Тария и Тёрн

Приготовления к отъезду Королевы шли полным ходом, и Хаин с головой ушёл в хлопоты. Ему пришлось на несколько недель вперёд распланировать жизнь дворца, предусмотрев все возможные проблемы, а также назначить ответственных за безопасность города и королевской семьи. Немногочисленное свободное время менталист проводил на тайных встречах с Айдэрой Этос, где они беззаботно сплетничали, зная, что могут довериться друг другу и не будут подслушаны. А пошептаться было о чём, взять хотя бы козни леди Дэнэвэр или похождения опальной Принцессы. Первая, злопамятно возжелав мести, теперь искала любого повода, чтобы усложнить Хаину жизнь. Поначалу слуга даже не замечал этого, но вскоре случайности вроде пролитого на него кипятка или обвалившихся гардин стали повторяться так часто, что подозрения закрадывались сами собой. А когда к с виду безобидным мелочам добавились метко брошенные из-за угла кинжалы и долгожданный яд в еде, покушение не распознал бы только глупец. Причём сама леди Дэнэвэр успешно выходила сухой из воды, поскольку всегда была при Гареме и толпе свидетелей, а её неуловимые исполнители умудрялись подстроить всё так, чтобы избежать разоблачения. Пятому Генералу эти фокусы заметно подпортили жизнь, однако обращаться к Королеве он считал излишним. К тому же Её Величеству и без него хватало забот, поскольку ей приходилось вечно следить за своей сестрой. Что до самой Кирсэнн, то этот плод любви заговора и расточительства ежедневно приносил головной боли ничуть не меньше, чем леди Эриса со всем своим Гаремом вместе взятым. Во-первых, она оказалась до невозможности капризной: отказывалась от принятой при дворе еды, требуя невозможных изысков, всячески помыкала приставленными к ней слугами, каждый день норовила ускользнуть куда-нибудь из дворца и, наконец, с аппетитом оголодавшей пираньи издевалась над самим Хаином как над главным своим тюремщиком, утверждённым лично Высшей и отвечавшим за безопасность опальной Принцессы. «Хотя, скорее, обезопасить нужно было от неё…» — часто думал слуга. Таким образом Хаин вскоре оказался между молотом и наковальней, вынужденный спасаться то от словесных покушений Кирсэнн, то от вполне реальных покушений Эрисы Дэнэвэр. И задушевные вечерние разговоры с Айдэрой Этос были единственным, что ещё удерживало его ментальное равновесие. Теперь же к этому добавился и второй фактор — скоро должен был состояться отъезд в Дэстино, а Пятый Генерал значился одним из главных его участников. Поэтому сейчас, ободрённый этим сладостным ожиданием если не свободы, то хотя бы избавлением от тяжких обязательств, маг шёл к покоям Королевы, надеясь услышать заветный приказ. Но когда Хаин приоткрыл двери гостиной, где Высшая обычно встречала слугу, там её не оказалось. Заглянув в спальню, гардеробную и прочие комнаты Роксэнн, менталист наткнулся на ту же картину. Он бы и вовсе подумал, что Её Величество отошла по делам, но вдруг услышал чьё-то отдалённое шипение. Звук был такой, как если бы дикую неприрученную кошку заставили ходить на задних лапах и изъясняться по-человечески вопреки всем законам природы. А самое удивительное — шипение исходило из самой отдалённой комнаты — кабинета Королевы, где та любила уединяться, когда занималась государственными делами и куда был запрещён вход даже слугам. Однако, движимый любопытством и плохим предчувствием, Хаин поспешил на звук и несмело приоткрыл двери комнаты. То, что он увидел внутри, вызвало у него в равной степени изумление и замешательство. Опальная Принцесса Кирсэнн, скрипя зубами и тихо бормоча под нос всевозможные ругательства, старательно выводила на листе бумаги слова и буквы, а Её Величество Королева Роксэнн стояла у неё за спиной и с невозмутимостью палача указывала леди на ошибки. — Вот здесь непохоже, — в очередной раз заметила она. — Хвостик другой. А вон то очень даже неплохо. Хаин, не смевший прерывать занятия сестёр, внимательнее присмотрелся к происходящему и с удивлением обнаружил, что Кирсэнн не просто занимается чистописанием, а пытается скопировать лежащий перед ней текст, выведенный рукой самой Королевы. Правда, выходило у леди не то чтобы очень хорошо… её письмо, скорее, напоминало особый вид пыток над бумагой. Но Высшая, очевидно, смотрела на это философски и поощряла даже малейший прогресс. От своего увлекательного занятия сёстры оторвалась, лишь когда присутствие слуги стало слишком заметным. — Тёплого Светила, Ваше Величество, — следуя придворному этикету, обратился к близнецам менталист. — Тёплого Светила, Ваше Высочество. — Проходи, Хаин, — благодушно махнула рукой Роксэнн. — Мы с Кирс уже заканчиваем. Пятый Генерал опасливо приблизился, памятуя о распрях с королевской сестрой, однако не удержался от пытливого взгляда на объект своих ночных — да и дневных — кошмаров. — Чего уставился? — с вызовом оскалилась Кирсэнн. — Не бойся, я тебя не съем. Не люблю костлявое мясо. — Ваше невежество не знает границ, — холодно парировал мужчина, но смотреть перестал. Её Величество, наблюдавшая за ними, не удержалась от улыбки: — Просто она стесняется тебя, Хаин. Так уж повелось, что с самого детства Кирс отвечает грубостью тем, кто её смущает. — Эй! — возмутилась леди, прожигая сестру яростным взглядом. — Думай, что говоришь! Воздух в кабинете Королевы вмиг раскалился, однако Роксэнн вдруг слегка кашлянула, прикрыв рот ладонью — и опальная Принцесса как-то разом присмирела. Менталист не совсем понял, что именно произошло, зато между сёстрами вновь воцарилось если не спокойствие, то молчаливый нейтралитет. «Как будто без слов друг друга поняли», — нахмурился слуга, силясь разгадать тайну близнецов. Впрочем, додумать ему не дали: в это время из гостиной донеслись лёгкие звуки шагов, вероятно, принадлежавших служанкам, а потому Высшая коротко заявила: — Побудьте здесь, я скоро вернусь. И прежде чем Хаин сумел сказать хоть слово, Королева выскользнула из комнаты, оставив его наедине с этим монстром во плоти. Он бы так и стоял, недвижимый и отстранённый, чтобы как можно меньше взаимодействовать с опальной Принцессой, но внезапно вспомнил слова Айдэры: «Приглядите за Королевой и её сестрой. Мне кажется, они что-то скрывают». До этого он почти не оставался с Кирсэнн наедине, да и всю свою наблюдательность использовал на саму Высшую. Теперь же, после стольких дней бесполезных попыток выяснить чужой секрет, в голову менталиста пришла простая и явно обречённая на провал идея. — Ваше Высочество… — несмело начал он, опасаясь быстрого возвращения Роксэнн. — Могу ли я просить вас… Заговорщица расхлябанно опёрлась руками о стол, нарочито сминая лежавшие там бумаги, и вызывающе ухмыльнулась: — Смотрите, как заговорил! Наконец-то проявил уважение к королевской крови и начал лебезить передо мной так же, как перед моей сестрой! Пятого Генерала эта наглость столь возмутила, что он мигом отбросил приличия: — После всего, что вы натворили, мне меньше всего хочется проявлять к вам уважение. Считайте, что это было ошибкой. И зачем только Королева держит вас при себе… В чёрных глазах опальной Принцессы мелькнула досада, но она тут же скрыла её за напускной язвительностью: — А ты ещё не понял? Даже жаль, что у Энн такие глупые генералы, ха! «Она точно знает, — убедился слуга. — Знает, но почему-то молчит. Ей запретила говорить Королева? Или это их общий секрет?» Торопясь подтвердить или опровергнуть своё предположение, Хаин терпеливо начал: — Я не понял, но хочу понять. Королева привечает вас так, будто это не вы ещё совсем недавно охотились за её головой. Более того, она постоянно держит вас при себе и забавляется, подменяя вами себя. Но Её Величество всегда хранит свои тайны, и напрямую узнать не получится. — И поэтому ты решил выпытать ответ из меня? — понятливо усмехнулась Кирс. — А что если я откажусь отвечать? Может, мне выгоднее молчать? Менталист замер, понимая, что от того, насколько его ответ понравится непредсказуемой и безумной сестре Королевы, зависит весь успех авантюры. Но времени раздумывать не было — и Пятый Генерал выдал все сомнения, что крутились в его голове: — Если бы это было так, вы бы не давали подобных намёков, как на Совете Генералов. Но вас ведь тоже что-то беспокоит, верно? К тому же за всё это время вы имели столько возможностей совершить покушение. Почему же вы этого не сделали? Может, по той же причине, по которой не удались и ваши прошлые попытки свергнуть власть?.. Заговорщица, ещё мгновение назад излучавшая самоуверенность напополам с ехидством, так резко помрачнела, что Хаин уже приготовился выслушивать отборные ругательства и оскорбления. Однако в этот момент со стороны гостиной послышался голос Королевы: — Кирсэнн, подойди сюда. Ты нужна мне для одного дела. Опальная Принцесса встрепенулась и бросила торопливый взгляд на приоткрытую дверь. Ей определённо не хотелось идти к своей сестре, но ослушаться приказа она не могла и медленно вышла из-за стола. Затем Кирс сделала шаг вперёд и, поравнявшись с менталистом, неожиданно склонилась над его ухом. — Когда она достанет платок, не отрывай взгляда, глупый евнух, — тихо шепнула леди, перед тем как уйти. Пятый Генерал застыл, поражённый откровенностью Кирсэнн и в то же время сбитый с толку её словами. «Платок? — растерянно подумал он. — Что она имела в виду?» Но поразмышлять над фразой Кирс ему не дали громкие звуки со стороны гостиной. — Ваше Высочество?.. — послышалось тоненькое и вежливое. — Сестрёнка?.. — раздалось чуть более звонкое вслед. А потом Хаин услышал замогильный голос до смерти перепуганной Кирсэнн: — Нет… нет… что угодно… только не это! Заинтригованный происходящим, слуга поспешил на звуки паники и обнаружил поразительную картину: коварная заговорщица, гроза королевских Генералов и просто отвратительная женщина судорожно пятилась назад, а на неё синхронно надвигались две младшие сестры, Ноэми и Ноэль. В какой-то момент перепуганная Кирс решила спасаться бегством и обернулась, чтобы вновь скрыться в кабинете. Однако Хаин, как раз стоявший у входа, не мог отказать себе в удовольствии расквитаться по старым счетам и нарочно прикрыл собой спасительную дверь. — Гадёныш… — только и могла в бессилии прошипеть леди. Королева тем временем подбодрила чуть оробевших младшеньких: — Не бойтесь, сестрёнка Кирсэнн больше не будет делать плохие вещи. Можете подойти ближе и поздороваться. Обещаю, она будет вести себя прилично. Услышав столь вопиющую ложь, заговорщица в ужасе взмолилась: — Нет… только не заставляй меня… Но Высшая была непреклонна и лишь выразительно улыбнулась, позволяя юным леди оккупировать свою опальную сестру. — Сестрёнка теперь хорошая? — подкрадываясь ближе, задумчиво протянула Ноэми. — Сестрёнка разрешит поздороваться с ней? — в тон произнесла Ноэль. — Нет… не смейте подходить… — уперевшись спиной в стену, нервно забормотала Кирс. — Я не разрешаю! Но девочки, ещё не познавшие в полной мере чувства страха, продолжили наступать и почти загнали свою старшую родственницу в угол. — Энн, да сделай же что-нибудь! — окаменев от напряжения, воскликнула леди, невольно обратившись к ненавистной сестре по имени. — Что я могу? — невинно хлопнула ресницами Королева. — Это же семья. Осознав, что помощи ей ждать неоткуда, опальная Принцесса тихо зарычала, но даже это не отпугнуло её младших сестёр. — Сестрёнка Кирсэнн, раз ты теперь хорошая, хочешь выпить с нами чаю? — пылко схватив ладонь заговорщицы, спросила Ноэми. — Ваше Высочество, вы ведь побудете с нами? — чуть сдержаннее решила уточнить Ноэль. — Хватит, перестаньте! Я не разрешаю! — отчего-то сильно покраснев, зашипела женщина и почти взвыла. — Энн, не уходи! Не оставляй меня с ними! Но Высшая осталась непреклонной и, поманив за собой Хаина, вышла в соседнюю комнату. Как только они с менталистом остались наедине, обеспокоенный происходящим слуга поспешил узнать: — Ваше Величество, что происходит? Разве это безопасно? Роксэнн поспешила успокоить своего Генерала: — Не волнуйся, у Кирс кишка тонка тронуть детей. Она немного побегает от них, но потом успокоится и будет просто ворчать. От сомнений брови Хаина сдвинулись к переносице, окрасив его обычно спокойное и даже невыразительное лицо яркой эмоцией. Невольно прислушиваясь к звукам из гостиной, менталист уточнил: — Почему вы так уверены? Кашлянув, Роксэнн улыбнулась одними краешками губ: — Потому что очевидно, как день, что моя сестра — отъявленная трусиха. Она может извергать сколько угодно ругательств, но на настоящее зло у неё не хватит смелости. Вот причина всех её провальных покушений. — Рассуждаете так, будто Её Высочество Кирсэнн совсем безобидна, — с явным осуждением заметил Пятый Генерал. На это Королева качнула головой: — Не безобидна, нет. Но контролируема. А это прекрасное качество. Менталист захотел оспорить слова леди, однако к тому моменту в покои Высшей нагрянула её прислуга с подносами, полными сладостей и душистого чая. Получив распоряжения от Роксэнн, служанки проследовали в гостиную, где занялись подготовкой чаепития, заодно приглядывая за сёстрами. Сама Королева присоединяться к ним не спешила и вместо этого поинтересовалась: — Что насчёт готовности к поездке? — Все ваши распоряжения выполнены, корабль ждёт отправки, — с готовностью ответил Хаин, в тайне ожидавший этого вопроса. Вся его душа запела от радости, ведь поездка в Дэстино означала свободу от части неприятных обязанностей, связанных с жизнью во дворце. К тому же слуга ещё ни разу не был на знаменитом острове, о котором и в Лийа, и в Норте ходили настоящие легенды. Но вот чего менталист не ожидал — так это последовавших за вопросом слов: — В таком случае выдвигаемся сегодня. — А ваша сестра?.. — озабоченно взглянув на двери гостиной, тут же засомневался Хаин. — Останется здесь под чутким наблюдением Эльм и Айдэры, — как нечто само собой разумеющееся произнесла Роксэнн. — Я разрешила им применять силу в случае угрозы со стороны Кирс, хотя, думаю, всё обойдётся. И в этом мне помогут младшие сёстры. Они займут старшую на время моего отсутствия. — Вы хотите свалить заботу о них на леди Кирсэнн? — ахнул слуга. — Сделаете её нянькой для юных Принцесс? Будучи Пятым Генералом, он уважал любое решение своей Королевы, но всё же не мог опустить сомнения, связанные с заговорщицей. Уж больно много свобод и вольностей позволяла ей Высшая. А если вспомнить, что ещё совсем недавно Кирс чуть не похитила этих же младших сестёр, желание Роксэнн позволить им общаться казалось и вовсе… странным. — Да, это хорошо повлияет на отвратительное поведение моей сестры, — задумчиво глядя в сторону гостиной, подтвердила опасения Хаина Королева. — К тому же я хочу показать Кирс жизнь, отличную от того, что знали мы в детстве. Искусственной конкуренции, зависти и заговорам не место в моей семье. Высшая произнесла эту фразу как бы между делом, но стальные нотки в её обычно мягком и мурчащем голосе говорили сами за себя. И Роксэнн можно было понять: всё детство будущей Королевы и опальной Принцессы прошло в вечных мятежах, покушениях и убийствах, которые затевала, провоцировала или позволяла предыдущая правительница. Даже произошедшее между старшими дочерьми по большей части было виной той предыдущей Высшей, к счастью, нашедшей покой в королевском склепе вместе с большей частью своих интриг. — Вы очень добры к своей сестре, Ваше Величество, — наконец выдохнул слуга, осознав мотивы Королевы. В глазах Роксэнн блеснули лукавые искры: — Кстати, об этом. Пойдём, посмотрим, как там мои сёстры. Сдаётся мне, что мы можем увидеть кое-что интересное. Затем Королева чуть приоткрыла дверь гостиной и, дождавшись Хаина, незаметно заглянула внутрь. Сгорая от любопытства, менталист последовал примеру Высшей. То, что он увидел внутри, едва не заставило его вскрикнуть! В большом изящно украшенном зале, среди мягких диванных подушек и шёлковых одеял, сидели три сестры Роксэнн. Две из них держали в руках чашечки, выполненные из тончайшего фарфора, а стол перед близняшками был сервирован самыми изысканными и дорогими сладостями. Но обе не обращали на всё это великолепие и капли внимания, поскольку оно было всецело приковано к их старшей сестре. И вскоре Хаин понял почему, ведь леди Кирсэнн, униженная своим положением, закованная в магические кандалы и всячески обезвреженная, сейчас попросту… чаровала! Сначала менталист подумал, что ему кажется, но даже моргнув слуга не мог развидеть лёгкие всполохи огненных заклинаний, окружавших опальную Принцессу. А как только они