Time is running out

Fear and panic in the air.

Мэтт не мог усидеть на месте. Доминик был нужен ему, как воздух утопающему, но Ховард ушел и больше никогда не вернется. Беллз жалел о своем грязном поступке, действительно жалел. Он скрывался ото всех, не отвечал на звонки. Единственное, что его сейчас привлекало – алкоголь. А Доминик поклялся себе, что больше не выпьет ни капли. Слишком уж дорого ему обошлась очередная попойка. Ховард отправился на другой конец города и заселился в какой-то придорожный отель. Совсем скоро он покинет это место, отправится в Лос-Анджелес и попытает счастья там. В кармане завибрировал мобильник. На дисплее высветилось имя второго лучшего друга. - Теперь будет мирить… - вздохнул Доминик и нажал на кнопку приема вызова. - Привет, Дом, - пробасил Крис, заставив Доминика подумать о том, что он мог бы просто проигнорировать звонок Уолстенхолма. - Привет, - сухо ответил Ховард. - Что между вами с Мэттом? – решил перейти сразу к делу друг. - Крис, я, конечно, ценю то, что ты делаешь для нас… Миришь… Но, понимаешь, нам этого не нужно. Уже не нужно. - Поясни. Вы оба мои друзья и я не могу смотреть на то, как вы избегаете друг друга. - Не поясню. Это никого не касается, кроме нас двоих, - отрезал Ховард и второй раз пожалел о своей глупости. - Я не хочу, чтобы мне докучали расспросами о том, что нежелательно знать посторонним людям. Я никому не позволю допрашивать меня, и никто не смеет требовать отчета о моих чувствах! – сердито добавил он. - Так я теперь, значит, посторонний человек? Ты не забывай, что я твой друг и друг Мэтта, я же уже говорил! Я не хочу, чтобы между моими друзьями были разногласия. Я непременно хочу знать, что, черт возьми, между вами происходит! - непримиримо произнес Кристофер. - Любопытство здесь неуместно, Крис. - Доминик, он выглядит раздавленным… - Видел бы ты меня! – выпалил Доминик, понял, что выдал себя с потрохами и, горестно вздохнув, закрыл глаза. Теперь Уолстенхолм возьмется за дело основательно. Ну, будь что будет… - Понятно. Вы едете ко мне домой, а мы с детьми уезжаем к матери Келли, - не принимающим возражений голосом произнес Крис. - Я туда не поеду. Ты меня не заставишь, - злился Доминик. - Еще как заставлю! Завтра в восемь утра чтоб был готов, - кинул Крис и положил трубку. «Запереть нас в одном доме? Да он еще раз десять совершит то, что сделал со мной этой ночью! Черт возьми, Крис, знал бы ты всё… Знал бы, что произошло. И ты бы не принимал таких глупых попыток помирить нас. Меня и этого человека уже ничто не помирит», - категорично думал Доминик, ложась на кровать. Все тело болело, ноги ломило, ссадины саднили, похмелье мучило его еще с раннего утра. И к этому стоит прибавить то, как он себя чувствовал морально. Он был раздавлен, растоптан эгоизмом Беллами. Огромный удар по психике. Никто бы не выдержал такого. Ничего уже не изменить. Или так только кажется?.. Последующие два часа он старательно прогонял мысли о том, что уже завтра ему придется жить со своим насильником в одном доме, совсем рядом, встречаясь с ним каждый день, смотря ему в глаза. Ох, Крис,что же ты наделал… Мэттью даже был рад жить с Домиником. Им было нужно о многом поговорить, и тут предоставлялся такой шанс. Беллами благодарил Криса за этот поступок и догадывался, что Доминику эта затея категорически не понравилась. Мэтт пообещал себе не прикасаться к Ховарду, пока тот сам не попросит, пока не заживут эти кровоточащие раны в груди, виновником которых был сам Беллз. Но не все так просто. Им придется сидеть в четырех стенах очень и очень долго, чтобы Доминик смог хотя бы в глаза Мэттью смотреть, не то чтобы позволить прикоснуться к своей руке. Все