Wanting To Be Wanted

Я спал, как мне показалось, очень долго, до тех пор, пока голоса не заставили меня открыть глаза. Когда веки медленно раскрылись, я увидел Донни и Рафа, наблюдающих за мной. - Бесстрашный, угадай, чьи голубые глаза только что открылись? - протянул Раф, ухмыльнувшись надувшему губы Лео. - Я бы не стал угадывать, если бы вы с Донни не приковали меня к койке! - огрызнулся Лео, взмахивая рукой, заключенной в наручники, в нашем направлении. - Я же говорил вам, что я в полном порядке и могу подняться с постели. После битвы прошло уже несколько дней. Сними это с меня сию минуту, Рафаэль. Я хочу увидеть Майки. Я слушал, как Раф и Лео посылали друг другу колкости и вскоре понял, что к моему лицу прикреплена трубка, подающая кислород. - Малыш, не разговаривай, - предупредил меня Донни, когда я попытался открыть рот, чтобы спросить его об этой трубке. - Твоим легким нужно немного времени, чтобы избавиться от жара, и эта трубка поможет им не напрягаться при дыхании. Ты выздоровеешь в зависимости от того, как будешь заботиться о себе. Я начал замечать, что горло и легкие все еще болят, а ноги словно пылают в огне. Я хмыкнул, чувствуя, как в глаза набегают слезы. Я все еще был истощен, а боль сводила с ума. - Что не так с Майки? - потребовал Лео, поднявшись на ноги и подталкивая койку вслед за собой. Он посмотрел на меня. - Малыш, что с тобой? Я всхлипнул и посмотрел на него, все еще борясь со слезами. Затем опустил глаза на ноги и снова взглянул на Лео. - Донни, ему больно из-за ожогов на ногах, - объяснил лидер. Раф сжал мою руку, стараясь успокоить меня. - Сделай что-нибудь! - У меня есть обезболивающее! - сказал Донни, который появился в комнате с иглой в руке. Это заставило меня испуганно зажмуриться. - Все хорошо, Майки, я всего лишь введу лекарство в вену. Я не собираюсь убивать тебя. Я кивнул, но смог расслабиться лишь спустя десять-пятнадцать минут, когда обезболивающее в конце концов подействовало. Донни присел на край кушетки и снял повязку с моей щеки. - Отлично. Царапины от ногтей этой женщины заживают довольно быстро, - сказал он, осмотрев все отметины, и затем промыл их, прежде чем наложить новую повязку. - У тебя на лице больше нет шрамов. Я снова кивнул, глядя, как братья улыбаются мне. Я был безумно рад их видеть, но нахмурился, потому что все еще лежал на кушетке, которая тянула за запястья моего старшего брата. - Позволь мне сделать вот так, бесстрашный, - ухмыльнулся Раф, усаживая Лео в кресло, что находилось напротив Донни, но довольно близко ко мне, и принялся снимать наручники с его запястий. - Мы можем сохранить их для несколько иного момента, как думаешь? - Не говори такие вещи при Майки, - шикнул на него Лео, закрывая мои уши руками. Донни, глядя на нас, тихо смеялся. - Оставь свои сексуальные фантазии при себе, извращенец. Я не хочу, чтобы ты испортил мне брата. - Я же прикалывался, - уверял его Раф. Когда он посмотрел на меня, его лицо тут же нахмурилось. - Майки, когда мы позволили тебе увидеть наши мысли и мельком взглянули на твои, то, что я увидел, заставило мое сердце чуть ли не остановиться. Мне страшно осознавать, насколько сильную боль я тебе причинял. Прости меня, малыш. - Всех нас, - добавил Донни, помогая мне сесть и подкладывая мне под панцирь как можно больше подушек, - за то, что мы заставляли тебя чувствовать себя одиноким. А понимание того, что тебе было больно из-за нас, из-за того, что мы оказались трусами, неспособными пойти против воли Сэнсея… Мне так стыдно. Руками я постарался продемонстрировать написание чего-то. Донни отвернулся, схватил с тумбочки блокнот и ручку и протянул их мне. Я сделал короткую запись и отдал ему блокнот. - Ты не виноват, что Сэнсей попросил тебя не говорить ничего, - вслух прочитал Дон и тут же вернул мне блокнот. - Нет, моя вина в том, что я не замечал все эти дерьмовые