Я просто искала своих братьев, и тут понеслось…

      Приехали в академию Мефисто и Акумэ уже под ночь. Будучи в кабинете Феля, они обсудили большинство вопросов, которые так и сыпались от бабенки, но они не ограничились только темой обучения. В ходе разговора Като задавала уж слишком глупые и странные вопросы на подобие «Кто такой ректор? Да знаю я. В теории. Самый главный, да?», «А какой сейчас президент? Ха-ха, очень смешно. Путин же вроде в Канаде?» и прочие, иногда даже совсем не связанные с местом, где они находились, с чего Мефисто решил, что: — Деточка, тебя что, волки воспитывали? — Ну, хотя бы не демоны, — цокнув, она бросила быстрый взгляд на уши мужчины и, скрестив руки на груди, откинулась спиной на кресло. — Пф, волки; я, может, и не из городских, но то, что «в этой жизни ты либо волк, либо не волк» и «лучше быть последним — первым, чем первым — последним», я в курсе.       Лицо демона приняло вид между «что-я-только-что-услышал» и «а-не-поспешил-ли-я-с-выбором», сам он думно потер переносицу.       В конечном итоге, так вышло, что сегодня Като будет ночевать здесь, вот прям здесь, а завтра уже переедет в общежитие. Так же ректор предложил ей лечь на своем диване у стеночки, мягко намекая на то, что ложу придется делить им вместе. Густо покраснев, девчонка всем своим видом показала, что категорически против, приводя в аргументы даже то, что ей по религии нельзя спать на одной поверхности с демоном. На что Мефисто, привычно ухмыляясь, вторил: — А если бы я не был демоном, что, в три прыжка бы улеглась? «В три прыжка из окна — ага!»       Возмущенная до глубины души, она старательно делала вид, что ее это ни капельки не задело, но полное отсутствие умения не то чтобы заигрывать с противоположным полом, а банально разговаривать вводило ее в ступор, выдавая почти что с поличным. В яблочко. — Мечтай.       Задержавшись чуть больше дозволенного взглядом на этом вроде бы и наивном, но в тоже время обладающим чем-то таинственным и окутанным тайной чуде, что сидело в его кресле, с закинутыми ногами — прошу заметить — с обувью (!), — колени которых были обхватаны тощими руками, — кстати, он только сейчас заметил, что кисти были перевязаны обычными медицинскими бинтами (и почему это сразу не бросилось ему в глаза? Стареешь.), на них покоилась голова, повернутая вбок, в сторону окна, разноцветные глаза таили в себе — нет, не только раздутую обиду, но и. что-то еще. Мефисто еле слышно чертыхнулся, не в силах (по крайней мере, именно в данный момент) понять, что же там скрывается. И сделал тоже самое, перед тем как с его губ сорвалось: — Так уж и быть, если ты дашь мне время доделать кое-какие дела, я что-нибудь придумаю, ладненько?       Черная макушка тут же приподнялась и развернулась к нему лицом. В разноцветных зрачках что-то на миг блеснуло. Фель всмотрелся — и снова упустил. Черт. Меч спокойно стоял совсем рядом, оперевшись на спинку, подобно хозяйке. — То есть — мне пошататься ночью по пустым коридорам сего царского шатра? Оставив вас здесь одного? — Это не то, что ты… — идиотскую шутку он не стал заканчивать, вновь замешкавшись в ее невинном взгляде. Фу на тебя, Фауст. — Да, именно так.       Доходчиво объяснив, что все двери, за которыми ей быть не стоит, надежно заперты и где находится ближайший служебный туалет, демон отпустил ее с Богом и принялся за свою работу. Небольшая фигура задержалась в дверном проеме на пару минут, бросив: — Я, кстати, Като Акумэ, — она уже хотела было исчезнуть по ту сторону кабинета, но замялась, — Это если вам интересно, — а потом сразу же скрылась из виду.       В помещении воцарилась тишина. С минуту Мефисто сидел не подвижно, с мордой-кирпичом, а после легко тряхнул головой и вновь растянул привычную ему ухмылку и произнес: — Можешь входить, она ушла.        Сразу после приглашения Феля из окна в кабинет запрыгнул высокий парень с ничуть не менее нелепой прической. Оглядев пустым взглядом помещение, он остался сидеть на подоконнике. — Ну неужели, — сухо бросил пришедший, — Привет, брат. — Оставим лирику. Значит, сразу к делу: девчонку видел, — парень утвердительно кивнул, — Так вот, я всё-таки был прав. То, что мы — я — почувствовали тогда, это она. Я нашел ее. Ошибки быть не может, и я даже… Эй, что за флегматичный взгляд? Ты разве ничего не заметил? Не ощутил? Опять, — последнее слово ректор произнес очень тихо, но второй всё равно расслышал. — Хм, — напрягся тот, внимательно сосредоточившись на кресле, где недавно сидела Като, будто там были рассыпаны конфеты. — А знаешь… Нет. Определенно ничего, что стоило бы моего внимания.       