Стокгольмский синдром

- Эээшли, Эшли, Эшли, - кто-то насмешливо повторял мое имя на разные лады. Я медленно открыла глаза и мое сердце, кажется, пропустило удар. Я по-прежнему в той же камере, а на стуле сидит мой похититель. Быстро поднявшись, я забилась в дальний угол кушетки, не отводя глаз от мужчины. – Не надо меня бояться. Я принес тебе поесть, - он кивнул на табурет рядом с моей кроватью, на котором стоял поднос с супом и какой-то жидкостью в бокале. - Спасибо, - пробормотала я, но к еде притронуться побоялась, на что желудок издал жалобное урчание. Я не ела уже, кажется, вечность! - Ешь, мертвая ты нам точно нужна не будешь. - Обнадежил, - съязвила я, и сразу пожалела о сказанном. Кажется, сейчас мне достанется. Но я ошиблась. Мужчина только усмехнулся. - Ты ешь, а потом мы с тобой поговорим. - Я не знаю о чем! Я же сказала, что ничего, совсем ничего не знаю о работе Клинта. Оставьте меня в покое! – истерика снова начала накатывать волной, я не могла сдержать слез. - Стоп, спокойно. Я не сказал, что я хочу говорить о Бартоне, просто поговорим. Ешь, - сказал он уже настойчивее.       Я подобралась к тарелке и принялась жадно поглощать пищу. Горячий суп обжигал язык и горло, но мне это было не важно. Я так проголодалась! - Ты и не привыкла к такой простой пище, - мужчина усмехнулся. Я вопросительно на него посмотрела, он что, думает, что я питаюсь в ресторанах и еду принимаю только с золотого блюда? Но я проглотила эти вопросы вместе с компотом, и не стала провоцировать спор. - Кстати, я не представился, прости, - он усмехнулся. - Знаешь, это не самое страшное в данной ситуации, - пробормотала я, глядя в пол. - Просто, будет удобней общаться. Твое имя я знаю, Эшли. А меня зовут Джереми, - он замолчал, видимо, ожидая какой-то реакции. - Ты ждешь, когда я скажу - «приятно познакомиться»? - Конечно нет, - он засмеялся. - Я вижу, ты отдохнула, осмелела. - Я не осмелела... Прости... Я не это хотела сказать... - слова полились бессвязным потоком. - Ладно, перестань. Слушай, давай просто поговорим. Как ты на это смотришь? - Поговорим о чем? - Ну, о тебе. Где ты работаешь, например? - В галерее, мы продаем картины. - Тебе нравится это? - он чуть склонил голову набок. Так делают люди, когда они заинтересованы в разговоре. Или умело притворяются. - Да. А… чем занимаешься ты? - спросила я осторожно. - О, я уверен, что ты совсем не хочешь знать ответ, - он усмехнулся. - Не хочу, да, - в голове сразу стали рисоваться картинки жестоких убийств, грязных вымогательств и прочего, от чего мой старший брат так старательно меня оберегал. - Ты хорошо рисуешь?       Я подняла глаза на мужчину. Он продолжал смотреть на меня и на его лице не отражалось ничего, кроме какой-то странной заинтересованности. - Нет, не очень хорошо. Почему я здесь? - Будем играть в «вопрос-ответ»? - он усмехнулся. - Ну, мы же общаемся. Так почему? - я и правда позволила себе немного смелости. - Ты знаешь. Мы задавали тебе вопросы. И мы хотим услышать ответы. - Хорошо, я задам вопрос по другому: почему я до сих пор здесь? Я не знаю ничего. Я бы рассказала вам все, правда. Черт возьми, я слабая! - прокричала я на грани истерики. - Неужели непонятно?! Слабая девчонка расскажет вам все, что знает. Я просто хочу домой.       И снова по щекам побежали слезы, я не могла контролировать истерику. - Эшли, - прозвучал спокойный голос. Я продолжала плакать. Будто за одну ночь я накопила в себе сил на новые истерики. - Эшли, - голос прозвучал уже настойчивей. - Прекрати, - раздалось уже совсем глухо и сурово, буквально над самым ухом.       