начали трансформироваться, принимая форму огненных бабочек, змей и цветов, Пятый Генерал убедился окончательно. Да, Кирсэнн из Дома Роз обошла руны магических оков только для того, чтобы развлечь магией своих младших сестёр! — Как это возможно?! — шёпотом ужаснулся Хаин. — Она чарует, не снимая оков! — Меня интересует тот же вопрос, — тихо ответила Королева. — Очевидно, за время своего отсутствия при дворе Кирс значительно улучшила магические умения. Но это лишь подтверждает мои прежние догадки. Кирсэнн не была серьёзна в дуэли с Вэлл и не хочет моей смерти так сильно, как пытается доказать. В противном случае у неё давно была бы возможность убить меня. Прикрыв двери, менталист нахмурился: — Думаете, это достаточное основание, чтобы доверять ей? — Думаю, это достаточное основание, чтобы не бездумно убивать, а разумно использовать её, — парировала довольная увиденным Роксэнн. — Девочкам давно пора обучаться боевой магии, а Кирс отлично подойдёт на роль учителя. Хаин неуверенно кивнул, втайне ужасаясь коварным, но безрассудным планам Высшей. С одной стороны, то, как расчётливо и бесстрастно Королева подходила к использованию собственной сестры-заговорщицы, поражало его. С другой стороны, вся его обострённая, как у любого мага интуиция, трезвонила об опасности, связанной с опальной Принцессой. Впрочем, изменить что-либо он не мог, поэтому сосредоточился на приказах, которые отдала ему Королева. К счастью, их было достаточно, чтобы выбросить из головы все тревожные мысли. Так, первую половину дня Пятый Генерал провёл в сборах и хлопотах, а ближе к вечеру процессия выдвинулась на пристань, к ожидавшему их кораблю. Там их встретила Диамант Росси, облюбовавшая красивое местечко на корме большого фрегата. — Диамант, вы уже здесь? — хитро сощурилась Высшая. — Да, удрала заранее, пока тётушки не достали своими причитаниями, — призналась Третий Генерал. Сегодня она выглядела ещё роскошнее чем всегда, облачённая в дорогие алые одежды и мерцавшая нитями багряных рубинов в волосах. Даже рукоять церемониального меча Росси переливалась золотом и красными камнями. Королева заметила этот щегольский наряд, словно созданный, чтобы произвести на кого-то впечатление, так же, как заметила и прекрасное расположение духа женщины. — Вы сегодня в хорошем настроении, леди, — улыбнулась Роксэнн, поднимаясь на палубу в сопровождении гвардии. — Радостно видеть вас такой. Она выглядела полной противоположностью своего Генерала, одетая в сдержанный чёрный наряд, расшитый изящными бриллиантами, и дополненный увитой драгоценными розами тиарой. Неудивительно, что толпа зевак — олицетворение толкотни и любопытства — собралась на площади, желая хотя бы украдкой посмотреть на Её Величество, окружённую лучшими воительницами Лийа и заметную даже в самых скромных одеждах. — Конечно, я в хорошем настроении, меня ведь ждёт увлекательное приключение по соблазнению собственной бывшей, — нервно усмехнулась Диамант, как только Роксэнн чуть отошла. — И если это приключение не окончится успехом, Королева отрубит мне голову… Хаин, оказавшийся рядом с Росси в этот момент, не удержался от ехидства: — Что ж, я помолюсь за вас, леди. Диамант ухмыльнулась в ответ и кивнула на Королеву, обсуждавшую что-то с Розарией Милагросс: — Лучше помолись за Первого Советника Норта. Несладко ему придётся, когда за него возьмётся Энн. Если он не понравится Королеве, можно ожидать чего угодно. Пятый Генерал задумчиво кивнул, вспоминая, что вообще ему известно о нортийской делегации, и внезапно поймал себя на полном отсутствии этой важной информации. В документах, подготовленных Королевой для своих Генералов, были описаны цели и задачи встречи вкупе с текущей политической ситуацией в Норте, а также всё, что удалось узнать от шпионов по поводу личности загадочного Первого Советника. Но вот о тех, кто мог сопровождать Хистэо эль Гратэ, там не значилось ни слова… Будет ли это пышная процессия с главными сливками высшего света, в которую войдут представители великих родов? Или наоборот — маленькая группа приближённых, верных Некоронованному Королю этой холодной страны?.. «Ну не придёт же он один, в конце концов, — успокоил себя менталист. — А для того, что хочет от меня Королева, неважно количество людей вокруг, нужен лишь подходящий момент». Может, он и вовсе отложил бы волнения, если бы порученная миссия не была так важна. Ведь ещё задолго до отъезда Высшая приказала ему воспользоваться переговорами с Нортом, чтобы тонко воздействовать ментальной магией на лорда Хистэо и узнать, какие планы он вынашивает на самом деле. И хотя Пятый Генерал был прекрасным менталистом, умевшим использовать свои силы как опытная швея — иглу, ему всё равно казалось волнительным подкрасться так близко к человеку, подмявшему под себя целый Норт. Задумавшись, он пропустил момент, когда Высшая вместе с Розарией Милагросс подошла к ним с Росси и подслушала конец разговора. — Ну-ну, Хаин, не слушайте Диамант, — тихо и потому зловеще рассмеялась Роксэнн. — От волнения она любит всё драматизировать. Но я же не зверь, чтобы убивать кого-то просто потому, что он мне не нравится? Генералы застыли, обмениваясь красноречивыми взглядами. Каждый из них знал, сколь обманчивы мягкость и спокойствие Королевы, а потому ещё сильнее напряглись, услышав пространное: — К тому же есть куда более интересные способы выразить своё недовольство. Например, медленный яд, ментальная магия или тонкие умения Роззи… Розария, услышав эту сомнительную похвалу, растянула довольную хищную улыбку. Весь дворец знал, как безжалостна и методична в своих пытках леди Милагросс, а потому такие слова были вполне закономерны и ожидаемы. Куда более миролюбивая Диамант поспешила перевести тему: — Ну раз уж мы все здесь собрались и так долго будем в пути, то, может… партейку в ханк, господа?.. Хаин с готовностью закивал, Розария согласилась с меньшим энтузиазмом, а вот Роксэнн осталась полностью довольна предложением. Поэтому уже через некоторое время они вчетвером сидели за игральным столом прямо на палубе корабля и, готовясь к игре, наблюдали за тем, как специально обученные магички направляют воздушные заклинания в паруса, ускоряя судно и правя курс. Когда карты уже были разложены и каждый предвкушал жаркую партию, Королева вдруг случайно закашлялась, как будто вдохнув слишком много воздуха. Генералы тактично предложили ей воды, на что Высшая поспешно согласилась. Из-за этого маленького инцидента и необходимости срочно принести воду на корабле поднялась лёгкая суета. Пока слуги исполняли приказ, а Розария и Диамант больше от скуки, чем от нужды отчитывали бедных гвардейцев за то, что те не предусмотрели подобный момент, Хаин невольно взглянул на Роксэнн. Но — вот же совпадение! — именно в этот момент правительница незаметно достала из кармана одежд маленький белый платок и, преодолевая желание кашлять, прикрыла им губы. «Когда она достанет платок, не отрывай взгляда, глупый евнух», — как гром среди ясного неба прозвучали в голове менталиста слова опальной Принцессы. И Хаин, следуя своей интуиции и не привлекая внимания Королевы, сделал вид, будто увлечён морским видом. Сам же судорожно попытался пронаблюдать боковым зрением за действиями Высшей. Вот она чуть морщится от необходимости сдерживать кашель. Вот снова подносит белый шёлк ко рту. Вот делает усилие над собой. И наконец, не сумев унять порыв, слегка прокашливается. А затем молниеносно прячет платок обратно в карман, чтобы никто из окружающих не заметил того, что на нём. Но Хаин и замечает, и успевает разглядеть… …как на кристальном полотне ткани алеет маленькое пятнышко крови. *** Вопреки всем сыгранным за время пути партиям в ханк и многочисленным анекдотам, припасённым в закромах Диамант Росси, прибытие на остров оказалось самой яркой частью поездки. Особенно для Хаина, которого ни одна блестящая победа в игре и ни одна остроумная шутка не могли отвлечь от тревожных мыслей о Королеве, блуждавших в его голове. Теперь же формальные обязанности и толика любопытства превозмогли над смятением и беспокойством. — Ваше Величество! — раздалось ликующее из толпы. — Добро пожаловать в Дэстино! — Приветствуем Королеву Лийа! — в унисон крикам торжественно отчеканили «Белые Маки» — личная Гвардия дэстинийской Правительницы. Хаин поднял голову — и поразился увиденному. Сначала ему показалось, что вокруг даже не люди — просто ворох цветов, настоящая поляна всевозможных красок и ароматов. Но затем пытливый взор Пятого Генерала выхватил один фрагмент, другой, третий… и так, постепенно, они сложились в целостную картину. Первым, что изумило слугу, было количество людей на пристани. Конечно, он знал размеры Дэстино так же, как знал и примерное количество жителей острова. Но одно дело знать, а другое — видеть воочию всех этих разношёрстных обитателей легендарной страны. Вот, к примеру, целая делегация лийанских торговок: предстали пред своей Королевой в подчёркнуто учтивых и чинных позах, развернув герб Дома Роз в знак уважения Высшей. Каждая из них богата не понаслышке, но к пристани они явились в строгих, если не сказать аскетичных, нарядах, дабы выглядеть достойными подданными Её Величества. С другой стороны, исподлобья поглядывая на конкуренток, стояла такая же многочисленная группа нортийских торговцев — в противоположность лийанкам вызывающе роскошно одетых, словно выряженных в парадные туалеты. И конечно же — чего ждать от этих варваров с холодных земель! — они даже не удосужились склонить головы в присутствии Королевы. Но куда больше чем эти два вечно враждующих народа Хаина привлекли сами коренные жители Дэстино: такие яркие и самобытные, словно в них намешали все народы Халла вместе взятые. Впрочем, оно неудивительно: говорят, сам остров когда-то был необитаем, а заселили его те люди, которые не хотели жить под гнётом Королей и Королев. Оттого они придумали свою собственную политическую систему, где Правитель или Правительница избирались народом раз в несколько триплексов. «Надо же, все так по-разному одеты, — заметил менталист. — А некоторые и вовсе едва прикрыты… взять хотя бы эту шегрийку». Девушка, о которой подумал Хаин, действительно была в наряде столь откровенном, что от вида его невольно выступал румянец. Вкупе с дерзкой улыбкой на лице, буйной каштановой шевелюрой, в которой виднелись маленькие рожки и белый цветок мака, наряд шегрийки, состоявший из короткой безрукавки и укороченных — выше бедра — штанов, выглядел ещё более развязным. Он так и говорил: моё тело не будет изнывать от жары, даже если этим я нарушу все правила морали! Пятый Генерал окинул завистливым взглядом девушку и её соратников с такими же белыми маками в волосах — символом свободного и мирного Дэстино. Как бы он хотел тоже одеться во что-то лёгкое, а не придерживать руками ворох юбок, который вызывал неприкрытые смешки у нортийских мужчин… Тем временем дерзкая шегрийка и её товарищи расступились перед королевской процессией Лийа, явив женщину, легенды о которой расходились далеко за пределы острова. Это была дородная, почти грузная на вид леди, чьи широкие бёдра и пышная грудь создавали обманчивое впечатление истомы и вальяжности, а изящная трубка в руках наводила на мысли о клубах терпкого дыма и роскошных будуарах дам полусвета. Но знающие люди не поддавались этой мягкой ленности, ведь они помнили, что Правительница Йольхе — одна из сильнейших магов мира, владеющая редким талантом — иллюзорной магией. Королева тоже была осведомлена об этом, поэтому отнеслась к некоронованной хозяйке острова с должным уважением: — Тёплого Светила, леди Йольхе. Но не удержалась от тонкой насмешки: — Давно мечтала увидеть вас лично, раз в предыдущий раз вы были в Ниммери инкогнито. Едва ли кто-то из присутствующих, кроме самых доверенных лиц, понимал смысл этих слов. Однако Хаин, по стечению обстоятельств, не просто знал, но и лично присутствовал рядом с Йольхе в момент её посещения Ниммери. Тогда правительница Дэстино тайно встретилась со своей племянницей, Принцессой Вэллериэн, чтобы передать ей собственноручно сшитое волшебное платье и обговорить детали мирного соглашения между свободным островом и Лийа. А Пятый и Третий Генералы, сопровождавшие Вэлл, послужили гарантом формальности этой встречи. Впрочем, Йольхе подобная осведомлённость Высшей не удивила, она лишь протянула ладонь и весело улыбнулась: — Мне тоже не терпится познакомиться с супругой моей племянницы. Она говорила о вас так много лестных слов, что заинтересовала даже меня. Роксэнн, довольная таким комплиментом, ответила на рукопожатие леди и, мельком оглядев эскорт Правительницы, уточнила: — Кстати, об этом. Где Её Высочество? Хаин тоже удивился, не заметив среди людей вокруг леди Вэллериэн, которая, по имевшимся данным, должна была приехать в Дэстино ещё несколько дней назад. Ему казалось, что непокорная Принцесса в любом случае будет здесь если не как Южная Лилия, то хотя бы как племянница своей знаменитой тёти. Но Йольхе пришлось разочаровать Её Величество: — Леди Кьяра Саторэ настаивала на том, чтобы Принцесса осталась во дворце Дэстино, поскольку опасалась возможного покушения. Мне не удалось убедить эту твердолобую женщину, что остров абсолютно безопасен и я лично отвечаю за каждого его жителя. Чёрные глаза Роксэнн опасно сверкнули, как если бы в её личном списке неугодных внезапно стало на одну жертву больше. Тем не менее Высшая с удивительным спокойствием заметила: — Вот как… должно быть, ваши аргументы прозвучали для леди Саторэ недостаточно убедительно. Я исправлю это. Правительница Дэстино спокойно улыбнулась в ответ на эти слова, но в её взгляде промелькнула некая озабоченность. Правда, вскоре она сменилась на другую, более яркую эмоцию, стоило Йольхе увидеть Розарию, напрасно пытавшуюся затеряться в толпе. — Роззи! — радостно воскликнула леди, заприметив изящное персиковое платье и чёрные волосы с нежно-розовыми прядями. — Давно не виделись, доченька! Первый Генерал вся сжалась под обратившимися на неё любопытными взглядами и начала медленно отходить назад, тихо бормоча под нос ругательства. Но было уже поздно: все вокруг поняли, к кому обращается дэстинийская Правительница, и теперь вовсю глазели на хрупкую и миниатюрную на вид красавицу, прибывшую с Королевой. Хаин и стоявшая рядом Диамант изумлённо переглянулись. Они оба помнили встречу Вэллериэн и Йольхе, где последняя передала Её Высочеству некое письмо. «У меня будет ответная просьба, — сказала тогда дэстинийка. — Раз уж ты теперь живёшь в Ниммери и можешь ежедневно видеть мою дочь, передай ей это». Кто бы мог подумать, что загадочная дочь, о которой упоминала Йольхе, это никто иная как… Розария Милагросс! «А Её Величество, похоже, давно об этом знает, — украдкой взглянув на Королеву, ещё больше изумился менталист — и тут же был поражён новой догадкой. — Нет, даже больше… она специально взяла с собой леди Розарию, чтобы устроить ей встречу с матерью!» Ему тут же вспомнились слова Королевы, брошенные незадолго до отъезда в Дэстино: «…их Правительница Йольхе согласилась устроить переговоры и гарантировала безопасность сторонам… за одну маленькую тайную услугу». Теперь не было сомнений: той услугой и стало временное воссоединение матери с дочерью. Хотя, судя по тому как вела себя леди Розария, не все стороны были рады такому событию. — Ч-что вы делаете?! — густо покраснев и поспешно отступая назад, к кораблю, зашипела Милагросс, с ужасом глядя, как дэстинийская Правительница, не испытывая и тени смущения, идёт ей навстречу. Без малейшего усилия расталкивая свою и чужую гвардию, озадаченно наблюдавшую за происходящим, Йольхе с торжественной радостью ответила: — Что я делаю? Конечно же, я иду обнять свою дочь, которую не видела столько триплексов! Диамант, чуть склонившись над Хаином, прошептала: — Ставлю сто золотых, что Розария и носа из своих покоев не высунет до отъезда с острова. Пятый Генерал среагировал мгновенно: — Ставлю двести, что леди Йольхе выкурит её оттуда в первый же день. И оценив длину трубки дэстинийской правительницы, по слухам являвшейся мощным Артефактом, добавил: — Может, и в прямом смысле. Тем временем Йольхе-таки пробралась сквозь окружавшую Розарию толпу и прямо на глазах у своих и чужих подчинённых сгребла окаменевшую от напряжения Милагросс в свои объятия. — Моя малышка, я так по тебе скучала! — не сдержав эмоции, с нежностью воскликнула мать. Лицо Розарии, ещё мгновение назад бледное от ужаса, теперь стало