Двое в пустом Сеуле

- Нет, ну, и что это было? Это что же получается, мы тип помирились, все вернулись, он женится на своей монашке и всё? Да он на мне жениться должен после такого офигенного поцелуя! Кай сидел в комнате и жестикулировал, словно увлечённо играет пьесу в театре. - И вообще, откуда у меня эти жесты взялись?! Чёртов олень, ненавижу тебя, если бы ты знал, как! Хлопнула дверь, и Чонин услышал копошения в коридоре. - О, брат! Ты решил вернуться? – сказал Сэхун, который только приехал с очередной командировки, и поставил тяжелые чемоданы возле входа в комнату. - Хэй, йоу, вотс ап, – и снова эти «луханевские» жесты. - Никогда не думал, что скажу тебе это, но я соскучился по тебе, братааан, - с этими словами Кай накинулся на брата и заключил того в крепкие объятия. - Воу-воу, палехче, - откашлялся Сэ. – Что за странные жесты у тебя были? Где ты этого понахватался, мелкий? - Бро, ты как бы младше меня, не забыл? И, - Чонин мечтательно поднял голову и покраснел, - неважно. - Воу, бро, что за румянец на щёчках? Ты влюбился? Меня-то не было всего ничего. Признавайся, - Сэ расположился на диване, - кто та «Герда»? – улыбнулся блондин. - Сэхун-а, а ты не хочешь душ принять после дороги? Устал, наверное, отдохни, - попытался перевести тему Кай, чтобы не рассказывать о «ней», Герде. - Ты прав, - Сэхуна как не бывало. - Чёрт, надо пойти проветриться, а то я так спалюсь. Брат меня на куски покромсает, если узнает, что я втрескался в мужика. Он-то у меня гомофоб. А еще лучше - завеюсь в клуб, сниму себе тёлочку, не дело это, Ким Чонин. С каких радостей-печалей ты на мужиков переключился? У него же тоже член! Фууу. Ким надел очки, натянул джемпер с капюшоном, просто мастер конспирации 99 левел. И…отправился в магазин. Купив втихаря то, что было нужно, Кай быстренько спрятал все в пакет и удалился как можно скорее, чтобы никто его не заметил. Пришёл он в свою квартиру и достал содержимое пакетика. Это были диски. С порно. Гей-порно. - Не, ну а чё, - сказал Кай, рассматривая картинки на коробке от дисков, - размерчик ничё такой, - глянул себе в штаны, - эээх, - и грустный вздох. Ким увлёкся просмотром. - Воу, как он его, как такая палище там помещается? Уф, а не больно? Жеееесть, фига себе, интересно, а попка Ханя выдержит мой член, если я его также? Воу, надо будет попробовать! Под конец просмотра Каю уже понравилось действо на экране, и он начал фантазировать о Лухане, а рука ему вновь помогала снимать напряжение внизу. - Блин, чё за нафиг? Ким Чонин, ты с дуба рухнул или да? Решено, я иду в клуб, снимаю себе тёлочку, трахаю её и забываю навсегда об этом надоедливом полицейском! У него своя жизнь, у меня - своя! Лу Хань же себе весь день не находил места. Где спрятаться? Коллеги его высмеяли за то, что он «лизался со своим любовничком прямо посреди матча». То, что он пропал. Он-то рассказал свою историю, вот это и вызвало всеобщий смех. Начальник Крис посоветовал ему уйти в отпуск, забрав у него полицейский значок. Это расстроило Лухана, но и на том спасибо, что хоть не в психушку отправили. На улице его тоже узнавали, тыкали пальцем и смеялись. Но больше его беспокоило, что значил их с Чонином первый поцелуй, второй? Есть ли у младшего чувства, или он поцеловал его, чтобы все появились? Да, Хань тоже это понял, что, как только они мирятся – Сеул вновь оживает. Мистика какая-то. Хотя, зачем это Чонину? Он наоборот скрывается от семьи Ким. И Лухану захотелось вдруг ему помочь. Он вспомнил своего старого знакомого. Хань набрал