И у ветра должны быть крылья

Мягкой поступью в Лондон вошла тихая осень, оставляя на тротуарах, в скверах и парках следы из опавших листьев. На окраине города солнце щедро дарило жителям своё последнее тепло, наполняя атмосферу уютом и обещая долгие сентябрьские вечера, окутывающие длинными тенями задумчивые дома и развесистые кроны деревьев. Непривычно солнечная погода делала лондонцев улыбчивыми и общительными. Повсюду можно было встретить молодых мамочек, прогуливающихся с колясками, пары держащихся за руки влюбленных и стайки неуёмных мальчишек, гоняющих на велосипедах. И только Джон не мог найти покоя и радости в осенней красоте природы, окружающей его маленький, до боли знакомый мирок. Его душа жаждала иной погоды, и совсем не такие пейзажи воскресали в памяти, хранящей осколки некогда бурного прошлого… …Холодное пасмурное небо над головой. Студеный ветер вперемежку с ледяным дождем. Безлюдный берег Темзы ранним промозглым утром. И жар погони, когда рядом чувствуешь только горячее дыхание единственного важного в этот момент человека. Того, кто верит в тебя безоговорочно, и за которым ты следуешь без тени сомнений… Напрасно Джон изо дня в день набирал знакомый номер телефона. Лишь холодные тусклые фразы: «Абонент находится вне зоны действия сети» звучали в трубке мобильника, наполняя тоской и заставляя сердце сжиматься. Он отправил тысячу сообщений, но так и не получил ответа ни на одно из них. Шерлок молчал. Будто его и не было никогда. Но самый безотчетный страх Джон пережил в тот момент, когда бесцветный голос в трубке сообщил, что набранный им номер не существует. В отчаянии Джон принялся строчить другу один e-mail за другим, вытесняя на клавиатуре лэптопа свою тревогу и раздражение. « Ты опять в молчанку играешь? Мало показалось прошлого раза?» Нет ответа… «Где ты?! Ты можешь просто ответить?» Молчание… «Шерлок, не вынуждай меня врезать тебе, когда я до тебя доберусь!» Это бесполезно… «Шерлок!! Не молчи! Черт бы тебя побрал!!!» И снова – нет ответа… « Я прошу: просто ответь мне! Где ты??? Неужели это так сложно?» Видимо, сложно… Ему всегда было сложно делать простые вещи…Стоп! Почему – было??? «Шерлок, я убью твоего брата, а потом доберусь до тебя! Это ваша семейная черта – доводить людей до белого каления?!!» Нет ответа… «Клянусь тебе, Шерлок, я очень зол! Считай, что сломанный нос тебе обеспечен!» Тишина… «Шерлок? ГДЕ ТЫ??? ОТВЕТЬ!!!» Нет ответа… *** *** *** Так прошла неделя. Утро плавно переходило в день, занятый работой в клинике. День сменял тихий уютный вечер, возвращая Джона к мрачным мыслям. Наступил уик-энд. Всю субботу Джон провел как на иголках, невпопад отвечая на назойливые расспросы Мэри, которые раздражали его всё сильнее. Стараясь избегать её взгляда, он под любым предлогом пытался уйти от разговора о беспокойстве за Шерлока. Наконец, Мэри не выдержала: - Джон, ты можешь внятно объяснить, в чём твоя проблема? - Нет никакой проблемы. Пустяки, – ненавидя себя за малодушие, соврал он. - Не лги мне, Джон. Я всё вижу. Ты места себе не находишь с тех пор, как о нем ничего не известно. Мэри нарочно не назвала Шерлока по имени. Будто теперь даже его имя не имело права звучать в их доме. Он поднял на неё измученный, почти больной взгляд синих глаз, и на мгновение ей почудилось, что он сейчас совершит нечто непоправимо–страшное. Но Джон сдержался, как обычно спрятав глубоко в себе безумное желание вцепиться в Мэри и трясти до тех пор, пока у него не иссякнут силы… Стиснув кулаки так, что ногти больно врезались в ладони, он постарался ответить почти нормальным голосом: - Пойду прогуляюсь. Не жди меня к ужину. - Джон?! Ты в порядке? – уже не пряча беспокойство, спросила Мэри. - Всё нормально. Пока! – и бросив последний быстрый взгляд на жену, Джон снял куртку с вешалки и, не одеваясь, вышел из дома. *** *** *** Майкрофт Холмс смотрел из окна своего кабинета, повернувшись спиной к Джону. Слишком прямой. Слишком высокомерный. Холодный и чужой. Как он мог быть ЕГО братом? Родным Шерлоку человеком, с которым связано так много всего – и хорошего, и плохого? Джон не понимал. Он и не пытался понять, он хотел только одного: узнать правду. - Ну же, Джон, возьмите себя в руки! Вы сильный человек и сможете это пережить. К тому же, теперь всё иначе. Вы знаете, что он жив. - Я никому не пожелаю пройти через то, через что прошел я. И тем не менее, тогда я знал, что Шерлок погиб. – Джон остановился, на мгновение прикрыв глаза. - А сейчас знаю, что он живой и невредимый бродит где-то, словно тень. И неизвестно, куда его приведет отчаяние и одиночество. - Вы недооцениваете моего брата. Он всегда умел абстрагироваться от обстоятельств и эмоций. – Майкрофт повернулся и бросил на Джона колкий взгляд. - И все же я не могу вот так отпустить его, понимаете? Я виноват перед ним. Я должен поговорить с ним и убедиться, что Шерлок в порядке. Что он уехал с легким сердцем… - голос Джона стал глухим и еле слышным. - Не приписывайте свои страхи и сомнения другим, Джон. Вы лишь хотите снять груз ответственности с души. Но Шерлоку не будет от этого легче. – Майкрофт изобразил