Speaking of Marvels

— Давай. Луи прищуривается, сонно зевает и открывает глаза. — Хм? Знакомые теплые руки ложатся на лодыжки и резко дергают его с кровати вниз, подальше от теплой подушки, подальше от всего, что так хорошо и правильно в мире. Луи окончательно открывает глаза и видит Гарри, стоящего в крошечных черных боксерах в ногах постели. — Отвали, ты достал, — бормочет Луи, выдергивая ноги. Он пытается снова подползти обратно к подушке, но это, вроде как, плохая идея, потому что Гарри в ту же секунду бросается вперед, обеими руками хватается за бедра Луи и прижимает его к кровати. — Пойдем, я приготовил кофе, — умоляет Гарри хриплым голосом, и Луи знает, что после такого, он точно не сможет больше заснуть. — Лжец, — бормочет Луи, переворачиваясь. — Хорошо, я собирался. Давай, вставай. Уже десять. Луи садится в вертикальное положение и в ту же секунду резко чувствует боль во лбу, что соответственно делает восхождение с кровати величайшим препятствием в его жизни. Луи сонно открывает один глаз и сразу же спотыкается о Гарри, на что тот никак не реагирует, просто кладет свою руку на спину Луи и помогает ему встать. Луи переплетает их руки и сонно топает на кухню. Кухня залита солнечным светом, и даже при том, что это немного раздражает, Луи все-таки признается себе, что это красиво, почти роскошно. Луи садится на стул и блаженно прикрывает глаза. Тепло. Гарри на цыпочках подходит к кухонному шкафчику и достает с верхней полки банку с кофе. Луи замечает несколько царапин на его спине, и, черт, он точно знает, чьих это рук дело. Луи медленно прокручивает в голове подробности их короткого свидания на диване, и, да, это было горячо. Трудно думать о той ночи, не испытывая сомнений, ведь главный аргумент, на удивление, немного ебанутая ревность Гарри. У него были ревнивые парни и прежде, но он всегда закрывал на это глаза, делая при этом вид, что ему все равно. Что касается их ситуации, для него это ново. То, когда Гарри увидел его говорящим с другим парнем, черт, он не ожидал такой реакции, того, что она будет настолько бурной. Гарри оборачивается и мягко улыбается, и Луи точно может сказать, что он точно не испытывает неловкость. Это почти шок, потому что Гарри понимает его с полувзгляда, с полуслова, и Луи на самом деле не ожидал, что он просто промолчит, сделает вид, что ничего и не было. Гарри, кажется, совершенно доволен, он ставит две чашки кофе на стол и смущенно спрашивает. — Хочешь тост? Может быть, яйца? Не дождавшись ответа от Луи, он приступает к работе: быстро делает омлет и тосты с маслом. Они садятся за небольшой столик у окна, периодически смотря на воду и передавая друг другу газету, останавливаясь, время от времени, чтобы прочитать маленькие кусочки вслух друг другу. Это так, так комфортно и, самое странное, приятно. Луи каждое утро тратит время только на себя - это хорошо, и это его дом, и он любит его... Но он не чувствует половину того, когда сидит рядом с Гарри, который не имеет смысла вообще, потому что он даже никогда не был тут прежде. — Готов поразить пляж? — спрашивает Гарри, наклоняясь через стол, чтобы смахнуть крошки с ключиц Луи. Он следит за его пальцами секунду и затем вздрагивает, наблюдая, как зрачки Гарри на секунду расширяются. Глупо, очень глупо. — Да, сейчас, только надену плавки, — ухмыляясь, отвечает Луи, он подмигивает Гарри и убегает прочь по направлению к спальне. — У тебя нет плавок, — кричит ему вслед Гарри, но голос его звучит сомнительно, Луи хихикает и закрывает за собой дверь. После того, как чистит зубы, Луи переодевается в темно-синие плавки, специально для Гарри, так как те просто изумительно подчеркивают его задницу. Гарри в буквальном смысле бросается на него, прижимает Луи к столешнице и яростно целует в губы. Завтрак и кофе кажутся лекарством от любых оставшихся странностей с прошлой ночи, потому что Луи больше не чувствует этого. Просто взаимное чувство удовольствия, это так чертовски приятно, что он почти не понимает, насколько спокойным чувствует себя до тех пор, пока они не выходят из дома. Данный момент должен быть обыкновенным, но это не так, Гарри берет цветастое одеяло и два полотенца, Луи несет небольшой кулер и корзину с фруктами. Он закрывает раздвижную дверь позади них и, прежде чем они двигаются дальше, Гарри говорит. — Луи. — Да? — Луи поворачивается к Гарри, одетому в нелепые розовые плавки и пару сланцев. — Иди сюда, — хрипло говорит