Мефисто сложил руки у подбородка, а ноги скрестил одну на другую под столом, думая. Что-то не складывалось. Дело в прямом контакте? Разговоре? А может… — Мгхм, возможно… — Фель зашел немного глубже в свои мысли, уже начав озвучивать их ход, — .Ты, конечно, не в курсе, у тебя еще тогда демоническое молоко по губам текло, оно и к… Кхм, в общем, не суть, — прочистив горло и потерев глаза, демон потянулся к бумагам, преспокойно лежащим на углу стола и будто только и ждущим, чтобы к ним прикоснулись.       Гость, до сих пор вальяжно сидящий на подоконнике, болтал одной ногой внутри кабинета, другая — стояла на самой поверхности, согнутая в колене, где было и всё остальное тело. Бирюзовые флегматичные глаза уже были направлены в даль ночного города. Одной рукой он пытался поймать веревку, напоминающую поводок, что свисал сверху с его питомца, своеобразно играя. Он не торопил собеседника, но это не означало, что и так просто сидеть здесь ему доставляло радость. — В целом, что хочу сказать, — снова заговорил Мефисто, но второй даже не думал повернуться на его голос, — я прямо жо. сердцем чую — скучать теперь точно не придется. — Ты про Окумура Рина тоже самое говорил — и что? — парировал ему в ответ Амаймон. — Ты всё еще запрещаешь мне с ним играть, да что там — приближаться. — В этот раз всё иначе, мой ненаглядный братец.       На такое заявление пришедший вскинул бровь, но всё еще оставаясь внешне невозмутимым. — В этот раз я хочу, чтобы ты приглядывал за ней. Хочу быть в курсе её перемещений и дел. Знакомых, друзей и врагов. Только не борзей, ясно? — ректор щелкнул ручкой в воздухе, развернулся на своем кресле к окну лицом и бросил на собеседника прямой взгляд, — Ты меня понял, — это, скорее всего, был риторический вопрос, который подразумевал под собой только утвердительный ответ, но Амаймон, наконец повернув голову, всё же без интереса пожал плечами. — Ну~у, ладно, только с условием, что всё будет по моим правилам, — его глаза хищно сверкнули в предвкушении новой интересной «игры». — А еще я когда-нибудь доберусь и до Окумуры. — Ничего не имею против, — расплылся в своей коронной улыбке Мефисто и стал копаться в бумагах. — Но всему свое время. И ещё одно: оберегай её. — Что? — тот вопросительно изогнул бровь, думая, что ему послышалось. — Ты меня слышал, — от улыбки простыл и след, — если она пострадает, отвечать будешь своей головой.       Повисла недолгая пауза. Демон склонил голову в бок, рассматривая, пытаясь прочесть, собрата напротив, но тот тоже не был так прост; Мефисто никогда не был и не будет открытой книгой, поэтому Амаймон, дернув носом, молча свесил ноги с подоконника. — Опережая твои неприхотливые ручонки, мой тебе совет: опасайся её меча. — А что с ним не так? — вопрос звучал с игривыми нотками, что означало: «теперь я однозначно его спизжю поиграю с этим мечом». — Просто не лезть нарожон и будь начеку, усек?  — Ладно-ладно, — фыркнул парень, — Но ничего не обещаю, — чуть слышно произнес он и выпрыгнул из окна. — Прощай, братец. .Тем временем в столовой. — Неужели мои извечные поиски блядской столовки подошли к концу! — раздался радостный голос Акуме в дверях столовой. Дело в том, что несколькими минутами ранее она проклинала чертовы длинные запутанные коридоры и показывала всей академии свои познания в сквернословии, пока удача не развернула свою задницу и не повернулась к ней лицом.       Зайдя внутрь, Като учуяла кое-что очень вкусное — сукияки. — Ну хоть не доширак и не тофу, уже нормас, — пожала плечами бабенка, идя по запаху.       Нормальной и вдоволь еды она не ела уже неделю, ибо финансы ее не позволяли, хотя и в том месте, которое она называла домом, пища тоже была не ахти, а потому сейчас была готова даже собачье дерьмо на вертеле жрать, лишь бы не чертов рис с тофу. И не дошик.       Аромат просто манил, и она без остановки шла по запаху, но тут же пришвартовалась, почуяв совершенно другой запах, а точнее вонь, ведь этот «аромат» может отходить только от одного существа в мире — демона. И уже в правой руке держа запакованный меч, она направилась внутрь. Сразу же забежав на кухню и оглядевшись, бабенка поняла, что та совершенно пустая и, еще раз принюхавшись, стала думать в слух: — Странно. Могу поклясться, что здесь кто-то готовил. Хм… Ну, если здесь никого нет, тогда я пойду, — она показушно направилась к выходу, — но сначала нужно проверить наличие сверхъестественного. В холодильнике.       Фразу обладательница разноцветных глаз закончила уже стоя перед объектом вожделения. Открыв дверцы, она приятно удивилась? Нет, не так: она чуть собственным языком не подавилась, отделавшись лишь слюной. Прокашлявшись, Като чуть ли не с дрожью в руке протянулась к тому, что лежало ближе всех — бутерброд с замудренными составляющими. Не зная предела радости, особа запихала его полностью в рот и с блаженной улыбкой пробубнела:  — О поже, ета!       