нужный номер, послышались гудки. - Алло? – хрипловатый голос откашлялся. - Кхе-кхе, алло? - Тао, пандоу, привееет, это китайская оленина беспокоит. Узнал? - Лухан? – голос стал звонче. – Твою налево, это чёртово похмелье… - Эммм, я невовремя, мне перезвонить? - Не, чё хотел-то? - Таочка, мне с тобой поговорить нужно. Ты где сейчас? - Ммм, я в Корее на пару дней, по делам, а что? - Давай с тобой встретимся в кафешке на улице Мёндон? - Почему именно на этой улице? - Потому что, - Хань умолчал о том, что теперь упоминание об этой улице греет ему душу и сердце. Ведь именно там он впервые повстречался с Чонином. - Аргументный аргумент. Хм. Ладно, буду через полчаса. Лухан считал долг Кая настолько несправедливым, что захотел ему помочь. Поэтому откопал в глубине памяти номер своего очень хорошего друга, а по совместительству и знаменитого в Пекине адвоката, Хуан Цзытао, или же Тао. Он выигрывал не одно дело и считался очень высококвалифицированным специалистом в своём деле. Тао вовсе не изменился с тех пор, как они виделись в последний раз. Лухан уже и не помнит, когда. Тридцатилетний мужчина выглядел очень хорошо и модно. Он мог позволить себе дорогие вещи. Всё также был помешан на Гуччи и леопардовых принтах. С этим модником Лухан и встретился в назначенное время. - Ну, рассказывай, оленёнок, как дела? Женился? Детки есть? Хань взгрустнул. Он опустил голову, как принесли заказ. - Но я…ничего не заказывал, - растерянно сказал Хань, глядя на бокал вина, тарелки с салатами, мясом, гарнирами, что постепенно опустошали поднос официанта, и перемещались всё на их стол. - За мой счёт, мась, - подмигнул младший. - За встречу? - Тао протянул бокал. От слова "мась" Лухан поморщился, вспомнив, что так однажды позволил себе назвать его Чонин. Но все-таки протянул бокал. Кстати, о Чонине. - Кстати, о Чонине, - да, Хань сказал это вслух. - О ком? – Тао подавился вином. «Айщ! Хань, куда ты спешишь, дурья башка?» - подумал Лу и постучал себе по голове. Он поведал всю историю. Попросил не смеяться на счет их исчезновения. Цзытао, как мог, сдерживался, но потом обычный его «бабий» смех залил всё кафе. Он откашлялся и извинился перед всеми. – Мне нужна твоя помощь, как адвоката, - закончил своё повествование Хань. - Без проблем, - сказал Тао с набитым ртом. Война войной, а обед, всё же, по расписанию. - Сколько…это будет стоить? – поинтересовался Лухан. Он знал, что не потянет такого специалиста, как Тао, но всё же на скидочку по дружбе надеялся. Он всё также должен сумму коллегам, за проигранный спор, но не напоминал им. А тут еще и оплатить такого адвоката ему было не по карману. - Что?! – надулся Тао. – Когда ты мне задаёшь такие вопросы, я себя продажной проституткой чувствую! - Нет-нет, - Лу замахал руками, тем самым чуть не выбил вилку с рук Хуана. - Даже не смей мне больше задавать таких вопросов! У меня всегда хватает денег. Впереди еще куча дел, которые озолотят мне ручку. А с тебя ни воны не возьму! - Пандоооу, - Лухан схватился с места и принялся душить в объятиях адвоката. - Кхе-кхе, всё хорошо, - Тао выпутался с объятий, - диктуй адрес. - Я знаю адрес только его брата, О Сэхуна, - грустно сказал Лу. - О Сэхуна? – Тао как будто «попробовал» имя «на вкус». – Хорошо, диктуй его. Найдём мы твоего Чонина через братца. - Аввв, ты прелесть, - Лухан послал воздушный поцелуй другу, на что тот лишь вопросительно изогнул бровь. Кай получил кучу сообщений от брата с текстом о том, куда тот запропастился. Он всё-таки решил вернуться домой. Но его ожидала интересная картина. Открыв дверь своим ключом, он услышал стоны. Среди которых один - точно брата. А второй….