ярко алым от стыда. — Пусти! — пуще прежнего заскрежетала зубами леди. — Не смей позорить меня на людях! Но дэстинийка уже не могла остановиться, обрадованная долгожданной встречей, поэтому Милагросс бросила умоляющий взгляд на Королеву — единственного человека, который хоть как-то мог повлиять на Йольхе. Однако Роксэнн сделала вид, что сильно увлечена живописными пейзажами Дэстино и проигнорировала молчаливую просьбу своего Генерала. — Не беспокойтесь, она скоро уймётся, — вдруг раздалось весёлое рядом с менталистом, размышлявшем о том, как помочь леди Розарии. — Просто наша Правительница давно не видела свою дочь. Знали бы вы, как тщательно она готовилась к её приезду! Даже велела подготовить салют в эту честь. Хаин разом обернулся на голос, обладавший явным нортийским акцентом, и обнаружил перед собой ту самую шегрийку в вольных одеждах, которую с интересом рассматривал несколько минут назад. Вблизи она оказалась ещё более яркой, словно пятно золотой краски на лёгком акварельном этюде. Пятый Генерал, уверенный, что с ним, длинноволосым рабом в юбках, не захочет говорить ни один житель свободного Дэстино, так растерялся, что смог лишь неловко проронить: — А вы…? — Меня зовут Шайни, — с готовностью ответила девушка, как если бы беседовала с дорогим гостем, а не с простым лийанским рабом. — Я из Белых Маков — личной гвардии Правительницы Йольхе! Очевидно, данный факт составлял особый предмет её гордости, потому как Шайни едва не искрилась, произнося эти слова. Другие Белые Маки, заметив такое поведение соратницы, дружно заулыбались: видно, это был не первый раз, когда шегрийка выставляла свой статус напоказ. Менталист, в противоположность Шайни, не мог позволить себе роскоши назваться Пятым Генералом, поэтому слегка понурил голову: — Моё имя Хаин. Я личный слуга Её Величества. — О-о, значит, важная шишка! — по-своему поняла его Шайни. — Оно и видно: ты же от Королевы ни на шаг не отходишь. — Это для безопасности, — осторожно заметил мужчина, но от приятных слов воительницы ощутил прилив гордости за себя. — Для безопасности? — удивилась девушка и звонко рассмеялась. — А что может случиться? Вы же в Дэстино, самом безопасном месте в мире! Здесь даже мышь не проскочит без ведома леди Йольхе! — Всё же стоит быть начеку, когда проходит столь масштабное и важное мероприятие, — буркнул менталист, чьё самолюбие было задето насмешкой наглой шегрийки. — Ах, так вы трусишка? — с озорной улыбкой подначила Шайни. — Не бойтесь, Белые Маки защитят этот остров, даже если сюда вдруг решит свалиться вся семёрка Богов! И не дождавшись ответа, шегрийка, смеясь, упорхнула к своим соратникам, оставив Хаина с носом. — Какая наглая девчонка… — тихо буркнул менталист, завистливо глядя на свободную во всех отношениях Шайни. — Вот бы на этот твой Дэстино и впрямь свалилась семёрка Богов… посмотрели бы тогда, как ты запела бы о безопасности… Но долго раздумывать о дэстинийке и её насмешках Пятый Генерал не смог: вся пышная процессия, вместе с городскими зеваками и представителями обоих государств, выдвинулись к тому месту, где должны были разместить Королеву и её подчинённых. Сама Роксэнн, желавшая прогуляться по острову в компании леди Йольхе, от гостеприимно предложенного паланкина отказалась, но взглядом указала своим Генералам быть настороже. Поэтому Хаин медленно шёл за своей госпожой, вскользь рассматривая окружающих на предмет опасности. Однако никаких подозрительных личностей или всполохов магии менталист не обнаружил, да и в целом атмосфера в городе царила удивительно мирная, даже праздничная. Королева Роксэнн и Правительница Дэстино доброжелательно ворковали друг с другом, будто старые знакомые, а в их речи всё чаще звучало имя южной Принцессы. Диамант задумчиво оглядывалась по сторонам, как и Хаин рассматривая пейзажи острова. Розария Милагросс уныло плелась в самом конце, бросая недобрые взгляды на свою властную мать. «Красивый город, — чуть расслабившись ввиду отсутствия угроз, заметил Пятый Генерал. — Только везде эти незнакомые деревья с маленькими плодами… может, это какой-то местный фрукт?» К несчастью, рядом не было никого, у кого Хаин мог бы спросить, а снова обращаться к Белым Макам он не хотел. Впрочем, ответ вскоре сам нашёл его. — Эти небольшие деревья, рассаженные по всему городу… — вскользь упомянула Королева, обсуждавшая с Йольхе особенности острова. — …это ведь источник того самого легендарного дэстинийского напитка? — Вы очень проницательны, Ваше Величество, — довольная неожиданной славой острова, закивала Йольхе. — Позвольте рассказать вам легенду о нём, которую мы передаём из поколения в поколение. — Окажите услугу, — согласилась Высшая. Дэстинийская Правительница крепко затянулась своей трубкой и, выдохнув клубы ароматного дыма, начала: — Давным-давно, в период древних войн между Лийа и Нортом, только разделившихся на два отдельных государства, одна небольшая группа людей, не желавших принимать ни одну из враждующих сторон, искала себе прибежище. Прибежище нужно было такое, чтобы ни нортийские, ни лийанские поданные не смогли просто так проникнуть в него, вооружённые силой или законом. Йольхе выдохнула ещё немного дыма — и он внезапно превратился в живую иллюстрацию рассказа, изобразив силуэты странствующих беженцев. — В своих скитаниях путники обошли много городов и земель, но не смогли найти места, где не было бы войн и распрей. Тогда они решили искать такое место за морем и отправились в долгое плавание. Теперь волшебный дым принял форму кораблей, быстро идущих по волнам. — Однако в море их настиг шторм, столь сильный, что разломал в щепки лёгкий корабль странников и вынес их на берег необитаемого острова. Но эти беженцы были сильными магами и выносливыми людьми, а потому не отчаялись и отправились исследовать неизведанные земли в попытке добыть себе пропитание и материалы для нового судна. Вторя словам Йольхе, силуэты изменили очертания — и теперь в воздухе появились фигуры путников, бредущих среди растений. — Однако сколько бы ни искали беженцы, им не удалось найти ничего кроме незнакомых деревьев с маленькими плодами. Когда они почти отчаялись выбраться или хотя бы отыскать пищу, то вдруг заметили в самом сердце острова… женщину. Не веря своим глазам путники бросились к ней, приняв за коренную жительницу этих земель. «Кто вы?» — спросил один из беженцев. Тогда леди ответила: «Я странствующая целительница и прибыла сюда, чтобы собрать немного кофе для моей возлюбленной и порадовать её. Она любит этот сорт, поскольку он, впитав в себя окружающие запахи моря и свежести, благоухает для неё особенно приятно. Свободой, как она говорит». «Кофе? — изумились путники. — Но что это?» «Ах, вы не знаете… — догадливо кивнула женщина. — Тогда позвольте угостить вас». Затем она пригласила беженцев к тому, что теперь принято называть кофейным столиком, за которым можно было сидеть лишь на мягких подушках или поджав под себя ноги, и вскоре поднесла этим несчастным уставшим людям по чашке чёрного терпко пахнущего напитка. «Пейте, этот напиток придаст вам сил», — велела она и сама пригубила чашку. Увидев, что опасности в чёрном вареве нет, путники с жадностью накинулись на угощение, закусив его остатками провианта. Напиток вышел очень странным по вкусу, кому-то он не понравился вовсе, другие, наоборот, нашли его удивительно изысканным, но в одном мнении все беженцы сошлись: кофе действительно бодрило и ощущалось на вкус самым необычным напитком в мире! «Скажите, знаете ли вы, как выбраться с этого острова? — подкрепившись, спросил целительницу один из людей. — Мы давно ищем себе приют, но едва ли это место станет нам домом». Затем путники рассказали незнакомке историю своих скитаний и безуспешных попыток найти новый дом. Внимательно выслушав их, целительница кивнула: «Значит, вы ищите мирное и безопасное место? Что ж, оно перед вами. Я расскажу вам, как сделать его своей крепостью». Сначала путники не поверили словам этой загадочной женщины, но по мере того как она передавала им свои знания об острове, беженцы обретали надежду на спасение. Ведь таинственная леди рассказала им все секреты: как выращивать и обрабатывать кофе, как превращать его в напиток, а главное — как сделать из острова пригодное для жизни место и как защитить этот новый дом от врагов. Путники сердечно поблагодарили целительницу за бесценное знание и хотели уговорить её остаться, но оказалось, что леди спешила вернуться домой. Тогда, опечаленные этим фактом, люди попросили её об одном: «Милостивая госпожа, вы подарили нам надежду на мирную безбездную жизнь! У нас нет денег и почестей, которыми мы смогли бы одарить вас в благодарность за вашу помощь. Но памятуя о вашей безграничной доброте, мы просим вас дать имя этому острову — нашему будущему дому». Подумав, целительница ответила: «Хорошо, пусть будет так. Я назову этот остров Дэстино, поскольку значение этого слова — «судьба». Здесь, в этом месте, я сделала предложение моей возлюбленной, здесь же я собираю её любимый кофе и здесь же я встретила вас. Так пусть и впредь Дэстино будет местом судьбоносных встреч и решений, а я продолжу навещать вас, когда мне снова понадобится кофе для любимой». Клубы дыма Йольхе, причудливо изменявшие формы, нарисовали в воздухе эту сцену, а затем испарились, оставив лишь лёгкий намёк на силуэт целительницы. — Прекрасная легенда, — поблагодарила Королева Роксэнн. — Вы поистине хороший рассказчик, леди. — Ваши слова греют мне душу, — кивнула довольная похвалой Правительница. — Правда, я слегка слукавила. История, которую вы услышали, не совсем легенда. Наши предки считали, что те события действительно имели место быть. — Неужели? — с иронией откликнулась Роксэнн. — Значит, и та всезнающая целительница существовала на самом деле? В таком случае она должна была время от времени посещать остров, чтобы, как и обещала, собирать кофе для своей любимой. Йольхе сделала вид, что не заметила тонкого подкола лийанской Королевы, и со всей серьёзностью пояснила: — Так и было, судя по историческим данным, оставленным нам предыдущими поколениями. Но в какой-то момент посещения целительницей острова прекратились. Это задокументировано, а причиной считается разлад между той женщиной и её возлюбленной. По легендам, они расстались, и необходимость добывать кофе пропала. — Печальная история, — задумавшись, с какой-то особой интонацией произнесла Роксэнн. — Зато напоминает нам о том, что нет ничего вечного. Рано или поздно любовь, как и жизнь, заканчивается. В ответ на это дэстинийская Правительница философски заметила: — Но ведь любить можно даже после расставания, а свою жизнь мы продолжаем в наших детях. Кажется, эта простая мысль чем-то зацепила Высшую, и она удивлённо проронила: — Да, точно… в детях всё наше будущее. Пока леди беседовали, процессия мерно двигалась вперёд, вглубь портового города. За это время Хаин как невольный слушатель узнал интересные детали жизни дэстинийцев: например, о том, что основа экономики острова — это экспорт редкого и дорогостоящего кофе, а также наёмничество, поскольку дэстинийцы — хорошие моряки и суверенные воины, готовые сопровождать любые торговые суда. Также Йольхе поведала о своей гвардии — Белых Маках, названных в честь символа свободы и мира, рассказала про занимательную архитектуру города, сочетвшую в себе нортийский и лийанский стили, и закончила повествование описанием главной достопримечательности города. — Это центр Дэстино, Площадь Свободы и Справедливости, — указав на идеально круглую площадку на возвышенности, пояснила она. — Здесь вольные жители нашего острова отмечают праздники и проводят вечера. — Выглядит так пустынно, нет даже статуи Тарии, как в Норте, или Шестёрки Богов, как в Лийа, — удивилась Роксэнн. — Разве в Дэстино не поклоняются Богам? Йольхе понимающе улыбнулась: — Каждый житель Дэстино сам выбирает свою религию, мы не запрещаем веру и не препятствуем ей. Однако площадь — это олицетворение наших ценностей. Здесь никогда не будет верховенства Бога или Правителя, поскольку островом правит его народ. И когда этот народ собирается на площади, она возвышает только людей, в их единстве и равенстве. Хаин даже ахнул от изумления. Подобные слова в Норте и Лийа могли бы счесть святотатством, ведь возвышать простых людей над Правителями и Богами — это значит в каком-то смысле бросить вызов и тем, и другим. Едва ли такие радикальные взгляды дэстинийцев по достоинству бы оценили другие народы… Но Королева Роксэнн, отличавшаяся от своих предков весьма прогрессивными взглядами, среагировала на удивление спокойно: — Какая занимательная политическая система. У неё есть название? — Мы называем её «власть народа», — затянувшись волшебной трубкой, с гордостью ответила Йольхе. Хмыкнув, Высшая не удержалась от нарочито сочувственного: — И как же вы это допустили? Дэстинийская Правительница с усмешкой отразила выпад: — Насмотрелись на то, как живут соседи, и решили не повторять ошибок. Народ должен сам избирать своего Правителя, поскольку лучшее качество власти — её сменяемость. Генералы Королевы и Белые Маки Йольхе разом напряглись, ведь обе леди ходили по тонкому краю, испытывая терпение друг друга и норовя развязать настоящий конфликт. Но обожавшая словесные битвы Роксэнн, найдя себе достойную соперницу, лишь с азартом парировала: — Говорите, сменяемость? Вы поэтому столько триплексов у власти? Обе стороны были хороши в своих тонких провокациях и по достоинству оценили это маленькое сражение. Когда же страсти чуть поутихли, дэстинийская Правительница уже спокойнее произнесла: — Понимаю ваши сомнения, но так решили дэстинийцы. Я не могу подвести их, если они возложили на меня ответственность за остров. — Благородное намерение, — согласилась с перемирием Высшая. — Хорошо, если оно не расходится с реальностью. В итоге обе женщины, довольные взаимными колкостями, продолжили свой путь, а их подчинённые значительно расслабились, осознав, что накала страстей удалось избежать. Диалог продолжился, лишь когда впереди замаячило раскидистое малоэтажное здание, совсем без башен и зубчатых стен. Оно смутно напомнило Хаину дворец, но представить, что этот незащищённый домишко может быть жилищем дэстинийской Правительницы было трудно. Каково же оказалось его замешательство, когда Йольхе, махнув в сторону здания, опровергла это убеждение: — Здесь пройдут мирные переговоры между Нортом и Лийа. — В том небольшом и назащищённом дворце? — едва сдерживаясь, чтобы не использовать слова более красноречивые, промурлыкала Роксэнн. — Крайне самоуверенно для такого опасного мероприятия как переговоры. Правительница Дэстино стойко выдержала критику Высшей и с достоинством ответила: — Мы называем этот дворец Обителью Свободы. Он спроектирован на основе наших ценностей как народа, поэтому имеет вид приземлённый и простой. Но сила дэстинийцев не в высоких и крепких стенах, а в единстве. Поэтому бояться врагов не стоит. По крайней мере изнутри. Намёк был так очевиден, что Королева даже усмехнулась, правда, весьма холодно: — Что ж, будем надеяться, что ваша пламенная речь тронет сердца нортийской делегации, если те решат пошалить. — Едва ли им выпадет шанс, — неожиданно возразила Йольхе и лукаво улыбнулась. — Вы говорите так уверенно, будто знаете наверняка, — в чёрных глазах Роксэнн мелькнул интерес. — Да, я знаю наверняка, потому что Хистэо эль Гратэ, как и вы, заранее сообщил о составе своей делегации, — предвкушая реакцию собеседницы, протянула леди. — Так вот… в этой делегации, помимо него, будет всего один человек. *** Когда многочисленная процессия прибыла ко двору, Хаин принялся раздавать приказы слугам, а Диамант и Розария — гвардейцам. И хотя в воздухе витала такая суета, что любые мысли должны были как птицы вылетать из головы, Пятый Генерал всё равно не мог перестать думать о том, что сказала Йольхе. «Делегация из двух человек? — поражался он. — Как такое вообще возможно?! Неужели этот сумасшедший Первый Советник решил явиться сюда с одним сопровождающим? Если так, то этот его сопровождающий должен быть, как минимум, Богом, чтобы заменить собой хорошо подготовленную армию, магов и дипломатов!» Судя по мимолётным комментариям Росси и Милагросс, они считали так же, да и сама Королева казалась слегка озадаченной происходящим. Как только она отдала распоряжения, то с тем же задумчивым видом устремилась вслед за Йольхе, желавшей лично проводить её к супруге. Генералы Высшей тоже присоединились к