Я вздрогнула и подняла голову. Этот самый Джереми сидел у моей кровати, облокотившись на нее локтями. «Отступать» уже было некуда, поэтому я просто замерла в одном положении, стараясь не шевелиться и даже не смотреть на него. - Ну, что? Успокоилась? - Угу, - произнесла я, надеясь, что он скорее уйдет. - Ты очень впечатлительная, неправда ли? - А ты видел девушек, которые по другому реагируют на похищение? - А ты воспринимай это иначе, - он усмехнулся и поднялся на ноги. - Например, как поездка к другу.       Я сглотнула ком, который встал у меня в горле. Он еще и издевается. Ладно, предыдущие просто физически меня уничтожали, этот взялся за мое моральное состояние, чтобы просто в корне убить мою психику. - Хорошо, прости, - он снова утроился на стуле. - Ам, на чем мы остановились? Эшли.       Я вздрогнула и посмотрела на него. Он сидел в расслабленной позе, нога на ногу, руки опущены по бокам. Like a boss. - На чем мы остановились? - произнес он медленно. - На... на том, хорошо ли я рисую, - я решила не заводить снова тему моего похищения. Он будет злиться, я буду плакать... - Точно. Почему рисуешь ты плохо, а работаешь в галерее? - Не знаю. В один момент я просто захотела быть ближе к искусству. - Ты спокойная личность? - Да, довольно спокойная. - А может, тебе это навязали? Например, твой брат? - Нет. Мой брат хочет для меня только самого лучшего, - я замолчала. Перед глазами было лицо Клинта. Он посвятил жизнь заботе обо мне, моей безопасности. Как же ему сейчас плохо... - Твой брат любит тебя больше всего на свете, не так ли? - спросил мужчина спустя несколько минут молчания. - Да … я думаю да. - И мой меня тоже любит. Он меня вырастил. Родителям было на нас было все равно. - А где он сейчас? - В тюрьме. Его закрыл твой.       Я подняла взгляд на Джереми. Он смотрел как-будто сквозь меня. Наверняка, он любит своего брата так же, как я люблю Клинта. Что было бы со мной, если бы меня заставили жить без него. Я бы не смогла, совершенно точно не смогла бы. Я бы сделала, все, чтобы... Я едва не застонала от отчаяния. Так вот в чем дело... - Вы… вы хотите обменять меня на… - Нет, что ты. План совсем не такой, - он замолчал буквально на пару секунд, а потом неожиданно продолжил. - Я помню, в детстве, когда меня обижали взрослые парни, брат всегда заступался за меня, чего никогда не делали родители. Он учил меня быть сильным. Уметь постоять за себя и своих близких. Я навсегда запомнил его слова и уроки. А чему научил тебя твой брат? - он посмотрел мне в глаза и от этого взгляда хотелось просто рыдать. Его брат был для него всем. Настоящей семьей. Какой для меня был Клинт. - Чему он научил тебя, Эшли? - Тому, что он всегда будет рядом со мной. Что бы не случилось, - слеза скатилась по моей щеке. Его сейчас нет. - Его нет рядом сейчас, - озвучил Джереми мои горькие мысли. - Мы с тобой остались одни. Печально, - он усмехнулся. - И... Что ты будешь делать? Какой план? - План? - Ты говорил, что ты не будешь обменивать меня на своего брата. - Эшли, ты ведь понимаешь, что бывают хорошие и плохие люди?       Я кивнула. - Так вот мы — не плохие. Я, правда, надеюсь, что ты это поймешь. Все, что я делаю, я делаю из-за любви к своему брату. Ты бы сделала для своего то же самое, правда?       И снова кивок. - Я рад, что ты понимаешь меня. Эти люди за дверью... они просто помогают мне. Помогают нам. Я прошу прощения за их грубые действия. Знаешь, отдохни, я приду завтра, - он поднялся и направился к двери. - Джереми, - окликнула я его, хотя сама не ожидала, что смогу когда-нибудь назвать его по имени. Он обернулся. - Мне, правда, очень страшно здесь. - Все будет хорошо. Я обещаю тебе, - он улыбнулся и вышел из комнаты.       Верить человеку, который держит меня взаперти, что все будет хорошо? Не знаю, насколько мой мозг и моя сила воли ослабли, но я просто поверила ему. Он открылся мне и доверился. Это что-то да значит. Возможно, скоро они поймут, что от меня и правда мало толку и отпустят меня. Я легла на кушетку, и едва моя голова коснулась подушки, я уснула.

