Десять смертей Дирка Страйдера

Сначала Каркату было противно даже представлять себе эти посиделки; видеть Терези в обнимку с Гамзи и довольного Дэйва рядом, и как всем классно, всем просто супер, а Каркат в злой растерянности, пытается понять, за что же так взъелся на лучшего друга и бывшую девушку. Он в сотый раз за день ссорится с самим собой, и сидеть дома становится невыносимо. Некоторое время парень мерит шагами комнату, прокручивая в голове одни и те же картинки, и, в конечном итоге, оставляет попытки успокоиться и вызывает такси. План таков: поехать к источникам проблем и разобраться со всеми разом, просто содрать сраный пластырь со сраной ранки, пока он не прирос к сраной коже. Каркат ведь чувствовал, что в последнее время творится что-то неладное. Не только с Гамзи (теперь стало понятно, где и с кем Макара пропадал), но и с Дэйвом, с их отношениями. Страйдер сам не свой, они уже месяц не ходят в любимую кофейню и притрагиваются друг к другу исключительно выше пояса, они больше не начинают утро с обмена мемами или песнями. Каркат валил это на начало учебы, все таки Дэйв перешел в новую школу и год у него ответственный… он уже сам себе не верит, Боже, он просто не может продолжать выдумывать оправдания происходящему. Единственное, о чем он может думать, — что все идет по пизде и все его бросят (или уже бросили), что они предатели, а он достоин быть брошенным.

« Ничто не сможет остановить поток этих мыслей И боль, связанную с ними... Иногда я спрашиваю себя: почему это происходит? Ничто не способно вывести меня из состояния задумчивости, когда Я вспоминаю, как подставил себя. Я произношу бесчисленное количество слов, Чтобы сказать о той боли, которую ты мне причинила. Но вместо того, чтобы избавиться от нее, Я взял то, что возненавидел, и сделал это частью себя. (Это навсегда останется со мной.) »

Он едет к знакомому дому, быстро расплачивается с таксистом, хватает кофту с заднего сиденья и стучит в дверь, пока в ушах стучит кровь. Гамзи открывает почти сразу же. — Терези, серьезно? — никакого «привет», слова вылетают раньше, чем Вантас успевает включить голову. Он начал репетировать еще в такси, но чем ближе была встреча, тем сильнее обида и дрожь, и вот Каркат стоит на пороге, злой и язвительный, словно перед ним не лучший друг, а бесячий незнакомец. — Ебаный лицемер, — усмехается Макара, — ты начал встречаться с шестнадцатилетним, бля, пацаном, а я и слова не сказал. Я ни разу не срал твой выбор, Карклз, я ни разу даже не пошутил насчет твоей голубизны, хотя на хую вертел толерантность. Знаешь, почему я тебя поддерживал? — злость в голосе меняется на сожаление, — Потому что это то, что делают друганы. — Так ты по-дружески поебываешь мою бывшую? — Каркат ненавидит то, что говорит, а Гамзи не говорит ничего. нИчЕгО :о) Никакого больше сожаления. В нем будто срабатывает переключатель, Гамзи Макара теперь вне зоны действия сети, но есть другой парень, и он ждал этого момента; внутренний механический голос отчеканивает «оставьте сообщение после сигнала и сдохните в муках», он без колебаний бьет кулаком в каркатову челюсть, а потом как в замедленной съемке наблюдает падение лучшего друга на асфальт, слышит словно через толщу воды крик Терези, чувствует, как ее тонкие руки безуспешно пытаются оттащить его в сторону. В нем просыпается что-то сладко-забытое, он легко вырывается из девичьей хватки, садится на Карката сверху и начинает душить. Пальцы сильнее впиваются в кожу, и ощущения пизже, чем от дороги порошка. Гамзи не знает, сколько времени проходит, прежде чем старший Страйдер рывком сбрасывает его на землю. Это лишь сильнее распаляет Макару, он не чувствует боли от падения, только азарт, и он хочет растерзать Дирка, растерзать Дэйва, если потребуется, но красная пелена спадает, когда он замечает ужас в широко раскрытых глазах Терези. Она никогда его не боялась, даже в школе (а в школе он был тем еще отморозком), но теперь Гамзи перешел черту.

« Ты стала частью меня, Ты всегда будешь здесь, со мной. »

Он опускает взгляд на собственные руки, которыми только что душил Карката, руки, которые он с трудом узнает, руки, которые стоило бы сломать прямо сейчас, пока они не впились в еще чье-нибудь горло. — Чувак, пойдем в дом, ладно? Умоем тебя холодной водой, — голос Дирка звучит прямо над ухом на секунду заглушая эти мысли. Парень ведет его внутрь, опасливо придерживая за плечи, и Гамзи не успевает рассмотреть лицо Карката, но зато видит, с каким испугом Терези смотрит на Вантаса. Он послушно идет вслед за Страйдером, дышит ебучим квадратом, как его учили в реабилитационном центре, но он не хочет «приходить в себя», не хочет осознания случившегося, мысленно он уже закидывается колесами на другом конце города, лишь бы не чувствовать этой всепоглощающей ненависти к себе, не чувствовать удушающих слез, отвращения, презрения, стыда. Но он чувствует. С каждым новым шагом он ближе к пониманию того кошмара, который только что устроил. А если бы Дирк его не оттащил? Смог бы Гамзи остановиться?.. увы, он знает ответ.

« (Я не могу освободиться.) »