Ненавижу. Ненавижу Лабиринт

После тех минут темноты в Ящике я долго не мог прийти в себя. Я долго сидел неподвижно, долго думал и пытался вернуть воспоминания. Я тогда считал, что их насильно вырвали, было такое чувство, будто в моём организме не хватает одной очень важной детали, и теперь я - неполноценный человек. Имя я знал изначально, но всегда забывал, каково оно. Вы понимаете, что такое постоянно не понимать, что такое это, а что это? Что такое забывать своё имя во время нескончаемых попыток вернуть воспоминания? Если остальные глэйдеры помнили очертания и названия предметов, то я не помнил ничего. Абсолютно. Полная пустота, но я-то понимаю, что помнил всё, и сейчас я могу это вспомнить. Я не был сильным, как, например, Алби или Галли. Не был смелым и сообразительным, как Минхо. Я был трусливым и слабым, как маленький мышонок. Я сидел отдельно ото всех, и не мог помочь никому. Я плевал на внешний вид и отрастил длинные волосы, потому что всё время вспоминал и не имел времени стричься. А потом я стал бегать. Я бегал, чтобы забыться. Бег помогал мне зарыться глубоко в свои мысли и отгородиться от остальных. Я с лёгкостью мог пробежать пятнадцать кругов по Глэйду. Все считали меня идиотом и смотрели, как на придурка, когда я во многий раз пробегал мимо. Некоторые считали, что меня это заводит, а другие - что я хочу сбежать. Плевать. Я просто бегал, в седьмом поту прибегая и садясь за еду Фрайпана, затем убегая обратно. Именно Минхо пришла идея отправить меня и нескольких людей за стены Глэйда, чтобы осмотреться. Ведь я быстро бегал и, в случае чего, мог вернуться, и рассказать другим, как всё там. Я боялся, я был в панике. Я просто убежал от них, когда они мне в глаза сказали: - Ньют, ты идешь с нами туда. Почему я?! Я же был слабее всех. Не отличался особым умом. Я был труслив, как собачка. Но выбрали меня, а это с их стороны было просто подарком, потому что меня все гоняли, как потёртого кота. И я согласился. Чёрт потянул за язык сказать "да". После уже пятой минуты бега скованные страхом лёгкие стали болеть и я перешёл на шаг. Никто меня не понимал. Чтобы такой хороший бегун, как по их мнению я, остановился? Это было верхом необычности. Но я шел пешком, разглядывая стены. Стены были огромны. Заросли плюща росли вверх, а затем исчезали в тумане, как и сам верх стен. Я провел рукой по шершавому камню. Я задумался, а где же мы находимся? Стены образовывали множество коридоров, мы прошли несколько поворотов. Проходы часто разветвлялись в разные стороны. Где же мы? Где, черт подери, мы находимся? Я мысленно представил все повороты и коридоры, получилась картинка, к которой я стал "пририсовывать" все новые линии. Рисунок стал четким и ясным, я наконец докопался до истины. Это же... - ...Лабиринт. - вслух произнес то, что хотел лишь подумать. Все. Нескончаемые распросы, от которых уже раскалывается мозг. Они еще не поняли - нас окружает лабиринт. Эта шайка подростков вновь смотрела на меня, как на придурка. И я вновь убежал. Не назад, а вглубь лабиринта, надеясь, что этим шенкам хватит ума пойти в Глэйд, а не бежать за мной. Я пробежал много и долго, пока не понял, что устал. Но я не остановился, я побежал дальше. Небо начало темнеть, и я со всех ног бросился назад. Я не запомнил дорогу, я был в панике. Я просто бежал назад. А затем я увидел это. Потом мы назвали их гриверами, но тогда для меня было просто "это". Я просто бросился по лабиринту, как не бегал никогда. Ноги взлетали, как птицы, я даже не задумывался, куда бегу. Один раз упал, пропахав носом несколько метров, разодрав в кровь колени и ладони, но встал и побежал дальше. Ворота закрывались, я слышал их грохот и бежал к нему. Все, вижу выход, вижу Глэйд. Стояла наша орава из десяти человек, а когда я выбежал в последний коридор, они закричали, чтобы я бежал быстрее. Они увидели гривера. А я упал, споткнувшись о шнурок. Ворота уже почти закрылись. Из самых последних, еле обнаруженных в себе сил, я поднялся и проскользнул в Глэйд, оставив гривера сзади. Я просто упал на землю и не вставал. Я так и лежал на траве, с ужасной болью в груди и ногах. Потом кто-то принес одеяло и укрыл меня. А я так и заснул на земле, не в силах встать. Меня звали Ньют. И я стал бегуном. Так назвали тех, кто был вынужден бежать в Лабиринт и искать выход. С того дня я возненавидел бег. Я помнил, как на следующий день каждый шаг отдавался болью в груди. Но я бегал в ненавистный Лабиринт, чтобы выбраться и убить того, кто спрятал меня здесь. В этой куче кланка, в этом гребанном Лабиринте. Ох, как я всех ненавидел. Но бегал. Бегал, как заводная игрушка, рисовал глупые карты. Однажды нашел Обрыв, а потом преодолел желание прыгнуть вниз. Я не раз и не два видел гривера. А потом все надоело. Я ненавидел все это каждой клеточкой тела. Я устал. От жизни, от бега, от глэйдеров. Просто устал. Я побежал в Лабиринт, как и другие бегуны. Я нашел место, где я смогу залезть по плющу наверх. И полез. Метр, другой, я поднимался все выше. Один раз, самый первый, я соскользнул и разодрал ладонь до кости. А дальше лезть было сложнее. Но я лез, лез на гребанную стену гребанного Лабиринта. Я не был сильным, чтобы выжить, чтобы вытерпеть. Для Лабиринта я был слаб. Двадцать метров, тридцать, сорок... Пора. Истошно крикнул "НЕНАВИЖУ!" и отпустил руки. Свист в ушах, боль в руке и крик с голове "А-а-а-а!". Земля приближается. Хочется рассмеяться. Удар. Боль адская. В глазах темнеет. Я проваливаюсь глубоко-глубоко, где меня не достанут. *** Очнулся. Ужасная боль. Просто адская, особенно в ноге. - Вот ты дурак. Ну ты и стебанулся, шенк. - это Минхо. Минхо... - Я - Ньют. - кидаю ему в лицо. Ненавижу. Зачем он меня спас? Я не хотел жить. Не хотел. - Ладно. Ньют. - он на мгновение потупил глаза, а затем сказал. - Я знаю, что ты меня ненавидишь. Ты кричал в коме. Прости. Он уходит. Уходит, и слава Богу. Ненавижу его, ненавижу Лабиринт, все ненавижу.