Домечталась. На свою голову.

О-хо-хо, как же я сегодня устала. Вот прямо проснулась с утра и будто всю ночь вагоны разгружала — все тело ломит, в ушах звенит и настроение ни к черту. К сожалению, такое состояние не оказывает положительного влияния на мою работоспособность, поэтому делала все медленно, что отнюдь не хорошо сказывается на общем результате рабочего дня. Дома, естественно, меня никто не встречает — живу одна, даже без соседки. Переехала пару лет назад в другой город, кое-как смогла найти квартиру, поначалу перебивалась в общаге, которую предоставляют на работе. Но мне было жутко неудобно там жить, поэтому пришлось искать что-то на замену. Видимо, боги ниспослали мне какой-то дар, потому что жилье я все-таки нашла и по вполне приемлемой цене. Да еще с адекватной хозяйкой, что в наше время неслыханное счастье! Сама хозяйка живет практически на другом конце города, присматривает за внуком, потому что оба родителя практически постоянно на работе, поэтому живет с ними. Как мне объяснила Мария Васильевна, квартиру она сдает только исключительно потому, что дочь настояла, оттого и цена низкая и проверки не частые. Вообще, странная такая бабуська, хотя, это скорее мое предвзятое отношение к искренне добрым людям. Вот ничего с собой поделать не могу, стала слишком циничной. Если раньше цинизм и грубость были для меня чем-то вроде защиты, сейчас же это часть моей сущности. Печально, но факт. Кресло страдальчески скрипит, когда я в него плюхаюсь. Это, несомненно, намек на то, что пора бы и за себя взяться, похудеть, то есть. Да я и сама прекрасно понимаю, что надо, да только все постоянно какие-то отговорки — то денег вечно не хватает, то работа не позволяет. Но, конечно, все это можно описать одним единым словом — лень. Я лет так с шестнадцати плюнула на все и просто пустила жизнь на самотек, потому что внешность не сможет сделать меня лучше в плане характера. А характер у меня еще тот… Ох, не хочу о грустном, и так тоска непроглядная, еще не хватало впасть в депру. Вообще, есть плюсы в том, что я живу одна — никто не достает глупыми расспросам, не говорит, что мне делать, а чего не делать, особенно этот факт радует, когда на работе бедлам. Хочется, конечно, послать всех, собрать манатки и уйти в закат, навстречу судьбе, так сказать… Но постоянно натыкаюсь на невидимую стену, а потом на ней появляется надпись «Вернись в реальность, бэйба», так что остается только вздыхать и надеяться на лучшее. М-да, неплохо бы что-нибудь закинуть в желудок после тяжкого рабочего дня, так что приходится оторвать зад от мягкого кресла и пойти к холодильнику. Хм, чего бы такого отведать… Пожалуй, сделаю себе легкий салат из огурца и помидора, а заправлю ложкой сметаны. Еще и чаек сладкий, и думаю, что жизнь более-менее удалась. Вообще, конечно, временами бывает одиноко… И не только в плане съема квартиры, а в общем. Отношения с родителями оставляют желать лучшего — я им была не слишком нужна, их больше интересовали их новые семьи, а я как бы пережиток прошлого, который напоминает о давней ошибке молодости, сколь бы абсурдно это не звучало. Поэтому я ушла жить к тете, которая меня с радостью приняла и воспитывала. С тетей, естественно, у меня постоянный контакт, ежемесячно она ко мне наведывается, т.к. появляться в старом городе я не хочу, а ей не сложно заскочить по пути откуда-нибудь. Марина очень часто в разъездах, так что ей проще приехать ко мне самой, чем мне дожидаться, когда она будет у себя дома, чтобы мы могли увидеться. По телевизору опять ничего интересного не показали, поэтому я его выключила. Вообще, хорошо бы покушать, посидеть с часик, а потом завалиться спать, но одновременно хочется что-нибудь поделать, провести время с пользой, так сказать. Но сил, чтобы, к примеру, почитать книгу тоже нет, так что застываю в задумчивости на кухне, у окна. Через стеклопакеты доносится мало звуков, но все равно слышно, как проезжают машины. Окна моей квартиры выходят на проезжую часть, благо, что стеклопакеты качественные и у них отличная звукоизоляция. О, опять он. Недавно тут начал ходить какой-то парень. Обычно я вижу его только через окно, и только вечером, так что разглядеть нормально не представляется возможным. Вообще, до дороги еще минимум метров пятнадцать, и на безопасной части вдоль тротуара есть лавочка, вот туда парень и садится, устремив взгляд на дорогу. Пожав плечами и допив чай, решаю, что надо все-таки хотя бы почту проверить, авось и дотерплю таким макаром хотя бы до десяти часов, а то если лягу сейчас, то проснусь слишком рано, и снова буду клевать носом весь день. Что