происходящее казалось нереальным. Нет, этого не могло произойти с ними. Это чья-то глупая шутка! «Глупая шутка судьбы», - подумал Мэтт. *** Новый день начался с оглушающей трели будильника. Мгновенно проснувшись, Беллами поспешил в ванную. Вещи уже были собраны в дорогу, оставалось привести себя в порядок и ждать приезда Криса. А Ховард даже и не думал собираться. В восемь утра он все еще нежился в постели, совершенно забыв о том, что сегодня его ждет переезд. Несмотря на то, что он пережил за предыдущую ночь, Дом спал спокойно, и снилось ему нечто-то радостное и солнечное. Но Крис не забыл о Доминике и вломился к нему в номер ровно в восемь утра, ожидая увидеть полностью одетого и собранного Ховарда. Вместо этого он мог лицезреть блаженно спящего крепким сном младенца драммера, обнимающего скомканное одеяло. - Вставать! – закричал во всю мощь голосовых связок басист и зашагал к шкафу с одеждой, скидывая в чемодан все, что попадется, в совершенно произвольном порядке. Доминик, сладко потянувшись, приподнял голову. Увидев Криса, он приоткрыл рот и в удивлении округлил глаза. - Как ты сюда попал?! – только и вымолвил он. - Через дверь, - отмахнулся Уолстенхолм. – Собирайся, давай! Я же говорил, что ты поедешь! Никаких отговорок не принимаю. - Кри-и-ис… - завыл Доминик, падая опять на подушку. – Вот тебе заняться нечем. Отстань! Нас не нужно мирить, да я же тебе уже раз двести это сказал. - Вы оба так каждый раз говорите, но потом слезно благодарите за то, что я сделал для вас. А теперь и Мэтт рад помириться с тобой, - Крис подошел к кровати Дома. – Что произошло? – Уолстенхолм выдернул из-под Доминика одеяло. Тот испуганно сжался и зажмурил один глаз. Уолстенхолм удивленно опустил одеяло обратно на кровать. - Объясни мне, что происходит, - тихо, но внятно сказал Крис. - Не могу, - замотал головой Дом. – Уйди, пожалуйста, - Ховард сел на кровати. – Это все очень сложно… - Я по твоему мнению настолько туп, что ничего не пойму? – сердито перебил Крис. - Да нет… Это действительно сложно. Я сам еще не до конца разобрался. Я не понимаю его мотива. Сам поступок настолько понятен, что и думать не надо, - зажмурился Доминик. - Что за поступок? – настороженно спросил Крис. - Тебе не надо знать. Я думал, что будет, если я тебе расскажу. Поверь, ничего хорошего, - отрезал Дом, теребя подушку. - Я лично считаю, что все обиды со временем проходят. А еще быстрее, если постоянно контактировать и вообще видеть своего обидчика. Поэтому я и пробую этот метод. Я делаю это из лучших побуждений! – сердечно сказал Кристофер, в упор смотря на Ховарда. - Это не обида. Это нечто посильнее. Может, это чувство уйдет. Но маловероятно, - задумчиво и тихо произнес Ховард, наконец поднимаясь с кровати. - Дом, в чем дело? Я очень хочу вам помочь. Ты можешь мне довериться. Можешь не беспокоиться о том, что я кому-то расскажу, – тихо сказал Крис и задумался. - Вы что, спали, а потом он тебе изменил? – мерзко загоготав, предположил Уолстенхолм, рассматривая объемистую стопку разноцветных джинсов. - Не смешно, - бросил Доминик, направляясь в ванную. Крис послушно замолк и скинул стопку джинсов в чемодан. - Так ты согласен ехать? – крикнул Крис, заглушая шум воды. - Нет, не согласен, - недовольно проворчал Дом, выглядывая из ванной комнаты. – Но ты ведь так просто не отвяжешься. Я придумал, как существовать с Беллами в одном доме и не встречаться с ним ни при каких обстоятельствах. - Удачи, - хмыкнул Уолстенхолм и застегнул чемодан. – Иди, одевайся, я жду тебя внизу. *** Мэтт сидел в том самом номере и ждал звонка Криса, чтобы поехать на новое место жительства. Он знал, что сказать Доминику при первой встрече наедине, но не