вещи, происходящие с тобой, малыш. Мы с тобой лучшие друзья, я знаю тебя вдоль и поперек. Я понимал, что с тобой что-то не так, но не сделал ничего. Я нацарапал еще одну записку, а Лео наклонился, чтобы прочитать ее. - Я скрывал свои чувства. Я думал, что вмешаюсь в ваши отношения и так бы никогда не сказал правду, - прочел лидер. - Малыш, с этого момента я не хочу, чтобы ты что-либо скрывал от нас. Обещаешь? Я соединил свой мизинец с его и аккуратно встряхнул им. Лео улыбнулся, принимая мое обещание. - Меня бесит фраза “ваши отношения”, - встрял Раф. - Мы как бы не спрашивали тебя официально, но не окажешь ли ты нам честь, став частью этих самых отношений? Я посмотрел на него, чувствуя, как глаза становятся влажными и губы начинают дрожать. Сердце радостно сжалось, и я по привычке потер грудь. Тут не было каких-либо вариантов. Лишь один. - Малыш, тебе снова больно? - с тревогой спросил Донни, но я помотал головой и снова сделал короткую запись. - Я счастлив, - озвучил Донни, нежно погладив меня по щеке, пока я одаривал каждого улыбкой. - Это значит, что ты сказал нам “да”? Я кивнул, так и не сдержав слез. Мои парни заключили меня в объятия, и я наконец-то испытывал наслаждение, чувствуя защиту Лео, силу Рафа и нежные губы Донни, целующие меня в шею, пока я был зажат между ними. Я ненадолго отстранился и написал очередную фразу. Лео прочел ее и тут же рассмеялся. - Долго же до вас доходило, - с усмешкой сообщил он Рафу и Донни, когда они повернулись к нам. - Я знаю, малыш. До нас очень долго доходило. Настолько долго, что другие черепахи почему-то решили, что смогут забрать тебя у нас. Мы будем бороться за тебя изо всех сил. Никто и никогда не отберет у меня моих любимых. Никто. Я наслаждался улыбкой, которой Лео наградил меня, но внезапно вспомнил о Леоне, Нате и Рэе. Я написал на листке снова, в этот раз Раф взялся читать написанное. - Они в порядке? Они уже ушли? - прочитал Раф и оскалился, прежде чем ответить. - Жуткая тройка все еще здесь. Эти педы в полном порядке. Зачем тебе вообще нужно это знать? - Я хочу сказать им, что не собираюсь встречаться с ними. Я не могу просто так покинуть братьев, как бы сильно они меня не хотели. И я всегда любил вас больше, чем что-либо на этом свете и буду бороться за то, чтобы остаться с вами. - прочитал Лео Рафу, когда я наконец-то дописал, и мои возлюбленные улыбнулись. - Мы любим тебя тоже, сладкий. Я размышлял около секунды, а затем написал еще одну записку и показал ее Лео. - Что за педы? Рафаэль! - прикрикнул Лео на темперамента, слегка шлепнув его по затылку. - Прекрати называть их так. И теперь ТЫ будешь отвечать на вопрос Майки. Я смущенно взглянул на Донни, пока Раф и Лео огрызались друг на друга. - Рафу не нравится то, что Леон и его братья предложили тебе встречаться с ними, ведь они почти вдвое старше тебя, и поэтому называет их так. - объяснил Дон. Я понял, что это значит, написал слово на бумажке и показал его брату. - Да. Именно так. Донни и Лео засмеялись, когда я злобно показал Рафу средний палец и сделал еще одну запись. - Они просто пытались помочь мне, - прочитал мой брат в красной маске. - Да, малыш, они без ума от тебя во всех смыслах, и я нахожу это оскорбительным. Во-первых, ты мой брат. Во-вторых, тебе всего лишь семнадцать, ты младше их. Им должно быть стыдно за то, что думали о тебе в таком плане. В-третьих, ты изначально должен был быть нашим парнем, а это означает, что ты занят. - Черт! - заворчал Лео. Мы все подпрыгнули от неожиданности, когда дверь тихо отворилась, и в проеме показался мастер Сплинтер. - Отец, мы как раз хотели позвать вас. - Я вижу, - согласился Сэнсей. Его глаза радостно сияли. Он подошел ко мне и крепко обнял, - рад видеть, что ты проснулся, сын мой. Как ты себя чувствуешь? Я улыбнулся и показал что-то типа “О'кей” пальцами. - Ты выглядишь более, чем хорошо, сынок. - спокойно