Любовь монстра

Лучи солнца, как назойливые неведомые миру создания стали с огромным рвением лезть в мои сны, вырывая меня из них самым подлым образом. Приоткрыв веки, я, находясь ещё в слабо мыслящем уме, заметила темную фигуру, не полностью загораживающую дверь в комнату. Красный камзол этого существа ярко выделялся на строго подтянутом теле. Волосы цвета черного крыла плавно развивались при мимолётном дуновении ветерка из открытого окна. Мягкая улыбка — это единственное, что можно было увидеть на лице скрытом непроницаемым мраком. — Пора, — проговорило оно, — пробудись, милая. Пора знать меру своему сну, Мари. Он ждет тебя, ждет как никогда прежде. — Отец, — хриплым ото сна голосом прошептала я, незатейливо протягивая руки к его фигуре. — Он ждет, просыпайся, время пришло! — Отец! — воскликнула я, резко поднимаясь на кровати, скидывая одеяло на пол. Дурман окончательно покинул мой ум. Окинув взглядом дверь, и, не увидев никого, я разочарованно вздохнула и уткнулась носом в подушку. Неужели, это был он? Тот, кто убил мою мать? Но что же он хотел донести? Неужели, то, что сказал Такума правда, и я — вампир? Перерождение прародительницы Куран и по совместительству дочь чистокровных? — Мари, Куран собирается отбывать вместе с остальными учениками, поторопись. Услышав взволнованный голос Такумы за деревянной дверью своей комнаты, я, быстро найдя взглядом одежду ночного класса, надела её и, наспех расчесавшись, вышла из комнаты, перехватив у выхода учебники. — Быстро же ты, — присвистнул Такума. — Слушай, мне кажется, эта форма тебе немного жмет. И да, с Днем Святого Валентина тебя! — Ты заметил? Спасибо, — буркнул я, отпуская юбку ещё ниже. Что за порнография в этой академии? Юбка была чуточку ниже бедра. Они издеваются?! Или у вампиров такое извращение принято? — Поторопись! — прикрикнул Такума на повороте коридора. Прибавив шагу, я еле стала догонять этого шалопая. Вот же…вампир. Интересно, если все правда и я пробужусь, я буду так же быстро ходить? Или ещё быстрее? Проклятье, о чём я-охотник, ещё думаю?! — Мари, спускайся, не заставляй нас ждать, — послышался приглушенный голос главы у выхода из общежития. Я и не заметила, как остановилась у лестницы. Взглянув на главу, я стала плавными и неспешными движениями спускаться к нему. Куран неотрывно следил за мной, в его глазах словно блеснула тень узнаваемости, но он быстро скрыл это. — Ну что же, все в сборе, пора отбывать. С его словами ворота открылись, и мы поспешили выйти из общежития. Солнце, словно прощаясь, в последний раз мазнув вечерними лучами по нашим лицам, скрылось за горизонтом. Это было так красиво, что я невольно залюбовалась этим моментом. — Впечатляюще, не правда ли? — прошептал голос над моим ухом. Поморщившись от ощущений, я восхищенно кивнула. Не хотелось портить момент пререканиями и ядом, я лишь желала запечатлеть этот момент в памяти. Память, как иронично. Останется ли она со мной после перерождения? Не ясно. Забуду ли я Грега, Анж, Юки, Зеро, Каена и этого блондинистого кролика? Смогу ли я быть прежней с другими воспоминаниями? И кто мне ответит на такие вопросы? Наверное, ответ прост. Глава Куран. Он определено всё знает. Орущих ведьм можно было услышать за мили, вампиры поморщились от криков и устало вздохнули. А этих баб можно использовать как особое оружие против вампиров. — Ты по-любому проиграешь, Каен, я выиграю в нашем споре! И мне достанется больше, чем Мари! — воскликнул знакомый голос. Боковым зрением посмотрев на парней, я мимолётно усмехнулась. — Думай, как хочешь, Айдо. — Привет, мальчики! Как дела? Вы что, из сборной дурдома? — Мари! — воскликнули вампиры, хватаясь за то место, где у них должно быть сердце, — не пугай так больше! И с чего ты взяла, что мы из «сборной дурдома»? — Так вы думаете, что получите больше Валентинок и шоколада, чем я! Я явно красивее Айдо, именно поэтому я буду в выигрыше. Видя, как становится красным от злости Айдо, я тихо смылась к Канаме. Он меня, если что, защитит, не смотря на вражду. Не зря же его Юки восхваляет. Заметив мой маневр, глава усмехнулся. — Канаме Куран, — начал айдол, но крики Кросс заставили его замолчать. — Всем зайти за линию! Немедленно! — кричала Юки по ту сторону ворот. — Успокойся, Айдо, — предупредил глава. — Я спокоен, как удав на пачке дуста! — Ты признал своё родство со змеями? — злобно прошептала я, смотря на Айдо, точно зная, что он услышит. — Ах ты… — Не хамите мне, юноша! Я от вас бледнею! — Айдо-семпай! Каен-семпай! Канаме-семпай! С праздником! — кричали девушки, заглушая гневные выкрики кролика. От испуга схватившись за ближайшую руку, я со страхом смотрела, как девушки совали руки в отверстия между щелями клеток, державшие их от нападения на вампиров. Вот, кого надо тренировать в охотников! Задушат объятиями и не заметят. — Господи, — прошептала я, смотря на взбудоражившуюся толпу. — И так каждый год, — прошептал хозяин руки, Куран.