Акумэ пережевывала несчастный бутерброд, как последний кусок хлеба в этом мире, с чувством, с толком, расстановкой, и захотела бросить взгляд на часы, чтобы запечатлеть время этого прекрасного момента, но наткнулась не на часы, а на нечто иное и не совсем доброе, моментально прекратив прежние действия. Маленькое существо фиолетового цвета, напоминающее козленка, который стоял на задних лапах и угрюмо пялился ярко-желтыми глазами в ответку. Огромные уши, небольшие рожки, красный нос и короткий хвост, похожий на вилку, говорили о том, что он и есть источник мерзкой вони. А старый фартук на тельце и заношенные перчатки на руках о. Э-ээ, плохих временах?       Спустя пару секунд зрительного контакта Като снова начала жевать, но уже очень медленно и не моргая. Покончив с бутербродом, она всё проглотила и, не зная, куда деть руки, несмотря захлопнула холодильник.       Сначала у нее возникла мысль поздороваться и прикинуться дурочкой (или наоборот, от перемены мест, ну вы поняли), но после её будто палкой по башке ударили — осенило.       Особа встала в стойку ровно, вытерла губы рукавом и, поклонившись в знак уважения, извинилась: — Приветствую тебя, Укобак. Пардон за такое неожиданное вторжение, я просто пришла перекусить в час ночи, но не думала, что в академии, в которой учат экзорцизму, еду в столовой будет готовить демон-повар. Иронично как-то.       Выслушав сию речь, существо улыбнулось и что-то произнесло на непонятном языке, однако его голос будто транслировался у Акумэ в голове словно на человеческом: «Удивлён я такому гостю, но рад буду накормить утомленного путника.»       После этого оно спрыгнуло со стола, подошло к плите и, выключив газ, опять что-то сказало.  «Надеюсь, скромное подношение моё будет Вами оценено справедливо. Приятного аппетита.»        Взяв с плиты сукияки, та с гордой лыбой пошла за стол. ~~~       Плотно поев и закинув пару булок в «голодный рюкзак», Като поблагодарила Укобака за еду и направилась обратно в кабинет ректора.       За то время, что она проторчала в столовой, Мефисто успел оформить бумаги на ее поступление в академию, посплетничать с братом, застелить диван и полюбоваться закатом. Открыв дверь, Акумэ застала Феля за работой, но, завидев ее, он сразу отложил бумаги и со странной улыбкой спросил: — Ну что? Нашла столовую?  — Были какие-то сомнения? — «это он так стебется надо мной?», — подумала она про себя и зевнула во все тридцать два.       Заметив это, ректор предложил ей лечь спать, но она заявила, что не пойдет, пока не увидит ночное небо. Мефисто сказал, что ему насрать чтобы она не задерживалась и указал маршрут. .На крыше.       Облокотившись на поручни, Акумэ на расслабоне вздохнула и начала любоваться видом. Но помимо этого она думала о том, что ждет ее завтра в академии, ибо заводить новые знакомства не было у нее в планах. Друзей да и просто знакомых сверстников ей не посчастливилось завести, потому как: во-первых, она жила в лесу, подальше от людей и общества, что в принципе, является основной причиной, ведь она просто-напросто не может найти общий язык с другими; а во-вторых, Като была не простым ребёнком, если можно так выразиться. Свою роль в этом сыграла её проблема с доверием: она весьма закрытый человек, все эмоции старается держать под контролем, как минимум — не на людях. И с одной стороны, это очень помогает, но также ей сложно выразить что-либо, кроме равнодушия, это тоже создаёт проблемы. В душа-то она тот ещё наивный ребёнок, в этом большом городе легко нажить неприятности.       Что будет завтра? Как это будет? А получится ли? В правильном ли направлении я иду? Весь мир будто «Поле Чудес», а ты в нем — банка с огурцами. Это не может не удручать.       Чертыхнувшись на саму себя и свои мысли, девушка снова зевнула и направилась в кабинет ректора.       Открыв дверь, Като заметила, что Мефисто сидел в своем кресле и дремал. Последовав его примеру, та легла на диван и по-быстрому переоделась. «Сука, если он притворяется, что спит, ему пизда, и похуй, что демон», — были ее последние мысли вовремя смены одежды. А хотя нет, действительно последние были уже в горизонтальном положении пол одеялом, о братьях. Снова. «[And when the scars heal, Когда же шрамы заживают, The pain passes, Боль уходит, As hope burns, we rise from the ashes, Надежда возгорается, мы восстаем из пепла, Darkness fades away, Тьма ослабевает, And the light shines on a brave new day. И свет сияет дивным новым днём.]»