Я просто искала своих братьев, и тут понеслось…

      Обычный весенний день — немного грязный и темный, но для жителей Токио вполне обычный.       Такое впечатление сложилось у девушки, одиноко идущей по одной из улиц навороченного городка — она как раз любила такие мрачные деньки. Акумэ только что прибыла в этот город, и настроение уже было, мягко говоря, неважным, ведь когда наступит ночь, ей, как неместному бомжу, придется спать на улице, ибо денег даже на задрипанный мотель ей было жаль. Прибавьте к этому полное отсутствие самостоятельной жизни и получите данное чудо. Согласитесь, ситуация — то еще дерьмо (в которое она сама себя и загнала).       Вот уже потихоньку начинало темнеть, и Като всем сердцем надеялась, что сегодня ночью не будет дождя — она хотела переночевать на крыше небоскреба. И хоть жить ей было негде, у нее в рюкзаке лежали вполне приличные вещи, например, покоцанный ноутбук, пускай и из ломбарда, но всё же рабочий, вместе с большими серыми наушниками; ещё старый скейт; несколько пар шмоток, типа джинсов, просторных футболок, естественно, нижнего белья и рубашек, и, наконец, самое дорогое, что есть у нее — это меч, висящий на спине. Он не совсем обычный и дороже всего вместе взятого (вдобавок с ней). Этот меч носит название Ёто. Его ножны черного цвета с золотыми иероглифами, а рукоятка светло-бурого оттенка. Сам он острый, как бритва, и короче, чем обычные мечи, на сантиметров пять-семь. Используется для.. если дословно, то — для содержания энергии демонов. Вообще, в мире есть еще около сорока подобных мечей, но именно этот отличается от остальных, нет, не своей крутизной, но всё же есть в нем, так сказать, «отличительная черта».       А еще этот Ёто достался Като от матери, которой уже давно нет в живых, и теперь демонический меч — это всё, что осталось от нее, и девчонка дорожит им, как одним из своих воспоминаний о ней. «[My shadow's — the only one that walks beside me, Моя тень — мой единственный спутник, My shallow heart's the only thing that's beating. Мое опустошенное сердце — это единственное, что бьется. Sometimes I wish someone out there will find me, Иногда я хочу, чтобы мне кто-нибудь встретился, Till then I walk alone. А пока я иду в одиночестве.]»       И вот, наконец, стемнело: солнце зашло за горизонт, забрав с собой последние лучи света; тучи, пришедшие ему на замену, полностью закрыли и без того хмурое небо и дали понять всем живым организмам, что скоро начнется дождь; по улицам молниеносно пронесся холодный ветер, заставляя Акумэ сильнее укутаться в чёрную просторную кофту и машинально выдохнуть еле заметный белый тёплый пар. «Странная погодка для середины весны, — нахмурилась дама, устремив на мгновенье взгляд в небо, — но дождь — это определённо заебок.»       Прочих людей становилось всё меньше и меньше, но один демон человек не хотел покидать улицу, а продолжал следовать за Като. Он почуял ее присутствие, как только она пересекла черту города. Если она хотела появиться неожиданно, то явно в этом провалилась. Хотя удивления преследователь не мог отрицать: этого чувства он не ощущал уже очень давно. Кажется, он даже забыл о нем. Почти. Родное не забывается       Когда Акумэ завернула за угол, то поблизости не оказалось ни единой души. Одинокий туман, окутавший пустой квартал, принял её в свои крепкие объятия, тем самым замуровав Като в вакууме, из которого дальше носа ничего не увидишь. Дождь одиночными каплями стал стучать по земле, успокаивая девушку, но малые мурашки всё же пробежали по её спине: туман всё-таки штука таинственная, один черт знает, что или кого в нём можно встретить. Однако шаг она не ускоряла и старалась не выдать свой маленький страх, а вот её преследователю было, наоборот, весело — страх и ужас у него в крови, а уж потрепать нервишки он всегда рад. Тем более нужно убедиться. Щелкнув пальцами, незнакомец произнес в пол тона: — Ну что ж, испытаем тебя, дорогуша.       