сказал отец. - Я чувствую, как огромный камень упал с твоей души. Лео и Донни поцеловали меня в обе щеки, Раф слегка сжал мои плечи, и я просиял от радости. Отец вздохнул, улыбаясь мне: - Я вижу, что ты уже принял решение, с кем будешь продолжать свои отношения. Я признаю, что я счастлив видеть это, потому что я знаю, что не потеряю тебя, и ты не покинешь нас ради мира, из которого пришли другие черепашки. Твой уход стал бы самым темным событием для нашей семьи. - Майки сказал, что никогда не уйдет, - улыбнулся Донни, - он принадлежит только нам. - Дитя мое, я не могу не извиниться за то, что мое поведение повлекло за собой твое долгое одиночество, - сетовал мастер Сплинтер, виновато глядя на меня. Я нацарапал новую записку, и Лео прочитал ее: - Я понимаю причины вашего решения. Вы пытались защитить меня, но я рад, что узнал правду. Я думал, что никогда не познаю любви большей, чем семейной, и это ранило меня каждый день. Я прощаю вас, отец. - Я рад, что ты понял, но это не вернет назад месяцы твоего одиночества, - отрезал отец. - Микеланджело, я знаю, каковы были твои намерения, когда ты бросил брата в воду. Ты спасал возлюбленного Леонардо и Рафаэля, неправда ли? Ты считал себя лишним в семье и решил, что лучше будет пожертвовать собой, чем заставить братьев страдать от потери Донателло. Я не мог отрицать слов отца. Единственное, что я сделал, это склонил голову, слыша, как замерли братья вокруг меня. - Черт, нет! - прорычал Раф. Он обвил меня руками, а вскоре Лео и Донни тоже присоединились к нам. - Ты больше никогда не почувствуешь подобного. Теперь ты наш парень, и мы любим тебя очень сильно. В наших отношениях все равны и никакие жертвы не позволяются. Я открыл рот, чтобы сказать что-то в протест, но Донни накрыл мои губы пальцем. - Никогда не делай так снова, Майки, - сказал он, - мы должны найти выход из каждой битвы ВМЕСТЕ. Никто не останется позади, слышишь? Я кивнул. В этот же миг Лео и Раф соединили свои мизинцы с моими и встряхнули их, показывая тем самым, что приняли мое обещание. - Единственная проблема сейчас в том, что ты не можешь болтать, как обычно, Микеланджело, - рассмеялся Сэнсей. - Я уверен, что у вас четверых есть еще много вещей, которые нужно обсудить, но, я думаю, что сейчас настало время поесть. Отец вышел, чтобы принести немного супа. Я по-прежнему находился в объятиях своих парней. Вскоре я заметил Рэя, который заглянул в комнату, и улыбнулся ему. - Ты уже проснулся, парень, - поприветствовал он меня, заставив моих возлюбленных повернуться к нему с раздражением во взглядах. - Ах, мне тут не место? - Нашему парню нужен покой и как можно меньше посетителей, - доложил ему Дон. Он испуганно подпрыгнул, когда Рэй расхохотался. - Парень, серьезно? - усмехнулся взрослый, повернувшись к моим старшим братьям. - Это вопрос времени. Долго же до вас доходило. Я написал еще одну записку и показал ее Рэю. - Я говорил то же самое, - вслух прочитал последний, на что мои братья взглянули на меня с усмешками на лицах. - Что же, я надеюсь, ты уверен в том, что поступил правильно. - Это даже не обсуждается. Мы уверены в том, что наш парень никогда больше не будет страдать от одиночества. Не забудь передать это Леону, - согласился Лео, я лишь утвердительно кивнул головой Рэю. - Сердце Леона будет разбито, - улыбнулся Рэй и кивнул всем нам, извиняясь. Я снова чиркнул ручкой по листку и поднял его. - Видите? Рэй милый, так же, как и я, и его братья, - озвучил Донни. - О'кей. Я постараюсь быть дружелюбнее, потому что Рэй, кажется, счастлив за нас. - Он не так уж и плох, - неохотно согласился Раф, - а вот клона бесстрашного я хочу разорвать напополам. Он трогает тебя, я до сих пор не могу забыть первый день. Я все еще думаю, что он пед. Я закатил глаза, а Лео и Донни стукнули ладонями по лицу. Вскоре вернулся отец, и после того, как меня