он. Луи медленно подходит, не успев спросить Гарри зачем, потому что тот наклоняется и мягко целует его, задерживаясь достаточно долго, чтобы заставить сердце забиться сильнее. Гарри улыбается и отстраняется. — Всё утро хотел сделать это, — Гарри нежно дотрагивается до бедра Луи и напоследок целует его в уголок губ. — Пойдем. Луи никогда не останавливался в пляжном домике, который буквально стоит на пляже, и сейчас думает, что может привыкнуть к нему. Луи следует за Гарри через горячий, сухой песок, и, как только они оказываются достаточно близко к океану, легкий, прохладный ветерок бьет в лицо, и, черт, он так скучал по этому. Гарри бросает одеяло и полотенца на раскалённый песок, а затем бежит, даже скорее летит в океан. Его руки раскинуты в стороны, гортанный крик радости доносится из глубины груди парня. Луи, не раздумывая, также бросает вещи и бежит за ним, радостно кричит и изо всех сил пытается догнать Гарри. Они плывут навстречу волнам, туда, где те медленно перерастают в более гигантские, пожирающие. Гарри прекрасно плавает на спине, пальцы его ног игриво торчат из воды, картина безмятежности отражается на его счастливом, полном радости лице. Луи любит наблюдать за ним, за тем, что ему так нравится. Он, не раздумывая, ныряет и хватает его за лодыжки, при этом делая вид, что собирается утопить его всякий раз, когда волна прибывает. Луи пытается плавать так же, как и Гарри, но терпит неудачу всякий раз, и в итоге они приходят к обоснованному выводу, что задница Луи просто слишком жизнерадостная, чтобы оставаться под водой. Прошли месяцы с тех пор, как Луи полноценно использовал свой выходной, чтобы сделать нечто иное, чем просто отоспаться, и, черт, так приятно просто плавать в океане до тех пор, пока их пальцы не начинают неметь. Он теряет счет времени, и, когда только думает о поездке обратно, Гарри выныривает из-под воды и быстро целует Луи в ключицу. — Думаю, что те виноградины называют мое имя, — говорит Гарри, прижимаясь влажными губами к щеке Луи. Они позволяют волнам вымыть их обратно на берег. Выходя из воды, они чувствуют, как холодный воздух моментально охлаждает их кожу. Гарри сразу же покрывается мурашками и дрожит, плавки прилипают к бедрам, и он выглядит, как неуклюжая современная версия охраны "Спасателей Малибу". — Хорошая работа, Стайлс, — говорит Луи, бросая ему полотенце. Он кладет второе полотенце на шею и трясет волосами как собака. Луи незаметно наблюдает, как Гарри скользит мягким полотенцем по груди и вдоль рук, затем накидывает его себе на плечи и ловит его любопытный взгляд. — Что смотришь? — Это хорошее полотенце. Оно очень... пушистое, — Луи смущается, Гарри смеется и кладет руки на талию Луи. Луи чувствует себя хорошо, теплое тело Гарри прижимается к нему, и он удовлетворенно урчит. Гарри отстраняется и немедленно стелет цветастое одеяло на песок, и ложится на спину, позволяя солнцу впитать влагу его кожи. Это бесподобное зрелище. У Луи никогда не было таких моментов, когда он чувствовал, что мог полностью погрузиться в человека, и то, что происходило между ними, кажется немного диким для него. Есть своего рода правила, когда кто-то из партнеров постоянно хочет поцеловать тебя и быть постоянно рядом, и даже быть ревнивым, и Луи думает, что он именно этот партнер. Это заставляет его чувствовать себя более уверенным и более свободным для Гарри, потому что он знает, что это ненормально. Луи скользит взглядом по длинным конечностям и тонкому, рельефному животу Гарри. Татуировки, их так много для человека его возраста, и Луи не знает значение любой из них, он не пытается даже узнать, но в глубине души он надеется, что когда-нибудь Гарри расскажет ему. Отодвигая очки на кончик носа, Гарри встречается взглядом с Луи и протягивает руку вперед, Луи понимает намек и ложится рядом с ним. Он кладет голову на грудь Гарри, его плечи сжимает полотенце, но Гарри все равно. Он просто начинает рисовать на бицепсе Луи кончиками пальцев понятные только ему символы. Через какое-то время Луи улыбается, когда понимает, что Гарри выводит Г и Л. — Санта Клаус, ездящий на скейтборде. Луи с улыбкой смотрит вверх, на Гарри, потому что он не имеет никакого представления, о чем он говорит. В смысле... Нет ничего необычного, когда дело доходит до шуток Гарри, просто иногда Луи задается вопросом: “О чем он вообще говорит?” Гарри улыбается, гладит руку Луи и указывает пальцем наверх. Луи опускает голову