Щелчок эхом отразился по всему кварталу и, конечно же, не остался незамеченным от чуткого слуха Акумэ, которая тотчас повернулась на шум. Её взору, по мимо возникшего из ниоткуда странного дыма, предстали демоны разного класса и вида, выходящие из него колониями, как в армии: с десяток гулей*, парочка домовых и несколько собак-вурдалаков. Выглядели они, естественно, весьма недружелюбно, чему свидетельствовали их открытые пасти и кровожадные оскалы. Акумэ как человек-не-сцы-убегают-лохи уже хотела схватиться за меч, но вдруг она услышала как кто-то за углом хихикнул, и ей это сразу дало понять, что она не одна. Быстро прокрутив у себя в голове план атаки, Като полезла рукой в карман джинс, — а в это время демоны пока не решались нападать, группируясь, что ли, — и, достав из него пару дымовых бомбочек, со всего маху бросила их на источник смеха и побежала за поворот. Сразу же за ней бросились и демоны.       Начался бой. Половина квартала была заполнена криками, кровью и рычанием. По истине чертовски завораживающее зрелище, воистину не для слабонервных. Но из-за дыма бомб преследователю Като не свезло, и он не мог «насладиться» просмотром. Единственное, что незнакомцу удалось разглядеть сквозь дым — тусклый синий свет, при этом он еще кашлял. — Какого, б… *куча матов, на хрен пойми каком языке*.       Пламя охватило квартал, но ненадолго. Спустя минут восемь оно утихло и погасло. К тому времени дым и туман рассеялись, и демон, быстро приведя себя в порядок, поспешил за угол, чтобы посмотреть, на — хотя бы! — конец разборок. Он ожидал чего угодно: растерзанного тела девушки, — что более вероятно, — нападения на свою персону как её, так и тех демонов, и, вообще, было много вариантов, вплоть до самых бредовых, но ни один не совпал с тем, что он увидел на самом деле: перед ним оказалась та самая бабёнка, стоящая к нему спиной с чёрными влажными волосами, свисающими до поясницы и белыми на концах. На ней была мужская бледно-чёрная кофта с серебристым черепом на спине и небольшим капюшоном, которая хорошо гармонировала с потрепанными светлыми обтягивающими джинсами и белыми поношенными кроссовками, которые уже во всю были засраны, и, стоит заметить, что после битвы одежда у неё была вся в крови. На спине висел приличных размеров темный рюкзак и длинная синяя ткань с фиолетовыми липучками. Снова выдохнув белый пар, бабёнка развернулась к нему лицом и с улыбкой выговорила: — Тц, что-то ты запоздал, герой хренов. Ну что за мужики пошли… — она, прикрыв глаза, потерла все суставы, показушно разминаясь.       Перед демоном открылся натянутый оскал, а также его взгляд зацепился за распахнутую красно-зеленую клетчатую рубашку, что выглядывала из-под кофты (по расцветки она очень выделалась на фоне темных тонов), отдельное внимание его привлек запечатанный в ножны меч и последним ярко бросающимся взору были ее глаза: левый был яркого синего цвета с заметным рваным шрамом, расположенным вертикально и почти четко на середине глаза, сантиметров пять, а правый — тусклого ядовито-зеленого.       Пробежав по ней оценивающим взглядом и довольно хмыкнув, мужчина перевел глаза на задний план и понял, что она прошла его тест — за её спиной валялись мёртвые оболочки демонов. После этого, сняв свою шляпу, напоминающую цилиндр, он поклонившись, представился: — Я — представитель японского отделения Ордена Истинного Креста, Мефисто Фель. Рад нашей…       Однако она застыла и перевела всё своё внимание на его голову, не вслушиваясь в слова: комичная прядь в виде спирали, стоящая дыбом, на пару мгновений вывела её из себя; случился эффект дежавю. «Ты.. Ты там был..»       