История Бо

Утром я бужу ее поцелуем, она такая мягкая, такая доступная. Я хочу ее. Начинаю целовать ее грудь, чувствуя как ее тело откликается, провожу языком по небольшой царапине – всего капля крови, пустяк. Опускаюсь ниже и ласкаю ее клитор языком. Елена напрягает ноги, чтобы не выдать дрожь бедер. Бесполезно, я знаю, что ей хорошо. Вхожу в нее под вскрик из ее губ, она спохватывается и дальше молчит, сжав зубы. А кончает она по-прежнему быстро, я ощущаю, как ее мышцы напрягаются в оргазме, неужели она думала, что своим молчанием она меня обманет? Интересно, касался кто-нибудь ее попки после меня? О, движение моих пальцев, поглаживающих ее узкую дырочку, вызывает попытки сопротивления. Но она ведь знает, что это бесполезно, зачем только причиняет себе большую боль? Ну да, добилась крови. Вот упрямица, придется ей языком заглаживать свою неловкость. Как и тогда. Подчиняется, но глаза горят огнем, черт, этот огонь я тоже забыл, как же классно ее подчинять, и я кончаю ей на лицо, не обращая внимания, куда попадает сперма, мне не до этого. После завтрака, во время которого она вновь смотрит на меня волчицей, едем к ней домой за вещами и документами. У меня очень много планов, связанных с ее документами. Квартира ее меня расстраивает – да, две комнаты, но такие ужасно маленькие, тесная кухня, на которой не развернуться, вид из окна на двор с помойкой и чахлыми деревцами, как тоскливо, наверное, здесь жить. Она собирает вещи, а я смотрю на унылый пейзаж за окном, когда раздается звонок в дверь. На пороге совсем молодой парнишка. С меня ростом, но худой, светлые волосы падают на глаза. Он не похож на того, кто мог бы получать удовольствие от боли Елены – глаза доверчивые и наивные. Лену ему надо, ну надо же! - Вы Сергей? – спрашиваю я с удивлением. - Нет, Макс, - отвечает паренек с не меньшим удивлением. У нас намечается кто-то третий? Кто это еще? Зову Елену и прохожу за непонятным визитером в комнату, заставая их нежные объятия. Какого черта он ее трогает? Пришлось его вырубить, снова не удержался. Надо быть сдержанней. У меня получится, не может не получиться, я мысленно ругаю себя, но сам обездвиживаю парня с помощью скотча – удобная вещь. Еще один ее любовник, не люблю подобные сюрпризы. Бью ее в грудь за умалчивание. Больше всего ненавижу, когда она пытается меня обмануть. Хотя надо признать, что такие случаи были крайне редки. С чего она вдруг связалась с подобным юнцом, что за чувства у нее могут быть к нему, что это – проявление материнского инстинкта? Говорю это вслух, и Елена взрывается руганью, пытаясь меня ударить. Вот кто виноват, что мне придется снова ее наказать? У самой ведь все тело болит, почему это не делает ее осторожней? В спальне я нахожу коробку с сексуальными игрушками, да, с любовниками Елена явно не скучала. Смотри-ка, даже хлыст есть. Надеюсь, в память обо мне? Но ударные, конечно, ни о чем, дешевые игрушки из сексшопа, от хорошего удара сломаются. Ну, что есть, то есть. Рассказываю Елене, что накажу ее прямо перед ее мальчишкой, и вижу слезы на щеках. У, как все запущено, похоже, к пареньку у нее что-то есть. То, что он влюблен в нее по уши, это очевидно, но не ожидал, что Елена сможет кого-то любить, кроме меня. Да, самомнение у меня всегда было высоким. Впервые задумываюсь о том, что у меня может не получится ее вернуть. Щенок пытается тявкать, только ухудшая наказание для Елены, малолетний дурак. Я не хотел сейчас делать ей сильно больно, особенно после вчерашнего, но выбора нет. И я не халтурю, заставляя хлыст работать на полную. Под конец он практически измочален, я же говорю – дешевка. Я старался бить, не попадая по вчерашним следам, но все равно, спина Елены выглядит удручающе. Хотя мне ее не жалко – нехуй было путаться с двумя мужиками. Вернее с полуторами, Сергей, судя по голосу, мужик, а вот ее Макс на мужика пока не тянет. Или все-таки жалко? Вон как она дышит с перерывами. Не люблю наказывать без удовольствия, смысл теряется. Глажу ее по волосам: - Интересно, чем же он тебя привлек? – мне действительно интересно, я хочу понять ее, какой она стала за десять лет. Но она лишь снова огрызается: - Ты не поймешь. Ну почему же? - Может, я пойму, когда его трахну? – Что она ответит мне на это? Ничего, пытается выцарапать мне глаза. Идиотизм и отвага в действии. Раз уж она так настойчива, посмотрим поближе, что там за мальчик. А мальчик действительно симпатичный, хорошее тело, тонкое, но не хилое. Попка круглая, он сопротивляется, дергаясь, когда я стаскиваю с него джинсы. Упрямый, как и она. Я почему-то вспоминаю, что подумал про него, только открыв ему дверь - глаза доверчивые и наивные. Как у Елены в семнадцать лет. Интересно, мальчику тоже семнадцать или он старше? Перебираю задумчиво его светлые волосы, не обращая внимания на крики. Вот почему она его выбрала – он напоминает ей саму себя в молодости. Она видит в нем свою потерянную готовность любить. Я убеждаюсь в этом, когда Елена зовет меня странным голосом: - Ты ведь хочешь, чтоб все было как раньше? Не переходи черту, не надо. Я прав. Но важно одно: она любит в нем только отражение юной себя или любит именно его? Если второе – мои шансы падают, у меня просто не хватит времени. Я не смогу задержаться в России дольше двух недель, как бы ко мне ни относился Клаус, бизнес – есть бизнес. Он не будет терять миллионы ради моих сложностей. Я думаю, как можно подстегнуть чувства Елены, а ей киваю: - Одевайся, поехали. В глазах такое удивление, словно я монстр, который ест детей на завтрак. Насколько же она меня боится? Неужели я десять лет назад стал для нее чудовищем? Не собирался я насиловать ее малолетнего любовничка, как она не может этого понять, мне нужна только она, мне важны только ее чувства. Обратно мы едем на ее машине. Вот машина мне понравилась, ее вкус я одобряю, люблю спортивные машины. Дома у меня есть мерседес SL500 - тоже кабриолет, думаю, Елена оценит. Приятно, что наши критерии в выборе машин - скорость и комфорт, - совпадают. Если поедет со мной, додумываю мрачно. Силой я ее не потащу, мне нужно ее сердце – разбить его можно насильно, а вот отдать можно только добровольно. Она сидит рядом, не подозревая об истинных причинах моих поступков, и заливается слезами по своему щенку, глупая. Что я там думал о способности подвала ускорять мыслительный процесс? Пожалуй, это наилучший вариант – так я дам Елене время для раздумий и сам не буду связан ею, не следить же за ней круглосуточно? Кстати, а вот за мальчишкой не помешает. Я останавливаюсь на заправке и, выходя из машины, звоню Андрею. Он профессионал в различного рода расследованиях. Очень полезный человек, но стоит дорого. - У тебя минут пятнадцать, - говорю ему, продиктовав адрес. Вряд ли мальчишка освободится быстрее. - Хватит, - Андрей стоит своих денег.