Сходя с ума.

- Макс! Макс резко обернулся, оглядываясь по сторонам. В шумном коридоре бегали второклашки, громко смеялись семиклассники. «Показалось», - мотнул головой Макс, пытаясь прогнать странное наваждение. Показался. Голос Лизы среди этих звуков. Но это невозможно. Еще более невозможно, чем все остальное. Так, стоп! Макс остановился, с силой прижимая ладони к лицу. С этим надо заканчивать. То ему Лиза вместо Даши мерещится, то ее голос слышится. Это уже слишком. Так и в самом деле недолго свихнуться. На всякий случай Макс еще повертел головой, чтобы убедиться, что его все-таки никто не звал. А потом развернулся и направился к себе. В комнате сидел Рома и играл на ноутбуке в какую-то стрелялку. Андрея не было. - Душно, хоть бы окно открыл, - заметил Макс, подергивая внезапно начавший давить шею воротник рубашки. - Ага, сейчас, сейчас, - торопливо ответил Рома, не отрываясь от монитора. - Ну, так давай же! Мочи его! Макс невольно хмыкнул и сам, открыл окно. Достав пачку сигарет, он уселся на подоконник. - Ты, что курить здесь собрался? - удивился Рома. - Нет, блин, я полюбоваться сигареты достал, - фыркнул Макс, закуривая. Рома снова ушел в свой виртуальный мир и, судя по звукам, палил по противникам из пулемета. - А Андрей где? - почти равнодушно поинтересовался Макс. - А? - Авдеев где? - Не знаю, с Дашкой, наверное. - Ммм. Тем лучше. Наверно лучше. Убедившись, что Роме на все пофиг сейчас, кроме своей игрушки, Макс вытащил из кармана уже порядком мятую-перемятую бумажку, вырванную из газеты. Лиза... Что же могут значить эти буквы и цифры? Что? Они наверняка должны подсказывать, пояснять, где и как можно найти девушку. И это где-то внизу. Морозов знает. Это у него выпала Лизина записка, когда Маша нашла ее. Но он не скажет. И лучше, чтоб он думал, что Макс по-прежнему не знает, что Лиза жива. А Лиза жива, не может быть не жива. Особенно теперь, когда Макс так свято уверовал в это. Потому что если окажется, что все это ложь, он не выдержит. Это хуже, чем потерять ее снова, еще раз. Он не переживет. Он свихнется. Или сделает что-то с собой. Макс снова вгляделся в буквы. Кл. Что такое «кл.»? И эти цифры с буквами. А последние, обведенные в рамку? Макс с досады треснул кулаком по раме. Стекло печально звякнуло. А в так и не зажившей до конца, избитой руке Макса, острым лезвием вспыхнула боль. Но он почти не заметил. Привык. Уже привык за эти дни. Черные, страшные, невыносимые дни. После той ночи, когда мертвую Лизу незнакомый охранник унес куда-то, не оставив Максиму даже ее тела. Только воспоминания. Их никто не был в силах отнять. И Макс боялся. Боялся, что однажды забудет ее. Что однажды не сможет воспроизвести в воспоминаниях Лизину улыбку, ее голос, ее поцелуи. Боялся, что забудет, что было, как было. Все, что чувствовал, что говорил ей, что говорила она. Блеск ее глаз, нежность рук... Макс боялся проснуться и осознать, что не помнит Лизу. Что позабыл их любовь.

***

Ночь окутала мир. Еще по-зимнему холодная, суровая. Ясное небо с горящими огоньками звезд раскинулось над головой. Лес гордо выпрямил свою царственную осанку, с высоты деревьев взирая на мир. Калитка, покосившаяся и темная, пронзительно скрипнула, когда Макс потянул ее на себя. Замерев, он все же собрал в себе всю волю и вошел. Могильные кресты темнели черными бастионами последнего пристанища смертных тел. И даже тишина кладбища словно была другой. Иной, нежели в лесу. Строго-монументальной, непоколебимой, как само время, которое здесь словно шло иначе. Макс не знал, куда идти. Сжимая в руках куцый букет полевых цветов, нарванный неподалеку, он нерешительно остановился. Что теперь? Здесь нет могилы той, к кому он пришел. Ее тело не обрело покой. Его отняли те же, кто сначала лишил жизни. И теперь Макс даже не мог прийти на ее могилу, чтобы, нежно касаясь земли, не скрывать свою боль, свой раскол в душе. Только не перед ней. Макс медленно шел вдоль могильных оградок, всматриваясь в фотографии людей, которых больше нет. Их нет. Совсем. Остались лишь фотографии. Да, есть вещи, которыми они пользовались. Есть дома, в которых они жили, постели, дарившие им тепло и сон. Есть дети и внуки. Но их нет. Нет их мыслей, их чувств, их желаний. Они ушли в небытие. Совсем. Сердце внезапно дрогнуло. Макс замер напротив одной из могил. Маленькая, неухоженная, наверно, давно заброшенная. Памятник потускнел от дождей и снега. Венок давно выцвел, а оградка чуть осела. С фотографии на Макса смотрела незнакомая женщина. Темноволосая, с большими голубыми глазами. «Нечаева Елизавета Евгеньевна. 17.02.1975 - 13.11.2000». Именно имя заставило Макса остановиться. - Лиза... Он несмело открыл калитку и вошел. Свой букетик он робко положил около креста. И потом, избитой до крови рукой провел по имени, вдавленным буквам. «Елизавета». Лиза. Если он не мог прийти к своей Лизе, то пусть хоть так. Хоть как-то. К тому же, у нее голубые глаза. Хотя, возможно, это просто выцвело фото. Они разные. Они никогда не встречались. Но они обе Лизы. - Максим. Макс не удивился. Наверно, пора привыкать к тому, что ему теперь всюду мерещится ее голос. Но в этот раз что-то было иначе. Его сердце словно сошло с ума, пустившись в дикий танец. И Макс обернулся. Она стояла на дорожке, съежившись, словно от холода. Школьная форма, бледная кожа, красный рубец на шее. Все так же. Такая же. Как в день ее смерти. - Лиза, - с придыхание воскликнул Макс, кинувшись к девушке. И она не убежала. Не ушла. Не растворилась. Она была здесь. Она ждала его. И на ее бледных серых губах заиграла улыбка. - Лизка, - Макс прижал к себе девушку, вдыхая такой любимый аромат ее волос. - Лизка, Лизка моя... Безотчетно он гладил ее волосы, целовал лоб, щеки, губы, обнимал. И улыбался. Глупо, несдерживаемо, как ребенок. Она тоже улыбалась. И с ее улыбкой в мире Макса вновь зажглось солнце. С любовью и нежностью смотрела она на парня, в ее глазах заискрились слезы. - Макс, - прошептала она. - Ты же не уйдешь никуда больше, правда? Ты не оставишь меня. - Я не уйду, не уйду, Макс. Я люблю тебя. Макс заулыбался еще шире. - Я тебя люблю. И он поцеловал ее. - Лиза. Мы думали, я думал... Что ты умерла... - горячо продолжал Макс, крепче обнимая Лизу. Она лишь сильнее прижималась к нему. - Это не так, Макс. Но ты должен помочь мне. Я у них. Я не знаю, зачем я нужна им. Они держат меня внизу. Я жива, Макс. И ты можешь меня спасти.

