Run Boy Run

Bring all your things and we will build a pyre Find resurrection in the flames And in the fury of alarm bells We shalt begin We shalt begin again

      Стоило только коснуться его головы, как он неожиданно застонал от боли и заворочался, жмурясь. Деметра облегчённо выдохнула и схватилась за сердце.       — Боже, сама б тебя убила за то, что так напугал.       Ньют резко вскочил и, охнув, схватился за затылок.       — Да сядь ты! Герой чёртов, — разозлилась Ди и дёрнула его за руку обратно. — Что произошло?       Парень всё ещё морщился и шипел. Какой-то глэйдер протянул Деметре белое полотенце, она кивнула в благодарность и аккуратно приложила его к ране — кровь всё ещё текла, окрашивая светлые волосы Ньюта в грязно-бордовый.       Только сейчас Ди заметила, как в углу плачут двое глэйдеров. Она окинула взглядом комнату: повсюду блестели осколки стекла, на полу валялись куски рамы и щепки, окно разворочено, а по краям остались глубокие царапины и слизь, оставшаяся от гриверов. Запах тухлого машинного масла всё ещё витал в воздухе, и Деметру бы обязательно стошнило, если бы она уже к нему не привыкла — у неё для этого было достаточно возможностей.       Словно по команде, какого-то парнишку за её спиной вывернуло.       Внезапно Ньют снова поднялся и, всё ещё прижимая полотенце к затылку, схватил Деметру за руку, чтобы молча потянуть к выходу. Та только обречённо вздохнула и решила, что сейчас вообще бесполезно ему что-то говорить — не послушает.       Стоило только вылететь из Хомстеда, в нос ударил запах дыма. Ньют всё ещё тянул её за руку, но девушка резко остановилась и дёрнула парня на себя. Он кинул на неё уставший вопросительный взгляд, и Деметра ткнула ему за спину:       — Смотри.       В противоположной стороне Глэйда из-за двери Картохранилища едва различимо тянулась чёрная струйка дыма и растворялась в таком же тёмном куполе. Ньют, казалось, не удивился — только закатил глаза, цокнул и прикрикнул в сторону Хомстеда:       — Все марш к Картохранилищу!       Томас стоял ровно на границе Западных Ворот. Ещё издалека можно было понять, как его распирает желание ломануться вслед за Минхо, потому что ноги новоиспечённого бегуна то и дело дёргались, а колени слегка сгибались. Деметра почти завидовала такой прыткости неискушённого мальчишки. Будь она сейчас той, какой была года два назад, её пятки бы уже давно сверкали за углом.       — Стартуй, кролик! — весело крикнула Ди, не сдержавшись, и тут же ойкнула — Ньют укоризненно дёрнул её руку. Она заметила, как от неожиданности Томас едва ли не сорвался с места, и злобно захихикала. Нет, всё-таки завидует.       — Минхо побежал туда! — сообщил Томас, взволнованно оглянулся на них и снова вперил взгляд в проход лабиринта.       — Видел, — бросил Ньют, раздасованно посмотрел на окровавленное полотенце и приложил обратно к ране. — У Минхо, похоже, совсем башню сорвало. Ещё и чёртов Галли... Всегда знал, что он псих.       Парень стрельнул взглядом в Деметру, а та лишь закатила глаза, но сразу изменилась в лице, вспомнив, что не видела его в комнате.       — А где он, кстати?..       Ньют скривился и неосознанно сжал руку Деметры покрепче.       — Этот долбанутый ворвался в комнату, начал нести отборнейший бред в своём стиле: как обычно виноват Томас, выхода нет, мы все умрём, нас всех по одному будут забирать гриверы. Затем отодрал доски от окна, заехал мне одной из них по голове, а потом, кланка кусок, прыгнул прямо на влезшего в комнату гривера.       Растерянно проморгавшись, Деметра сумела вместить свои эмоции только в тихое и лаконичное:       — Чё?..       Томас под шумок попытался совершить побег в Лабиринт, но Ньют с лёгкостью схватил его за шкирку, как котёнка. Паренёк в ответ только закряхтел.       — Опять супергероем себя возомнил, Шнурок? — деловито поинтересовался глэйдер.       — Да пока вы тут болтаете... — заныл тот.       — Минхо знает, что делает, — отрезал Ньют, но приглушённо буркнул: — В большинстве случаев...       Скинув с себя его руку, Томас насупился и замахал руками:       — Думаешь, я всё это делаю ради признания? Сплю и вижу, как бы вас всех снова поразить? Я просто хочу выбраться отсюда, как и остальные!       — Ну так башку свою включи и подумай, есть ли смысл снова рисковать собой ради очередного порыва твоего юношеского максимализма? — раздражённо повысил голос Ньют. — Просто хочешь выбраться, бедолага ты наш? Для этого надо работать сообща, а не вытворять отсебятину, когда душа пожелает.       Деметре стало слегка жалко обиженно нахмуренного Томаса, но потом она вспомнила выкрутас Перси, и вся жалость мигом испарилась — захотелось его просто профилактически стукнуть. Ладно она, но Ньют себя точно не простит, если с драгоценным Томми что-то случится.       — Как бы то ни было, — устало потёр переносицу блондин, — у нас есть проблема посерьёзнее...       — Вон он! — встрепенулся Томас и замахал завернувшему за угол Минхо. Ньют сердито посмотрел на приближающегося бегуна и ещё сильнее сжал руку всё это время смирно молчащей Деметры. Та шикнула:       — Ньют, пальцы раздавишь.       Тот и бровью не повёл, но хватку ослабил. Немного.       Дождавшись, пока Минхо пересечёт Ворота, Деметра, наконец, позволила себе открыть рот:       — Дай угадаю, — ухмыльнулась она. — Погнался за гриверами, чтобы во всём убедиться.       — Бинго, — бросил Минхо, согнувшись пополам и пытаясь отдышаться. Шея бегуна блестела от пота, а ноги подрагивали от перенапряжения.       — Убедиться? — уточнил Томас.       — Что гриверы прыгают в яму, — ответила Деметра и с садисткой улыбкой от души хлопнула Минхо по спине, едва не повалив его головой вперёд. — Ещё один наш супергерой. Сразу бы гривера оседлал, чё уж, так бы бегать и напрягаться не пришлось.       — Ну нет, наш куратор Бегунов любит освежающие утренние пробежки, — саркастично усмехнулся Ньют.       — Боже, — закатил глаза Минхо. — Вы превращаетесь в ворчливую престарелую пару.       — Как только перестанешь рисковать собой, дадим пирожок, внучок, — заверила Деметра и ещё раз посильнее хлопнула по спине. На этот раз бегун с кряхтением всё-таки рухнул на землю, но, кажется, вставать не планировал — его всё устраивало.       По обыкновению, Томас затихал, когда Деметра начинала ругаться. Он сам не понимал, почему. Не то чтобы она представляла угрозу, но Томас никогда не знал, что от неё ожидать, учитывая её мутную историю изгнания и возвращения, а также характер — то она язвит, то поддерживает, то снова угрожающе ухмыляется, водя дружбу с Галли, то волнуется, а потом вообще заявляет, что тоже слышит голос Терезы. В любом случае лишний раз вызывать её недовольство и под горячую руку попадаться не хотелось.       — Так, а это чё за херня? — подал голос Минхо, смотря им за спину.       — А, ну ты ещё можешь полюбоваться на дым, — многозначительно посмотрел на него Ньют, а потом добавил, как будто это было очевидно уже давно: — Кто-то спалил ящики с картами.       Минхо в ответ хмыкнул и неспеша побежал к Картохранилищу, а Томас тихо исчез, пока Деметра сверлила глазами спину бегуна и пыталась унять внутреннюю панику. Затем резко повернулась к Ньюту:       — Ну и что это были за загадочные гляделки сейчас?       Тот молча пошёл вперёд, потянув за собой. Ди, наоборот, сердито дёрнула его на себя и заставила остановиться. Они все были на нервах, и ей не нравилось, что она остаётся в неведении.       — Что проиходит? И перестань уже стискивать мою руку, в конце концов.       Ньют нервно облизал губы и аккуратно разжал ладонь, отпуская.       Без прежнего освещения «солнца» всё вокруг было тусклым и безжизненным, поэтому золотистые волосы парня больше не подсвечивались, как раньше, а и без того грустные глаза стали тоскливо блёклыми. Деметра вздохнула и обняла ладонями его лицо.       — Я здесь, рядом с тобой, ладно?       Полотенце упало в траву, и мужские руки немедля обвили её талию. Ньют прижался щекой к её макушке, а Ди в свою очередь обняла его в ответ, успокаивающе гладя по спине.       — Именно поэтому я беспокоюсь, — пробормотал парень и сильнее притянул к себе. — Сжимаю руку, как будто ты в любой момент можешь исчезнуть. Сбежать. Я не могу этого позволить. Особенно сейчас.       Деметра лишь насмешливо фыркнула.       — Ну и куда я сбегу? В Лабиринт? Это последнее место, куда я пойду по своей воле.       — Всё, что я знаю, так это то, что ты птичка вольная, и тебя не остановить, если ты что-то решишь, — серьёзно ответил Ньют и отпрянул, чтобы посмотреть ей в глаза. — Да и спрятаться в месте площадью метр на метр тебе точно труда не составит.       — Никуда я от тебя не денусь, — спокойно заявила Деметра. — Я не поступлю так ни с тобой, ни с Чаком, ни с остальными, — а затем твёрдым голосом добавила: — Обещаю.       Ньют смотрел на неё, не моргая, и, наконец, кивнул. Её губы тронула мягкая улыбка, а руки потянулись к его лицу, чтобы аккуратно разгладить брови. Парень расслабленно прикрыл глаза, затем вдруг судорожно сжал её талию и впился в губы — отчаянно и жадно. Деметра, вздрогнув, приоткрыла рот и сразу позволила углубить поцелуй. Его ладони обнимали её спину и прижимали ближе, а тонкие девичьи пальцы мягко обхватили шею.       Поцелуй далеко не первый, но каждый раз казалось, что это именно он. Так же быстро сбивалось дыхание из-за волнения, и краска мгновенно приливала к лицу. Когда кислорода, как обычно, стало не хватать, Ньют напоследок легко провёл языком по её губе и отстранился, с усмешкой любуясь её красным лицом. Деметра глубоко дышала, и, пытаясь сделать невозмутимый вид, как бы невзначай поинтересовалась:       — Тебя горящая Карталажка не смущает?       Тот лишь мотнул головой и нежно поцеловал её в уголок губ.       — Нет.       — А как же карты? — нахмурилась Деметра, а затем удивлённо приподняла брови: — Или?..       — Переместили, — кивнул в ответ Ньют.       К Деметре вернулась тревога, когда она действительно осознала, что теперь всё серьёзно. Им хватает врагов за стенами и вне лабиринта, но враг среди своих же...       — Всё в оружейной, — пояснил парень, затем подобрал полотенце и кивнул в сторону Картохранилища. — Идём, разберёмся. Остальное позже.       С каждым шагом её ноги всё больше слабели и подгибались. Деметра боязливо вертела головой: стены, казалось, начали сжиматься, пробуждая клаустрафобию, которой у неё никогда не было. Она панически, по привычке, неосознанно начала искать глазами пути отхода, чтобы сбежать от опасности, но зло себя одёрнула.       Завидев Ньюта изделека, толпа быстро расступилась, открывая путь к чьему-то телу. Они оба сорвались с места.       — Всё в порядке, — сразу успокоил их Минхо, вытираясь полотенцем. Он был весь в саже и грязи.       Перед ними навзничь лежал Алби: из раны на голове струилась кровь, стекала по виску и заливала глазницы, сворачиваясь там же. Деметру замутило, она крепко сжала кулаки и впилась ногтями в ладони. Кровь она видела далеко не впервые как минимум потому, что сама изрядно истекала ей в Лабиринте, и не раз, но сегодня любая мелочь вводила в острую тревогу. Ньют не раздумывая упал на колени, забрал у кого-то влажное полотенце и начал промокать лицо Алби. К нему нагнулся Уинстон, и они тихо начали что-то обсуждать.       