Охотники на ведьм: Тайный круг.

      Обезглавленная ведьма дернулась в последней судороге и затихла. Ганзель поднял глаза на Анну. На щеке девушки зловеще блестели брызги мерзкой ведьминой крови. Охотник подошел к Анне и шершавой ладонью стер с ее лица кровавые следы бойни.       - Ты в порядке?       Анна накрыла его руку своей и прижала к горячей щеке:       - Да, а ты?       Охотник посмотрел ей в глаза, в которых, казалось, отражался целый мир, со всей его болью и радостями. Все страдания этого света, равно как и все самое доброе, что в нем есть, прятались в карих глазах Анны.       - Эй, голубки, кочан мне тащить? - с улыбкой проворчала Гретель и швырнула в брата отвратительную синюю голову мертвой ведьмы. Встрепенувшись, тот поймал ее одной рукой и ловким движением сунул в мешок.       За уничтожение синемордой ведьмы и пары ее приятельниц охотники получили кругленькую сумму. Покидая этот жалкий городишко, они усмехались, вспоминая, как содрогнулся мэр, когда по его лакированному резному столу, стоившему, должно быть, целое состояние, покатилась уродливая голова ведьмы. Непрослушными руками тот отсчитал охотникам причитающееся, пролепетал слова благодарности, но Ганзель, Гретель и Анна его уже не слышали. Твердыми шагами они покинули мэрию.

***

      В таверне Анна сидела, как на иголках. Она натянуто улыбалась и выглядела, словно не в своей тарелке. Поначалу Ганзель старательно делал вид, что не замечает странного состояния девушки, но уже после первой кружки пива, откинувшись на спинку деревянного стула, охотник повернулся к Анне:       - Все. Выкладывай.       Девушка поджала губы, и Ганзель сжал пальцами маленькую руку. Нежная кожа её ладони кое-где была отмечена мозолями.       - Обещайте, что не станете корить меня... - Анна исподлобья глянула сначала на Гретель, потом на Ганзеля.       - Говори, - мягко произнесла Гретель.       Анна достала из холщовой сумки пожелтевший свиток и разложила его на столе.       - Где ты нашла это? - спросил охотник, внимательно разглядывая не очень-то понятные ему магические знаки и письмена.       - В лохмотьях ведьмы, - призналась девушка. - Я решила проверить ее и нашла это. Сразу не сказала, хотела сначала сама разгадать, что все это значит. Но... не смогла. Не хватило знаний, опыта. Все, что я поняла - готовится какая-то дьявольщина. Никакой конкретики.       Ганзель понимающе кивнул. Он и сам видел лишь несколько знакомых символов, которые толковал именно так: до наступления ближайшего новолуния произойдет что-то нехорошее - большой шабаш, последствия которого могут оказаться крайне пагубными. Он не сердился на Анну, за то что она утаила от охотников находку, - девушка была с ними около месяца и уже успела побывать в пяти переделках. Она быстро училась, но владение оружием давалось ей куда лучше чтения магических свитков и тайных знаков.

***

      Анну рано выдали замуж. Молодой кузнец влюбился в нее с первого взгляда и вскоре просватал юную красавицу. Они прожили вместе несколько лет. Душа в душу, не разлучаясь ни на день. Господь не дал им детей, но они не страдали от этого, нежно заботясь друг о друге. Когда Анна попросила обучить ее кузнечному делу, супруг несколько удивился, но внял ее просьбе. В Анне он нашел способную ученицу, и вскоре они уже вместе работали в маленькой кузне.       Сказка закончилась год назад, когда в лесу за городом они столкнулись с ведьмой. Мерзкая тварь напала на Анну, но кузнец сумел прикончить каргу. Если бы им только знать, что ведьма была не одна! Вторая колдунья не стала рисковать, а, спрятавшись за стволами вековых деревьев, прочла заклинание. Схватившись за сердце, кузнец упал на колени и начал харкать кровью. Анна ничем не могла ему помочь - ей оставалось лишь беспомощно наблюдать за тем, как умирает родной человек. Видя ее страдания, ведьма все же выдала себя злорадным смехом. Анна схватила топор и с одного удара разрубила колдунью пополам - от макушки и по самую грудь. Любимого мужа ей это не вернуло, но крохотное чувство удовлетворения позднее поселилось в ее душе.       Анна продолжала работать в кузнице, отвергая всех желающих связать с ней свою судьбу, пока в городе вновь не объявились ведьмы. Тогда Анна впервые встретила знаменитых охотников Ганзеля и Гретель...