***

- Эшли! - громкий и резкий голос над самой головой заставил меня подскочить. - Слушай, если ты что-то знаешь — самое время рассказать, - надо мной стоял Джереми, а его глаза лихорадочно блестели. Дверь была распахнута, и за ней никого не было. - Эшли! - Я... я ничего не знаю, - я приняла сидячее положение. Почему-то стало холодно и еще страшнее, чем раньше. - Помнишь, я рассказывал тебе о брате? - Конечно, я помню, он... - Он очень нуждается в документах, которые могут доказать его невиновность. Они находятся у одного человека, но мы не можем его найти. Бартон может. Калеб не виновен. Я точно это знаю. Его подставили, понимаешь? Всего несколько бумажек и он сможет снова быть рядом со мной, как ты и Клинт, - он говорил быстро и сбивчиво. Я едва успевала следить за его речью. - Мы можем ему помочь. Ты можешь...       Договорить ему помешал громкий взрыв где-то неподалеку. Зазвенело стекло, с потолка посыпалась штукатурка, а снаружи закричали люди. Я вздрогнула и посмотрела на Джереми. Его взгляд метался от источника звуков ко мне. - Твою мать! - прокричал он и рванул к двери. - Джереми! Не оставляй меня здесь, - я вскочила с кушетки и побежала за ним. - Нет! - прокричал он, выставляя вперед руку и останавливая меня. - Просто будь здесь! Я вернусь, - закончил он уже спокойно. Секунда и его уже нет.       Я моментально забилась в самый угол комнаты, придвинув перед собой стул. За стеной слышался топот, выстрелы, кто-то громко отдавал приказы, слышалась ругань. На нас напали? На плохих ребят напали еще более плохие? Боже мой, почему все это происходит со мной? Я зажмурила глаза и постаралась вспомнить слова молитвы. В голову ничего не приходило, я просто бормотала какие-то слова, которые, возможно и долетят до Всевышнего и он поможет мне пережить все это. - Вот ты где! Вставай! - меня грубо схватили за локоть и буквально выдернули из «убежища». Передо мной был тот мужик, который приходил мучить меня. Я машинально попробовала вырваться, но он крепко держал меня за руку. - Мне больно, - простонала я, выкручиваясь. - Будет еще больнее, если не успокоишься, - прямо у меня перед лицом оказалось дуло пистолета. - Давай, нам нужно выбираться и быстрее, - он решительным шагом направился к выходу из комнаты. - Нет, мы не можем пойти туда! - Еще как можем, давай шустрее, детка! - Не так быстро, - прямо перед нами появился... Клинт. Боже мой, он нашел меня. Глаза защипало от подступающих слез. Скоро все закончится. Уже скоро. -Опусти оружие, слышишь?! Иначе я убью эту детку! - громила прижал меня к себе, перехватывая рукой за горло, а в висок мне уперлось дуло пистолета. - Давай, опускай! - Эшли, все хорошо, - Клинт посмотрел мне в глаза и я, перехватив его уверенный взгляд, на секунду ему даже поверила, пока не почувствовала, как хватка бандита окрепла. Клинт развел руки в стороны и опустил их вниз, кладя пистолет на стул рядом с дверью. - Теперь отпусти её, - произнес он медленно. - Сразу после того, как ты уберешься с моей дороги!       Едва он закончил фразу, как его хватка ослабла, и он повалился на пол. Видимо, кто-то «снял» его из того самого спасительного окошка под самым потолком. Не удержавшись на ногах, я рухнула рядом. Голова немилосердно болела и кружилась, в ушах звенело. Как будто все травмы за эти дни просто разом атаковали меня прямо сейчас. - Эшли! Слышишь меня? - Клинт подскочил ко мне и поднял над полом. - Слушай меня, не отключайся, понятно? - Клин, ты пришел, - я улыбнулась и взяла его за руку. - Конечно пришел, малышка, конечно пришел, - он старался, чтобы его голос звучал ласково, но на самом деле в нем сквозило напряжение. - Я нашел ее, отступаем к вертолету, обеспечьте безопасность, подчистите объект, - скомандовал он кому-то и поднял меня на руки.       Он бежал со мной сквозь битву. Все так же кричали люди, слышалась ругань, и иногда выстрелы, но мне уже не было страшно. Я обнимала за шею самого главного мужчину в моей жизни. Он обещал, что всегда будет рядом и он рядом.       Снаружи громыхал своими лопастями вертолет, в котором мы с Клинтом и оказались уже через несколько секунд. -Я не хочу умирать, Клинт, - по моим щекам бежали слезы. Я вдруг подумала, что все это не пройдет просто так. Когда свобода и спокойствие так близко - меня накрыла паника. -Ты не умрешь, Эшли, слышишь? Царапинки, пустяк, - проговаривал он, доставая из сумок разные шприцы и ампулы. – Я никогда тебя не отпущу, поверь.       Вертолет поднялся в воздух, унося меня из этого кошмара, в котором я провела несколько долгих дней, и я отключилась.