ж, где там мой ноутбук… И только я собралась сеть на кресло, и зависнуть на пару часиков в сети, как раздался звонок в дверь. Да вашу ж! .. — Кто там?! — рявкаю я, подскакивая к двери. К сожалению, здесь нет ни глазка, ни каких-либо еще приспособлений, чтобы посмотреть, кто там, не открывая двери, а то мало ли, какие отморозки там приперлись. Однако же голос никто не подает, а звонок повторяется. Ничего не остается, как приоткрыть дверь и все-таки посмотреть, кто там… А там стоял парень. Высокий, длинноволосый, смуглый, вроде не дурен собой, но его общий видок оставляет желать лучшего — разодранная и перекошенная рубашка, один рукав вообще оторван и собрался гармошкой на его руке. Волосы уложены в стиле «я упала с сеновала, тормозила чем могла», а помимо этого, он был весь в ссадинах, кажется, от кошачьих когтей. Боги, на него, что ли, целая стая напала? .. А на той руке, где рукав висит, кажется, вообще от ножа рана, глубокая и кровоточащая. Пока я квадратными глазами взирала на это седьмое чудо света, он толкнул дверь, чтобы можно было пройти, и зашел в квартиру, сразу завернув на кухню. — Э… — очень глубокомысленно отозвалась я, проследовав за нежданным гостем. — А ты кто? .. — Это так важно? — хрипло отозвался незнакомец, садясь за стол. Вид у него очень уставший. — Мне надо, чтобы ты обработала руку, — он кивнул на порез, а потом глянул мне в глаза. И тут будто кто-то включил не обнаруженный до селе автопилот: я подошла к аптечке, достала перекись, бинты, пластырь, еще и откопала в другом шкафчике иголку с ниткой, а потом направилась к «пациенту», которому надоел болтающийся рукав и он его снял. — А, может, «скорую» вызвать? — видимо, здравый смысл все же смог прорваться сквозь наваждение, потому как я задала очень хороший и рациональный вопрос. Удивительно, как я еще в обморок не хлопнуть от вида открытой раны. Не скажу, что я законченный гемофоб, но не люблю вид крови в реальной жизни, да еще и порез, ладно хоть не сильно глубокий. Но, ох, чувствую, не обойдется все-таки без нитки и иголки, хотя я бы предпочла с этим не связываться. — Просто промой и забинтуй. Тут снова будто что-то щелкает в мозгу и сдуру чуть ли не весь пузырек выливаю на его руку, а он даже не поморщился. Эге, да у него болевой порог завышен. — Позволь спросить, — дождалась, пока он кивнет, — а что случилось? — С дерева упал, — будничным тоном ответил брюнет, а я пыталась побороть желание схватиться за расческу — ну не могу я смотреть на этот бардак… стоп, с какого нафиг дерева?! — А что ты… что ты делаешь? — вопрос пришлось скорректировать, так как парень сунул руку в карман брюк и что-то достал. При ближайшем рассмотрении на раскрытой ладони с длинными и красивыми пальцами, лежала горстка какой-то золотой пыли или порошка. Задать следующий вопрос не успеваю или даже двинуться с места — брюнет сдул этот самый порошок мне в лицо, и последним, что я увидела, это как он меня подхватил на руки, не дав упасть на пол и удариться головой…

***

Ох, ну и дурь мне снилась — пони, курящий кубинскую сигару и низким голосом заверяющий о том, что волноваться совершенно не о чем и все под контролем. Я так и не поняла, о чем мне не стоит волноваться и под каким таким контролем это самое «все». Однако я понимала, что сплю в очень неудобной позе — ни пошевелиться, ни сменить свое положение я не могла, как будто в тисках сжали и зафиксировали. А еще откуда-то постоянно дует, что изрядно мешает спать. Хотя, уж лучше проснуться, чем смотреть столь наркоманские сны. Открываю глаза, щурясь от яркого света. Боги, ну кто шторы открыл… Да и откуда? Вроде вот только вечер был… Кое-как проморгавшись, вижу, что где-то внизу плывет на большой скорости лес и какие-то поля, даже виднеются старые заброшенные дома, или же наоборот населенные деревушки, спросонок не слишком быстро соображаю. Вокруг голубое небо, даже облака на такой высоте есть. — А-А-А-А-А-А! — в не очень глубокомысленной форме выразилась я, вцепившись руками в тиски, чем-то напоминающие какую-то большую лапу, мертвой хваткой. Это до меня дошло, что я, вообще-то, лечу. Лечу, мать его через колено, по небу! Не знаю как, почему и зачем… Нет, как — знаю, меня несет кто-то большой с когтистыми лапами, черной жесткой чешуей и большими кожистыми крыльями, даже слышно, как они машут. Попыталась поднять голову вверх, насколько это вообще возможно в моем положении и как-то резко захотелось снова уйти в несознанку, потому как осознание того, что меня несет… египетская сила! — Эй, ты! — заорала я, что есть мочи, благо, что сил дергаться нет, потому как осталось бы от меня