Вокруг суетились глэйдеры, вбегая и выбегая из Картохранилища с вёдрами воды. Металлическая дверь была покрыта копотью, многие ребята выглядели так же, как Минхо.       — Я пойду помогу Клинту и Джефу, — бросила Деметра рядом стоящему Минхо, но он схватил её за руку:       — Стой.       Ди раздасованно вздохнула.       — Тоже боишься, что сбегу?       Парень удивился и отпустил её.       — А планируешь?       Цокнув, Деметра сложила перед собой руки. Очень хотелось заняться полезной работой, особенно механической. Ухаживать за ранами она уже давно научилась, вот и пригодится.       — Я тут зачем? — Ди с трудом смогла сдержать жалостливый тон.       Ей, как обычно, хотелось сбежать от опасности, даже ни в чём не разбираясь, но тут если не ногами, то хотя бы получится сбежать от ответственности. Она передумала — пусть картами и заговорами занимаются остальные. Конечно, Деметра хотела бы лично поучаствовать в расследовании, но сейчас сразу нырнуть в это было выше её сил. Для начала нужно успокоиться.       — Пригодится твоя голова, — просто ответил Минхо и снова посмотрел на валящий из Картохранилища дым. Выражение его лица было сложно разобрать, но помимо утомления там точно была толика гнева.              — Будь проклята моя голова, — пробурчала Деметра, раздумывая, какую причину выдумать, чтобы слинять, как из воздуха неожиданно материализовался Томас, напугав её. Девушка подскочила, а потом тихо протяжно выдохнула. Да что со мной?       — Ну что тут? — живенько, громче, чем нужно, произнёс Томас. Он выглядел почти окрылённым. А с ним что?       — Тебя где носило? — хмуро спросил Минхо. Он напряжённо оглядел парнишку с ног до головы. Деметра тоже пробежалась взглядом по Томасу: чуть ли не пружинит на месте, глаза бегают, уши красные. А... Понятно. Ну само собой.       — Ходил к Терезе, — отмахнулся он. — Так что произошло?       Минхо угрожающе прищурился.              — Пересмотри приоритеты, Шнурок. Тут вон какой кланк творится, а ты к подружке своей чокнутой побежал?       — Нам есть, чем поделиться, — всё-таки отмахнулся Томас. Минхо сжал челюсть.       Как бы Деметре ни хотелось послушать, как чихвостят мелкого, она всё-таки перебила:       — Минхо, кто Алби стукнул?       Бегун напоследок бросил на Томаса сердитый взгляд и ответил:       — Не знаю. Его нашёл Уинстон уже таким, Картохранилище всё ещё горело. Я бы подумал на Алби, но сама понимаешь — очевидно, постарался кто-то другой.       — Есть варианты? — взволнованно спросил Томас. Он старался не смотреть в сторону Минхо.       — Нет. Если только Галли, но я так понял, что он изначально был внутри Хомстеда. Либо гриверы. Но сейчас уже плевать.       — Ты, что, сдался? — шокированно уставился на него Томас.       Деметра поперхнулась воздухом:       — Шнурок, если у тебя появились суицидальные наклонности, лучше использовать их во благо и пожертвовать собой этой ночью, чем оскорблять Минхо в лицо, — а затем, преувеличенно выпучив глаза, устрашающе добавила: — Ещё и так!       — Томас, — покрасневший бегун чуть не замахнулся рукой, чтобы заехать тому по затылку, — следи за грёбаным языком. И я не это имел в виду!       — Ладно-ладно, понял! Прости!       В последнее время Деметра становилась особенно вредная в присутствии Томаса, и это начало её беспокоить. Всё ещё зависть наивной энергичности? Её так бесит, что эти два года её сломали, а кому-то всё едва ли не на блюдечке? Интересно, а Минхо это так же бесит?       Анализировать всё это она конечно же не будет. Слишком много напряжения для уже и без того ошалевшего мозга.       — Чем вы там с нами делиться собрались, парочка гениев? — перевёл тему Минхо и раздражённо покосился на Томаса.       — Есть идея, — мгновенно оживился парень, но вдруг растерянно почесал затылок. — Хотя это касалось карт, так что... Вряд ли получится. Но если бегуны смогут восстановить их по памяти, тогда...       — А сейчас тебе лучше завалиться, — перебил его Минхо и отвернулся. — Ньют!       — Чего? — не оборачиваясь, отозвался тот.       — Поди сюда.       Осторожно подкравшись сзади, Деметра ненавязчиво забрала у Ньюта кровавое полотенце, которым он вытирал лицо Алби, и так же ненавязчиво хотела занять его место, воспользовавшись тем, что Минхо его отвлёк.       — Деметра! — гаркнул бегун. — Встала, где стояла!       — Да ёб...       С загадочным мечтательным блеском в глазах Томас куда-то их повёл. Ди без особой охоты следовала за ними, время от времени ловя на себе сторожевой взгляд Минхо.       Идти никуда не хотелось. Хотелось убежать. Хотелось игнорировать тот факт, что у кого-то действительно получалось разбираться с загадкой. Это злило. Хотелось, наконец, смириться, что все её двухлетние старания и терзания от бессилия к чёрту не сдались ни сейчас, ни особенно тогда. Деметра ужасно завидовала, снова и снова, потому что осознавала, насколько бесцельно было её существование до сегодняшнего дня.       Её эгоизм и трусливость не новость. Ди, наверное, рада, что все они приближаются к разгадке, и что, может, у них действительно получится выбраться, вот только волна апатии обрушилась внезапно и совсем невовремя. Разве она не должна ощущать воодушевление? Радость? Надежду?       — Выпусти её.       Они встали у дверей Кутузки. Томас категорично упёр руки в бока.       — С какой это радости, шанк? — хмыкнул Минхо и чуть склонил голову на бок, с иронией изучая самоуверенного парнишку.       — Сначала освободи её, потом объясню. Это важно.       — Томми, — устало потёр переносицу Ньют. — Мы не можем ей верить. Я, конечно, понимаю, что вы с ней...       — Да послушайте же вы меня! — не сдавался парень.       — Томас, — строго отрезал Минхо. — Она сама в бреду сказала, что запустила какое-то Окончание, и именно из-за неё начало твориться всё это дерьмо. С какого хрена мы должны ей доверять, я тебя спрашиваю?       — Ты, что, думаешь, если мы её выпустим, она тут же побежит ножом всех резать? — негодовал Томас, взмахнув руками.       Очень хотелось пошутить, что это её прерогатива, но Деметра сдержалась и подавила нервное хихиканье, которое снова взялось из неоткуда. Крыша продолжает уезжать. Тем временем Томми продолжал пылкую речь:       — Тереза уже находится здесь, в её же интересах отсюда выбраться! Да каждую нашу встречу мы только это и обсуждаем! А теперь появилась хоть какая-то идея!       Судя по виду парней, Томас их не особо убедил. Тогда, не подумав, он решил использовать запрещённый приём и подписать себе смертный приговор:       — Деметра с ней общалась! — и резко ткнул пальцем в её сторону.       Девушка застыла. Облив его ледяным взглядом, яростно отчеканила:       — Томми, я же вроде уже сказала, где тебе стоит применить свои суицидальные наклонности.       Всё равно жалостливо посмотрев на неё, глэйдер взмолился:       — Подтверди, что она не опасна!       — Блять, Томми...       Как бы сильно Деметре сейчас ни хотелось провалиться под землю, всё, что ей оставалось, это шлёпнуть себя ладонью по лбу и, в идеале, никогда больше не убирать её и не поднимать голову.       На неё уставились все трое: Томас с наивной надеждой, а Ньют и Минхо с искренним удивлением. Прежде чем открыть рот, Ди сделала то, что редко себе позволяла — подумала.       Во-первых, Тереза совершенно точно слышит каждое их слово, поэтому всё, что Деметра сейчас скажет, в будущем будет использовано против неё. А лучше для неё, ведь подмаслиться к ней надо, хоть и противно.       