назад и прослеживает за взглядом Гарри. — Облака. Разве это не похоже на него? — Ни в коем случае. Это больше похоже на старушку в кресле-качалке. Думаю, тебе нужно проверить зрение, — дразнится Луи. Он немного привстает, перегибается через Гарри и берет пакет с виноградом. Гарри перехватывает его на полпути, садится и скрещивает ноги. — Позволь мне попробовать закинуть виноградинку тебе в рот, — ухмыляясь, говорит Гарри, отрывая виноградинку от ветки. — Добейся успеха, — Луи открывает широко рот в ожидании, и секундой позже он чувствует, как виноградинка отскакивает от его щеки и приземляется на песок рядом с покрывалом. Луи хихикает над неудачей Гарри и открывает рот снова, готовясь для другого выстрела. — Давай, вторая попытка, милый. Гарри прицеливается, и виноградинка прямиком приземляется на язык Луи. Гарри хлопает в ладоши и заливисто смеется. Луи проглатывает виноградинку и наклоняется к пакету, чтобы достать еще парочку. Луи замечает, что Гарри смотрит через его плечо, он вытягивает шею и следит за его взглядом. Луи видит, как парень бежит вдоль воды, его тело настолько жирное, а загар настолько фальшивый, что, черт, это на самом деле комично. Луи фыркает и поворачивается к Гарри, суя виноградину ему в рот. — Просто наблюдаю за пробежкой мужчины моей мечты, — улыбаясь, отвечает Гарри. Луи поднимает брови и тычет пальцем ему в грудь. — Я сейчас встану и врежу ему. Как ты думаешь, у него есть аквабайк? Луи смотрит серьезным выражением лица на Гарри пару секунд и затем начинает заливисто смеяться. Гарри возмущенно бросает целую гроздь винограда на него и смеется тоже, несмотря на то, что он немного покраснел. — Не ожидал, что я пойду туда, не так ли? — Пошел ты, Луи, — Гарри смеется, прикрывая глаза рукой. Луи медленно убирает его руку, и когда Гарри смотрит на него снова, есть что-то в его пристальном взгляде, какая-то своего рода искренность, загадка, которую Луи никогда в жизни не суждено разгадать. — И я уверен, что у него нет Аквабайка. Луи снова смеется и протягивает руку, чтобы нажать большим пальцем на ямочку Гарри, тем самым вынуждая его оглянуться назад. — Ох, Гарри. Я тебе нравлюсь. Гарри всегда так делает, когда счастлив. Луи замечает, когда Гарри медленно моргает и сжимает губы в одну из миллиона разных улыбок, и Луи знает, эта улыбка особенная, его улыбка. — Дааааа, - хихикает Гарри, переплетая их пальцы вместе. — Перестань дразнить меня. Луи не ожидал, что он согласится так легко, и он всматривается в его лицо, пытаясь понять, сказал он это совершенно серьезно или нет. Это кажется немного слишком простым, в каком-то смысле это немого успокаивает страхи Луи, но он все равно продолжает смотреть пристально на него, ведь Луи знает, что Гарри любит притворяться. Но не сейчас. Его взгляд настолько искренен и влюблен, что Луи не выдерживает, отворачивается и краснеет. — Я просто хотел услышать это от тебя в первую очередь. Гарри приподнимает брови: — Почему? — Потому что я думал о том, что рассказал тебе несколько недель назад, — Луи пожимает плечами и скользит большим пальцем по кисти Гарри, и смотрит вниз. Все просто для него, обычно он так придирчив, что люди, с которыми он встречается, не выдерживают и бросают его. В начале их отношений Луи провел все выходные в мучительном неведении от поцелуя, потому что это просто тень, платоническая тень их дружбы с Гарри. — Не хотел тебя пугать, правда. Я не был уверен, как ты примешь это. — Вероятно, это лучше, чем заставлять меня ждать, на самом деле. — Почему это? Гарри усмехается и пожимает плечами. — Потому что я бы сделал что-нибудь глупое, я не знаю. Распускал бы руки в общественных местах или что-то еще. Луи закатывает глаза и бросает песком в Гарри. — Уверен, что все видели, как мы целуемся возле автомобиля, ну, как минимум один раз. — Я знаю, и я уверен, все были шокированы. Гарри смеется, отпускает его руку и притягивает Луи ближе к себе. Они усаживаются поудобнее, Луи садиться между ног Гарри, его спина прижата к его груди, в то время как Гарри нежно обнимает руками его за талию. Луи опускает голову назад, смотрит на него снизу вверх, и Гарри не раздумывая, нежно целует его в губы. Это своего рода инстинкт, привычка, с которой он не в силах бороться. На улице тепло, но Луи все равно вздрагивает. — Ты мне очень, очень нравишься, — бормочет Луи, меняя тему, потому что он в полной мере осознает, что сказал это вслух. Это не так страшно