сожаление. – Шерлок чрезвычайно восприимчив именно к вашей персоне. Простив вас, он возложит всю вину за случившееся на себя. И будет страдать во сто крат сильнее, чем вы сейчас. Зачем его тревожить? - Казалось, Майкрофт стальным взглядом пригвоздил Джона к полу. - Да как вы не понимаете, Майкрофт! – Джону с трудом удавалось сдерживать свой гнев и нетерпение. – Речь идет не о моих амбициях и чувстве вины! Я никогда бы не посмел навязывать Шерлоку своё общество. Но именно сейчас, в эту минуту он совсем один! Я не могу допустить даже мысли, что довел его до отчаяния, до бегства из страны! – Он перевел дыхание, пытаясь справиться с эмоциями. – Да-да, именно так это выглядит. И не нужно мне говорить, что вы отправили его на сверхсекретное задание, а он просто забыл мне об этом сообщить! - Вы переоцениваете своё значение, Джон! – жестко остановил его Майкрофт. – Шерлок – это мозг, которому требуется работа, вот и всё. Лишь она способна вернуть ему спокойствие и уверенность в завтрашнем дне. Вы ему не нужны! – твердо отчеканил он. - А сейчас извините, меня ждут важные государственные дела, которые не терпят отлагательств. Я должен оставить вас, а вы – оставить попытки вернуть Шерлока. - Как вы вообще можете думать о делах, когда речь идет о родном брате?! Вы – сухарь, Майкрофт! Неудивительно, что Шерлок недолюбливает вас всю свою жизнь! – в сердцах вскричал Джон, нервно запуская пальцы в русую шевелюру. – Вот скажите мне, кому будет легче от того, что вы молчите, терзая нас обоих?! Майкрофт многозначительно поднял бровь и, вздохнув тяжело, негромко произнес: - Таков удел обычного смертного, Джон. Неравнодушие – это не преимущество, как я однажды сказал Шерлоку. Все сердца когда-нибудь разбиваются. Просто подошла ваша очередь... Это всегда случается неожиданно. Но у вас есть семья: любимая женщина, ребенок. Вы очень скоро забудете о Шерлоке. Собственно, вы уже это почти сделали, не так ли? - Не смейте так говорить, Майкрофт! – угрожающим тоном тихо произнес Джон, глядя в цепкие и острые, как бритва, глаза Холмса - старшего. – И не вмешивайте сюда Мэри и Дженни. Это – совсем другое. - А я утверждаю, что это одно и то же! Вы просто устали от наркотика по имени «Шерлок». Вы пресытились им, Джон, поэтому нашли себе адекватную замену. Насколько она равноценна, судить можете только вы сами. Не в силах больше сдерживаться, внимая этому холодному и не выносимому в своей непробиваемой уверенности человеку, Джон резко хватанул Майкрофта за правую руку. Развернув его спиной к себе, он вдавил Холмса прямо в стену, увешанную старинными гобеленами. Майкрофт слабо вскрикнул и попытался высвободиться, но Джон всем своим туловищем прижал его к плоскости стены так, что тот не мог даже пошевелиться. - Вы мне руку сломаете! Джо-о-он! Пустите! – взвыл Майкрофт, невнятно произнося слова. - С превеликим удовольствием! – шумно дыша, прорычал Джон. – И чинить не буду! А жалеть о содеянном – тем более! – И он, поднажав напоследок сильнее, отчего Холмс громко вскрикнул, вдруг резко отпустил его руку. Хмуро гладя на Майкрофта, который морщась от боли, бросал на него неприязненные взгляды, Джон сделал два шага назад и остановился. Через минуту Майкрофт произнес: - Если бы вы не были другом моего брата, я вызвал бы охрану и надолго упрятал вас за решетку. - Если бы вы не были родным братом Шерлока, я бы пытал вас до тех пор, пока не выбил его координаты. А потом бы убил, – совершенно серьезно произнес Джон, глядя на Холмса-старшего с мрачной уверенностью. Майкрофт слегка вздрогнул и здоровой рукой медленно потянул безупречно завязанный узел дорогого галстука. Затем он устало опустился на стул и, сложив ладони домиком (внутри у Джона что-то оборвалось), немигающим взглядом уставился в никуда. Джон не двигался. Казалось, он перестал даже дышать. Наконец, Майкрофт поднял глаза на Джона и произнес: - Вы не передумаете, если я вас правильно понял? И в следующий раз… - В следующий раз – перебил его Джон, откашлявшись, - я брошусь под колеса вашей машины у всех на виду. Я сделаю так, чтобы ваша так тщательно созданная карьера закончилась самым жутким образом. – Голос Джона звенел от сдерживаемой ярости. – Например, заявлю, что вы – агент иностранной разведки. Или главарь подпольной террористической организации. У меня богатое воображение, Майкрофт. Я ведь сочиняю захватывающие истории, основанные на правде. – Он горько усмехнулся. – Я найду, что сказать нужным людям, не сомневайтесь! Джон дрожал всем телом, зрачки синих глаз расширились, костяшки сжатых пальцев стали почти прозрачными. Под кожей на его горле в сумасшедшем ритме билась светло-голубая жилка. Он дышал так, как будто бежал без остановки от самой Бейкер-стрит. - Мне терять нечего. Я уже всё потерял… - шепотом закончил он. Долгим ничего не выражающим взглядом Майкрофт несколько секунд смотрел на Джона. Затем, устало вздохнув, нехотя произнес бесцветным голосом: - Я хочу, чтобы вы знали, Джон, - он помедлил, словно взвешивая каждое слово, - Я делаю это не ради себя. - Джон втянул в легкие воздух, словно перед прыжком в воду. – Записывайте адрес…