компании. Обитель Свободы, как назывался дворец Дэстино, внутри оказался непритязательным. Без портретных галерей, изысканных гобеленов и пышной позолоты он выглядел так аскетично, что вызывал заметную скуку, а единственным украшением здания, судя по всему, был струящийся сквозь портьеры яркий свет. Впрочем, находиться в этом помещении было приятно, поскольку множество воздушных и водных чар охлаждало пространство, да и затейливые иллюзии Йольхе производили весомое впечатление. Клубясь небесным дымом под потолком, мерцая далёкими звёздами или отражаясь не стенах причудливыми узорами, эти фантомы невольно завладели вниманием лийанской делегации и принесли немало комплиментов дэстинийской Правительнице. Йольхе с радушием гостеприимной хозяйки рассказывала про свою удивительную магию всё то время, пока Королева и её Генералы шли к покоям Вэллериэн. Из этой лёгкой болтовни Хаин узнал, как именно работает механизм заклинаний и сколько отнимает энергии при постоянном использовании. Последний факт отразился на коже менталиста мурашками, ведь судя по количеству сил, которые обозначила леди, её полный резерв магии должен был быть… впечатляюще огромным. К счастью, задуматься об этом глубже Пятый Генерал не смог: к тому времени их компания уже достигла нужного места. По мановению руки Йольхе массивные двери открылись, явив собой столь поразительную картину, что Хаин поначалу не поверил своим глазам. Внутри гостевых покоев Принцессы Вэллериэн, состоящих из одной большой, но скромной комнаты, в нелепом полусогнутом положении застыла женщина с длинными светлыми волосами, перехваченными на затылке старомодной заколкой. Леди была без доспехов, но с огромным мечом за спиной, изрядно мешавший ей проводить некие манипуляции над широкой кроватью, у которой она, собственно, находилась. И звали эту воительницу… Кьяра Саторэ. — …да где же вы бродите, Ваше Высочество? — донёсся до гостей обрывок фразы, брошенной Генералом Лилий мгновением ранее. «Она что… ищет леди Вэллериэн под кроватью? — едва сдержал смешок менталист. — Нет, конечно, Принцесса любит найти себе укромное местечко вдали от посторонних глаз, но чтобы так…» Кажется, звук распахнутых дверей отвлёк Кьяру от её увлекательного занятия, и леди, молниеносно обернувшись, впала в ступор. Определённо красивое, но холодное лицо этой женщины начало стремительно краснеть. Диамант, стоявшая за спиной Хаина, зажала ладонями рот, чтобы не расхохотаться в голос от представшей взгляду картине. — Ваше Превосходительство леди Саторэ, — первой начала Королева, губы которой также тронула лёгкая улыбка. — Рада видеть вас в добром здравии и… увлечённой таким необычным занятием. — Ваше Величество… — только и сумела проронить обомлевшая леди. — Т-тёплого Светила вам! Краска залила всё лицо Кьяры, но особенно уязвимо она стала выглядеть, когда заметила среди присутствующих Третьего Генерала. Саторэ даже пошатнулась от неожиданности, глядя в небесные глаза бывшей одноклассницы, излучавшие спокойную весёлость. — А где же моя драгоценная супруга? — оглядев комнату, невозмутимо поинтересовалась Высшая. — Разве она не должна быть здесь? Генерал Лилий, ещё не отошедшая от конфуза с кроватью, нехотя выдавила: — Да, она была здесь… совсем недавно. — И? — безо всякой жалости продолжила наступать Роксэнн, одним своим видом заставляя леди подчиняться. — Где моя супруга? Конечно, Кьяра Саторэ знала, что формально является поданной Королевы Роз, а не Первой Лилии, поскольку юг так и не стал отдельным государством. И властные вопросы, которые задавала ей Высшая, только утверждали это подчинённое положение. В ответ невозможно было молчать, хотя каждое вынужденное слово заставляло Генерала Лилий морщиться. Вот и сейчас, загнанная в угол чужой настойчивостью, эта женщина лишь обсекураженно пробормотала: — Так получилось, что… Роксэнн не стала жалеть леди и догадливо хмыкнула: — Вэлл дала от вас дёру? Неудивительно, вы же стережёте её, словно злая нянька. Кьяра, которую отчитали, как шкодливую девчонку, раскранеслась пуще прежнего. — Нет, я всего лишь обеспечиваю безопасность Её Высочества, — замогильным голосом проскрежетала она и бросила убийственный взгляд на едва не покатывающуюся от смеха Диамант. — Это первостепенная задача Генерала Лилий. — Да, конечно, — с иронией в голосе произнесла Высшая. — Я рада, что вы так усердно заботитесь о моей супруге, но не стоит забывать и об отдыхе. На сегодня вы свободны, леди. — Но… — растерянно развела руками Кьяра, у которой в планах явно была поимка беглой Принцессы. Взгляд Роксэнн вдруг потемнел, а её мурчащий и мягкий голос неожиданно обратился в лёд: — Вы забыли, кто ваша Королева и чьим приказам вы должны подчиняться? Саторэ тут же умолкла, словно в рот воды набрала. Она могла быть грубой и резкой по отношению к своим подчинённым и даже к Вэлл, но когда перед ней стояла женщина, во власти которой был целый Архипелаг, любые слова становились излишни и любая власть — вторична. Не подчиниться значило бросить открытый вызов. А пойти против самой Королевы Роз, которой удалось победить даже Воплощение Лирии, было бы безумием. Кьяра же хоть и слыла горячей головой, но к сумасшедшим себя не относила. — Нет? — переспросила Высшая, не сводя глаз с Генерала Лилий. — В таком случае, почему вы противитесь моим приказам? — Прошу прощения, Ваше Величество, но… — наплевав на гордость, совершила отчаянную попытку Кьяра. И тут же была прервана: — Вместо того, чтобы разводить полемику, займитесь делом. Проводите моих Генералов в гостевые покои и покажите им город. Уж с этим-то вы справитесь? Осознав всю тщетность сопротивления, леди Саторэ кисло буркнула: — Да, конечно. Она с поклоном прошла мимо Королевы и Правительницы, а затем, незаметно ткнув в бок улыбавшуюся Росси, покинула зал. Хаин и Розария, не смея оспаривать приказ Высшей, поспешили за ней. Когда Йольхе и Роксэнн остались наедине, последняя заметила: — Тяжко вам с ней пришлось. — Лучше беспокойтесь о вашей супруге, — вздохнула дэстинийка. — Леди Саторэ из неё все соки выпила. — Кстати, об этом, — вспомнила Высшая. — Так где же всё-таки Вэлл? — Раз её нет здесь, значит прячется в ваших покоях, уповая на то, что Генерал Лилий не решится туда войти, — логично рассудила Йольхе. — Пойдёмте, я провожу вас. Оставшись наедине, женщины значительно расслабились и завели куда более непринуждённый разговор, чем при встрече. Они побеседовали о делах семейных, обсудив леди Розарию и сестёр Роксэнн, обменялись мнениями насчёт предстоящего совета, договорившись о точном месте и времени, слегка посплетничали и под конец тепло попрощались, вернувшись каждая к своим делам. Тактично предоставив Королеве возможность встретиться с супругой наедине, Йольхе ушла отдавать приказы слугам, а Её Величество с приятным предвкушением открыла двери своих гостевых покоев. Внутри было тихо и с виду безлюдно, поскольку слуги дэстинийской Правительницы не имели права входить сюда, а подчинённые самой Роксэнн, занятые первоочередными делами, ещё не добрались до этих просторных, но аскетичных комнат, чтобы облагородить их под стать королевской особе. Однако Высшая не обратила внимание на скромное убранство так же, как не удостоила взглядом и великолепные цветочные иллюзии, которыми Йольхе лично украсила пространство. Все мысли Её Величества занимала рыжая девушка, упрямая и хмурая на людях, но нежная и ласковая в объятиях своей супруги. — Вэлл? — осматривая комнаты одну за другой, позвала Роксэнн. — Вы здесь? Королеву забавляла эта игра в прятки, хотя ей действительно не терпелось увидеть Вэллериэн. Бесшумно скользя меж предметами мебели, выдерженными в скупых приглушённых оттенках, леди пыталась угадать, где именно притаилась вечно ускользающая Принцесса, чей тонкий магический след ощущался в самом воздухе покоев. После пары неудачных попыток Высшая всё-таки обнаружила возлюбленную там, где её со знанием дела пыталась искать Кьяра Саторэ. Под кроватью. — Вэлл? — тихо шепнула Роксэнн, опустившись на колени и окинув взглядом супругу. — Вы спите? Трогательно сжавшись в клубочек, Принцесса дремала прямо на полу, чуть прикрытая от посторонних взглядов краями ниспадающего покрывала. Её огненно-рыжие волосы сонно струились по угловатым плечам, защищая их так, как пёрышки оберегают птицу от холода. Выражение лица у Вэлл тоже было словно у встревоженной пташки, за которой гонится хищник. А чуть покусанные и недовольно поджатые губы красноречиво демонстрировали, что именно Вэллериэн думает о своём вынужденном прибежище и неугомонных преследователях. Обычно спокойная и бесстрастная Королева, глядя на открывшуюся взору тайную сцену, вдруг ощутила прилив такой поразительной нежности к супруге, что не удержалась и коснулась рукой прядей её волос. Роксэнн многое скрывала от своей наивной юной супруги и ещё больше — недоговаривала, однако один этот жест говорил куда больше, чем любое слово. В нём было столько ласки, трепета и любви, сколько можно испытывать лишь к тому, кого искренне любишь. Кажется, Её Высочество тоже почувствовала тепло, исходившее от Королевы, поскольку невольно потянулась к ладони женщины и потёрлась о неё, совсем как кошка. Только теперь, когда Вэлл чуть пошевелилась, Роксэнн заметила, насколько измождённо и хрупко она стала выглядеть после нескольких месяцев отсутствия при дворе. Её щёки впали от недоедания, черты лица заострились, а одежда казалась мешковатой и неопрятной, словно не по фигуре. От столь жалкого вида Вэллериэн, ещё недавно излучавшей энергию, внутри Королевы поднялась волна негодования к тем, кто заставил Принцессу позабыть о своём здоровье. К сожалению, среди них была и сама Роксэнн, ведь именно она позволила супруге лично решать дела юга, вместо того чтобы уберечь Вэлл от лишних переживаний. Тогда это казалось Высшей мудрым политическим и личным решением. Сейчас оно выглядело для Роксэнн форменной глупостью. — Ваше Величество? — словно узнав тепло мягких рук возлюбленной, сонно пробормотала девушка. — Вы пришли за круассанами, да?.. Сердце Королевы, давно отшлифованное терпением и выдержкой, а потому, казалось бы, утратившее любые слабости, пропустило гулкий болезненный удар. Это показалось женщине невероятным упущением, ведь она всегда считала себя слишком рациональной, чтобы сетовать на судьбу или горевать. Но теперь, сидя на коленях перед безмятежно дремлющей супругой, даже не подозревавшей, что ждёт её впереди, Энн впервые ощутила острую тоску и желание сгрести в охапку Вэллериэн, рассказав ей то, скрывает. Однако личность Королевы, мудрой и последовательной в своих действиях, оказалась сильнее простой человеческой души, поэтому Роксэнн лишь мягко улыбнулась: — Нет, я пришла не за круассанами, Вэлл. Я пришла за вами. — Это что же получается… — довольно улыбнувшись во сне, залепетала польщённая девушка. — …я лучше миндальных круассанов? Тёплая улыбка Высшей на миг дрогнула, оголяя постыдную для венценосной особы горечь напополам с нежностью, но поспешно вернулась обратно. — Вы лучше всего на свете, — заверила Королева, не смея будить уставшую леди. Они ещё некоторое время пробыли в этом сладостном переплетении грёз и реальности, где ничто не могло тронуть их покой. А затем Вэллериэн, видимо, ощутив рядом чужое присутствие, начала просыпаться. Она потёрла руками заспанные веки и, сладко зевнув, выглянула из-под кровати. Глаза её значительно округлились, стоило Принцессе увидеть, кто сидит перед ней. — Ваше Величество?! — ахнула девушка и непроизвольно подалась вверх. Кровать, не потерпев такой наглости, ответила стойким сопротивлением, вследствие чего Вэллериэн пришлось ретироваться наружу ползком. Роксэнн, наблюдавшая эту комичную сцену, не выдержав, тихо рассмеялась. — Что вы делали под кроватью, Вэлл? — подав руку супруге, чтобы она могла подняться, хохотнула Высшая. — Это ваше стратегическое укрытие от Генерала Лилий? Или такой изощрённый способ соблазнения? Щёки Принцессы залились краской, а губы её предательски задрожали. Если она как-то и представляла свою встречу с Королевой, то явно не так. Оттого смущение Вэллериэн было значительным. Опустив взгляд, девушка некоторое время пыталась найти достаточно убедительное оправдание своему поступку: — А… я… просто… К счастью, никто и не собирался устраивать ей допрос с пристрастием. Истосковавшись по супруге, Роксэнн предпочла другой вид времяпровождения, поэтому подхватила Вэлл на руки, словно пушинку, и закружила в объятиях. Всё ещё сонная Вэллериэн от столь резких и внезапных действий, невольно ухватилась за шею возлюбленной и прижалась к ней всем телом, чем доставила Королеве ещё большее удовольствие. — Ваше Величество! — наконец осознав своё положение, возмутилась Вэлл. Правда, возмущалась она без особого энтузиазма, а потому позволила Высшей и повертеть себя в воздухе, и уложить на мягкую постель и даже поцеловать таким долгим поцелуем, от которого у неё закружилась голова. Но как только первые эмоции схлынули, и между леди снова воцарилась уютная доверительная тишина, настроение Вэллериэн странным образом ухудшилось, а лучезарная улыбка и здоровый румянец сменились затаённой тревогой. Роксэнн быстро заметила это и, не прекращая одаривать возлюбленную ласками, чутко заметила: — Любовь моя, на вас лица нет. Что случилось? От этого выражение лица Вэллериэн стало ещё более сложным и робким, словно она боялась высказать то, что было у неё на сердце. — Всё в порядке, просто… — в нерешительности забормотала леди. Но осознав тщетность своих попыток скрыть что-то от бдительного взора Высшей, Принцесса в отчаянии воскликнула: — Простите, просто это слишком глупо, чтобы произносить вслух! Роксэнн склонилась над возлюбленной и, не сводя с неё пытливого взгляда, шутливо подначила: — Вот теперь вы меня точно заинтриговали. Немедленно выкладывайте, что у вас на уме, иначе я буду вынуждена применить пытки. — Пытки? — ахнула Вэлл, тут же представив себе всякое разное. — Да, и очень жестокие, — нарочито серьёзным голосом подтвердила Высшая, а затем сурово добавила. — Заставлю вас съесть целый поднос круассанов! Вэллериэн, притихшая в ожидании своей участи, даже не сразу поняла, что над ней подтрунивают. А когда до неё наконец дошло, то Принцесса едва не задохнулась от возмущения. Она уже хотела было обрушить на супругу весь поток своей праведной ярости, однако желудок Вэлл предательски заурчал в самый неподходящий момент. Роксэнн не могла упустить такой момент для подкола: — А может и заставлять не придётся, да? Принцесса едва не запищала от стыда и попыталась ретироваться под покрывало, лишь бы Королева не увидела её крайнего смущения. Впрочем, Высшая не дала ей такой возможности и мягко, но уверенно откинула ткань назад. В качестве извинений за свои шутки, Роксэнн с готовностью осыпала плечи и лицо недовольной Вэллериэн самыми обезоруживающими поцелуями. — Ну так что вы хотели сказать мне, Вэлл? — дождавшись, когда Её Высочество оттает, вернулась к обсуждению леди. Вэллериэн, разомлевшая от ласк и едва способная трезво мыслить, уже не могла сопротивляться своей супруге. Она лишь жалобно поджала губы и, словно ребёнок, потребовала: — Обещаете не смеяться? — Клянусь всеми Богами, — без раздумий кивнула Роксэнн, хотя в глазах её искрились смешинки. Набравшись смелости, но продолжая сгорать от смущения, Вэлл дрожащим голосом произнесла: — Я очень скучала по вам… Энн. Теперь румянец тронул скулы Королевы, поскольку Вэллериэн, с её ответственным и почтительным отношением к супруге, до этого момента не смела обращаться к Высшей по имени. Кажется, Вэлл и сама не ожидала от себя такой наглости, а потому в спешке отвела взгляд. Королева вдруг поднесла ладонь ко рту — и Принцесса разом напряглась, посчитав, что Роксэнн смеётся над ней. Но беглый взгляд позволил Вэллериэн выдохнуть с облегчением: оказалось, что Высшая просто кашлянула и потому прикрыла губы рукой. Лицо её при этом выражало такое значительное напряжение и желание сдержать кашель, что на мгновение Вэлл, смутно ощутив неладное, даже заволновалась. К счастью, это быстро прошло и вскоре Роксэнн выглядела так, словно ничего и не было. — Я тоже сильно соскучилась по вам, Вэлл, — склонившись над леди, с чувством произнесла она. — Позволите мне восполнить дни и ночи, проведённые без вас? Вэллериэн, всё ещё не привыкшая к сдержанному в обычное время и пылкому в минуты близости темпераменту Королевы, застенчиво промолчала. Но её честные юные глаза говорили лучше всяких слов, а