теперь, когда Гарри прошептал ему, что он чувствует то же самое. Но он не чувствует облегчения, какая-то часть внутри него все еще борется с ним, потому что он не привык к этому. Он давно уже не говорил этого кому-либо еще. Гарри легонько целует Луи в лоб и медленно скользит руками вверх и вниз по его бокам, грудной клетки, вплоть до его бедер. — Пойдем домой, малыш. Есть что-то новое между ними, легкомыслие, которое, как предполагает Луи, исходит из признания друг другу в своих взаимных симпатиях. Они как подростки, которые впервые познали одно из лучших ощущений — любить, и чтобы тебя любили... по-настоящему, и все равно, даже если это мимолетно. Луи не думал о сроках их отношений с Гарри, не думал ни о чем другом, кроме рук, покоившихся на его пояснице, любимых рук. Когда они идут обратно домой, Гарри набрасывает полотенца на плечи, на кожу липкую от соленой воды, о, черт, это очень горячо. Когда они на полпути к дому, в небе начинает сверкать молния, издавая звуки, напоминающие тысячу сбитых кегль сразу. Луи следует за Гарри, смотря украдкой вверх. Моментально небо стало пасмурным, серый цвет в отдалении меняет облик океана на более мрачный, бурный. Они едва успевают вернуться на скрытую веранду, как начинается дождь. Гарри смеется, поднимает победно руки вверх, как будто они выиграли какую-то игру. Гарри улыбается и незаметно подходит и обнимает Луи за талию. — Похоже, мы сделали это, — бормочет он. — Посмотри, мы успели, да, малыш? — говорит Луи, скользя кончиками пальцев по волосам Гарри, и игриво кусает его за кадык. Гарри издает удивленный звук, толкает Луи к стене и нежно целует его в губы. — Уверен, что ты бы пошел за Барри. Луи Томлинсон — секретный фанат Шанайя, — Гарри мягко улыбается и целует легонько Луи в кончик носа. Это нечто потрясающее, и Луи знает, что абсолютно ничего не получилось бы, если бы они не признались в чувствах, но какая-то неловкость все равно присутствует в их отношениях. Луи счастливо выдыхает, когда Гарри предлагает пойти посмотреть кино. Луи кивает, зная, что это, вероятно, будет какая-то сахарно - романтическая комедия, потому что Гарри любит их так сильно. Громкий треск грома заставляет Луи нервно поежиться и укутаться сильнее в полотенце. Гарри уже собирался идти в гостиную, чтобы забрать диск, когда Луи останавливает его, легонько сжимая пальцами его запястье. — Иди сюда, я просто... — начинает Луи, и Гарри скользит рукой по волосам и говорит: “Нет, я знаю”. Гарри прижимает Луи к стене, скользит руками по спине, постепенно опуская руки на его аппетитную задницу. Они страстно целуются, и Гарри все еще сжимает руками задницу Луи, тот в свою очередь страстно вонзает ногти в спину Гарри, потому что реакция, которую он получает, настолько восхитительна, что просто нет таких слов, чтобы описать это чувство. В неразрывном поцелуе они громко стонут друг другу в рот, грубо прижимаясь промежностями друг к другу. Гарри приподнимает Луи и несет его к ближайшей поверхности, которая оказывается кухонным столом. Гарри придерживает бедра Луи руками, чтобы удержать его от удара об поверхность стола, но это слишком трудно, в итоге он просто наклоняется к его лицу для поцелуя, но, как всегда это бывает в фильмах, громко ударяет молния и свет гаснет. Луи чувствует, как Гарри смеется ему в губы. Он еще раз целует Луи и отстраняется, в его глазах больше восторга, чем беспокойства. — Как нам теперь смотреть фильм, если электричества нет, Лу? Они смеются и снова целуются, до того как молния ударяет снова. — Позор, — нежно бормочет Луи, запуская руки в густые волосы Гарри. — Я бы действительно хотел посмотреть, как Гарри встретил Салли. — Эй, — стонет Гарри, и Луи потирает большим пальцем по его тазовой кости, тем самым молчаливо извиняясь. Еще одна вспышка света, и раскат грома раздается настолько громко, что Луи может чувствовать это в своей груди. Огни мерцают два раза, потом окончательно гаснут полностью, вместе с жужжанием холодильника и кондиционера. Парни остаются в фактической тишине, слышен только стук капель дождя по черепице. Свет, пробивавшийся сквозь окно, тусклый и серый, но Луи все еще может видеть глаза Гарри. — Дерьмо, — говорит Гарри, его брови нахмурены, он поглядывает через плечо. — Что? — Мы оставили окно в спальне открытым. — Блять, — Луи морщится, и Гарри, не раздумывая, идет к спальне, параллельно держа руку на бицепсе Луи, так как Луи может сбиться с пути в любую секунду.