Город Который

Катились машины, шумели колеса, дымили заводы, звенели трамваи, а Сеня Горбухин любил альбатросов - любовь как любовь, и такая бывает. Вон кошка маманина любит печенку, а Натка Никулина любит закаты, а Сеня увидел картинку в книжонке - и всё, и привет, не прожить без крылатых. Молчал, если спросят его для порядка - «на что тебе, Сенька, дурацкие птицы?», а птицы кружились, летали в тетрадках, везде — на полях, на последних страницах. Но надо ж и жить, и не так, чтоб на тройку, иначе хорошего люди не скажут, и Сеня учился поскольку-постольку, пошел на завод - а еще-то куда же, на танцы ходил то с Тамарой, то с Верой, мамане носил по гостинцу в получку и сроду не слышал про Шарля Бодлера — зачем комсомольцу буржуйские штучки? Никто на него не поглядывал косо - мол, парень как парень, в цеху вас немало, а то, что Горбухин любил альбатросов, работать ударно ему не мешало. Война объявилась откуда не звали — и Сенька, понятно, без лишней бравады пошел добровольцем. В пехоту послали - на флоте такого и юнгой не надо. Служил как и все, с командиром не спорил, да шел по военным дорогам недолго: погиб у деревни, где не было моря, не то чтоб геройски — попало осколком. И молвил Господь, занеся к себе в книжку одну за другой боевые потери: «Послать альбатроса за этим парнишкой. Ведь в ангела он все равно не поверит».