Като распахнула тонкие потрескавшиеся губы, пытаясь что-то сказать или даже прокричать, но незнакомец вернул головной убор на место, произнеся: — Вы в порядке, мисс..? — она перевела взгляд ниже, возвращаясь в разговор, неловко переступив с ноги на ногу и потупив взгляд. — А, в полном. Как, говорите, вас зовут?       Мужчина повторил свое имя и начал снова что-то вещать про какой-то крест, в том время как особа снова витала в облаках, точнее даже в тучах, уже второй раз машинально откидывая назад косую челку, и между тем рассматривая собеседника. Короткие сине-фиолетовые волосы, выглядывающие из-под цилиндра, длинные заостренные уши, от чего ее глаза с явными доказательствами недосыпа в виде синяков сощурились еще больше, фиолетовая небольшая бородка, также мешки под зелёными глазами, острые клыки, которые было сложно не заметить, розовый зонт, на конце которого было что-то похожее на мороженое и нелепая, совсем не подходящая для такой погоды (да и в принципе для носки) одежда розово-белого цвета, напоминающая клоунский костюм.       Не дослушав его речь до конца, Като сразу заговорила больше утверждая, чем спрашивая, но всё же с ноткой робости: — Осмелюсь предположить, что вы неместный? — и как можно более незаметней стала подтягивать меч ближе к себе, сделав шаг назад, что не утаилось от проницательного взгляда демона, вызывая ухмылку. — Раскусила. Я не отсюда, — прищурив глаза, ответил Фель, не двигаясь. — В таком случае, попрошу сойти с дороги. Мама меня учила не разговаривать с незнакомцами из Геенны, — девчонка схватилась за меч двумя руками и отстранилась в другую сторону от мужчины. — А со знакомыми? — растянув усмешку, Мефисто сделал крохотный шажок, точнее проскользил на подошве ботинок на пару сантиметров ближе к ней. — Тем более, — это было сказано уже сквозь сжатые зубы и в боевой позиции. Демон выждал секунду и рассмеялся. — Смышленая. Умнее, чем могло показаться на первый взгляд. — Спасибо, вы тоже не самый урод по сравнению с другими демонами, хотя вурдалаки такие пуси, — наиграно умилившись, обладательница разноцветных глаз нисколько не сменила позу. — А характер-то, ух, какая прелесть, ну да к черту лирику, — его взгляд сменился на серьезный, от его холода и быстроты смены у Като пробежали табуны маленьких лапок страха по спине — она сжала меч крепче. — Я просто хотел донести до тебя одну новость.. — мужчина скрестил ноги в манерном жесте и снова снял цилиндр, засунув туда руку, но не спеша ее доставать обратно, — Лично, — еще один шаг вперед с его стороны, и девушки — назад. — Прими же… — он сделал резкий, вполне ожидаемый, но всё равно сумевший застать в расплох выпад в ее сторону, от чего она вцепилась в ножны, наровясь их уже обнажить, но тут: — ..мои поздравления! Спустя секунду Като оказалась обсыпанная в конфетти, что выскочили на свет из шляпы вместе с рукой демона и не только. — Какого..?       Не дожидаясь ее полного ответа на произошедшее, он тотчас же приложил бумажку из своих рук к ее груди, из-за чего она почти что выронила меч, удержав ее на месте. — Это тебе понадобится в конечной точке нашего с тобой маршрута, советую не терять, они действительно на вес золота, — Мефисто подмигнул застывшей особе, переводящей взгляд разных глаз то на него, то на желтую бумажку в своих руках. — Я бы мог начать вводить тебя в курс дела прямо сейчас, но давай не будем терять времени, ведь нам предстоит дальняя дорога.. — Фель щелкнул пальцами, и из материализовавшегося розового дыма в паре метрах от них остановился длинный, такого же цвета лимузин. — Спешу добавить, что я буду рад… — Оттереть свою физиономию от асфальта, — прервала его бурную речь Като, направив на него меч, — правда в ножках, — нацелившись на горло. — Если считаешь, что впихнув мне в морду какой-то клочок бумаги, вырядившись, как леденец на ножках и представившись каким-то хером с горы креста, этого достаточно, чтобы я укатила с демонской рожей в неведомые дали, то спешу тебя познакомить с моим другом демоно-пиздюле-вломителем!       