Во-вторых, она помнит, что Ньют запретил кому бы то ни было с ней разговаривать, но Ди ослушалась. Придётся объясняться. Хотя... Она же ему рассказывала о голосах в голове. Вполне себе отмазка. Надо было прощупать почву и всё такое... Не соврёт, в целом.              — Я не против, — просто пожала плечами Деметра.       Но и не «за». Томас всё равно добьётся своего, а она усидит на двух стульях.       Парни всё ещё нерешительно хмурились.       — Ну, видите?! Вы не пожалеете, обещаю! Мы всё объясним.       — Ладно, — фыркнул Минхо. — Выпускай эту идиотку.       — Сам идиот! — послышалось из-за двери. — Я вообще-то отсюда всё слышу, вы, слабоумные придурки!       — Я очень на это надеялся, — усмехнулся бегун, пока Ньют поворачивал ключ в замке. Деметра не удержалась от смешка.       Как только дверь распахнулась, Тереза мгновенно выскочила, хлестнула парней высокомерным взглядом, а затем встала рядом с Томасом, взяв его за руку. Ди постаралась не скривиться. Зато, судя по лицу Томми, он был на седьмом небе, хоть и смущён. На саму Деметру Тереза посмотрела странно: придирчиво просканировала глазами и едва заметно кивнула самой себе.       — Привет, — прозвучало в голове.       По спине как будто проскользнула змея, и Деметре снова пришлось контролировать свою реакцию, чтобы не скрючиться от отвращения и пронизывающей уязвимости. В её голову могут бесцеремонно ворваться, вот только оградить себя она не может. Зато Тереза — да.       Натянув более-менее радушное выражение лица, Ди кивнула в ответ. Изучать её прямо сейчас не станет — много чести. Но, чёрт, красивая, зараза.       — Выкладывайте, умники.       Минхо скрестил руки на груди, расправил плечи и хмуро уставился на парочку. Ньют же лениво моргал и без особого энтузиазма ждал хоть какого-нибудь решения. Не то чтобы у них есть выбор.       Томас в ожидании уставился на Терезу, но та фыркнула:       — Сам рассказывай. Они меня за психованную считают.       Парень сморщил нос, но протестовать не стал.       — В общем. Когда Тереза всё ещё выходила из комы и не до конца потеряла память, то... — Томас замялся, — говорила, что Лабиринт это что-то вроде кода. То есть он не показывает физический выход.       Вслух говорила, как же.       — Код? — оживился Минхо. — В каком смысле?       — У меня появилась мыслишка, — взволнованно затараторил Томас, заметив, что они оживились, но сразу замялся: — Но, опять же, для этого нужны карты, поэтому я и спросил, могут ли бегуны по памяти...       — Расслабься, — отмахнулся Ньют. — Мы их перепрятали.       — Что? — воскликнул Томас. Деметра на него шикнула.       — Переместили. А те ящики набили всякой липой. Это из-за предупреждения Алби, — пояснил Минхо, а потом кивнул на Терезу. — И из-за твоей подружки, которая запустила какое-то Окончание.       Томас шагнул вперёд и с блеском в глазах, почти шепча, попросил:       — Покажи.       Теперь уже вчетвером, они снова пересекали Глэйд, пытаясь слиться с общей суматохой, чтобы остаться незамеченными. Ньют, в отличие от остальных, выглядел не настолько радостным от новости, поэтому Деметра сплела их пальцы и невесомо поцеловала в плечо. Ньют расслабил мышцы и послал девушке благодарную улыбку.       Спокойно, неспеша подходя к оружейной, Минхо отпёр дверь. Оттуда повеяло спёртой сыростью и тем самым запахом грязной одежды. Смирившись с неизбежным, Деметра, как в последний раз в своей жизни, отчаянно глубоко вздохнула кислород и зашла внутрь за остальными. Ньют захлопнул за ними дверь.

We're wresting now from our own hands a future Regret the flower of watered seed Are we the ghosts that swarm about us? We can begin We can begin again

***

Son Lux — Pyre