Без шансов

А потом началось. Благополучно прожив на грани необъявленной войны полгода, мы с Изотовым несколько спелись, поскольку то и дело оказывались в заложниках, в плане бесплатной рабочей силы, у Светланы Павловны. Любое школьное мероприятие становилось для нас испытанием: классная руководительница считала, что будучи старостой я подписалась на любую внеклассную деятельность, а Изотов априори обязан был ей помогать как представитель сильного пола. Собственно, подготовка к восьмому марта не стала исключением из правил. Так что после уроков я усердно выводила какие-то цветочки на очередном плакате, пока Светлана Павловна где-то порхала. Собственно, припорхнула она уже с Изотовым. Тот отсалютовал мне, подмигнув. А я-то надеялась, что сегодня обойдусь без лицезрения физика, ибо его предмет в расписании класса не значился. Не подфартило. От разочарования я поставила кляксу на один из несчастных цветков. - Слушайте, а неужели нет никаких старых плакатов и рисунков? – кажется, Изотову не особо хотелось тратить время на изобразительное искусство. - Но они же с прошлых лет, - попыталась робко возразить Светлана Павловна. - А какая разница? – пожал плечами Михаил Николаевич. – Главное, стены ведь завесить. Поправьте, если не прав. Конечно, тут он был прав. За редким исключением кто-то прилипал к стенам, чтобы прочитать развешенные на них плакаты. Просто отмечал их наличие. Потому вряд ли кто умрет от разочарования, если вдруг обнаружит, при обязательном условии, что вспомнит, поздравления прошлых лет. - Так где оно хранится? - Ой, наверное, в школьном подвале, - собственно, ойкнула Светлана Павловна и замялась. Разумеется, очередная юбка длиною мини к лазаниям по подвалам сподвигнуть никак не могла. Действительно, именно в подвале была размещена подсобка, куда до поры до времени складывался всякий скарб с надеждой, что когда-нибудь он пригодится. Чаще всего не пригождался, но чему-то везло больше. Хотя странно, что Изотов, участвуя в всех праздничных приготовлениях Светланы Павловны, не слышал о подвале… Но мне-то что… - Отлично. Старосты идут обязательно, - ухмыльнулся Михаил Николаевич. Я только закатила глаза к потолку. Кто бы сомневался. - Но Наташа одна не справится, - встала на мою защиту Светлана Павловна. Женская солидарность, как ни крути. - Значит, физики тоже идут в обязательном порядке, - пробурчала я, задумчиво глядя на кляксу, которая при хорошем раскладе могла бы сама стать цветком. - Ловишь мысль прямо на лету, Знайка, - усмехнулся Изотов. - Стараюсь, - сухо парировала я. Через пятнадцать минут мы спускались в подвал, предварительно открыв скрипучую дверь. Благо, что ни одна из лампочек не перегорела, разве что все подозрительно так перемигивались друг с дружкой. В воздухе пахло ненужностью. И пылью. Всюду было… много всего. По-другому царивший в подсобке беспорядок описать было невозможно. Тут же можно было обнаружить паутину, и где-то даже в несколько слоев, благо, что без восьмилапых хозяев… Плакаты мы нашли не сразу, но относительно быстро. Правда, до этого пришлось перелопатить и развернуть пару рулонов, в которые свернули творчество местных школяров на тему Нового года, двадцать третьего февраля и прочих радостей. Все это творчество вызвало легкую ностальгию и даже приступ грусти. Все же последний год в школе… Но мою едва начавшуюся хандру прервал Изотов, ударив меня одним из рулонов, коих он уже набрал кучу. - Думаю, нам уже достаточно, пошли. Надо отсюда выбираться. И мы пошли выбираться. Михаил Николаевич уверенно вел наш небольшой отряд, всучив мне приличий ради пару рулонов. Так что мы снова пересчитали ступеньки, только в обратном направлении и своре оказались у заветной двери. - Елки-моталки, прикинь, Знайка, - Изотов вдруг обернулся ко мне, - а дверь-то не открывается… Внутри что-то оборвалось. - Быть не может, - пробормотала я и, обойдя на узкой лестнице учителя, дернула за массивную ручку. Дверь предательски не поддалась. Дальше мы немного покричали, немного постучали по двери ногами и руками, но, судя по тишине по ту сторону, ничье внимание не привлекли.