знал, стоит ли вообще что-либо говорить при Крисе. Уолстенхолм хочет знать, что произошло. Доминик никогда ему не расскажет. Мэттью тоже. Слишком стыдно, слишком больно, слишком свежи воспоминания. Мэтт ожидал увидеть Доминика раздавленным, как и он сам, слабым, с красными от слез и от бессонной ночи глазами, с сигаретой в руках, в помятой одежде и растрепанными волосами. Ведь сам Мэттью выглядел примерно так. И вот, Крис позвонил, Мэтт спустился вниз, сел на заднее сидение его огромной машины, увидел Доминика и не поверил своим глазам. Хмурый, скорее всего из-за того, что его подняли в такой ранний час, но достаточно бодрый, свежий, в чистой выглаженной одежде и аккуратным вихром волос на голове, Доминик завораживал Беллза, и тот слишком часто смущенно бросал заинтересованные взгляды на драммера. Кажется, Мэтт что-то пробормотал в знак приветствия, но Ховард не только проигнорировал его попытку, но и попросту не взглянул в его сторону. Внешнее спокойствие - всего лишь обман. На самом деле внутри Доминика бушевало пламя. Он боялся Беллами до истерических слез и так же ненавидел за всю ту боль, которую тот причинил ему за эту ночь. Сейчас им овладевали чувства, разум ушел на десятый план. Столько лет преданной дружбы коту под хвост. Дружба… Да, Доминик с ним дружил. А Мэтт нет. Он любил, и совсем не как друга. Из-за этого Доминику почему-то становилось противно и до жути обидно. - Я ухожу из группы, - как бы невзначай бросил Доминик и скучающе посмотрел в окно. Он ожидал бурной реакции, и это случилось. Крис резко ударил по тормозам, Мэттью начал что-то громко лепетать, но Доминик не слушал фронтмена – его сейчас больше волновала реакция Уолстенхолма. - Ты офигел?! – без предисловий в бешенстве выкрикнул Крис, поворачиваясь к Дому всем корпусом. - Понимаешь, я не хочу нахо… - начал Доминик, но его резко перебил Кристофер. - Да мне плевать, что ты там хочешь, а чего нет! И ты, Беллами! – Крис развернулся к трусливо сжавшемуся Мэтту. – Быстро мирись с ним, ну же! Вы меня оба достали! Вечно ссоритесь из-за ерунды и строите из этого трагедию века. Истерички. Хватит драматизировать! - Замолчи, ты понятия не имеешь, о чем идет речь! – закричал в тон другу Доминик. - Так просвети же, - внезапно тихо сказал Крис, поворачиваясь к Мэтту. - Нет, - подал голос смущенный Мэттью и повернулся к окну. - Скажи ему, давай! Только я не желаю слушать, с каким упоением ты будешь это рассказывать! – выкрикнул разгоряченный Доминик и потянулся к ручке двери. - Ты. Никуда. Не уйдешь, - прошипел басист и перехватил руку драммера. – Расскажите, когда созреете. И Доминик еще миллион раз всё обдумает за время вашего пребывания в моем доме перед тем, как заявлять об уходе. Разозленный Доминик отвернулся от Криса, и машина тронулась. Удивительно, но Кристофер, будучи самым младшим из неразлучной троицы, умел утихомирить и Беллами, и Доминика разом. Через полтора часа машина остановилась перед загородным домом семейства Уолстенхолмов. Уютный двухэтажный домик еще с улицы понравился Доминику. Мэтт все время грустно смотрел в окно, и дом его ничуть не заинтересовал. Крис вытолкал Доминика из машины и отправил открывать гараж. Мэтт бодро вскочил на крыльцо, насмешливо смотря, как Крис галантно тащит чемодан Доминика с многочисленной одеждой. У Доминика промелькнула крайне бредовая мысль, что было бы куда комичнее, если бы Мэттью был на месте Криса и таскал его вещи на своих худых угловатых плечах. Беллами пришлось разбираться со своими чемоданами самому. Крис был более благодушно настроен по отношению к Доминику, чем к Беллзу. Уолстенхолм будто бы чувствовал, что Мэтт действительно очень и очень сильно провинился. - Ну… Тут