***

      - Здесь говорится о жертвах, - нарушила тишину Гретель. - Кровь шестидесяти шести и шести невинных откроет дверь.       - Что за дверь? - тут же поинтересовался Ганзель.       - Пока неясно... - пробормотала Гретель, снова углубляясь в свиток.       - Как ей это удается? - с ноткой восхищения прошептала Анна. - Гретель видит в ведьмовских свитках гораздо больше тайного смысла, нежели можем разгадать мы.       Ганзель не знал ответа на этот вопрос. И для него, и для Гретель это было загадкой. Необъяснимый факт - Гретель отчасти понимала то, что ведьмы излагали на своих пергаментах. Недоступное ни простым смертным, ни опытному охотнику Ганзелю, с трудом, но поддавалось изысканиям его сестрицы. Сама же Гретель шутливо списывала это на природную сообразительность.       С легкой завистью Анна наблюдала за сосредоточенной Гретель.       - Чем дольше я с вами, тем больше понимаю, что мне никогда не стать такой, как вы, - проговорила она.       Ганзель наклонился к девушке и ласково погладил ее по щеке:       - И слава Богу. Не стоит тебе уподобляться нам. Наши с Гретель руки по локоть в крови.       - По локоть в ведьмовской крови, - уточнила Анна.       Охотник покачал головой:       - Не только. Нам с Гретель встречались на пути хорошие люди, которые, не задумываясь, отдавали за нас свои жизни. И их кровь тоже на нашей совести.       Возникла короткая пауза. Анна обдумывала слова своего возлюбленного, а Ганзель с тревогой смотрел на девушку. Помолчав, он добавил:       - В связи с этим пообещай мне...       - Все, что угодно, Ганзель.       - Обещай не лезть на рожон. Не бросайся спасать меня. Не вздумай, забывая о себе, меня защищать.       Анна сникла. Она не могла дать Ганзелю слово, которое не в состоянии была сдержать.       Парень выжидательно смотрел на девушку. Она не смогла выдержать его взгляд и опустила голову.       - Хорошо, я обещаю, - негромко произнесла Анна. Ганзель заметно повеселел. Приблизившись к кареглазой красавице, он ласково потерся своим носом о ее, а затем поцеловал.       Поцелуи Ганзеля пьянили, кружили голову. В такие секунды Анна забывала, где находится и что происходит вокруг. Однако на этот раз её быстро вернул в реальность голос охотницы:       - Бельзен! - вскинув голову, довольно сообщила Гретель. Охотник отстранился от девушки и повернулся к сестре:       - Уверена?       - Да, это случится в Бельзене. Вот, смотри: место, где погибла верховная ведьма Рохильда.       - И где она погибла? - уставился на охотницу Ганзель.       Гретель снисходительно улыбнулась:       - В Бельзене. Около двухсот лет назад ее четвертовали, варили в масле, а потом сожгли.       В красках представив себе живописную сцену казни злой колдуньи, Анна испуганно вздрогнула.       Ганзель чуть наклонил голову вправо, с задорной улыбкой глядя на девушек:       - Должно быть, наша средневековая подружка успела порядком достать бельзенцев, раз уж они решили действовать наверняка.       - Откуда ты столько знаешь? - Анна повернулась к Гретель.       - Слышала эту историю в детстве, - отмахнулась та.       - Эй, я тоже слышал эту историю! - шутливо заметил Ганзель. - Просто... забыл.       Девушки весело переглянулись. Новая возможность прищучить мерзких ведьм нарисовалась сама собой. ---tbc---