потому Роксэнн не раздумывая притянула супругу к себе и увлекла очередным умелым и глубоким поцелуем, от которого сердце южанки затрепетало в груди. — Ах! — только и успела проронить она, прежде чем Высшая полностью завладела её мыслями. Роксэнн определённо была умелой любовницей: она предвосхищала любое желание супруги и действовала так ловко, что Вэлл не могла перестать удивляться. Правда, девушка также ловила себя на ревнивой мысли о многочисленных фаворитках, которые наверняка и обеспечили Королеве такую сноровку. К счастью, Высшая быстро заметила недовольство на лице Принцессы и, смутно догадавшись о причине этого недовольства, принялась задабривать Вэллериэн самыми нежными ласками. Хоть Вэлл и оказалась весьма неискушённым участником на поприще любовных игр, Королеву всё равно очаровывала её по-девичьи трогательная манера целовать супругу, для храбрости зажмурив веки, и обнимать Роксэнн со всей пылкостью человека, в жилах которого текут силы Богини. К слову, последний фактор в порыве страсти Вэллериэн совсем не контролировала, и порой сжимала кожу Высшей до синяков. Но Роксэнн это даже нравилось, поскольку такое искреннее желание близости разительно отличалось от приторной покладистости девочек из Гарема. — Какая вы ненасытная, — усмехнулась Королева после одного из подобных движений. — Но разве могу я отказать, когда вы так набросились на меня?.. — Я? Набросилась? — мгновенно оробела увлёкшаяся Вэлл. — Нет, я вовсе не… Её щёки полыхнули румянцем — и от смущения девушка ослабила хватку. Роксэнн пришлось использовать всё своё красноречие, чтобы не спугнуть супругу и не охладить её порыв. — Это просто шутка, Вэлл, — прильнув к шее леди, горячо зашептала женщина. — Конечно, я сделаю всё, чтобы порадовать вас. Даже если для этого придётся целый день держать вас взаперти. Но прежде чем Принцесса успела ответить, ловкие руки Королевы обнаружили застёжки на идеально белой, по всем канонам Южных Лилий, рубашке и молниеносно воспользовались замешательством девушки, чтобы избавить Вэлл от лишнего предмета одежды. Кажется, Вэллериэн даже не заметила момент, когда тонкий хлопок соскользнул с её плеч, а Роксэнн, одержав одну победу, продолжила освобождать тело возлюбленной из оков парадного одеяния. Всё происходило так естественно, словно эти долгие недели разлуки лишь подогрели взаимный интерес леди друг к другу, а стесняющие условия чужих покоев послужили весомым разнообразием. И вечно напряжённая Вэлл, уже позабывшая об отдыхе, наконец позволила себе расслабиться. Она принимала все ласки, которые дарила ей супруга, и увлечённо целовала Роксэнн в ответ, то позволяя Королеве пользоваться преимуществами её положения, то перенимая инициативу на себя. От Высшей так уютно и тонко пахло свежими розами и корицей, а чуть смуглая кожа леди оказалась такой мягкой и тёплой, что Вэллериэн совершенно забылась в потоке неконтролируемого желания любить эту невероятную женщину. Она бы так и продолжала довольствоваться малым, но в чёрных глазах Роксэнн уже читалось значительное возбуждение. Неудивительно, что в один момент поцелуи Королевы стали плавно опускаться всё ниже и ниже. — Подождите! — вдруг спохватилась Вэлл, осознав, что с ней собираются сделать. — Я же не… я ещё не была в купальне… В ответ прозвучал решительный отказ: — Вы думаете, такая мелочь меня остановит? И не надейтесь. Лишённая возможности сопротивляться, Вэллериэн была вынуждена подчиниться, но принялась смущённо ёрзать в постели. К счастью, вскоре даже самые рациональные мысли успешно покинули её голову, стоило Роксэнн расположиться меж бёдер супруги и заняться делом куда более приятным, чем разговоры. — А… ах… — не сдержала приглушённого стона Вэлл, как только прикосновения Королевы стали ощутимее. Сдавшись на милость Высшей, Принцесса успешно капитулировала и даже позволила себе не сдерживать эмоции. Полностью доверившись Роксэнн, она могла лишь в нетерпении покусывать губы и с трепетным предвкушением ожидать, каким будет следующее действие Королевы. Но когда Вэлл почти полностью расслабилась и, с трудом поборов свою робость, принялась тихо постанывать в ответ на уверенные движения языка Высшей, со стороны входа послышались какие-то звуки, а затем в дверь покоев громко постучали. — Ваше Высочество? — прозвучало дотошно-упрямое снаружи. — Вы здесь, Ваше Высочество? К ужасу Вэлл, это определённо была Кьяра Саторэ, каким-то образом улизнувшая из-под бдительного надзора других Генералов и, очевидно, решившая броситься в погоню за Южной Лилией. Возможно, она посчитала, что сможет опередить Королеву, занятую формальностями с леди Йольхе, а может, волнение за Принцессу попросту пересилило здравый смысл. Однако в итоге Генерал Лилий оказалась там, где оказалась. Вэллериэн тоже догадалась о ходе мыслей леди Саторэ и ужаснулась возможным последствиям. — Всё-таки нашла меня! — испуганно прошептала она. Королева неохотно оторвалась от своего занятия, но только для того, чтобы до жути спокойным голосом пообещать: — Дайте мне минутку — и я исправлю это недоразумение. В руке её тут же замерцали ледяные чары — и только дурак бы не догадался, как именно Роксэнн собирается прогонять незваную гостью. Вэлл тоже смекнула, что вслед Генералу Лилий может отправиться пара десятков острых ледяных кинжалов, и тихо взмолилась: — Нет-нет, только не сейчас! Не хочу ссор и споров, я так… устала от них и… от неё. Обычно сдержанное лицо Высшей помрачнело от столь вымученных слов, но любовь к супруге и нежелание ещё больше волновать её заставили Королеву погасить опасную магию. Однако вслед за этим на губах Роксэнн появилась та самая азартная улыбка, которая часто предшествовала самым непредсказуемым поступкам Высшей. — Что ж, раз вы настаиваете — я не буду прогонять леди Саторэ, пусть стоит под дверями сколько хочет, — усмехнулась Роксэнн. — А мы, в свою очередь, продолжим то, что начали. Не могу же я оставить мою драгоценную супругу в таком опасном состоянии, верно? Вэллериэн не сразу поняла, что имеет в виду Королева, но как только лицо Высшей снова оказалось меж бёдер супруги, Принцесса с ужасом осознала, на какое испытание обрекла её Королева. К несчастью, Вэлл так ослабла и так жаждала продолжения, что могла лишь беспомощно смотреть в сторону дверей, за которыми яростно вышагивала непреклонная Кьяра Саторэ. — Ваше Высочество, я знаю, что вы там! — донеслось негодующее предупреждение. В этот же миг Роксэнн с ещё большим усердием принялась ласкать супругу, отчего Принцесса была вынуждена крепко зажать себе рот ладонью. Одновременно Вэлл бросила на Высшую умоляющий взгляд, но Королева Роз сделала вид, что не замечает этого, и продолжила свою изощрённую пытку. — Ваше Высочество, нам нужно поговорить! — снова принялась стучать Кьяра, не в силах правильно истолковать молчание. — Это важно! Краем сознания Вэллериэн успела подумать о том, что Генерал Лилий, должно быть, и не подозревает, кто ещё находится в гостевых покоях, поскольку нестабильная и мощная аура Воплощения Лирии, к тому же испытывающего столь бурные эмоции, начисто перекрыла спокойную и незаметную ауру Королевы Роз. Однако изменить что-то прямо сейчас и дать леди Саторэ красноречивый знак Принцесса не могла, а потому старалась вести себя тихо, чтобы не быть раскрытой. Поначалу это казалось ей хорошей идеей, но Вэлл не учла двух факторов: собственного возбуждения и обжигающе-влажного языка супруги меж своих ног. Как только эти факторы наложились друг на друга и сдерживать стоны больше не представлялось возможным, Вэллериэн тихо заскулила в отчаянии. Принцесса ощущала, что близка к концу, и, будучи неискушённой в любовных утехах девушкой, остро реагировала на каждое чувственное прикосновение супруги. Но когда она почти достигла пика, из коридора снова раздалось занудное: — Ваше Высочество, нельзя так безответственно себя вести и вообще… — ДА КАТИТЕСЬ ВЫ УЖЕ В БЕЗДНУ! — неожиданно прорычала Вэлл и, поражаясь сама себе, так же властно добавила. — ИНАЧЕ СМЕРТЬ ПОКАЖЕТСЯ ВАМ ВЫСШЕЙ МИЛОСТЬЮ! За дверями покоев тут же всё замерло, а изумление Кьяры Саторэ красноречиво отразилось в её обескураженном молчании. Вслед за этим послышались торопливые шаги, стихшие через пару мгновений. Теперь Вэллериэн могла не сдерживаться и с облегчением застонала от удовольствия. Окончание было таким сладким и долгожданным, что его не смогло разрушить даже бесцеремонное вторжение Генерала Лилий. Роксэнн тоже поняла это, поэтому за изрядное старание Принцессы наградила её тёплыми объятиями. — Вижу, ссориться с вами не стоит, Вэлл, — не сдержавшись, подначила она. — В гневе вы страшный человек! Вэллериэн нарочито благосклонным тоном парировала: — Если будете кормить меня миндальными круассанами и почаще целовать, я — так и быть! — пощажу вас. — Как щедро с вашей стороны! — рассмеялась Королева. — Может, авансом за круассаны я получу ещё кое-что? Намёк был так очевиден, что Вэлл мгновенно покраснела и опустила взгляд. Она знала, что Роксэнн обожает смущать её, но ничего не могла с собой поделать. От любых двусмысленных намёков Принцесса ощущала себя маленькой неопытной и несмышлённой девочкой, с которой умело играет куда более искушённая в любовных утехах леди. Отчаянно желая «соответствовать» супруге и набравшись смелости, Вэллериэн дерзко фыркнула: — Всё зависит от того, сколько круассанов вы предложите! Каково же было её удивление, когда Высшая с готовностью улыбнулась: — Все, что есть в этом мире. *** Они ещё долго пробыли в гостевых покоях, наслаждаясь близостью и мимолётным покоем, прежде чем истома и усталость сменили их безудержное желание касаться и любить друг друга. Вэлл довольно лежала в объятиях Королевы, рисуя подушечкой пальца невидимые символы на теле супруги. Ей нравилось водить ладонью по атлетичному, но гибкому телу Высшей, в котором причудливо сочетались грация женщины и сила настоящей воительницы. Принцесса, с её природной худобой, невольно позавидовала тому, как внушительно выглядят мышцы Роксэнн по сравнению с её собственными. Впрочем, она была уверена, что ещё сможет посоперничать с Королевой, если будет достаточно тренироваться. Высшая тоже пребывала в расслабленном и благосклонном настроении, неспешно перебирая рукой длинные пряди волос супруги. Они имели такой необычный для Лийа цвет, что походили на жидкий огонь или яркие плоды физалиса. Сочетаясь с бледной, по меркам Архипелага, кожей Принцессы, эти локоны делали Вэллериэн похожей на прелестного лесного духа, лишь волей случая попавшего в мир людей. Может, Роксэнн и дальше любовалась бы переливами золота и бронзы на волосах Южной Лилии, но один вопрос, не дававший ей покоя, требовал быть озвученным. А сейчас для этого было самое подходящее время. — Генерал Лилий так сильно вас растревожила, что вы даже спрятались от неё под кроватью, — без всякого вступления начала Роксэнн. — Позвольте узнать… что такого эта женщина сделала с вами? Принцесса вздохнула, предчувствуя сложный разговор, но благородно вступилась за подчинённую: — Ничего плохого. Просто леди Кьяра… очень серьёзно относится к обязанностям… и это утомляет. Высшая усмехнулась, ни на миг не поверив сказанному. Она слишком хорошо успела изучить супругу и в особенности её заслуживающее уважение, но не всегда оправданное благородство. Чтобы выяснить всё наверняка, Королева подцепила рукой подбородок Вэлл и заставила её глядеть на себя. — Это она морила вас голодом? — не сводя глаз с юного лица Вэллериэн, вкрадчиво спросила Роксэнн. Ответ был таким поспешным и сбивчивым, что лишь упрочил подозрения леди: — Нет! Нет, что вы… это просто… тренировки виноваты! Королева Роз усмехнулась столь наивной попытке Вэлл защитить Генерала Лилий. Тем не менее Высшая была достаточно умна, чтобы не критиковать леди, к которой Вэллериэн явно имела сильную привязанность. Вместо этого Роксэнн ласково, но настойчиво произнесла: — Вэлл, вы же совсем юная девушка, вам необходимо хорошее питание и отдых. Или здравый смысл уже покинул вас? Щёки Южной Лилии снова полыхнули румянцем. Закусив губу, Принцесса сбивчиво, как нашкодившая девчонка, забормотала: — Я просто… много работала. Да, много тренировалась и много работала. Разумеется, Высшая была прекрасно осведомлена о напряжённой ситуации на юге и о том, как выбивается из сил честная и прямолинейная Вэллериэн, попавшая в этот клубок змей. Властные группировки окружали её, словно акулы в море, и Вэлл приходилось прикладывать значительные усилия, чтобы лавировать в сложной политической ситуации, даже несмотря на поддержку Генерала Лилий. Глядя на прекрасное, но истощённое лицо возлюбленной, Роксэнн покачала головой: — Зря я разрешила вам отправиться обратно на юг. Это было жестоким решением с моей стороны. Не бойтесь, больше этого не повторится. — Что вы имеете в виду? — испуганно вздрогнула девушка и подняла на супругу полный тревоги взгляд. Королева знала, какое трепетное и ответственное отношение Вэллериэн испытывает по отношению к своей родине, поэтому не стала пугать её запретами или угрозами. В отношении Вэлл куда лучше действовала любовь и ласка, которым Принцесса сопротивлялась значительно меньше, чем любым императивам. Поэтому Роксэнн всё тем же мягким и уверенным голосом пообещала: — Не переживайте, я не сделаю ничего, что бы вызвало у вас неприязнь или существенно ограничило бы вашу свободу. Но мне как старшей супруге нужно позаботиться о вашем здоровье, Вэлл. Вы же будете хорошей девочкой и позволите мне окружить вас заботой? Южная Лилия, не привыкшая к чьей-либо заботе и всю жизнь полагавшаяся лишь на себя, чуть помедлила с ответом. В её взгляде мелькнула растерянность и в то же время страстное желание вверить себя Королеве. К счастью, последнее пересилило. — Ваши слова смущают меня, — наконец тихо произнесла Вэлл, но взгляд её сиял. Это было непрямым и в то же время явным согласием, поэтому Высшая осталась довольна. Приподнявшись на локтях, она коснулась губами лба супруги, а затем предложила: — Кстати, не хотите прогуляться, Вэлл? Вечера здесь тёплые, так что можем наслаждаться видами Дэстино до самой ночи. — Прогуляться? — встрепенулась девушка и тоже привстала. — Конечно, хочу! В её голубых глазах сверкнуло такое неподдельное и детское желание, что Роксэнн вновь убедилась, что свободой Принцессу не баловали. Иначе как объяснить столь бурную радость от предложения обычной прогулки?.. Условившись не брать с собой охрану и провести весь вечер наедине друг с другом, королевская чета принялась неспешно собираться и приводить себя в порядок. Королева помогла Вэлл расчесать её спутавшиеся от бурного времяпровождения волосы, а Принцесса, в свою очередь, подсобила Высшей с трансформацией парадного одеяния в простую и удобную прогулочную одежду. Когда они уже готовы были выйти, Вэллериэн вспомнила: — Точно! Подождите секундочку… Она вдруг повела ладонью по воздуху, опустив её на плечо Королевы — и мир вокруг вдруг потерял свои краски, став похожим на старинную серую гравюру. Единственным ярким пятном в этом замершем пространстве осталась Роксэнн и сама Вэлл, преображённая магией Воплощения. — О, так вот как вы это делаете, — с интересом, но безо всякого испуга заметила Высшая. — Впечатляет. — Не волнуйтесь, это совершенно безопасно! — тут же принялась заверять Принцесса. — Я просто не хочу не попадаться на глаза леди Саторэ и тётушке Йольхе. Пусть этот вечер… будет только наш. Королева Роз коснулась её лучистых волос, обернувшихся таким же мерцающим золотом, как и весь облик Вэллериэн, а затем нежно погладила леди по голове. — Ваше желание — закон для меня, Вэлл, — улыбнулась она. Южная Лилия с облегчением кивнула и со знанием дела повела Роксэнн по хитросплетению коридоров дэстинийского дворца. Следуя за супругой, Высшая с интересом осматривала всё вокруг, одновременно анализируя способность Воплощения Лирии и попутно спрашивая у Принцессы ответы на связанные с этим умением вопросы. Вэллериэн отвечала честно и непринуждённо, хотя некоторые из вопросов Королевы были слишком сложны для однозначного ответа. Например, Вэлл до сих пор не знала, что именно делает при активации сил Богини: действительно замедляет время вокруг или, наоборот… ускоряет себя? А может, это одно и то же? Да и радиус способности вызывал вопросы, поскольку в последние недели Южной Лилии стало казаться, что её умение начинает распространяться на гораздо большее расстояние, чем раньше… Как только леди оказались снаружи, Роксэнн закономерно обратилась к