Теперь уже она сделала несколько шагов к нему, почти уткнув конец меча в кадык собеседнику. На ее бледной коже отражались блики от фар машины, также как и от необычного кулона на шеи, достающем до груди второго размера. Мефисто невольно стал разглядывать его в такой позе, ведь Като (из-за размеров меча) пришлось подойти достаточно близко. Серебристого цвета, посередине которого изображена пентаграмма, которую держат два ящера-демона с крыльями и заплетенными в узел хвостами. Достаточно неординарная безделушка. — В этом нет необходимости, дорогуша, — растянув уже успевшую надоесть ухмылку, он легко отстранился чуть вбок, — Видишь ли, для большинства людей я — просто ректор одной академии, и ты, даже не догадываясь, успешно прошла тест на поступление в нее, — мужчина бросил короткий взгляд за ее спину на разлагающиеся трупы, — поверь мне, далеко нечасто встречаются такие индивиды, как ты. Сочту за честь, если ты всё же дашь мне шанс исправить о себе дурное первое впечатление. — Иными словами — сделка с демоном? — она скептически прищурилась, не убирая меча. — Почему сразу сделка? Насколько мне известно, такие вещи скрепляют поцелуем, а, позволь напомнить, именно ты загнала нас в подобное двусмысленное положение, так что кто еще предлагает сделку? — его губы растянулись еще шире, а бабенка, тут же смутившись, отпрыгнула от него как минимум на полметра. От возмущения ей не хватало воздуха, чтобы как-то ответить, и тот, откровенно наслаждаясь происходящим, продолжил: — Так вот, перед тем, как ты меня так бестактно перебила, — не в первый раз — я хотел сказать, что при академии также есть общежитие, столовая и куча всего интересного. И многие там находят ответы на свои вопросы. Като дернулась, тряхнув плечами. Он что-то знает? Догадался? Не может быть. К черту эти его загадки. И его тоже. И его академию. А вот общежитие и столовая звучат очень даже заманчиво. Даже слишком. Блядь. — А если откажусь? — Ты, конечно, можешь, — подходит к ней ближе; Като уже опустила руки и меч, позволяя ему, хоть и с недоверием, но всё еще была напряжена и готовая в любой момент, — но где вероятность, что ты не будешь жалеть всю оставшуюся жизнь? Скорбеть насчет упущенного, возможно, единственного шанса? Корить себя за так легко и бездарно потерянную возможность найти ответы и.. не только их? Вот же ж срань. «Стопроцентно — знает.»       Мефисто подошел уже к машине, шагнул внутрь и, развернувшись к бабенке лицом, подал руку в приглашающем жесте.       Вся эта навалившаяся атмосфера давила а-ля свинец, и, вероятно, в будущем Като будет сваливать на нее свое решение, а также на отсутствие жилья, на мокрые кроссы, на урчащий живот и на дурацкую протянутую руку, но в глубине себя она будет прекрасно осознавать, что никто и ничто не могло ее подтолкнуть к такому решению, кроме нее самой.       Ладонь в обтянутой фиолетовой перчатке приняла другую, почти в два раза меньше, с короткими ногтями, так легко и по знакомому. «[Seize the day or die regretting the time you lost, Используй эту возможность или умри, сожалея о потерянном времени, It's empty and cold without you here, too many people to ache over… Без тебя тут пусто и холодно, слишком много людей, которые терпят боль… New born life replacing all of us, changing this fable we live in. Новая жизнь заменяет наши, меняя эту сказку, в которой мы живем. No longer needed here so where do we go?.. Больше мы здесь не нужны, так куда мы идем?..]»