неплохо, - вынес вердикт Доминик, когда обежал весь дом и рассмотрел все комнаты. Пока тот носился по дому, Мэтт лежал на диване в гостиной и пялился в потолок невидящим взглядом, а Крис готовил что-то на кухне. - Неплохо? – крикнул с кухни Уолстенхолм. – Да тут замечательно! Келли сама занималась дизайном дома. - Очень уютно, - безжизненным голосом буркнул Мэтт и выпрямил ноги, все еще валяясь на крохотном диванчике. - Правда нравится? – радостно воскликнул Крис. – Вы у нас тут еще не были... Думаю, этот дом вам запомнится надолго, - с нажимом на последнюю фразу сказал Крис, входя в гостиную с тарелкой бутербродов в руках. - Кофе стоит на кухне, сами сходите и возьмете, - буркнул он, усаживаясь в кресло. - Спасибо, - искренне поблагодарил Дом и помчался на кухню. На удивление всем присутствующим, Ховард вернулся в гостиную с двумя кружками кофе. - Я могу быть уверенным, что ты не плюнул мне в кофе? – буркнул Мэтт, принимая кружку. – Спасибо. - Я не настолько мелочный, - едко ответил Доминик и присел на другое кресло, по правую руку от Криса. - Миритесь, - вдруг провозгласил Крис после пяти минут молчания. - Отвали, - нахмурился Доминик, попивая кофе. - Дом, прости меня, пожалуйста. Пожалуйста! Я не знаю, что сделать… - Мэттью встал с дивана, поставил пустую кружку на кофейный столик и сел поближе к Ховарду. - Ничего не надо делать. Отвали! Отстаньте от меня, идиоты! – Доминик испуганно сжался в кресле, поджимая под себя худые ноги. Он храбрился, выдавая едкие фразы, но на деле ему было безумно страшно. - Крис, оставь нас, - бросил Мэтт в сторону Уолстенхолма, наблюдавшего все это время за этой воистину странной сценой. Доминик буквально сжался в комок от таких слов. Басист послушно встал и направился к выходу. - Ну, парни, миритесь, а я поехал к семье. Вы будете тут сидеть до тех пор, пока я самолично не буду убежден в том, что вы спокойно переносите друг друга более часа. Я запираю ворота, и вы не сможете выйти с территории дома. В холодильнике полно еды, вы ни в чем не будете нуждаться некоторое время. По пятницам к вам будет приходить горничная, которая потом будет приносить продукты. Если что – номер у вас мой есть, звоните. - Крис, ты изверг, - прошептал Доминик, обнимая себя за колени. - Удачи, - хмыкнул Уолстенхолм и скрылся за дверью. - Пока, - запоздало махнул рукой Мэтт. Будто дожидаясь этого момента, Доминик вскочил с кресла и бодрым шагом направился к лестнице, ведущей на второй этаж. Мэттью, увидев, что его «жертва» ускользает, проскочил перед ним и встал напротив лестницы, загораживая проход. - Дом, нам надо поговорить, - сказал он, обнимая себя за плечи. - Мне не о чём с тобой говорить, Мэтт. Пожалуйста, отойди. Ты делаешь мне еще хуже. Я не переношу твоей компании, разве ты не видишь? Я тебя боюсь, как огня, ты и сам это понимаешь. Я страшусь, что в любую минуту ты можешь подскочить ко мне, повалить на пол и сделать в точности то же самое, что совершил ночью, не постеснявшись ни Криса, ни кого-либо еще… - прошептал Доминик, глаза его наполнились слезами, и Мэтт отступил от лестницы, пропуская Дома. - Извини… Это будто был не я, знаешь… Я знал, что это неправильно, но… Еще раз извини. Я люблю тебя и я хотел… А, я не знаю, чего я хотел. Это все бред собачий, я виноват, я сделал это с тобой… - путано вещал Мэттью, шумно выдыхая воздух. - Ты хотел меня, - Доминик опустил глаза. - Да… Знал бы ты, какой ты привлекательный, - Мэттью с нежностью взглянул в глаза блондина, но, несмотря на теплый цвет, в глазах его была пустота, холод и плохо скрываемая паника. Доминик отвел взгляд, коротко кивнул и, прихрамывая, пошел на второй этаж. Мэттью с жалостью посмотрел блондину вслед.