супруге: — Куда отправимся, Вэлл? Вы на острове дольше, чем я, значит и путь выбирать вам. Услышав это, Южная Лилия приободрилась и на мгновение погрузилась в раздумья, выбирая между всеми достопримечательностями и занятными местами Дэстино, которые успела изучить сама. В конце концов она вынесла вердикт: — Тогда начнём с самого интересного! Они отошли на достаточное расстояние от дворца, чтобы Принцесса могла перестать использовать силы Лирии, а как только мир вокруг снова наполнился звенящими красками и тонкими запахами, Роксэнн с готовностью взяла супругу за руку. Теперь, вдали от придворной суеты, леди могли неспешно отправиться на прогулку, наслаждаясь обществом друг друга. — Вы давно прибыли сюда, Вэлл? — между делом спросила Высшая, разглядывая невысокие — в один-два этажа — здания Дэстино. Эти домики, в числе которых были и государственные учреждения, выглядели до банального просто. Неказистые, без претензии на тонкий вкус, но в то же время достаточно прочные, чтобы сопротивляться непостоянной погоде острова, они во всём соответствовали менталитету дэстинийцев. А самодельные украшения из кокосовой скорлупы, плодов кофейного дерева и разноцветных пышных цветов, будто сошедших с полотен именитых художников, лишь добавляли этой незатейливой простоте уюта. — Неделю назад, — ответила Вэллериэн, осматривая город с таким интересом, словно и сама очутилась здесь впервые. — Искали повод побыстрее уехать с юга? — тут же догадалась Роксэнн. Принцесса издала страдальческий вздох и смиренно уточнила: — От вас ничего не скрыть, да? Ответ её приятно удивил: — Просто на вашем месте я поступила бы так же. — Вы не похожи на человека, убегающего от проблем, — озадаченно заметила девушка. — А почему вы рассматриваете это как бегство? — легко парировала Высшая. — С моей точки зрения, вы совершили выгодное тактическое отступление, необходимое для трезвой оценки ситуации, — внезапно её губы тронула улыбка. — Ну… если, конечно, не считать крикливый багаж в виде леди Саторэ. Вэллериэн не сдержала смешок, но тут же виновато поёжилась, как если бы опасалась быть услышанной виновницей обсуждения. К счастью, даже вездесущая Генерал Лилий не рискнула преследовать свою подопечную после недавних событий. — Вы ведь её на дух не переносите, да? — вздохнула Принцесса, украдкой глядя на супругу. Королева Роз пожала плечами: — Генерал Лилий слишком ценный ресурс, чтобы её личность могла затмить её таланты. Я учитываю это, когда выношу суждение о человеке, — и тут же добавила. — Но помыкать вами я ей не позволю, имейте в виду. Вэлл с благодарностью кивнула, и они продолжили путь. Когда дорога расширилась, а впереди показались белые ступени, ведущие к большому открытому пространству, Вэллериэн голосом опытного знатока пояснила: — Это центральная площадь Дэстино, здесь обычно проходят праздничные гуляния, выборы нового Правителя и… кхм… порой дуэли. По крайней мере тётушка Йольхе говорила, что судебная система Дэстино предполагает возможность такого разрешения конфликтов. А вон там больше всего интересностей! Южная Лилия указала куда-то за площадь и, сгорая от нетерпения, решительно повела Высшую к указанному месту. Им оказался большой рынок, ветвящийся прямо меж улочек города и занимавший так много места, что доходил до пристани. — Это называется Фестиваль! — заговорческим тоном сообщила Вэлл. — Тут есть яблоки в карамели, всякие развлечения, прохладное домашнее вино, таверны и такие маленькие-маленькие лошадки… их здесь зовут… — …пони? — угадала Роксэнн. — Да! — не сдержала эмоций леди и принялась увлечённо описывать животных. — Такие милые — вы не представляете! А ещё… Королева улыбнулась, наблюдая за тем, как искренне и непосредственно супруга рассказывает о таких житейских вещах, которые у любого другого человека вызвали бы лишь равнодушие. Но Вэлл действительно отличалась о всех тех, кто окружал Высшую с самого детства. В ней не было пресыщенности от жизни, свойственной аристократкам, и она живо радовалась даже таким обыденным явлениям, как вкусная еда. Само по себе это было удивительно, поскольку высокий статус Вэллериэн позволял ей наслаждаться жизнью во всех её проявлениях. Однако со слов самой Принцессы и докладов южных информаторов Роксэнн знала, что жизнь Южной Лилии была далека от изысков и скорее походила на полное лишений существование простой воительницы. Не признанная своей семьёй, росшая в казармах, среди простых гвардейцев и воспитанная нортийским наёмником, Вэлл едва ли могла претендовать на роль манерной придворной интриганки, но может, это и сделало её столь… человечной? Не замечая, как откровенно любуется ею Высшая, Принцесса продолжила описывать прелести Фестиваля, особенно восхищаясь пони: — …знаете, их очень любят дети, и если вы позволите… я могла бы подарить парочку таких вашим сёстрам! Если до этого сердце Роксэнн теплело от любви, то теперь его заполнила невероятная нежность к супруге. Не сдержавшись, Королева Роз подхватила ладонь Вэлл и приникла к ней губами. Южная Лилия от неожиданности тут же замолкла и теперь лишь робко наблюдала за действиями Высшей. — Какая вы заботливая, Вэлл, — насладившись лаской, произнесла Роксэнн. — Помните даже о Ноэми и Ноэль, хотя едва знакомы с ними. — Это же не плохо? — встревожилась девушка, для которой все эти правила этикета были сложнее и непонятнее, чем самое сложное огненное заклинание. — Это потрясающе, — поспешила успокоить её Высшая. Они ещё немного полюбовались видами Дэстино издалека, но вскоре голод и желание лично насладиться прелестями Фестиваля сподвигли королевскую чету двинуться вперёд. Сначала они подумывали как-либо скрыть от окружающих своё присутствие, однако жители острова оказались такими деликатными и любезными, что ни разу не потревожили их покой. Хотя по взглядам местных, которые они украдкой бросали на леди, было совершенно ясно, что личности женщин им известны. Впрочем, Фестиваль быстро поглотил всё внимание Вэлл и Роксэнн, не оставив места для сомнений. К счастью, здесь действительно было чему подивиться. Обычно лийанским праздникам отводились определённые даты, а из внеплановых развлечений были разве что вечерние танцы на площадях и цирковые представления. Но в Дэстино жизнь напоминала вечный праздник, а торговые лавочки не закрывались здесь даже глубокой ночью. Отчасти такое решение было обусловлено «промежуточным» расположением острова и постоянно курсирующими через него торговыми судами. Другим фактором являлся свободный и чудаковатый менталитет дэстинийцев, способных кутить даже после тяжёлой работы, если еда и вино будут достаточно вкусными, а развлечения — интересными. Так, например, всего за час Вэллериэн успела показать супруге все самые популярные у местных заведения, начиная от уличного тира, вокруг которого всегда собирались толпы зевак, и заканчивая палатками с наскоро обжаренным тестом, политым густой карамелью и подающимся со знаменитым дэстинийским кофе. Когда Принцесса уже хотела повести Высшую к самой лакомой улочке с маленькими уютными тавернами, Роксэнн внезапно утянула Вэлл за угол и зажала ей рот ладонью. От неожиданности Южная Лилия даже не стала сопротивляться и лишь смиренно ждала, когда супруга соизволит отпустить её. — Тсс, — предупредила Королева и лишь затем отпустила Вэллериэн. — Посмотрите туда. — А? — растерянно хлопнула ресницами Вэлл. Но как только она проследила взглядом за пальцем Высшей, указывающим куда-то в сторону, ей стало ясно, почему действия Роксэнн были столь резкими и стремительными. Дело в том, что там, у одной из игровых палаток, стояла сама дэстинийская Правительница Йольхе и… Розария Милагросс. — Это леди Розария и… тётушка? — тихо изумилась Вэллериэн и с тревогой посмотрела на Высшую — Неужели Первый Генерал захотела повидаться со своей… Принцесса вдруг запнулась, побоявшись выдать тайну этих двоих, которую леди Милагросс рьяно оберегала. — …мамой? — продолжила за супругу Роксэнн, тем самым показав свою освеомдлённость. — Это не секрет для меня, Вэлл. Что до их чудесного времяпровождения, то инициатором была леди Йольхе. А вот её дочь выразила куда меньше энтузиазма, — и Королева не сдержала усмешки. — Смотрите, какое кислое у неё лицо. Вэллериэн осторожно, чтобы не быть замеченной, выглянула из-за угла и стала невольной свидетельницей забавной картины. Первый Генерал Королевы, эта не знающая пощады Стальная Роза стояла у игровой палатки с метательным кольцом в руке и не знала, куда деть себя от стыда. Её густо покрасневшие даже под слоем пудры щёки красноречиво выражали всё отношение к происходящему, чего нельзя было сказать о самой Йольхе, которая, войдя в раж, одно за другим отправляла в мишень свои метательные кольца и явно наслаждалась игрой. Дополняло всё это любопытная толпа, окружившая родственниц со всех сторон и, судя по незаметным ловким движениям, делавшая ставки на победительницу. Заметив, что дочка не испытывает особого энтузиазма, дэстинийская Правительница начала охотно подбадривать её: — Давай, Роззи, кидай колечко! Иначе не сможешь соперничать со мной в этой игре. Щёки Розарии от этих слов стали почти пурпурными, и Первый Генерал замогильным голосом проскрежетала: — Ты… перестань… нас же засмеют. — Тебя засмеют, только если будешь сторониться собственной матери, — нисколько не смущаясь толпы, воскликнула Йольхе и словила одобрительные аплодисменты окружающих. — А теперь кидай колечко, Роззи! Леди Милагросс, выглядевшая в её изящном персиковом платье спесивым цветком среди сорняков, разразилась тихими ругательствами. Но иллюзионистка была непреклонна и раз за разом побуждала дочь к действию, а весёлые дэстинийцы вокруг успешно помогали ей в этом словами и свистом, словно наблюдали не за собственной Правительницей, а за обычной шкодливой девчонкой. В итоге Первый Генерал сдалась и, грязно выругавшись, метнула колечко. Агрегат угодил ровно в цель, нанизавшись на тонкий металлический шест. — А теперь ещё одно, — с коварной улыбкой приказала Йольхе. Леди Милагросс закатила глаза, но послушно схватила предложенное колечко. — Побери тебя бездна! — чуть менее убийственным тоном прошипела она. Вэллериэн, с изумлением наблюдавшая за этой живописной картиной, невольно заметила: — У леди Розарии меткий бросок… — …и тяжёлая рука, — понимающе хмыкнула Роксэнн. — Долг службы обязывает. В её словах была логика, ведь должность Первого Генерала вынуждала леди Милагросс не только быть главной после Королевы, но и возглавлять Тайную Стражу — государственный орган, занимавшийся сыском и шпионажем для Королевы Роз. Помимо этого, весь двор полнился слухами, что Розария настолько предана Высшей, что даже лично пытает для неё заговорщиц и эффективно выбивает из них самые важные показания. Впрочем, глядя на эту смущённую миниатюрную женщину, которой едва ли можно было дать и десять триплексов, Вэлл с трудом представляла её с пыточными орудиями в руках. Милагросс скорее напоминала маленькую рассерженную девочку, которой стыдно за своих родителей. — Давайте отойдём, иначе нас заметят, — разумно предложила Высшая. Принцесса кивнула. Она боялась представить свою участь, если Первый Генерал поймёт, что за ней следили. В последний раз, когда леди Розария злилась на Вэлл, это чуть не стоило Южной Лилии жизни. Рисковать снова даже такая горячая голова, как Вэллериэн, не хотела. — Может, перекусим? — соблазнившись разлитым в воздухе ароматом пряностей, вдруг предложила Роксэнн. Вэлл, у которой уже сводило желудок от голода, собрала все силы, чтобы не выдать своего желания. Вместо этого она старательно изобразила вежливость: — А вы… не против? В ответ раздалось совершенно простодушное: — Да я умираю с голоду, Вэлл! Высшая рассмеялась — и Вэллериэн почувствовала странное облегчение. При дворе они были королевской четой, а потому их разговоры и действия всегда носили оттенок формальности. Но здесь, в Дэстино, где даже самый простой житель не придавал их титулам особого значения, леди могли расслабиться и ощутить себя обычной парой, увлечённо искавшей хорошую таверну. Что до самой таверны, то здесь выбор не занял много времени. Как только Принцесса заметила вывеску в виде круассана на одном из местных заведений, всё было предрешено. И даже осторожные попытки Королевы намекнуть, что красивая вывеска с подрумяненной сдобой не гарантирует такого же замечательного ужина, не помогли справиться с упрямством Вэллериэн. Однако то ли магия миндальных круассанов действительно работала, то ли помогло удачное совпадение, но таверна оказалась на удивление уютной. А когда леди принесли их ужин, никаких сомнений в правильности выбора не осталось. — Вкуснотища! — быстро расправившись с закусками, восхитилась южанка. — Всё-таки еда на острове потрясающая! С её словами трудно было поспорить: слишком убедительно выглядела свежайшая рыба, поданная с пятью разными соусами, и мягкий рис такого белого цвета, словно его сделали из чистого жемчуга. Хотя даже это не могло сравниться с огромным блюдом всевозможных фруктов, которое хозяйка заведения подала в качестве аперитива. Сливочные груши, алые, как закат, яблоки, медово-золотые дольки ананаса и хрустящие от спелости кусочки арбуза… проще было бы перечислить, чего здесь не было! Роксэнн тоже по достоинству оценила яства, хотя от фруктов Высшая слегка покашливала, а остальная еда и напитки вызвали у неё привычное для венценосной особы подозрение. Однако внимательно осмотрев и продегустировав все блюда, Королева значительно успокоилась и разрешила голодной Вэлл наконец вдоволь наесться. — Дэстино не такой большой, чтобы самостоятельно обеспечивать себя едой, но следует признать, что торговля с Лийа и Нортом здесь идёт хорошо, — здраво рассудила Королева Роз, потягивая ароматное вино. Вэллериэн, до этого занятая дегустацией изысканных яств, от упоминания Норта сразу изменилась в лице. — Кстати, об этом, — напряжённо произнесла она, для безопасности приглушив свой голос. — Вы не знаете, когда именно приедет Первый Советник? Он до сих пор не появился на острове… — Встреча назначена на послезавтра, но юнец, кажется, не спешит ко двору, — усмехнулась Роксэнн. — Поразительно, учитывая то, как настойчиво он добивался встречи. Над их чуть скрипучим деревянным столиком, с укрытым вышитой цветными нитями скатертью на дэстинийский манер, повисла недолгая тишина, поскольку обе леди задумались об одном и том же — о предстоящих переговорах с Нортом. Первых за последние несколько сотен триплексов… Будет ли это короткая дипломатическая встреча, где оппоненты лишь наметят рамки будущих отношений? Или одна из сторон поставит вопрос ребром, не дожидаясь благосклонности оппонента? А может, и переговоров-то не получится? В конце концов, Норт и Лийа были столь непримиримыми врагами, что сотнями триплексов ненавидели друг друга… — Как думаете, какой он — этот Первый Советник? — внезапно спросила Вэлл. По до смешного серьёзному лицу Принцессы Высшая поняла, что Южная Лилия со всей ответственностью воспринимает предстоящие переговоры и в свойственной ей прямолинейной манере ожидает самого высокого результата. Чтобы не разочаровывать дорогую супругу многозначительным молчанием, Роксэнн пространно ответила: — Кто знает?.. Возможно, он чопорный и высокомерный, как и многие нортийцы. А может, наоборот. Единственное, что я знаю наверняка: ему не занимать ума, и он очень умело ведёт деловую переписку. Даже это делает Хистэо эль Гратэ достойным моего внимания. — Хотелось бы увидеть его поскорей, — тяжко вздохнула Вэлл и бросила на Высшую полный надежды взгляд. — Может, у нас получится прийти к мирному соглашению… — Не стоит торопиться, — усмехнулась Королева, деликатно опустив Принцессу с небес на землю. — Такие решения не принимаются за раз, поэтому не возлагайте больших надежд на эту встречу. Лучше воспринимайте её как… тренировочную попытку. — Вот как… — чуть поникла южанка. Она явно рассчитывала на самое благополучное развитие событий и теперь, когда Роксэнн мягко намекнула, что от встречи с Первым Советником можно ожидать чего угодно, Вэллериэн расстроилась даже сильнее, чем можно было ожидать. Заметив это, Высшая проницательно заметила: — Вэлл, я вижу, что вас всё ещё что-то беспокоит. Подéлитесь со мной? Южная Лилия тут же отвела взгляд, чем выдала себя с головой: — Вам, наверное, показалось… Но Королеву Роз ей было не одурачить. — Вэлл, вы ведь совсем не умеете держать лицо перед теми, кто вам близок, — ласково пожурила Роксэнн. — Не будьте так