накормили, я решил еще немного вздремнуть, обнимаясь с любимыми. - Спасибо, господи, - подумал я, прижимаясь крепче к пластрону Рафа, чувствуя, как Донни и Лео жмутся к панцирю, - спасибо за то, что наконец-то позволил мне почувствовать, насколько любим я могу быть. Мои парни относились ко мне, как к королю, в течение тех дней, пока я поправлялся и набирался сил. Горло заживало очень быстро, но легким и ступням требовалось еще немного времени. Донни сконструировал маленькую тележку для подачи кислорода, потому что мне было необходимо держать дыхательную трубку на лице как можно дольше. Я мог говорить, но лишь маленькими словами или фразами, и не мог ходить вообще. Мне было немного грустно, когда Рафу пришлось отнести меня, завернутого в одеяло, в гостиную, чтобы я попрощался с другими черепашками. - Не задень его ноги, - предупредил Донни, подготавливая для меня подушки, на которые меня собирались положить. Лео приподнял мои забинтованные ступни и подтолкнул под них пуфик, стараясь делать все это как можно нежнее. - Будьте осторожны с любым прикосновением. Майки все еще поправляется. - Я буду скучать по тебе, малыш, - сказал Леон, когда я был уложен на диван, и обнял меня. - И я тоже, - ответил я, глядя, как мои возлюбленные грозно смотрят на взрослого, а из груди Рафа уже начал раздаваться утробный рык. - Отпусти. Парням...не нравится. Извини. - Будешь дальше лапать моего парня, я познакомлю тебя со своими саями, - рыкнул Раф. Нат схватил Леона за панцирь и оттащил назад с усмешкой на лице. Я повернулся к невинно насвистывающему что-то Рафаэлю. - Позаботься о себе, Майки, - улыбнулся Нат, встряхнув мою руку. - Держи своих бойфрендов на ногах. У нас, самых младших, есть очень важная работа - поддерживать старших в форме. - О'кей, - кивнул я. - Всегда, - добавил Нат, нежно сжав мою ладонь, - поправляйся скорее. Рэй подошел сзади к нему, и я почувствовал неприятный ком в горле. Я буду скучать по нему больше всех. - Буду скучать по тебе, парень, - признал Рэй, опускаясь на колени передо мной. - Ты напомнил мне о том, как нужно отдыхать. Я не буду лгать и скажу, что я надеялся на то, что ты примешь наше предложение… В этот момент Лео зарычал, прерывая Рэя, я оглянулся через плечо, потрясая пальцем перед его лицом, на что Леон, Рэй и Нат весело усмехнулись. - Успокойся, Лео, - посоветовал Рэй с ухмылкой. - На самом деле я собирался сказать, что надеялся, что ты примешь наше предложение, но на то, что твои братья поступят с тобой так, как ты желаешь, я надеялся больше. Ты принадлежишь только им, парень. Я с моими братьями лишь бедная замена. Мои братья заметно успокоились, я одарил Рэя благодарной улыбкой. Глаза вновь наполнились слезами, я молча кивнул. - Трое замечательных… но не моих парней, - попытался я объяснить, взглянув на Донни и чувствуя себя паршиво из-за того, что не мог объясниться лучше. - Ты пытаешься сказать, что Леон, Рэй и Нат просто замечательные, но ты не можешь встречаться с ними? - спросил Донни, опускаясь на колени передо мной. Я согласно кивнул, видя улыбки на лицах других черепашек. - Скучать по вам, - сказал я, обнимая Рэя за шею. - Честный...большой братишка. Рэй просиял и поднялся на ноги. Раф тут же сел рядом со мной, обняв меня, пока я старался стереть слезы с щек. - Я в норме, - заверил я братьев. Лео и Донни беспокойно вертелись между мной и Рафом. - Как такой противный хрен, как ты, Рэй, может быть честным большим братишкой? - надулся Леон, прежде чем повернуться ко мне. - Что насчет меня, малыш? Я тихо рассмеялся над его жалобным выражением лица, прижимаясь к Рафу. Я понял пару дней назад, что Леон был особенно близок ко мне с первого дня нашей встречи, и теперь мне стало ясно, почему мои возлюбленные были не слишком довольны им. - Это система голосования, - прищурившись, сухо сказал Донни, - ты был в меньшинстве. Рэй оказался