кровавое месиво на зеленой травке внизу. А может и на дереве, хрен знает, стараюсь вниз не смотреть. — Верни меня на землю, сейчас же! — Слышу, прекрати визжать, — донесся сверху спокойный голос ящера, хотя я еле разобрала слова. Ау, а что со мной вообще произошло? Сидела дома, после очередной нервотрепки на работе, кажется, собиралась побездельничать и пойти спать, а потом ко мне заявился непонятного вида парень, весь исцарапаны и в разодранной одежде. Ох, ну попадись ты мне, северный олень, и тогда я устрою тебе клизму с применением ершика… Мысль мою нагло оборвали резким снижением высоты, и, кажется, приземлением на твердую почву. Кто-нибудь видел, как драконы ходят на задних лапах? Лично по моим ощущениям было похоже, будто меня несет пингвин или медведь, увы, посмотреть со стороны и посмеяться над этим зрелищем мне не дано, так как никак не повернуться или оказаться подальше от него — слишком крепко держит. Ящер нагнулся, сложил крылья и нырнул в пещеру, которую я только сейчас заметила, хотя вроде бы видела лишь деревья, и вынырнул с другой стороны, чуть потоптался, присел и снова рванул ввысь, по-прежнему не ослабляя хватки. Спустя несколько минут полета, меня прижали еще крепче, и нас дернуло куда-то вправо, а еще послышался какой-то странный шипящий звук, хотя удивительно, что я его вообще услышала. — Черт, засада! .. — зашипел дракон и снова резко ушел в сторону, и тут я увидела, что же на нас летит — огромный огненный шар. Ящер сложил крылья и стремительно спикировал вниз, намереваясь, видимо, разогнать нападающих или сбить их с толку. О, Тень великого Одина, вот и смерть! Я же еще так молода, всего-то двадцать годков, вся жизнь впереди… А вот от следующего снаряда ему не удалось так легко увернуться, кажется, его ранило, но даже в этом случае он продолжил лететь, лишь еще крепче прижал меня к себе, хотя казалось бы, куда уж крепче. И все же хорошо, что я поела так мало после работы, а то ящера так швыряет в стороны — то вправо, то влево, то вверх, то вниз, а меня, между прочим, укачивает… Я кое-как выгнулась, чтобы посмотреть, где мы все-таки летим. Ох, лучше бы я этого не делала… Мы стремительно приближались к земле и, кажется, что так быть не должно. К сожалению, с моего местоположения ничего другого не разглядеть, так что оставалось только панически верещать и сжаться в комок в надежде, что останусь в живых. Приземление было жестким, дракон постарался затормозить, пропахав лапами землю на несколько метров, в итоге потом упал и проехал еще пару метров, и только окончательно остановившись, он решился выпустить меня из лап, а сама же я уползла подальше. Чувствую, что у меня на лице застыла не просто гримаса страха, а самого настоящего ужаса — похитили, непонятно куда притащили, еще и чуть не убили! А ящер вон, валяется, пытается изогнуться и достать до бедра… Ох ты ж пресвятые спагетти, нихера у него болт из ноги торчит, явно не для ручного арбалета. — Пойдемте со мной, вам не стоит на это смотреть… — ко мне подбежала средних лет женщина и поспешила увести к большому особняку, который, по правде говоря, виделся мне скорее размытым пятном, чем зданием. Я поняла, что это дом лишь по его размерам. Ядрена вошь, надо было слушать старших. Когда обернулась, увидела, как ящера скрючило, сломало в прямом смысле слова, даже хруст костей и было слышно, он становился меньше… Отвернулась, пока не рассталась со своим и так скудным ужином, а женщина все-таки затолкала меня в особняк и отвела в просторную гостиную. Мельком глянув в окно заметила, что дракон-то куда-то пропал, а стояли там лишь двое мужчин, и даже со своей, пусть и небольшой, близорукостью вижу, что один из них подозрительно похож на того самого чмыря, что завалился ко мне в квартиру и усыпил неведомой херней. — Садитесь, господин скоро подойдет, — сказала женщина, усаживая меня на диванчик явно викторианской эпохи в гостиной и укутывая в плед. Ох, только сейчас чувствую, как же меня колотит от страха, аж зуб на зуб не попадает. Возмутиться, что клала я на «гаспадина» большой и толстый, мне не дали, как в комнату вошел тот самый козел, все такой же растрепанный и одетый в халат. И, кажется, уже исцелившийся, судя по тому, что даже не хромает. И только я вскочила, наплевав на дрожь, чтобы двинуть этому убогому и высказать все, что думаю, как он вкинул руку в предупреждающем жесте, отчего я даже слегка растерялась, а потом заметила, что во второй руке снова поблескивает тот самый порошочек, которым он меня недавно усыпил. — Стой! .. — только и успеваю пискнуть перед тем, как отрубиться и снова упасть ему в руки.