жестоки, откройте мне своё сердце. Чтобы окончательно убедить Вэллериэн в чистоте своих намерений, леди накрыла своей ладонью руку супруги. Этот жест действительно расслабил южанку, хотя при желании она могла быть очень упрямой и несговорчивой. Но, видимо, того восхищения и уважения, которое Принцесса испытывала по отношению к Высшей, было достаточно, чтобы пересилить настороженность Вэлл. — Ваше Величество… — после долгих раздумий тихо проронила Вэллериэн. — Я не знаю, что делать… Она только собиралась с мыслями, чтобы рассказать Королеве о своих переживаниях, однако Роксэнн без тени удивления предположила: — Дайте угадаю, вы говорите о юге? Реакция Южной Лилии была более чем красноречива: девушка встрепенулась и в изумлении ахнула: — Как вы поняли?! Роксэнн усмехнулась: — Моя супруга в свои юные шесть триплексов уезжает, чтобы решать проблемы, превосходящие её опыт и возможности — чего же тут гадать? Ваши тревоги даже слишком очевидны. Вэллериэн испустила страдальческий вздох. Конечно, она знала, что Высшая внимательно следит за тем, как развиваются события на юге, но и предположить не могла, что Роксэнн так хорошо осведомлена о положении вещей. С другой стороны, Вэлл было даже слегка обидно от того, как её супруга быстро раскусила суть проблемы. — От вас ничего не скрыть, — буркнула она. — Должно быть, я совсем безнадёжна, раз вы изначально не надеялись, что я справлюсь… Королева невозмутимо парировала: — Дело не в вас. Это я совершила ошибку, скинув проблемы юга исключительно на ваши юные плечи и пренебрегнув тем, что ответственность нужно разделять, а не перекладывать. Простите меня за это, Вэлл, я обязательно учту свои ошибки. Но сейчас позвольте мне помочь вам и расскажите, что именно произошло. Тронутая речью супруги Вэллериэн доверчиво сжала её руку в ответ и принялась в деталях рассказывать произошедшее. А рассказ действительно заслуживал внимания. Поначалу Роксэнн слушала его спокойно, не выражая особого удивления, однако чем дольше говорила Вэлл, тем мрачнее становилось выражение лица Королевы. Ведь Южная Лилия, набравшись смелости, рассказала о попытке заговора, свидетельницей которого случайно стала. Прибыв в Джевелин — южную столицу Лийа — Принцесса с помощью поддержки Генерала Лилий принялась усмирять оппонентов и даже преуспела в этом деле. Но в один из дней, когда ситуация, казалось, уже меняется в пользу Вэллериэн, а многочисленные противницы постепенно выбывают из игры, леди случайно подслушала разговор Кьяры Саторэ и представительницы самой крупной властной группировки. Разумеется, обсуждали они не миндальные круассаны… Выслушав полный рассказ супруги, Роксэнн задумчиво уточнила: — Значит, леди Саторэ было сделано предложение другой стороной? — Да, как видите, я узнала об этом случайно, — безрадостно вздохнула Вэлл. — И что же она ответила? — поинтересовалась Высшая. — Насколько мне известно, пока ничего, — пожала плечами Вэллериэн. — Но это лишь вопрос времени… Между ними снова повисло молчание, и Королева заметила, как тревоги, далёкие от забот юной леди, отражаются на лице Принцессы. Хотя Вэлл была прирождённой воительницей и никогда не роптала на судьбу, она всё ещё оставалась молодой девушкой, не знавшей семьи и дома. Наверняка ей тоже хотелось сбросить груз непосильных проблем с плеч, но доселе судьба не предоставила Вэллериэн такой возможности. Поэтому она могла лишь сражаться вновь и вновь, даже если её противником станет собственный Генерал. — Вы боитесь предательства, не так ли? — поглаживая ладонь Южной Лилии в той манере, которая всегда успокаивала супругу, сочувственно произнесла Роксэнн. Вэлл поджала губы и стоически парировала: — Если Генерал Лилий встанет на сторону моих врагов, я не буду возражать. Мне не нужны союзники, которых нужно держать силой. Королева Роз тихо рассмеялась и поднесла руку Принцессы к своим губам, чтобы в очередной раз поцеловать. — Ну-ну, Вэлл, не сдавайтесь так рано, — поспешила успокоить леди. — С чего вы столь радикальны в суждениях? Вэллериэн не хотела признаваться в своих чувствах, и вся внутренняя борьба отразилась на её лице мучительным выражением. Тем не менее сердце Южной Лилии было так преданно Высшей, что Вэлл честно созналась: — Просто… леди Кьяра мне как старшая сестра. Она умная, сильная и всегда знает, что делать, а её моральные принципы казались мне идеалом. — А теперь? — сподвигла к ответу Роксэнн. Принцесса вдруг закрыла руками лицо — и голос её чуть надломился: — А теперь я боюсь, что она не так хороша, как я думала. Нижняя губа Вэллериэн задрожала, словно у маленькой девочки, которую несправедливо обидел близкий человек. Но южанка переборола этот порыв и приняла вид столь неприкосновенный, что вызвал у Королевы лишь тонкую улыбку. — Вэлл, а вы говорили с ней об этом? — вдруг спросила Высшая. — О предложении, которое сделали ей ваши враги? Девушка намхурилась: — Как я могла? Если покажу ей, что знаю обо всём, это, как минимум, поставит её в тружное положение! — Всё верно, нельзя раскрывать карты раньше времени, — подтвердила Роксэнн и с азартом предложила. — В таком случае давайте проведём эксперимент. — Эксперимент? — удивилась леди. — Но какой? Королева вдруг покашляла, словно не сдержав порыв, и тут же отпила вина, нивелируя приступ. Это показалось Принцессе чуть странным, однако Высшая так быстро заговорила, что у Вэлл не осталось времени на раздумья. — Через некоторое время я сделаю Кьяре Саторэ хорошее предложение, не уступающее по условиям тому, что она получила от заговорщиков, — объявила Роксэнн. — Но это предложение будет ультмативным. Генералу Лилий придётся выбирать быстро и без долгих раздумий. Вот и посмотрим, какая сторона ей ближе. — А что это за предложение? — насторожилась Вэлл. — Леди Кьяру трудно чем-то соблазнить… — Слово «соблазнить» как раз подходит под моё предложение, — сильнее заинтриговала Высшая. Затем, чтобы не томить нетерпеливую супругу, Королева подробнее рассказала то, что ранее уже обсуждала с Диамант. Когда Вэллериэн поняла весь масштаб замысла, её и без того большие голубые глаза округлились ещё сильнее. — То есть… это будет политический брак? — резюмировав услышанное, уточнила Вэлл. — Не только, — таинственно улыбнулась Роксэнн. — Если всё пройдёт гладко, мы добьёмся сразу двух целей: соединим любящие сердца и укрепим нашу власть на юге, — но тут же предостерегла. — Однако вы должны понимать, что жизнь — это не сказка, и события могут пойти по иному сценарию. Вэллериэн нервно сглотнула, представив себе участь Генерала Лилий. — Если леди Кьяра откажется… что вы с ней сделаете? — взволнованно спросила она. — Зависит от того, что она сама предпримет, — поспешила успокоить Высшая. — Меры могут быть разными, но я буду справедлива в своих решениях. Этот ответ чуть ободрил Принцессу, и она задала второй по важности вопрос: — А что насчёт леди Диамант? Как она к этому отнеслась? — Настороженно, но в глазах так и блестит надежда, — хохотнула Роксэнн и кратко объяснила суть сложных отношений между леди Саторэ и леди Росси. Услышав подробности этой запутанной истории, восходившей ещё к совместному ученичеству обеих женщин в Королевской Военной Академии, Вэллериэн почувствовала себя значительно лучше. Ведь раз оба Генерала неровно дышали друг к другу, значит был шанс, что их отношения сложатся не только в политическом, но и в более личном плане. — Вот бы всё получилось… — мечтательно вздохнула Принцесса, уже представляя счастливое окончание этой истории. Роксэнн не стала разочаровывать супругу и рассказывать о тех исходах, которые представлялись ей более печальными, но и более возможными. Вместо этого леди завершили ужин большим блюдом со всевозможными дарами моря, которые составляли основу питания любого дэстинийца, но при этом были скорее диковинкой в Лийа, и насладились нортийскими винами, горячо рекомендованными хозяйкой заведения. Лишь после этого леди покинули уютную таверну с круассаном на вывеске и снова углубились в хитросплетение улочек Дэстино. — Может, прогуляемся по набережной? — ощутив лёгкий морской бриз, предложила Высшая. — Кажется, мы как раз рядом с пристанью. Вэллериэн с радостью согласилась, предложив заодно полюбоваться закатом. Вечер клонился к своему завершению, и многие дэстнийцы тоже бродили по мощённым коричневато-красным камнем улочкам, романтично прижавшись друг к другу. Интереснее всего было рассматривать эти разношерстные парочки. Вот, например, прогуливается типичный нортийский головорез: в самой лучше своей рубахе, вышитой серебром, а заодно достаточно облегающей, чтобы демонстрировать свои внушительные мышцы аж двум дэстинийкам-наёмницам, идущим под руки с ним. Впрочем, судя по мимолётному обмену взглядами между девушками, их взаимный интерес был ничуть не меньше, чем заинтересованность в красавце-нортийце. Чуть дальше сладкой троицы любовников степенно прохаживалась куда более характерная для острова парочка пожилых дэстинийцев. Учитывая особенности внешности местных, их легко можно было бы спутать с метисами лийанок и нортийцев, но изящный веер с острым навершием у старушки и такой же острый шест вместо трости у её спутника ясно давали понять, какое прошлое было у тех, кто сейчас выглядел так безобидно. Да и безобидно ли?.. Хотя стоит признать, ни один человек на острове не выглядел так же забавно, как молоденькая лийанская служанка из королевской свиты, под покровом сумерек сбежавшая из дворца на тайное свидание с чопорной нортийской торговкой. Обе шифровались как могли и усердно делали вид, что совершенно случайно прогуливаются в одном и том же направлении, а переговаривались исключительно украдкой. Но как только они заметили лийанскую Королеву и Южную Лилию, их лица синхронно побелели от страха. К счастью, Роксэнн была свободна от предрассудков и сделала вид, что не замечает, как её подданная развлекается с представительницей вражеского государства. Вэллериэн тоже смекнула, в чём дело, и нарочно потянула супругу к набережной, где как раз близился закат. На пристани было оживлённо: дэстинийские рыбаки сушили сети после рабочего дня, несколько рослых нортийцев разгружали только прибывший торговый корабль, а шумная детвора забавлялась салками прямо у моря. Вэлл подошла к длинному каменному ограждению, разделявшему сушу и воду, и села на него так же, как это делали коренные дэстинийцы неподалёку. Роксэнн последовала примеру супруги. Закат в Дэстино был совершенно удивительным и непохожим ни на какой другой. Светило здесь приобретало свой удивительный цвет, купаясь в молочно-белых облаках залива, а воздух становился таким прохладным и свежим, словно в нём растворили саму жизнь. Неудивительно, что даже патрулирующие порт Белые Маки — личная гвардия Правительницы Йольхе — выглядели так, будто лишь долг службы удерживает их от того, чтобы расположиться где-нибудь на пристани с вином и фруктами. — Как хорошо… — тихо пробормотала Вэллериэн, опустив голову на плечо Высшей. — В Дэстино никто не надоедает нам взглядами и не кланяется. Словно сейчас мы обычные люди и можем делать обычные вещи… Королева ласково коснулась её головы и провела рукой по волосам супруги, любуясь переливами закатного огня в длинных прядях, но Южная Лилия не ответила на ласку, погруженная в свои тайные мысли. Она даже не заметила, каким нежным взглядом смотрит на неё Роксэнн и как еле сдерживает кашель, прикрывая ладонью рот. — Вэлл, вас всё ещё что-то тяготит? — тихо шепнула Высшая, чтобы леди не заметила лёгкой хрипотцы в её голосе. Вэллериэн густо покраснела, чем полностью себя скомпрометировала. — Сколько же волнений помещается в эту юную голову? — усмехнулась Роксэнн, мягко ероша рыжие вихры Принцессы. — Вы расскажите мне, Вэлл? Южанка медленно кивнула, но отвечать не торопилась. Лёгкий влажный ветерок так приятно обдувал им спины, а люди вокруг казались такими улыбчивыми и мирными, что девушка не хотела разрушать эту атмосферу вечного праздника. — Просто… у меня дурное предчувствие, — наконец выдохнула она. — Не могу отделаться от мысли, что вокруг слишком спокойно. Как штиль перед бурей. Королева крепче обняла супругу, чтобы передать ей свою уверенность, и поспешила заверить: — Если вы о переговорах с Нортом, то можете не волноваться: я приняла все меры, чтобы обеспечить нашу безопасность. И судя по количеству патрулей на улицах Дэстино, ваша тётя занялась тем же. К тому же вы ведь Воплощение Богини Лирии. Разве вам есть чего бояться?.. Южная Лилия сжала пальцы в замок и с трудом выдавила: — Просто плохое предчувствие. — Дыма без огня не бывает, Вэлл, — не дала себе обмануться Роксэнн. Вэллериэн мучительно вздохнула. Она долго молчала, словно тщательно взвешивая необходимость делиться тем, что её волновало. Но к тому времени Принцесса слишком доверяла Королеве, чтобы утаить свой секрет. Поэтому, набравшись храбрости, она выпалила: — У меня проявилась новая способность. С помощью неё я увидела во сне других Воплощений. Роксэнн пришлось приложить значительное усилие, чтобы не выказать своего удивления. Вместо этого она осторожно спросила: — Вот как… можете рассказать подробнее? Вэлл схватилась за голову и мучительно простонала: — Да если бы мне самой понимать, как это работает! Я просто создаю что-то вроде… мысленного пространства и могу пригласить туда другие Воплощения. Сначала я делала это непроизвольно, но теперь моя способность стала более избирательна и подконтрольна. Королева Роз кивнула и продолжила разговор, пока Вэллериэн не передумала отвечать: — А что до остальных Воплощений? Сколько их? Кто они? Может, Южной Лилии стоило быть осторожнее и не доверять столь важную информацию женщине, с которой она обручилась всего несколько месяцев назад, однако долгое молчание и невозможность поделиться наболевшим толкали Вэлл на отчаянные действия. К тому же Принцесса волновалась не столько о себе, сколько о своей стране. — Я их не знаю, но видела всех, — твёрдо произнесла леди. — И все пятеро нортийцы. Высшая безрадостно хмыкнула: даже ей трудно было сдержать обескураженность при мысли о таких известиях. Ведь если Норт имеет в своём арсенале целых пять Воплощений, каждое из которых обладало силами Божества, стоит ли упоминать, насколько опасным становится это государство?.. Принцесса тоже понимала нависшую угрозу, оттого в подробностях рассказала всё, что помнила из своих видений, вплоть до детального описания каждого Воплощения. Может, такой подход не уберёг бы Архипелаг от возможной опасности, зато дал бы хорошее подспорье для Тайной Стражи в случае, если наместники Богов потеряют свой нейтралитет. Впрочем, даже так Вэлл с трудом представляла, как шпионы Королевы будут искать по миру всех этих людей. Внимательно выслушав супругу, Роксэнн дала ответ на вопрос. — Говорите, у двоих из них были серебряные волосы и карие глаза? — с загадочной улыбкой уточнила она. — Как занимательно… — Почему? — не поняла намёка Принцесса. Тогда Королева благосклонно пояснила: — Видите ли, в Норте есть лишь один род, истинные потомки которого имеют такую внешность. Это род эль Гратэ. Вэллериэн, слабо различавшая генеалогию нортийских аристократов, кивнула, но во взгляде её не было полного понимания. Она даже не представляла, почему Роксэнн так довольно и одновременно так мрачно улыбается. — А сколько было триплексов тому, что мужчина? — вдруг спросила Высшая. — Он сказал, что ему почти восемь триплексов, — послушно ответила Вэлл. — И ещё, помнится, говорил, что у него сложная работа. Когда я пожаловалась на свои трудности, он выразился так: «Моя… должность предполагает вещи, о которых ты говоришь. Все эти с виду несущественные мелочи на самом деле очень… изматывают. Особенно та их часть, что предполагает вынужденное притворство. Тяжело быть человеком, которым в действительности не являешься, и делать вещи, вызывающие отвращение». Интересно, что за должность такая?.. Королева тихо присвистнула, как если бы все эти пространные речи действительно что-то значили. — Думаю, у меня есть ответ на ваш вопрос, Вэлл, — криво усмехнулась она. — Вы знакомы с этим человеком?! — ахнула Южная Лилия. — Только по переписке, — пожала плечами Высшая. — Но я уверена в его личности. — И кто же он? — сгорая от нетерпения, воскликнула Принцесса. Ответ превзошёл все её ожидания: — Хистэо эль Гратэ, Первый Советник и Некоронованный Король Норта. Ошеломление Вэллериэн было столь сильным, что девушка не сразу сумела облечь его в слова: — Первый Советник?! Но… как вы поняли это? — Всё