чемпионом, и Нат был очень близок к нему. Прости, Леон, правило большинства. Я удивился, когда трое братьев расхохотались, а Леон лишь пожал плечами. - Будь хорошим, - предупредил его я. - Мы получили огромный опыт, встретив вас, парни, - признался Лео, - драться плечом к плечу с вами было честью для нас, и, я думаю, без вашего вмешательства наш младший все еще страдал бы в одиночестве. Спасибо, что оказались катализаторами, собравшими воедино наши отношения. Лео протянул руку Леону, которую двойник сильно встряхнул, но потом мой старший брат оттолкнул последнего вперед. - Я чувствую, что мы встретимся когда-нибудь снова, - усмехнулся Лео, хмурясь, - тогда, когда ты научишься держать руки при себе, Леон. Никогда больше не трогай Майки или кого-то из моих парней, или я прикончу тебя так медленно и мучительно, насколько возможно. И начну с того, что у тебя между ног. Ты спасаешь себя своим уходом. Раф захохотал, а мы с Донни с ужасом взглянули на лидера, который спокойно опустился на диван рядом со мной. Лео умел быть пугающим. Леон содрогнулся и кивнул, отступая за спину смеющегося Рэя. Донни извлек откуда-то коробку и протянул ее Нату. - Я переделал оружие, которое мы забрали у Шреддера, - объяснял Донни внимательно слушающим двойникам. - Этот прибор очищает воздух и воду. Когда вы приведете свой мир в порядок, сможете начать восстановление ресурсов. Возвращайтесь в ваше измерение, соберите оставшиеся семена растений и выведете заново знакомых вам животных. Я думаю, вам нужно начать с куриц. Ваш мир не мир без пиццы и яиц. - О мой бог! - выдохнул Нат, бережно держа коробку в руках. - Донни, я не могу выразить словами, как много это значит для нашего мира. Спасибо! - Примите нашу глубочайшую признательность, - прошептал Леон. Рэй протер ладонью его глаза, наполняющиеся слезами. - Прекрасно, - вздохнул я, размышляя о дальнейшей судьбе наших названых кузенов после их возвращения домой. - Сделайте свой мир...лучше. Берегите себя. - Пусть ваши дни будут спокойнее и наполнены светом, - вставил слово мастер Сплинтер, кивая взрослым, на что они поклонились ему, - будьте здоровы. Я помахал рукой Леону, Рэю и Нату, которые покинули логово, чтобы добраться до места, где они могли воспользоваться межпространственным порталом и вернуться домой. Я тихо кашлянул и, обессиленный, улегся рядом с Рафом. - Будешь скучать по ним, сладкий? - спросил Раф, аккуратно поднимая меня с дивана. Донни все это время нес между нами мою кислородную тележку. - Немного, - ответил я, наблюдая как Лео шагает позади. - Счастлив… здесь. - Ты счастлив, потому что здесь, с нами? - расшифровал Лео, и я молча кивнул, когда Раф опустил меня на кровать. - И мы тоже, малыш. Донни укрыл меня одеялом и подполз ко мне, укладываясь рядом. Остальные браться разрушили тонкую стену между комнатами Лео и Донни, чтобы сдвинуть вместе еще две кровати. Сейчас мы лежали на одной большой постели вместе, и это было замечательно. Меня предупредили, что никакой физической любви не будет, пока мне не исполнится восемнадцать, но,в любом случае, объятия были всем, в чем я нуждался в этот момент. - Хочешь спать, детка? - спросил Раф зевающего Дона. - Это все ты с Лео со своими странными нежностями. Майки всегда был нашим малышом, но с каких пор я стал деткой? - фыркнул Донни, хихикая, на что Лео лишь уткнулся ему в шею. - Я потратил полночи, делая этот прибор. Я устал. - Тоже, - кивнул я и прижался к Донни, дрожа. - Холодно. Раф и Лео нахмурились, и через мгновение меня укрыли еще одним одеялом. Лео прижимался ко мне, а Раф к Донни. Я сонно усмехнулся, удовлетворенно мурлыкая. Я больше не был одинок. И боль, что была раньше в груди, наконец-то исчезла. - Счастлив, - прошептал я, улыбнувшись, когда три пары рук нежно погладили меня. - Люблю вас. Люблю сильно. Глаза закрылись под шепчущие слова любви голоса моих возлюбленных.