Чонин не поверил своим ушам - он был мужской. Его гомофобный братец устроил там групповуху с девками и каким-то мужиком, а его не позвал? Но только женских стонов не было слышно. Кстати, те самые звуки доносились из комнаты брата. Ким зашёл туда и, мягко сказать, был в шоке. На просторной кровати он увидел брата, занимающего сексом с мужчиной. Кай понял, что залип. Братец, которого он всегда считал геененавистником, так сладко стонал, выгибаясь под каким-то мужиком, который, не жалея своих сил, входил в него на полную длину своего члена и резко выходил. Вдруг Чонин опомнился. Конечно, живая порнуха куда круче той, что он видел ранее днём, но всё-таки негоже наблюдать за интимной жизнью брата внаглую. Он тут же выбежал из квартиры, хлопнув дверью. - Сэхун, что это было? Кто-то пришёл? – «актив» резко остановился, прислушиваясь. - Ах, Тао, тебе послышалось, наверное, что-то на кухне упало. Боже, не отвлекайся, - когда Тао вновь продолжил свой процесс, Сэ еще больше изогнулся. - Да-да, вот там, аааах. Супееер! Flashback - Сейчас-сейчас, я открою, погодите, - Сэхун наскоро переоделся, выбегая из душа. – Да, кто там? – Сэ открыл и замер. На пороге стоял ОН. - Ммм, Сэхун? – Тао неуверенно осмотрелся. Да, тот самый Хуан Цзытао, которого Лухан отправил помогать «спасать» Чонина, сейчас переминался с ноги на ногу на пороге квартиры Сэхуна. Они познакомились в кафе в Пекине. Сэ скучал по дому, по брату, по друзьям, да и вообще по родным стенам. Но в его жизнь тайфуном ворвался наглый китаец Хуан Цзытао. Он полюбил этого «ботаника» Сэ таким, какой он есть. Ранее Хун понять не мог, как мужчина может влюбиться в мужчину и считал это чересчур мерзким. Пока в его жизни не появился Цзытао. Он овладел его маленьким мирком, куда Сэ никого не запускал. Даже Чонин не знал, что у младшего на уме и в сердце. Но Хуан сделал невозможное: он растопил маленькое холодное сердечко программиста, до этого отдавшего себя целиком и полностью работе. Они были просто друзьями. О настолько неловко чувствовал себя в компании китайца, что боялся при нем дышать. Хуан был для Сэ как драгоценное золото. Он смущался, как девочка-школьница, впервые влюбившись. Сперва Сэхун отгонял от себя мысль о влюбленности в мужчину. А потом плюнул на все и продолжил восхищаться своим предметом обожания. Но они разъехались каждый по своим делам, в разные города. Наверное, как думал Сэхун, им не удастся больше встретиться. Так, что-то типа курортного романа, который и романом даже нельзя было назвать. Они поняли, насколько сильно друг по другу соскучились, когда не виделись пару дней и бросились с головой в…простыни на кровати Сэхуна. У Сэхуна был впервые секс с мужчиной. Но опытный Тао смог доставить крышесносное удовольствие и для первого раза. Конец Flashback Близилась ночь. Потрясённый от ранее увиденного Чонин наматывал круги вокруг дома брата. А потом решил пойти развлекаться в клуб. Он просто хотел забыться, отвлечься. Слишком много всего навалилось на его бедную головушку за последнее время. А думать сейчас ой как не хотелось. Ему не доставляло труда «зацепить» себе тёлочку на ночь. А то и не одну. И теперь, слово какой-то рэпер, восседая в мягком чёрном кресле, его со всех сторон окружали девушки. Как в клипах. А он трогал одну за грудь, вторая рука находилась в трусиках у другой девушки, и целовал он третью. Руки еще двух девушек вовсю шарились у