на щеке. Я еще хорошо обошелся. Я обошел все любимые места Мануэля, но так и не нашел самого Гимэна. Брюнета не было ни на елисейских полях, где мы так часто любили гулять, ни на мон Мартре, где мы сидели в уютных кафе, ни у сакрекёра, где мы частенько бывали, что бы покататься на фуникулёре. Отчаявшись, я брел домой, выпивая дешевое пойло прямо из горла, чтобы согреться. Поиски брюнета заняли не мало времени. Когда я добрел до дому, свет в нашей квартире горел. Сердце забилось быстрее. Он цел! Окрыленный волнением, я бежал по ступеням, уже зная, что скажу ему. Руки тряслись и я долго не мог вставить ключ. Я зашел в квартиру и услышал шум воды. Перепугавшись, я понадеялся, что Ги не сошел с ума и не переступил свою ненависть к самоубийцам. Я открыл дверь и замер. Вода выливалась из душевой кабины, посреди которой сидел Мануэль. Его волосы были светлыми, а губа была рассечена до крови. - Ги! - Я подскочил к нему, доставая полотенце и выключая воду. - Кто, где тебя так? Мое сердце сжалось от молчания Мануэля. - Прошу, поговори со мной! Я не хотел! Она сама! Эта дрянь опоила меня! Я честно говорил, не соврав ни разу. Я слишком любил золотого, что бы изменять ему. Я высушил его волосы на сколько смог, и завернув в полотенце, подхватил на руки, но Ги испуганно вскрикнул, и убежал, прячась в своей комнате