***

Макс сидел в библиотеке. Голова раскалывалась. С самого утра у него было ужасное настроение. Вернее, первые минут пять после пробуждения оно было волшебным. Пока Макс не осознал, что все это был сон. Просто сон. И Лизы нет. И если бы было возможно, он бы остался в этом сне, только с Лизой. Там он был счастлив. - Макс, ты идешь? - заглянул в библиотеку Андрей. - Куда? - не понял Макс. - Как куда, на биологию. У нас практическая на улице, ты забыл? - Ах, да. Щас приду. Голова Андрея, в прочем, как и он сам, скрылась. И Макс снова вытащил из кармана записку. Бесполезно. Он не может понять, что это значит. И времени почти нет. Лиза уже давно внизу. Вдруг они захотят убить ее? Макс вздрогнул от ужаса. Но потом поднялся и поплелся на урок. Но в дверях он столкнулся с вбежавшими в библиотеку Надей и Алисой. - Ой, Максим, - сразу улыбнулась Надя. - Так, а вы что не на уроке, - прокурорским тоном спросил Макс. - А у нас уже закончились, - ответила Алиса. - А что это у тебя? - поинтересовалась Надя и, не дождавшись реакции Макса, вытянула из его ладони записку. - Это что, игра какая-то? Макс растерянно провел рукой по шее. - Вроде того. Давай. - А что здесь написано? - не унималась Надя. - Ну... - Макс присел на корточки около девочек, призывая все свое терпение, чтобы не сорваться на них. - Это, на самом деле, секретная записка. Мне ее передала Лиза. Только тсс! - Лиза! - хором обрадовались подружки. - Она приедет? Макс тяжело вздохнул. - Понимаете, Лиза, она возвращалась в школу, но заблудилась... - В лесу? - Нет, в лабиринте. И она просит моей помощи. Но я никак не могу понять, что это значит, - в последних словах Макса прозвучала нескрываемая горечь. «Макс. От кл. - 3п, 2п, 1л, 2п, 2». А внизу, обведенные в кружочек, цифры «50071908». - Я думаю, это путь к тому месту, где Лиза заблудилась, - серьезно ответила Надя. - А это, - она ткнула в цифры рядом с буквами, - повороты. Три направо, один налево... Что-то внутри Макса с громким хлопком надломилось. Он как-то по-новому взглянул на записку, словно впервые увидел ее. - Три вправо, один влево... - тихо повторил он. - А что тогда «кл»? - Может, место? Откуда надо идти, - предположила Надя. - В сказках это всегда камень. Налево пойдешь - коня потеряешь. - «Кл», - Макс вдумчиво уставился в стену, пытаясь вспомнить все, что связано с подземельем. Камин. Клетки. Вход в лесу. Дверь со знаком Гемини. Колодец... Клетки? - Клетки, - пробормотал Макс сам себе. - Надюша, ты чудо! Девочка сразу заулыбалась. Макс забрал у нее записку. - Все, бегите. Спасибо вам, девчонки. И Надя и Алиса убежали. В приподнятом расположении духа Макс расправил бумажку. Как он сам не догадался? Ну, разумеется, это повороты в коридорах. Должно быть, Лизу вели куда-то, и она запомнила путь от клеток, потому что ее проводили мимо них. А циферки в кружочке? Это может быть код. Макс огляделся. Никого не было. Звонок давно прозвенел, и все были на занятиях. Больше не медля, Макс открыл камин и нырнул в темноту подземелья.