него в штанах. Вот это не жизнь, а малина. Чонин скучал по такой жизни. И благодарил Бога, что всё вернулось на круги своя. Кто-то ночью развлекается, а у кого-то активируются мозги, и этот «кто-то» уж любит поразмыслить над жизнью, так сказать. Да, именно ночью. И этим кем-то был Хань. Он наматывал круги по своей квартире, когда в дверь постучались. Хань открыл - на пороге был Бэкхён. - Чуваааак, - Бэк высунул язык как парень из фильма «Очень страшное кино», когда разговаривал по телефону со смертью, - чувааак. - Чувааак, - скопировал его Лу Хань и они обнялись. – Проходи, чё. - Ты чего не заходишь? Кто тебе делает уколы? Ты вообще пропал куда-то. И тут Хань сказал ему пройти в комнату. Бэк расположился на кровати. Лу лёг рядом и поведал ему историю об исчезновении, о том, как он потихоньку уменьшал себе дозу и теперь иногда и инъекцию себе сделать может. - Эко сильная трава, тебя штырит не по-детски, вот это галюны, самому что ли попробовать? – Бэк мечтательно посмотрел в потолок. - Так и знал, что и ты мне не поверишь! – Лухан столкнул с кровати Бэка. – Уходи! - Ну, если понадоблюсь, ты знаешь, где искать меня, - Бэк ухмыльнулся, встал и поплёлся восвояси. Сейчас у Ханя появился новый наркотик. По имени Ким Чонин. И он был куда сильнее всяких ЛСД, кокаина, и так далее. Он не хотел этого признавать, но, кажется, он уже стал Чонинозависимым. Ему было мало Кима, хотелось больше, везде и всегда. Он понимал, что Кай не испытывает ответных чувств. Такие люди, как Кай, не способны любить. Но Лу Хань готов был отдать навсегда свое маленькое хрупкое сердечко этому Ким Чонину, который был везде: в голове, в мыслях, в сердце… А потому посреди ночи, нет бы поспать, да со свежей головой утром принимать решения, он отправился на поиски этого чертёнка. Ноги сами завели его в клуб. Поначалу его не хотели пускать туда, потому что думали, что он не совершеннолетний. Тридцатитрёхлетнего Лухана это взбесило. «Какой несовершеннолетний?? Вы с дуба рухнули?! Мне тридцать три года!» - хотел заорать Хань, но вместо этого тихо показал документы. - Вот это да! - присвистнули охранники. Да, они тоже хотели бы выглядеть на все пятнадцать в тридцать три года-то. И пропустили его. В дыму от кальяна, он увидел Чонина и полуголых девиц, которые вились вокруг него. Он ласкал их. А двое из них делали ему минет. Хань поймал себя на мысли, что слишком долго засмотрелся на член младшего и хлопнул себя по щеке. Он прошёл мимо Чонина, который опомнился, растолкал девиц, быстро оделся и кинулся вслед Ханю. Тот зашёл в туалет, и Ким - за ним. Как только дверь за ними закрылась, Лу …дал ему звонкую пощёчину. - Ненавижу тебя, Ким Чонин. Вот, значит, как?! Поматросил и бросил?! - Не-не-не, малыш, давай с тобой расставим все точки над «и». - Свали в туман, я тебя не желаю видеть! Хань выбежал в…пустой зал, и Кай тоже. - Да, я просёк фишку. Когда мы миримся – все появляются, ссоримся – исчезают. Мне теперь не ради кого мириться с тобой. От меня ушла, а точнее улетела, невеста. На работе из меня клоуна делают. А всё из-за того дурацкого поцелуя на матче! У меня не осталось ни-ко-го! Ни друзей, ни любимой. Пошло всё к чертям, так и умру в одиночестве. Но и ты мне не нужен! - Хань.. - Не ханькай мне! Я сказал тебе – свали в туман! Не смей ко мне приближаться и на милю! Я за себя не отвечаю. Могу и убить, никто не докажет, что это был я! Я потерял всё. Но прежде всего, тебя… С этими словами Хань испарился. А Кай так и стоял, задумавшись над последними словами старшего.