просто, Вэлл, — кашлянув, пояснила Высшая. — Если бы вам пришлось так же нудно разбираться в политике и генеалогических древах нортийских родов, как мне, вы бы пришли к тем же выводам, что и я. Роксэнн снова прижала супругу к себе и принялась вполголоса рассказывать: — Смотрите, в роду эль Гратэ изначально было две ветви: главная, из которой происходит Первый Советник, и побочная, из которой, по легендам, происходила сама Тария. Со временем из-за внутренних конфликтов королевская власть истребила почти всех представителей рода обеих ветвей. Но недавно почивший Король в своё время смилостивился над последними детьми эль Гратэ, близнецами Селиной и Хистэо. Других официальных потомков у рода нет. А теперь подумайте сами: молодой мужчина, почти юноша, восьми триплексов от роду, выглядящий точь-в-точь как типичный эль Гратэ и пространно размышляющий о своей сложной должности… вам это ничего не напоминает? Южная Лилия, изумлённо ловившая каждое слово своей супруги, не могла не восхититься: — Действительно… да вы гений сыска, Ваше Величество! Не сдержав благоговения перед острым умом Королевы, Вэлл порывисто коснулась губами её щеки и заключила в свои объятия. Проходившая мимо компания молоденьких дэстиниек мечтательно пронаблюдала за этим действием и оживлённо заворковала меж собой. — Спасибо, Вэлл, — испытывая явное удовольствие, поблагодарила Роксэнн. — От ваших комплиментов моё сердце бьётся сильнее. Хотите послушать? Она порывисто прижала руку супруги к своей груди, и Вэлл тут же смущённо потупила взгляд. — И правда… — с придыханием прошептала она. — Тук-тук… так быстро… Высшая склонилась над её ухом и горячо пообещала: — Будет ещё быстрее, если сегодня ночью вы снова составите мне компанию. Вэлл пришлось потратить много времени, чтобы отдышаться и перестать непрерывно краснеть. Лишь когда прохладный морской воздух остудил её щёки и привёл в порядок мысли, девушка смогла вернуться к прежней теме: — Получается, та женщина с серебряными волосами, которую я видела во сне — это его сестра? Они оба Воплощения? — Вероятнее всего, — кивнула Роксэнн и задумчиво добавила. — Кстати, о родственниках. А Тарию эль Гратэ вы тоже видели среди Воплощений в вашем сне? — Если бы вы сейчас не сказали, я бы не задумалась об этом, — растерянно проронила Вэлл. — Но… кажется, я и вправду её видела. Правда, она назвалась другим именем. — И какова она? — поинтересовалась Высшая. — Немного замкнутая и немногословная, но как только узнала, что с этим Первым Советником в моём сне происходит что-то плохое, то сразу бросилась на помощь, — с улыбкой вспомнила Вэллериэн. — Добрая девушка… — Неудивительно, они ведь родственники с Первым Советником, пусть и дальние, — одобрительно кивнула Роксэнн. — А что случилось в том сне с Хистэо эль Гратэ? Теперь настал черёд Принцессы в красках рассказывать о своём кошмаре. Королева внимательно слушала всю историю, но особенно заинтересовала её неконтролируемость чар, сотворённых Вэлл, и трагическое окончание того сна в виде смерти Богини Шипов от рук Хистэо эль Гратэ. — Как странно… — размышляя о произошедшем, хмыкнула Высшая. — Думаете, это из-за ваших способностей? — Не знаю, но с тех пор, как контроль над ними улучшился, таких проблем больше нет. Теперь я полностью контролирую Пространство Сна, — убедительно произнесла южанка. — К слову, мне кажется, что мои силы Воплощения… почему-то возросли. — Может, потому что вы и сама растёте? — предположила Королева и вскользь провела рукой по телу супруги, ненадолго остановившись в области груди. — Здесь, например, стало больше. Вэллериэн в мгновение ока стала едва ли не краснее догоравшего в море заката. — Хорошо-хорошо, я поняла, — кашлянув, тихо рассмеялась Королева и шёпотом пообещала. — Постараюсь смущать вас только в постели. Южная Лилия активно закивала, выбрав из двух зол меньшее. А затем они ещё немного посидели в объятиях друг друга, наблюдая за мерно струящимися в море волнами и со смехом выслушивая, как капитан причалившего торгового судна громко рассказывает знакомому дэстинийцу о двух ненормальных красавчиках-нортийцах, занимавшихся бездна пойми чем на его корабле. Когда Светило окончательно опустилось за горизонт, леди медленно побрели в сторону дворца. Дружелюбные Белые Маки, заприметив их, тактично предложили эскорт до места назначения, но королевская чета так же вежливо отказалась. Когда островитяне отошли на достаточное расстояние и женщины продолжили путь, Вэллериэн внезапно спросила: — Ваше Величество, мы весь день говорили только обо мне. А как вы? Как ваше здоровье? И хотя Королева Роз не выказала даже малейшего недовольства вопросом, Вэлл всем своим существом ощутила, как напряглась Высшая. — Всё хорошо, я прекрасно себя чувствую, — поспешно ответила Высшая и тут же перевела тему. — Что до остального, то моя жизнь почти не изменилась. Разве что Кирс не даёт покоя. — Ваша сестра? — нахмурилась Вэлл. — А что с ней? Разве она не заключена в темницу? Роксэнн хохотнула и поведала короткую, без особых подробностей, историю о том, как выпустила опальную сестру из подземелья, где та должна была томиться в ожидании казни. Выслушав этот безумный рассказ, Принцесса сильно возмутилась: — Я поражена! Вы действительно выпустили её из темницы? Но почему? Королева поспешила успокоить супругу: — У меня есть на неё планы, но они в стадии подготовки. Я расскажу вам подробнее, когда точно решусь. И когда вы… немного повзрослеете. Вэлл не отличалась особой проницательностью, но внезапно ощутила странную и острую тревогу от этих простых с виду слов. Чтобы скрыть свою озадаченность она надулась, как обиженный ребёнок, и недовольно буркнула: — Я и так совершеннолетняя! Высшая с улыбкой покачала головой: — Это не одно и то же. Вам нужно стать по-настоящему взрослой, чтобы понять меня. — Что за таинственные загадки? — шутливо возмутилась Вэллериэн, хотя чувство тревоги по-прежнему не отпускало её. — Вы насмехаетесь надо мной?! — Нет, вами можно только восхищаться, — возразила Королева и крепко сжала руку супруги. — Давайте вернёмся во дворец. Сегодня был тяжёлый день, нужно как следует отдохнуть. Южная Лилия не стала спорить: она и сама порядком утомилась за день, а потому хотела принять ванну и оказаться в постели как можно быстрее. К счастью, путь обратно был куда более спокойный, поскольку дэстинийцы хоть и любили повеселиться вплоть до глубокой ночи, но не меньшее удовольствие им доставлял здоровый сон. Разве что редкие весёлые компании продолжали гурьбой сидеть на верандах самых подозрительных таверн, играть в ханк и громко обсуждать свои не самые чистые делишки. Проходя мимо одной из таких мутных компаний, почти полностью состоявшей из дэстинийцев, Вэлл случайно услышала обрывок разговора. — Смотрите, какие люди! — вдруг заулюлюкала самая рослая наёмница. — Раймина… какими судьбами в Дэстино? Толпа шумно загудела и поприветствовала кого-то третьего. Принцессе стало интересно, кто такая эта Раймина, раз её появление возбудило внимание стольких людей. Поэтому Южная Лилия посмотрела вправо, куда были направлены взгляды пирующей шайки. В этот миг кто-то шагнул вперёд прямо перед носом Вэлл, даже не боясь задеть венценосную особу. Причиной такой наглости могло быть простое невежество, но беглый взгляд на оппонентку привёл Вэллериэн к совершенно противоположному выводу. Незнакомка специально прошла так, чтобы своим движением посягнуть на личное пространство южанки. Может, Принцесса и окликнула бы наглую леди, чтобы преподать ей урок вежливости, однако в этот момент девушка чуть обернулась и так посмотрела на Вэлл, что та даже замерла. Южную Лилию словно пронзило молнией, а тонкий колокольчик хорошо развитой у магов интуиции истерически зазвенел, сигнализируя об опасности. На вид незнакомка была младше Королевы Роксэнн, но старше самой Вэллериэн, а её удивительные фиалковые глаза походили на драгоценные аметисты самой искусной огранки. Впрочем, куда больше Южную Лилию удивили ярко-алые, словно спелые яблоки, волосы леди, уложенные в то, что придворные модницы в шутку называли «бубликами». Одежда на девушке тоже была странная и смешная, при этом непохожая ни на один виденный Принцессой наряд. До неприличного короткая юбка в нём причудливо сочеталась с укороченными портками, а вместо типичной для Халла рубахи красовалось что-то рваное, короткое и многослойное, как если бы леди едва сводила концы с концами. «Какая необычная красавица… — задумчиво подметила Вэлл. — И что она забыла среди дэстинийских наёмников?» На удачу Вэллериэн незнакомка как раз поприветствовала друзей, ответив на их вопрос: — Да так… приехала посмотреть на одно представление. — Что за представление? — тут же с интересом принялась вызнавать толпа. — Пока сама не знаю, но очень хочу узнать, — проворно запрыгнув на один из столиков и смахнув с него многочисленные бутылки вина, таинственно заявила леди. В отличие от хозяина таверны, сетующего на осколки, дэстинийцам это представление понравилось, и один из них даже восхищённо спросил: — Ты как всегда говоришь загадками, Райми. Говорят, последний триплекс ты была в Норте? Ну и как тебе северное королевство? Красноволосая девушка презрительно фыркнула: — Как обычно: холодно, темно, шастают всякие… драные белые кошки. Одним словом — скука смертная. Другая островитянка с интересом осведомилась: — И что планируешь делать дальше? Может, подашься к нам в Белые Маки? С твоими выдающимися способностями это будет как нельзя кстати! — Нет, мне это неинтересно, — нарочито капризным тоном протянула девушка. — Да и вообще я устала. — Устала? — снова вмешался первый юноша, едва сдерживая смех. — Да ты ведь и так лентяйничаешь целыми днями! Только и делаешь, что путешествуешь по миру, перебиваясь лёгкими заработками. Не пора бы найти нормальную работу? Быть Белым Маком почётно и выгодно. Этот вопрос отчего-то напряг Раймину, и та грубо, почти с ненавистью, огрызнулась: — Я своё уже отработала. Больше в жизни и пальцем не пошевелю ради кого-то. А делать буду лишь то, что захочу сама. Из толпы раздалось ехидное: — Эх, время идёт, а Раймина совсем не меняется. Кажется такой беззаботной, но на душе у неё неспокойно. Поэтому и места себе найти не может! Дэстинийцы дружно закивали, согласившись с утверждением, а Раймина лишь закатила глаза. Поймав на себе внимательный взгляд Вэллериэн, она с вызовом посмотрела в ответ, и в кривой ухмылке её пухлых губ Принцесса прочла скрытую угрозу. Эта красноволосая девушка казалась Вэлл не просто странной, но до боли знакомой, хотя леди была уверена, что никогда прежде не видела наёмницу. Словно какая-то часть Принцессы, о которой она сама не подозревала, узнала в этих нарочито жеманных и вызывающих манерах, в этой пошлой актёрской игре и в этой излишне кричащей одежде кого-то, с кем была давно знакома. Но не желая беспокоить Королеву, уже обратившую внимание на замешательство супруги, Южная Лилия была вынуждена продолжить путь, так и не узнав, что пытается сказать её интуиция. Лишь когда леди вошли во дворец, мысли о чужачке отошли на второй план. Стоило хорошенько отдохнуть перед новым днём, поэтому королевская чета направилась в гостевые покои, надеясь, что Хаин и его сметливые служанки додумались подготовить комнаты к пребыванию венценосных особ. Но когда впереди уже замаячили знакомые коридоры гостевого крыла и до желанного отдыха осталось рукой подать, одна из дверей, ведущих в комнаты Генералов, внезапно приоткрылась. А затем оттуда крадучась выскользнула некая фигура. Заметив, что в столь поздний час коридор дворца не пустует, фигура, впрочем, тут же начала улепётовывать в противоположную леди сторону, пользуясь хорошо скрывающей улики полутьмой. Вэллериэн, привыкшая к разного рода интригам, не придала этому особого значения, а вот Роксэнн, заметившая светлые локоны под капюшоном накидки загадочной тени, безошибочно воскликнула: — Генерал Лилий… какая встреча! Фигура в плаще застыла, как громом поражённая. Она не смела уходить, раз с ней заговорила сама Королева, но при этом судорожно метнулась в ту часть коридора, где почти не было освещения, в надежде скрыть свою личность. К несчастью для неё, Роксэнн одним лёгким воздушным заклинанием откинула капюшон леди, обнажив её перекошенное от ужаса лицо. Под плащом действительно оказалась Кьяра Саторэ, значительно побледневшая, но безропотно принявшая свою участь. — Ваше Величество… — неловко поклонилась она, испытывая явное неудобство от своего вынужденного положения. — Ваше Высочество… В отличие от посмеивающейся Высшей, Южная Лилия не поняла масштабов происшествия и простодушно спросила: — Леди Кьяра? С вами что-то случилось? Генерал Лилий действительно производила странное впечатление: её растрёпанные локоны не были убраны в причёску, а обычно бледные скулы отливали пышным румянцем. Неудивительно, что Принцесса заволновалась о своей подчинённой. — Со мной? Ничего! — поспешно возразила леди Саторэ и, чтобы отвести от себя подозрения, тут же парировала. — Я целый день искала вас, Ваше Высочество! Где вы были? Вэлл уже хотела чистосердечно признаться, что прогуливалась с Высшей, но Роксэнн вдруг сама перехватила инициативу: — Разве моя царственная супруга должна отчитываться перед собственным Генералом? Уж лучше это вы, леди Кьяра, расскажите, где проводите свободные вечера? Румянца на обычно бескровных щеках Генерала Лилий явно прибавилось, но она стоически парировала: — Занималась тем, от чего отлынивают другие. Решала дипломатические вопросы. — А поцелуи на вашей шее — это новый вид переговоров? — издевательски промурчала Королева. — И как? Эффективный? Кьяра невольно коснулась шеи и тут же осознала, что её провели: накидка была достаточно закрытой, чтобы спрятать следы преступления. А значит, Роксэнн стреляла наугад и… не прогадала. Теперь скрывать очевидное не получилось бы даже у хладнокровной с виду Саторэ. — Позвольте мне откланяться… — чувствуя себя невероятно униженной, процедила женщина. — Позволяю, — благосклонно усмехнулась Высшая. — А ещё приглашаю вас на завтрак. Диамант тоже передайте. — Хоро… — испытав значительное облегчение, хотела было согласиться леди. Но последняя фраза так ошарашила её, что Кьяра прервалась на полуслове. Лицо Генерала вмиг приняло забавно-обиженное выражение, как если бы всё, что она упорно пыталась скрыть, оказалось известно её врагу. И леди Саторэ, едва сдерживая эмоции, поспешно распрощалась с королевской четой. — Кьяра выглядела так, будто сейчас взорвётся, — озадаченно заметила Вэлл, как только подчинённая удалилась и леди вернулись в свои покои. — Ничего, — хмыкнула Королева Роз. — Иногда полезно охлаждать горячие умы и разжигать ледяные сердца. Кстати, о последнем… Высшая порывисто притянула супругу и одним ловким жестом закинула Вэллериэн к себе на плечо. Это было несложно, учитывая лёгкий, почти неощутимый вес Принцессы и её расслабленность после прогулки. — Ваше Величество! — ахнула южанка, от неожиданности схватившая Роксэнн за плечи. — Что вы делаете? — Похищаю вас, разумеется, — невозмутимо пояснила Королева и свободной рукой открыла дверь купальни, где всё уже было подготовлено к прибытию супруг. К счастью, Хаин, прекрасно знавший нравы обеих леди, действительно успел обустроить покои и даже наполнил горячую ароматную ванну. При этом сами комнаты пустовали, чтобы слуги не мешали королевской чете, но среди предметов были вино и предусмотрительно оставленный магический колокольчик. — Но зачем меня похищать? — безропотно позволив Высшей усадить себя на край купальни и раздеть, звонко рассмеялась Вэлл. — Я же и так вся ваша! — А вдруг вы снова захотите сбежать на юг или куда-нибудь ещё? — чуть покашляв, шепнула Роксэнн и вдруг тихо добавила. — Жизнь слишком коротка, чтобы тратить время попусту. Вэлл, сверкавшая радостью от чудесного вечера, проведённого с супругой, вдруг изменилась в лице. Тонкое чувство чего-то «неправильного» вновь тронуло её сердце, и Принцесса с неожиданной тревогой заглянула в бездонные чёрные глаза Высшей. — Ваше Величество, вы как-то странно говорите, — осторожно заметила она. — С вами точно всё в порядке? Королева внезапно прижала к груди Вэллериэн и нежно-нежно поцеловала. Но взгляд её был устремлён куда-то сквозь леди. Прежде чем утянуть южанку в благоухавшую лавандой воду и провести вместе с ней ещё одну полную любви ночь, она тихо ответила: — Разумеется, со мной всё в порядке, Вэлл. Ведь пока вы рядом, мне не страшна даже смерть.